Чужая тайна

На следующий день, отпросившись с работы на полтора часа, Милана поехала в полицию. Опыта в подобных делах прежде у неё не было, поэтому она очень сильно волновалась, идя за дежурным в кабинет оперов. — Скажите, Милана Владленовна, вы знаете гражданина Еремеева? — Это, я так понимаю, человек, которого я в лифте нашла? — уточнила она. Имени мужчины Мила ни у кого не спрашивала, как и ей до этого его никто не озвучивал. — Именно, — кивнул Скворцов. — Видела раза три-четыре в нашей парадной, но именно знакома с ним не была. — Вы, случайно, не знаете, к кому он приходил? — продолжил допрос капитан, зафиксировав её ответ. Возникло лёгкое чувство дежавю. — Нет, не знаю. Когда я подошла к лифту, он был между десятым и одиннадцатым, значит приходил он к кому-то с одиннадцатого или двенадцатого. В нашей парадной по две квартиры на площадке, так что варианта четыре. — И, предугадывая возможный следующий вопрос, продолжила: — Но из них я тоже никого не знаю. Только с соседкой и охранником здороваюсь. — Ясно. А почему вы скорую не вызвали, а сами его в больницу повезли? — Я туда три раза звонила, но у них постоянно занято было, как будто половине района резко поплохело. Вот я и подумала, что быстрее будет самой его отвезти, чем дождаться, хотя бы пока мне ответят. Скворцов задал ей ещё несколько вопросов, но больше ничем помочь Мила ему не смогла. Гадая, кто быстрее найдёт преступника — полиция или Джокер, — она подписала протокол и вернулась на работу. Хотелось как можно быстрее разобраться со всеми делами и наконец-то отправиться домой к коту и мягкой постели. Милана после вчерашнего бурного дня и вечера чувствовала себя как выжатый и осквернённый лимон. В обеденный перерыв её выловила подруга. — Так что случилось? — Подошла Маша с кофе из автомата в пластиковом стаканчике. — Убежала неожиданно, даже не предупредила. Судя по тому, что выглядела она спокойной и не бегала вокруг с сотней вопросов, начальница цель отъезда ей не назвала. Хотя, даже если бы Маша настойчиво попросила, ничего не получила бы. Руководитель, Ирина Александровна, в чужие дела никогда без особой необходимости не лезла и даже подруг друг другу не сдавала. — Да так, — Мила решила не вдаваться в подробности и не втягивать её, — надо было один вопрос решить. Ничего серьезного. — Точно? — прищурилась Маша. — Ага. — Ну ладно, допустим. Что думаешь на выходных делать? — Ну, — Мила пожала плечами, — не считая похода в кино — выспаться. У меня на следующей неделе каждый день по десять часов проставлено. Если заранее нормально не отдохну, то свихнусь. — А каток? Удивленно посмотрев на подругу, Милана ойкнула. Вспомнилось, что пару недель назад они собирались пойти кататься — Маша, в отличие от подруги, на коньках стоять умела, потому вызвалась и её научить. Но это было ещё до того, как подкорректировали расписание, а это уже меняло некоторые планы. — Совсем из головы вылетело, — извиняющеся улыбнулась Мила. — Давай после кино, что ли. Маша хмыкнула, сделала глоток кофе и ахнула — видимо, всё ещё не остыл. — Ладно уж, давай в другой раз. Научиться успеешь ещё, а вот выспаться перед тяжёлой неделей надо. Расчувствовавшись от уровня понимания, Мила обняла подругу, пискнув слова благодарности. Рабочий день прошёл как по маслу, допрос остался позади. Припарковавшись у парадной, Милана на несколько минут задержалась в автомобиле, глядя на входные двери. Воспоминания прошлого дня нахлынули потоком, а вместе с ними хлёсткой пощёчиной по нервам ударил страх. В этот момент как никогда прежде захотелось жить с кем-то, а не в одиночестве. Хоть с подругой, но в относительной безопасности. Мужчины у Милы нет и не было уже давно, к одиночеству привыкла и чувствовала себя комфортно и спокойно. Но времена резко изменились. Войдя в парадную, она вдохнула теплый воздух и, поздоровавшись с охранницей — сегодня место Анатолия Юрьевича занимала молодая женщина, предпочитающая, чтобы её называли исключительно Тамарой — стала подниматься по лестнице. — Ой, Мила! — вдруг окликнула её Тамара. — Забыла совсем. Вам передать просили. В свете последних событий она ожидала какой-нибудь записки с угрозами или благодарностью за спасение, но, когда охранница встала из-за поста с большим букетом красных роз, удивилась до потери речи. — А… — только и смогла выдавить Мила, принимая цветы. Презент оказался настолько тяжелым, что она едва могла его удержать. Наконец, взяв вместе с букетом и себя в руки, поинтересовалась: — А кто передал? — Они не представились, сказали просто передать и всё. Но мужчины очень обаятельные. В голову почему-то первым пришёл Джокер, но Мила этот вариант тут же отмела — сложно было представить, что он в знак благодарности лично явится к ней домой с букетом роз, когда его друг лежит