Хурма

      – Так что, мы расстаемся? – неуверенно и тихо проговаривает Чимин. Он сидит на большой совмещенной постели, грея замерзшие ладони об чашку с парящим чаем, при этом пряча свой взгляд и боясь смотреть в темные глаза напротив.       – Что? – ошарашенно спрашивает Юнги.       У него начался последний курс в университете, и бешенная и громкая жизнь в общежитии мешает ему сосредоточиться. Ежедневные громкие тусовки за окном, крики и смех соседей сверху, сборы однокурсников и друзей, странные запахи еды, которую кто-то пытался приготовить, постоянная грязь и общественность ему порядком надоела за пять лет жизни тут. И Юнги ну никак не думал, что тема про переезд в тихую и спокойную квартиру сведется в расставание.       Мин вздыхает, откидываясь немного назад и ставя свою чашку на письменный стол, затем забирает и чужую, тоже отставляя в сторону, чтобы незамедлительно прижать к себе парня, который как-то пришел к таким выводам.       – С чего ты взял? – вдыхая запах с чужих волос, спрашивает Мин, покачиваясь с одной стороны в другую.       – Просто ты так серьезно начал эту тему, что я подумал… – неуверенно шепчет Пак, прикрывая глаза и цепляясь руками за футболку на чужой груди.       – Как ты вообще мог об этом подумать? Я начал эту тему настолько серьезно, потому что в конце хотел предложить тебе переехать и жить вместе со мной.       Чимин сразу же разрывает объятия. Он смотрит на Юнги, который тоже не сводит с него взгляда, ожидая реакции. Они сидят в тишине пару минут, а потом младший с тихим визгом кидается ему на шею, что-то шепча и пища одновременно. Снизу раздается недовольное мяуканье Хурмы, которая до этого спокойно спала у Пака на коленях.       – Конечно же я перееду с тобой. – улыбается Чимин. – Только если ты пообещаешь больше не начинать ничего с настолько серьезным лицом. – бурчит он, хмуря брови, после чего снова улыбается, беря чужие руки в свои.       Юнги тихо смеется. Ему будет намного спокойнее, если Чимин будет всегда у него под боком, потому что в общежитии с каждым годом все больше и больше индусов, которым он, честное слово, не сильно доверяет, с их умениями готовить и постоянными попытками завести странные диалоги.       Их отношения с Чимином длятся уже более полугода. И, может, это не такой уж большой срок, но Юнги полностью уверен, что никуда отпускать парня от себя не планирует. Он иногда даже готов привязать его к себе веревкой, а лучше наручниками, от которых не будет ни у кого ключа, чтобы наверняка.       Мину иногда кажется, что они вместе создали отдельный мир, в котором никого кроме них не существует. Это очень сильно ощущается вечерами, когда они лежат в обминку, иногда заигрывая и игриво кусаясь, или утром, когда кто-то из них спит, а второй пытается разбудить поцелуями и объятиями. И в такие моменты им настолько тепло и нежно друг с другом, что попросту нет желания выходить за пределы комнаты, где есть куча людей и множество раздражителей.       Этот год начался определенно по-другому. Чимин, может, и живет теперь с Мином, но добиться этого официально от администратора шанса не выдалось. Новый заведующий, который никому сильно не нравился, постоянно выгонял с своего душного кабинета, говоря, что у него тонна работы, и хотелки студента это последнее что его волнует. И в этот раз, боязнь нового года заключалась не в возвращении на учебу, а в мысли, что к Мину могут кого-то подселить, и тогда парни не смогут постоянно проводить друг с другом ночи. Можно было бы надеяться, что новый сосед Юнги согласиться поменяться с Паком комнатами, но это было бы пол беды, ведь тот самый администратор иногда приходит и проверяет кто где живет, а настолько плохое отношение с ним, Чимину не очень хочется заводить.       