Чужая тайна

— Ну что, в кино идём? Застегнув верхнюю одежду, они вышли из раздевалки и направились к лестнице. — Извини, Маш, но точно не сегодня. Я капец как устала. И Мила не соврала, потому что десять часов за компьютером её знатно потрепали — глаза болели от напряжения, а голова от рабочей гарнитуры. Если бы не дополнительные два часа, практически навязанные руководителем, она бы пошла на фильм, который так хотела посмотреть подруга. Но, увы и ах, не судьба. Спасибо, что хотя бы оплачивают сверхурочные в двойном размере. — Ладно, — понимающе вздохнула Маша и мягко улыбнулась. — До дома подбросишь? Им по пути, но она всегда спрашивает Милу, чтобы не казаться навязчивой. Маша получила права четыре года назад, но всё ещё боится садиться за руль в холодное время, когда город заметает снегом, а дорожки посыпают песком и солью, чтобы у травматологов было меньше работы. У Милы же эта зима только вторая, но она живёт по принципу «нужно быть готовым ко всему» и давит страх в зародыше. На парковке они простояли почти полчаса, ожидая, когда большая часть сотрудников разъедутся. — А если завтра? Или тебе ещё звонков накинули? — Нет, завтра у меня нормальный рабочий день. Но может лучше на выходных? В субботу, например. — Окей, давай. Маша жила на расстоянии двух остановок от Милы. Высадив её у магазина, она махнула рукой и продолжила свой путь. Уже представив, как будет лежать в ванной под тихую, расслабляющую музыку, потом пить зелёный чай и смотреть новую серию любимой дорамы, а в конце вечера устроится спать на мягком матрасе, свернула во двор и припарковалась перед своей парадной. Выйдя из машины и поёжившись от холода, Милана быстро забежала в здание, стараясь сохранить крупицы тепла. — Добрый вечер, — кивнул ей охранник, оторвавшись от газеты. — Здравствуйте, Анатолий Юрьевич, — улыбнулась она. — Лифты ещё не сделали? — Нет пока. Обещали на следующей неделе посмотреть. В целом как таковых проблем не было — лифты всего лишь не спускались на первый этаж, работая только со второго. Удивляло лишь то, что перемещаться они так стали одновременно. И удивительно и подозрительно, но не так чтобы сильно проблематично. Однако семьям с маленькими детьми и инвалидам это доставляло приличные неудобства. Мила ни к одной из категорий не относилась и интересовалась чисто ради приличия. Поднявшись на два лестничных пролёта, она нажала на кнопку вызова одного из лифтов, хотя стрелка на табло над дверями уже указывала вниз. Кабина переместилась с одиннадцатого на десятый этаж. Немного подождав, Мила посмотрела на часы — без семи семь — и вздохнула. Двери почти бесшумно разъехались в стороны. Она сделала шаг вперёд, но тут же отскочила, больно ударившись спиной о стену, и зажала рот рукой, чтобы не взвизгнуть. На полу, прислонившись к боковой стенке, сидел молодой мужчина, зажимая кровоточащую рану на животе. Сначала Мила подумала, что он уже мёртв, но тут человек тихо застонал и шевельнулся. — Господи… Она сразу кинулась к нему, блокируя ногой двери, осторожно коснулась плеча и, опустив голову, посмотрела на лицо. Знакомым его Милана назвать не могла, но несколько раз в этом же лифте с ним каталась. — Молодой человек, вы меня слышите? — Ответом стал медленный кивок. — Подождите, я сейчас скорую вызову. Его тёмная толстовка уже пропиталась кровью, на полу образовалась небольшая лужица. Мила не особо верила в то, что судьба подбрасывает испытания тем, что действует во благо других, хотя случаев таких могла насчитать с не один десяток. Именно сейчас как на зло уже третий звонок разочаровывал и заставлял нервничать короткими гудками. — Да что ж это такое?.. Мужчина предпринял попытку подняться, зарычав. Мила даже не ожидала, что у него хватит на это сил, учитывая, как он буквально только что выглядел — покойник, ей-богу. — Осторожно, что ж вы делаете. — Она удержала его за руку и перекинула её себе через плечо. — Сможете спуститься по лестнице? Дело было не из легких, и Милана даже не надеялась, что он пройдёт хотя бы пару шагов, но мужчина