в больнице с ножевым ранением. Нет, ему явно не до таких прогулок по городу. Да и вообще картинка никак не складывалась. Джокера она не знала, и на что он способен — тоже, но почему-то была уверена, что такие жесты не в его стиле. Скорее денег подкинет или чего-то по мелочи, но ничего эдакого. Однако Тамара сказала «мужчины», значит их было как минимум двое. И снова линии пересеклись в точке, которую Милана уже отмела. Но других вариантов не было. — Хорошо, — кивнула она, — спасибо. Поднявшись в квартиру, Мила нашла в шкафу единственную вазу и поставила в неё цветы. На столе в светлой гостиной букет смотрелся просто чудесно. С улыбкой разглядывая красную красоту, Милана заметила маленькую карточку. «Спасибо за помощь», — гласила надпись на ней, из-за чего очередная догадка блеснула на горизонте, но была отброшена назад быстрее, чем успела добраться до пункта назначения. Вместо этого Мила стала вспоминать, кому и когда ещё могла оказать настолько значимую поддержку, что за неё могли отплатить вот так. Благодарные клиенты, коллеги по работе, друзья, родственники. Она не так часто что-то для кого-то делала, но даже за все те поступки, что остались в памяти… она такого не заслужила. — Локи, — позвала она кота, достав баночку с кормом, — пора ужинать. Чёрный пушистый кот с громким мяуканьем выплыл из спальни, косясь на новый предмет в комнате. Надолго его внимание букет не удержал, потому что еда для Локи была куда важнее и интереснее. Пока он поглощал ужин, Мила готовила свой. За окном шёл снег, включенный на плазме камин потрескивал дровами, создавая имитацию домашнего уюта и возвращая в детство, проведённое в загородном доме дедушки и бабушки. Вечерами она усаживала Милану в кресло напротив согревающего пламени с большой кружкой какао и делилась историями из молодости. Увлекавшаяся эзотерикой, бабушка рассказывала много интересного и порой пугающего, что не давало спокойно спать. Но Мила с удовольствием слушала. Сейчас ей этого детского уюта не хватало. Налив в бокал ароматный чай, Милана устроилась на диване перед телевизором и переключилась с камина на кино. Кот, махнув хвостом, пристроился рядом. — Новый год через две недели. — Она протянула руку, приглаживая шерсть. — Как думаешь, уже пора пересматривать Гарри Поттера, или я для этого слишком старая? Локи муркнул и закрыл глаза, явно не заинтересованный в разговоре. Хмыкнув, Милана решила, что всё же пока рано и включила какой-то сериал. Скучная беготня и выяснение отношений с такой себе актёрской игрой могли только сморить или подпитать скуку. Вернув на экран потрескивающие дрова, Милана подошла к окну. Как раз в этот момент к комплексу подъехала знакомая машина, которую она теперь запомнит надолго. В этот раз из неё вышли не двое, а уже трое человек. Джокер, посмотрев по сторонам, качнул головой, и все вошли в здание. — И в квесте «Найди преступника» лидируют Джокер и его команда, — с усмешкой прокомментировала Мила, отходя от окна. — Не просто же так они приехали, да, Локи? Похоже, очнулся Еремеев и назвал друзьям точный адрес. Ну, кто бы с этим ни разобрался — быстрее бы. Хочу спать спокойно. Кота же сложившаяся ситуация никак не волновала и в принципе не касалась — в тепле, уюте, с регулярно подаваемой едой под боком и без нарушения сна. Лифт плавно проехал мимо и остановился несколькими этажами выше. Мила допила чай и открыла окно, чтобы проветрить комнату. Тогда до неё и донеслись крики и грохот. Резко отшатнувшись, Милана тут же приблизилась вплотную и, высунувшись на улицу, посмотрела вверх. Мороз мгновенно вцепился в кожу, обдав ледяным дыханием. — Что ж ты творишь, — бросила она в темноту вечернего города. — Сейчас кто-нибудь полицию вызовет, и что делать будешь? Пробудившееся беспокойство за посторонних людей в этот раз тревожило. Одно дело, когда человеку угрожает опасность, и совсем другое, когда опасность угрожает из-за него. И не только тем, кто виновен в ранении его друга. — Не мог что ли свои разборки где-нибудь в другом месте устроить, — разозлилась Мила. Закричала женщина, хлопнула дверь. Наступила тишина. Милана, стараясь не издавать ни звука, осторожно прикрыла окно и выключила в комнате свет. Прошла примерно минута, когда Джокер и двое других мужчин выволокли из парадной четвёртого. Как и думала Мила, какой-то бдительный сосед всё же вызвал полицию, потому что в тот же момент у парадной остановился автомобиль, из которого вышел уже знакомый капитан. Однако, чего Мила никак не ожидала, так это того, что Джокер пожмёт Скворцову руку и передаст ему задержанного. — Ничего себе отношения у полиции и бандитов, — хмыкнула она и отскочила назад, когда Джокер поднял голову и с улыбкой помахал в сторону окон седьмого этажа. Мила готова была поклясться, что он её заметил.