Но все обошлось. Мин снова делил комнату со своей Хурмой, принимая в свои сонные объятия Чимина, который с радостью поддавался нежностям и чувствам.       Но официально, Чимин числится в своей старой комнате, где появляется пару раз в неделю, чтобы взять какие-то вещи. И так уже получилось, что Хосок, с которым они жили два года до этого, уже закончил обучение, вместе с Сокджином и Намджуном, из-за чего ему подселили нового парня. Новый сосед не то, чтобы был плохим, но требований для жизни вместе у него было достаточно много. Зарядку в розетке не оставляй, куртку вешай не так, обувь ставь не туда, посуду мой сразу же, не готовь что-то очень сильно пахнущее… И так далее. И нужно сказать, что Чимин в комнате и не жил, хотя постоянные упреки и какие-то напоминания никуда не пропадали.       Это тоже было причиной, из-за которой Юнги решил съехать. Без Чимина ему жить будет не только скучно, но и холодно и одиноко, а Хурма, всем сердцем полюбившая его, просто сойдет с ума, если не будет человека, который уделяет ей так много внимания, ласки и любви. Она просто съест Юнги, который увез ее от Пака. А это почти что последнее, чего хочет Мин.       Тем более, что через год ему все равно нужно будет куда-то съезжать. И пускай это будет сейчас, ведь в нормальном темпе выбрать хорошую квартиру легче, чем впопыхах пытаться найти подходящую, когда еще и курсовая вместе с практикой давят.       – Так ты согласен. – когда Чимин немного успокоился и снова взял в руки свой чай, говорит Юнги, у которого на лице появляется довольная улыбка.       – Конечно я согласен. Тем более, если мои родители про это узнают, то они будут очень довольные, ведь два года уже мне предлагают снять квартиру, чтобы я жил в удобствах, а не тут. А если они еще и узнают, что я буду жить не один, то не забудут и тебя за это поблагодарить. – усмехается парень.       – Они не будут против?       – Нет, они до сих пор думают, что я не очень-то и самостоятельный, поэтому если я буду жить с кем-то, то будут более спокойными.       – Я говорю про то, что ты будешь жить со мной. Или они не знают про меня?       – Знают конечно. Когда мы еще только общаться из-за Хурмы начали, то я им про тебя рассказал.       – Как про друга? – Чимин ненадолго замирает, а потом понимающе мычит.       – Они знают про мою ориентацию, если ты про это. – Мин кивает. – Я, когда в старшей школе учился, привел домой парня, заявляя, что мы вместе.       – Ты же говорил, что до меня ни с кем не встречался! – обиженно проговаривает Юнги, прищуриваясь.       – Это сложно назвать отношениями. – кивает. – Мы просто часто гуляли, учились друг на друге целоваться, и держались за руки.       – А мы делаем что-то другое? – усмехается.       – Конечно! Мы чувствуем! – восклицает парень, после чего делает обиженный вид, наглаживать рыжую шерстку Хурмы, которая сразу же начинает урчать.       – Ах точно, чувствуем. – как будто только вспомнив.       – Или ты ничего не чувствуешь? – прищуривается младший, подаваясь вперед всем корпусом.       – Да с тобой ничего не почувствуешь, конечно.       Чимин смеется, довольствуясь ответом, а потом придвигается ближе и целует в губы, выдыхая и ластясь к чужим рукам.

