Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История девятая. Итальянская канитель.

— Делькассе примет нас с префектом через час, — сказал Поль, возвращаясь в гостиную. Кофе остыл, круассан перестал выглядеть аппетитно, но ему было уже не до завтрака. Внутри бурлила энергия и роились мысли, выстраиваясь в чёткий план, что и когда ему нужно сделать, чтобы большая и зачастую неповоротливая система пришла в движение и выдала результат. — Думаю, что толк будет. У него свои люди в столице, которые к полиции не имеют никакого отношения, возможно, они прольют свет на то, что мы не знаем. Яков, который просматривал записи в блокноте, кивнул. Делькассе был министром иностранных дел и на своем посту добился для Франции множества дипломатических побед. Он был трезвым политиком, не гнался за славой, а планомерно и не обращая внимание на постоянную критику выполнял свою работу — делал для своей родины всё, чтобы она процветала. — Я изучу книгу, поговорю с Карлом и проясню ситуацию с нашим особняком, — поделился Штольман своими планами. — Не забудь, что нужно еще попытаться найти Агату, — напомнила Аня. Вопрос с двумя ключами, которые открывали неизвестно что, тоже оставался открытым. О том, что Флориану нужно было выручать из плена, и говорить было нечего — это понимали все. — Это можно сделать, — подал голос Гастон, который в отличие от Поля позавтракал плотно и со вкусом. К нему вернулось доброе расположение духа и теперь он снова был готов к великим свершениям и кропотливой работе. Аж до самого обеда. — Мы уже обсудили это. Штольман кивнул, а Анины бесенята тут же выстроились в ряд, подняли транспаранты с феминистическими высказываниями и принялись выхаживать туда-сюда, выкрикивая лозунги. Яков поднял бровь. Да что ж ты будешь делать?! Повернувшись к жене, он затронул ноющий бок и поморщился. Бесенята тут же побросали свои таблички и с волнением приникли к радужке, чтобы лучше видеть, что происходит. Штольман, видя, что Аня собирается его лечить, незаметно покачал головой, прося её не начинать эту эпопею сейчас. Несмотря на боль и легкое недомогание он мог работать с этой раной, поэтому не нужно сейчас всей этой суеты. Аня поджала губы, но села. Со своим чрезмерно мужественным супругом она потом поговорит! — Что вы придумали? — спросил Пётр Иванович. Он чувствовал, что сегодня ему снова выполнять роль присмотрщика за детьми, поэтому хоть на словах нужно узнать, что же решил его зять. — Всё просто, — ответил Гастон. — Мы стали думать, как найти эту самую старую Агату и пришли к выводу, что она живет не так далеко от нашего дома. — Что вы говорите! — с интересом воскликнул Миронов и вылил остатки холодного кофе себе в чашку. — Да, именно так! Давайте рассуждать. К нам в дом приходит старуха, одетая небогато, плохо говорящая по-французски, но при этом осведомленная о том, что здесь живут Штольманы и более того — называет Карла байстрюком. Из этого можно сделать вывод, что искомая старуха не слишком хорошо, но знает мать Карла, и сумела навести справки о том, где искать людей по фамилии Штольман. Я предполагаю, что вряд ли она начинает свой день с чтения свежих французских газет, раз уж она и говорит плохо, поэтому статьи о Якове и Анне она вряд ли видела. Следовательно ей нужно было брать информацию по-другому. Я не могу, скажем, свободно искать человека, который живет теоретически на другом конце города, потому что мои ребята охватывают несколько районов в нашей части Парижа. Зато здесь я свободен в формах и методах, поэтому с легкостью выясню, кто и где живет, если это в моей юрисдикции. Значит, нужно искать неподалеку. Штольман невольно улыбнулся, как и Поль, который уже отметил качества и умения воспитанника своего друга, которые сделают его прекрасным полицейским. Его нужно будет обязательно взять в центральное управление. Такие ребята нужны этому городу! Отучится и к нему в отдел! — Начнем мы с итальянского квартала, куда селятся выходцы из Италии. Де Берси обширный район, но он вероятнее всего приведет нас к старухе Агате. Я сегодня же дам указание парням начать поиски, — тут он сделал паузу и взволнованно посмотрел на Петра Ивановича. — Только вы ведь присмотрите за Мартой и детьми? — спросил он, не желая оставлять дорогих ему людей без защиты. — Присмотрю, — вздохнул Миронов. Видимо, дни приключений для него окончились. Теперь ему отводилась роль няньки.