оказался куда сильнее и выносливее, чем она предполагала. — Смогу, — тихо сказал он, опираясь на нее. Мила никогда не была одной из тех, кто может похвастаться хорошей физической подготовкой и силой, и всё, что не давало ей навернуться с лестницы вместе с раненым грузом — относительная устойчивость и желание выжить этого самого груза и перила под рукой. Охранник заваривал чай в тот момент, когда они, наконец, спустились, и едва не уронил бокал на пол. — Милана Владленовна, — он всплеснул руками, — что случилось? — Помогите, пожалуйста, дверь открыть. Я его в больницу отвезу. На краю сознания мелькнула мысль о светлых бежевых чехлах на сиденьях и рухнула в пропасть. О таком сейчас думать совершенно неуместно. Не без помощи Анатолия Юрьевича Мила уложила мужчину на заднее сиденье автомобиля и, сев за руль, выехала со двора. — Вы только не отключайтесь, — бросила она, мельком глянув назад. — Сейчас приедем в больницу, вам там помогут. Не думала и не гадала Мила, что день её закончится именно так: на нервах, в крови и с человеком на заднем сиденье Шевроле. До больницы почти двадцать минут по вечернему Питеру, текущему, казалось, слишком вяло по дорогам. Эта медлительность только заставляла переживать всё сильнее и окликивать мужчину по несколько раз в минуту. Успокаивало, что признаки жизни он всё же подавал и тихо шипел за спиной, что было и плюсом, и минусом одновременно. Подъехав ко входу, Милана аккуратно затормозила, чтобы лишний раз не потревожить мужчину, и выскочила из автомобиля. — У меня в машине человек с ножевым ранением! — крикнула она курящим на пороге санитарам. Те, побросав сигареты, кинулись за каталкой. Пока она открывала дверь и помогала человеку выбраться, они уже вернулись. Мила, выдохнув, взглянула на свои руки — несколько пятен растёртой крови остались на пальцах и ладонях. — Стойте… — Донеслось до нее, и Мила обернулась. Мужчина протянул к ней трясущуюся руку, в которой был зажат телефон. — Позвоните… Джокеру. Сообщите, что… я здесь, — произнёс он из последних сил и отключился. Мила едва успела поймать мобильный, выпавший из его руки, хотя её с саму не хило так трясло. Можно было, конечно, надеяться на простое совпадение, но вряд ли в Охтинском районе могли существовать два Джокера. Сама она его никогда не видела, но слышала о нём довольно часто. Репутация и слухи, которые вполне могли оказаться правдой, рисовали совсем не радужную картину. Звонить ему, откровенно говоря, было очень страшно. Санитары повезли раненого в здание, на ходу прося её зайти. Больше они ничего не сказали, но Мила и так знала причину — ранение криминальное, медики вызовут полицию для разбирательства. А она — свидетель. «Только этого для счастья не хватало», — раздосадовано подумала она. Осталось только нормально припарковаться и забрать сумку. — И позвонить. «Джокер» в контактах оказался единственным избранным, номер которого вызывали чаще остальных. Вздохнув и немного успокоившись, Милана позвонила: — Ну наконец-то. Тебя где носит? — ответил молодой мужской голос. — Прошу прощения, — начала она, блокируя автомобиль. — Дело в том, что хозяин этого телефона попал в Охтинскую больницу и попросил позвонить и сообщить вам об этом. — Что с ним? — спросил Джокер после короткой паузы. На фоне послышался шум. — Ножевое ранение. — Мила вошла в здание и зачем-то добавила: — Врачи скорее всего уже вызвали полицию. — Понял, сейчас будем, — и отключился. Облегчённо выдохнув, она убрала мобильный в карман. Поначалу Мила почему-то подумала, что он устроит ей допрос прямо по телефону и через него же и придушит, если ответы не устроят. Но пока всё обошлось, и ей от этого стало немного легче. И всё же Мила понимала, что вопросами Джокер её скоро завалит, а там ещё и полиция подключится. Вымыв руки в туалете на первом этаже, она вернулась в приемное отделение и стала ждать. Не прошло и десяти минут, как туда же вошли двое и двинулись к посту. Уверенность в том, что один из них и есть тот самый Джокер, появилась сама собой. А вместе с ней вернулся и