***

      Выселяться с общежития было достаточно легко. Просто в одни из выходных они собрали все свои вещи в чемоданы и пару дополнительных коробок, после чего вызвали такси и приехали по нужному адресу к жилому дому, где за пару дней до этого сняли квартиру на три месяца вперед. Чимин настаивал заплатить сначала лишь за один, так как переживал что им может что-то не понравится, но Юнги решил, что переезжать куда-то еще у них не будет времени, так как через пару недель у него начинается практика в одной из частных поликлиник.       Квартира была достаточно просторной. Одна спальная комната, гостиная, кухня и ванная комната, совмещенная с туалетом. Большего им не нужно было, они все равно будут спать вместе, и делить один шкаф на двоих.       Этот вариант может был и не самым лучшим, но хозяйка тут разрешала жить с животными, просто предупреждая, что в крайнем случае снимет с них штраф за порчу имущества. Им все подходило. Хурма не большой любитель портить мебель, и сама по себе чистоплотная, из-за чего проблем возникнуть не должно. Да и квартира находилась в хорошем районе, не далеко от университетов и с прямым автобусом к поликлинике.       Потратив на разбор вещей все выходные, парни заказали доставку еды, так как ничего из продуктов купить не успели. Они разместились в гостиной, поставили на низкий столик ноутбук, и включили фильм, медленно поедая теплую пасту, и запивая ее пивом, чтобы отпраздновать свой первый переезд друг с другом.       – Мне кажется, или Хурма стала много спать? – когда на экране стали медленно плыть титры, Чимин посмотрел на маленький комочек у себя под боком.       – Может течка должна быть? – хмурится парень.       – Ты ее не стерилизовал? – старший на это отрицательно качает головой. – Может стоит?       – Не поздно ли?       – Поздновато, но не то чтобы прям критически. – пожимает плечами Пак, поглаживая кота. – У нас на этой неделе хэллоуинские каникулы, может займемся этим?       – Мне завтра все равно нужно в университет.       – Я могу посмотреть ветеринарную клинику.       Юнги соглашается, думая, что это будет не таким и большим делом. Ну сколько они отдадут за это денег? Пару сотен евро? Вполне себе терпимо.       Пока Чимин собирает все контейнеры от еды, чтобы выкинуть и убраться, Юнги отправляется застелить кровать. Они быстро принимают душ и умываются, после чего направляются в свежую и холодную постель. Совсем недавно включили отопление, но батареи все равно еле теплые, из-за чего парни греются друг об друга, зажимая между собой спящую Хурму.       На неделю каникул парни ничего не планировали, лишь хотели уделить внимание друг другу. Но в начале недели Хосок как всегда захотел их собрать вместе, так как они давно не виделись. Идея была хорошая, и Чону поручили выбрать для них бар, где все соберутся.       Встретиться решили во вторник, в ночь Хэллоуина, чтобы показаться друг другу в странных костюмах. Чимин решил сильно не заморачиваться. Тем более, что времени особо не было. Весь понедельник он провел в поисках хорошей ветеринарной клиники, в последний момент останавливаясь на достаточно знаменитой лечебнице в Вильнюсе.       В понедельник Юнги закончил ближе к семи вечера, так как в университете у него было 4 пары. К этому времени Чимин успел приготовить им ужин, перед этим сходив за нужными ингредиентами в магазин. Когда Мин вернулся домой, то парни быстро поели, после чего приняли душ и пошли спать, присоединяясь к уже сопящей Хурме, которую в течении дня Пак пытался как можно больше растормошить, на что постоянно получал фырканье.       Пара решила найти себе просто похожие наряды в черном цвете и одеть на лицо черные солнцезащитные очки, чтобы спародировать героев фильма «Men in black», просто в более современном виде. В самых глубинах шкафа нашлись черные официальные костюмы. Сразу же убирая пояса и галстуки, и меняя рубашку на белые футболки, они положили в нагрудные карманы ручки и надели на лицо черные очки, укладывая волосы и обувая черные ботинки, которые более-менее подходили под образ.       Улыбаясь друг другу в зеркале, Чимин быстро поцеловал Мина в губы, после чего взял телефон, погладил кошку и направился на выход, прося парня поторопится, так как у них оставалось мало времени.       Хосок нашел бар в самом центре Вильнюса, где множество людей в разных костюмах в Хэллоуинскую ночь собрались отпраздновать эту ночь вместе.       Заказав за их столик для начала одну бутылку текилы и пару видов закусок, компания начала делиться всем что у них произошло за это время.       Чимин не любит перемены, и сейчас он это ощущает лучше всего. Ему было сложно впустить в свою жизнь каждого из сейчас присутствующих, так как он понимал, что рано или поздно их компания должна распасться. Они не дома, не в Корее, а обучение за границей не означает, что они тут останутся на всю оставшуюся жизнь. Вот и сейчас, Пак сидит и слушает, как Сокджин с Намджуном собираются возвращаться в родную страну, уже потихоньку пакуя чемоданы и отправляя ненужные вещи почтой. А Хосок вообще, не решил пока что где-то останавливаться, и на скопленные деньги хочет поехать куда-то в сторону Франции, чтобы понять где ему будет удобнее жить. Что касается Тэхена и Чонгука, то у них пока что есть неоконченный университет, поэтому о том, что они будут делать потом, оба еще не задумывались, хоть Чон и хотел бы после учебы на некоторое время поехать в Австрию, чтобы посмотреть и понять нравится ли ему там, и не зря ли он выбрал именно этот язык.       И расставаться с теми, с кем ему безумно удобно и приятно общаться, Чимину не хочется. Он и правда благодарен, что у него есть Юнги, но постоянная смена обстановок пугает до дрожи, из-за чего иногда возникают мысли «А надолго ли это?». Ему хочется верить, что да, что надолго, а может и навсегда. Но ведь вечного ничего нет?       – Все в порядке? – шепчет Паку на ухо Юнги, сразу же целуя в висок, который пахнет травяным шампунем.       – Да. – кивает. – Просто грустно что парни уезжают. – также шепчет Чимин.       – Мы же будет с ними созваниваться. Хосок лопнет, если не будет каждую неделю делиться тем, что смог увидеть и узнать. – улыбается старший, прижимая расслабляющегося парня ближе к себе.       И лучшее что Чимин может сейчас сделать, это насладиться последними встречами, где будут присутствовать все, а потом просто способствовать звонкам и длинным перепискам.       Улыбнувшись, Пак целует Юнги в губы, после чего встает и направляется на танцпол, так как выпивший организм просит танцев и хорошей музыки. Мин лишь улыбается, стягивая с себя пиджак и направляясь за младшим, слыша, как Хосок выкрикивает что танцы и вправду никто не отменял.       В два часа ночи вечеринка лишь в самом разгаре. Все танцуют и поют под знаменитые песни, задевая друг друга плечами и улыбаясь от эйфории, которую можно ощутить в воздухе.       Чимин тоже танцует, прыгает и двигает бедрами, постоянно смотря в глаза своего парня, который иногда позволяет себе распускать руки, прижимая ближе к себе и впиваясь в любимые и манящие сейчас губы, опухшие от поцелуев и игр зубов. Они постоянно друг об друга трутся, улыбаются и целуются, блуждают руками, распаляют и снова целуются. Снова забывают об существовании кого-то вокруг, погружаются в свой мир, где есть лишь они, влюбленные, чувствующие все возможные чувства, распаленные и счастливые, знающие что у них есть лишь они, а никто больше и не нужен.       Ночь заканчивается ближе к пяти утра, когда на семерых было выпито больше шести бутылок текилы, и когда ноги от усталости болели и путались. Они, выйдя на прохладную улицу, стоят некоторое время и прикуривают чьи-то сигареты, погружаясь в приятное молчание, в котором можно было почувствовать привязанность и малую часть обиды, что их время, как студентов, которые всегда держались вместе, закончилось.       Чимин с Юнги уезжают первые. Они долго со всеми прощаются, обнимаются и обещают еще раз встретиться чтобы проводить.       Дорога до дома проходит достаточно быстро, и за все время парни ни разу не отвели друг от друга взгляд. Все смотрели и смотрели, наблюдали как кто-то свои губы облизывает, которые покалывали от предвкушения.       В квартиру они попадают, целуясь и сразу же сшибая с тумбочки при входе какую-то мелочь. Их поцелуи бешенные и ненасытные, они пытаются как можно глубже просунуть свои языки во рты, кусают за губы и оставляют мелкие ранки, слизывая капельки крови и слюны со вкусом алкоголя и горечи от выкуренной сигареты.       Юнги поднимает за бедра Чимина, который сразу же обхватывает его своими ногами, чтобы быть ближе. Он ощущает возбуждение и желание старшего, из-за чего немного ерзает и заставляет выдохнуть весь воздух вместе со сдавленным стоном, который сразу же ловит губами, снова кусаясь и проталкивая язык как можно глубже, оглаживая ряд зубов и встречаясь с чужим языком, который прижимает его к небу, чтобы несильно прикусить и выдавить такой же сдавленный стон.