страх. Только часть дела уже была сделана, отступать и прятаться поздно. — Молодые люди, — Милана поднялась с места и окликнула их, — это я вам звонила. Она достала из кармана мобильный привезённого ею мужчины и протянула вперёд. Один из вошедших обернулся. — Шрам, разберись, — бросил он второму и подошёл к ней. Мила едва поборола желание отступить. — Спасибо. — Джокер кивнул и забрал телефон. — Рассказывай. Не обращая внимания на фамильярность, за которую кому-нибудь другому она бы точно предъявила, Мила рассказала всё, как было. Скрывать нет ни смысла, ни необходимости. — Да особо нечего. Нашла в лифте в парадной на Шаумяна четырнадцать и привезла сюда. — Чё его вообще туда понесло? — нахмурился Джокер, скрестив руки на груди. Вопрос был скорее риторический и к Миле не относящийся, но она всё же выдвинула предположение: — Возможно, у него кто-то из знакомых там живёт, я его видела несколько раз. — Квартиру ты, конечно же, не знаешь? — Нет, но… — Милана задумалась, вспоминая цифры на табло лифта, — она либо на одиннадцатом этаже, либо на двенадцатом. В этот момент к ним подошёл второй мужчина, которого Джокер ранее назвал «Шрамом». — Его сейчас оперировать будут, — доложил он. — Ментов вызвали, как только осмотрели. Скоро приедут. — Мы должны сами с этим разобраться, — сказал Джокер и посмотрел на Милу. — Поехали, покажешь. К такому она себя подготовить не успела. Возвращаться в их компании домой было куда страшнее, чем просто переброситься парой фраз. Но одной ехать в место, где совсем недавно попытались убить человека, в разы страшнее. Убийца может быть ещё там. Возможно, она с ним знакома. Решив, что лучше уж с ними, чем как-то иначе, Мила согласилась. К тому же домой обязательно нужно попасть — её ждут. — Ой, минуту только, — она подбежала к медсестре. — Мне нужно уехать. Если полиция будет меня искать, передайте им, пожалуйста, мои номер и адрес. Нацарапав на листочке данные, она вышла из здания перед пропустившим её вперёд Джокером.

***

За то время, что её не было, охранник заблокировал двери треклятого лифта и поставил предупредительный знак. — Какой у тебя этаж? — спросил Джокер, когда они втроём вошли в кабину. — Седьмой, — напряжённо ответила Мила, опасаясь, что они и к ней заглянуть решили. Только причин она пока не увидела. На площадке по две квартиры, её с лёгкостью найдут, но она очень надеялась, что видит их в первый и последний раз. Не нужны ей вот такие длительные знакомства. До седьмого они добрались в полной тишине. Когда двери распахнулись, Джокер указал рукой на выход. — Иди, дальше мы сами. Вот за это Мила в мыслях сразу же его поблагодарила. Не хватало ещё по этажам таскаться и поквартирный обход устраивать, вычисляя, откуда вышел тот мужчина, и кто в теремочке живёт. Ну уж нет, она сделала всё, что могла. — Ага, — Мила вышла на площадку и совершила ещё один необдуманный поступок: — Если что, я справа. «Осталось только ключи им вручить», — буркнула про себя, открывая дверь и заваливаясь в квартиру. Планы на ванну и дораму пришлось отложить до лучших времён, когда в сумке зазвонил мобильный. Номер незнакомый, но Милана звонка ждала. — Алло. — Добрый вечер, оперуполномоченный капитан Скворцов, Охтинское РОВД. Я звоню по поводу человека, которого вы обнаружили в кабине лифта. — А, да, здравствуйте. Вы извините, что я вас не дождалась, одно срочное дело появилось. — Ничего, я понимаю. Вы могли бы завтра подъехать в отдел часам к одиннадцати? Адрес я вам пришлю. — Да, конечно. — Хорошо. Когда подойдёте к дежурному, скажете, что к капитану Скворцову. Он вас проводит. До свидания. — До свидания. Отложив мобильный в сторону, она растянулась на столешнице. Начало казаться, что сегодня явно не её день: дополнительная работа, человек в лифте, знакомство с криминальной частью Охты. Если завтра Миле предстоит только беседа с капитаном, она точно удивится. Только как теперь жить здесь, зная, что несколькими этажами выше затаился преступник. — Мяу. Посмотрев вниз, она улыбнулась. — Привет, малыш. Проголодался?