***

      – Она и правда стала очень много спать. – констатирует факт Юнги.       – Она теперь и ест мало. За сегодня вообще ничего не ела. – немного нервно говорит Пак. – Я не понимаю, может корм поменять?       – Во сколько мы едем к ветеринару?       – Я записал нас на два часа дня, чтобы было время собраться и нормально доехать.       Старший кивает, после чего подходит к коту и поднимает сонный комок на руки. Хурма даже не пытается вырываться, тихо фыркает и снова прикрывает глаза. Юнги аккуратно кладет кошку в купленную недавно переноску, после чего закрывает ее и выносит в прихожую, снова возвращаясь за переживающим Чимином.       До клиники парни добираются быстро, беря такси чтобы было удобнее. Заходя в теплое помещение, их просят недолго подождать, так как врач немного задерживается. Они садятся на мягкий диван, и Чимин достает с переноски сонное животное, которое от запаха лекарств и других животных позволило себе лишь лениво открыть глаза. Он садит кошку себе на колени, поглаживая и пытаясь успокоить этим и животное и себя, хотя Хурма выглядит не сильно и испуганной. Юнги также сидит и поглаживает одной рукой хвост Хурмы, второй обнимая парня, который уже придумал себе самые худшие сценарии и заболевания.       Их приглашают в кабинет через десять минут, прося поставить кота на специальный столик для общего осмотра. Врач спрашивает, что их беспокоит и для чего они пришли, и Юнги рассказывает все вместо Пака, так как тот уделяет внимание лишь прижавшейся к нему Хурме, наверняка понявшей что они тут не просто так.       – Много спит и мало ест? – переспрашивает врач, придвигая к себе кошку. – Запор или рвота? – парни отрицательно качают головой. – Каким кормом мы питаемся? – спокойно спрашивает мужчина, улыбаясь и гладя Хурму по мордочке, позволяя немного расслабиться. – Мы сделаем пару анализов, но думаю, что это простые глисты, ничего страшного. Вы хотите ее стерилизовать? – снова положительный ответ. – Тогда если мы их выявим, то просто пропишем антигельминтные препараты. Если вы ее решите оставить в клинике для наблюдения, то их колоть будет мы. Всего пара уколов, и мы будем полностью здоровы. Да, Хурма? – снова улыбается врач.       Недолго посоветовавшись, Юнги все-таки уговорил Чимина что оставить Хурму на неделю в лечебнице будет более разумно, так как врачи, в случае чего, быстро смогут помочь. Тем более что уколы дома никто ей делать не будет, так как Мина она и близко к себе не подпустит, а Пак и думать про это не станет. Оплачивая счет за все процедуры, которые пока что были прописаны, Юнги ожидает в коридоре Чимина, который ушел с Хурмой в отдельное помещение чтобы посадить ее в клетку. Выходя к старшему, он пытается как можно лучше сдержать свои слезы, ведь он только что закрыл Хурму саму, непонятно где, в клетке, и после этого еще и ушел.       – Все будет хорошо, это всего лишь на неделю. – целуя парня в макушку, Юнги прижимает его к себе. – Всего неделя и она снова будет кидаться на наши ноги и не подпускать меня ни к себе, ни к тебе. – с улыбкой говорит старший, видя, как на лице Пака показывается еле заметная улыбка.       Дома без животного оказывается слишком пусто и как-то одиноко. Никто не выпрашивает еды, не играется, и не кричит если ее случайно где-то закрыли. Юнги к этому относится более спокойно чем Чимин, с которым кошка все время спала. Но время все равно проходит быстро. Парни все выходные посвящают друг другу, постоянно гуляют и нежничают. Они смогли наконец-то найти время для полноценного похода в магазин, где купили много всяких вкусностей и пару бутылок алкоголя, чтобы вечером сесть за просмотр какого-то фильма.       Чимин устроился почти что полностью на Юнги, который был совершенно не против, лишь ближе к себе прижимал, заставляя чужие волосы щекотать кожу лица. Они решили включить что-то спокойное, чтобы не заморачиваться над сюжетом, так как понимали, что половину пропустят, постоянно отвлекаясь на поцелуи. Под конец Чимин вообще развернулся к Мину лицом, устраиваясь на его коленях. Юнги руками блуждал по спине, пробираясь под свободную футболку, пока младший наводил на его голове беспорядок.       Их поцелуи были долгими и тягучими, распаляя медленно, чтобы с каждой секундой все больше предвкушать и желать. Когда на заднем фоне послышались звуки постельной сцены, Чимин улыбнулся сквозь поцелуй, начиная ерзать на чужих коленях, проезжаясь своим возбуждением по чужому. Юнги на это рычит и впивается ладонями в мягкие ягодицы, сжимая, и через ткань шортов иногда ударяя, заставляя от неожиданности выдыхать весь воздух и стонать.       Они так сильно друг друга изнывают провокациями и так часто в последнее время дразнят, что оргазм на этот раз не заставляет себя долго ждать. Когда Юнги особенно сильно сжимает в ладонях чужие ягодицы, помогая как можно быстрее двигаться, Чимин жарко дышит ему в рот, кусая за губы и заламывая брови стонет, через раз повторяя имя своего парня. Они оба на грани, и когда старший сквозь ткань надавливает на колечко мышц между ягодиц, Пак не выдерживает, и с всхлипывающим стоном кончает. Он сжимает ладонями волосы на затылке Мина, двигается чтобы продлить оргазм и довести до него и второго. Юнги стонет, впивается в губы и более грубо двигает чужими ягодицами, за пару движений доводя себя до пика, дыша горячим воздухом и с прикрытыми глазами ощущая, как Чимин на нем немного расслабляется.       Парни принимают душ вместе. Намыливают друг другу волосы, игриво брызгаются водой и целуются со вкусом шампуня, кривясь, но все равно не отстраняясь.       Засыпают они ближе к часу ночи, прижимаясь голыми телами и прячась от холодного ветра с окна.       На следующий день они должны были забирать Хурму, но из-за того, что поздно легли, то благополучно проспали. Чимин быстро, чуть ли не бегая по квартире, пытается собрать все нужные ему вещи, пока сонный Юнги медленно передвигаясь, направлялся в душ. Парни даже не позавтракали, так как времени было слишком мало.       Придя в ветеринарную клинику, старший сразу же пошел оплачивать дополнительные процедуры, которые пришлось провести для избавления от глистов, которые все-таки были выявлены. Чимина в то время попросили забрать кошку, так как к врачам она в последнее время начала относиться более агрессивно.       – Неужели наша Хурма вернулась? – с улыбкой говорит Юнги, когда его успели цапнуть за руку лишь из-за того, что он хотел погладить животное. – Ничего что Чимин тебя тут оставил? – видя, как кошка спокойно сидит на руках гладящего ее Пака, Мин немного прищуривается, смотря то на Хурму, то на парня, что с улыбкой прижимает к себе здоровую кошку.       Когда они уже заходили в квартиру, Хурма начала просить, чтобы ее выпустили с переноски, сразу же срываясь с места и начиная разминать свои лапы при беге. Мин улыбается, смотря, как счастлив это видеть Чимин, после чего разувается и сделав пару шагов, шипит от боли в ноге, в которую вцепилась Хурма, агрессивно размахивая своим хвостом.       Как же Юнги отвык от этого. Но слыша, как смеется Чимин, аккуратно отнимая играющуюся кошку, ему уже становится все равно на боль в ноге. Он видит улыбку на пухлых губах, смотрит в глаза, которые прикрываются, и ему достаточно.       Пока Чимин с Хурмой в руках ей что-то рассказывает, старший подходит ближе, поднимая его голову за подбородок и целует, прерывая, сразу же проталкивая язык и сталкиваясь с немного удивленным и непонимающим.       Когда Юнги укладывает свои руки на шею и затылок парня, чтобы придвинуть еще ближе к себе, он чувствует, как его начинают царапать острыми когтями по шее, завидев там спрятанные завязки от толстовки.       – Ей надо купить ножницы. – шипит, аккуратно вынимая когти со своей кожи на шее.       – Чур обрезать ей коготки будешь ты. – смеется Чимин.       – Ну а кто же еще. – усмехается старший, смотря на улыбку.