Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История девятая. Итальянская канитель.

Шумная толпа младших Штольманов во главе с Петром Ивановичем покинула квартиру, чтобы отправиться в гостиницу, где они проведут две ближайшие ночи. Гастон отбыл на встречу с агентами, Поль — на встречу с префектом. Анин дядя предложил сесть на омнибус, который курсировал неподалеку, что дети восприняли с восторгом. Сейчас они ожидали Карла на улице, потому что Якову нужно было расспросить его о семье, что лучше было делать один на один. Аня в данной ситуации была мальчику поддержкой и утешением. Серьезный и взволнованный, Карл сидел на диване в гостиной, с силой сжимая металлический ободок сумки. Аня села рядом и погладила его по плечу, и он благодарно улыбнулся. Аню он не боялся. — Карл, нам нужно прояснить кое-что, — сказал Штольман, садясь напротив ребенка, стараясь держать спину прямо. Рана снова стала ныть и приходилось искать подходящую позу, чтобы разговор прошел сносно. — Я задам тебе несколько вопросов, отвечай, пожалуйста, честно. Это очень важно. Мальчик кивнул, не оскорбившись из-за просьбы Штольмана. Он был хороший сыщик, в этом Карл уже убедился, а потому ему нужна была только правда. Он так сказал вовсе не из-за того, что считает его лжецом. — Расскажи о своей бабушке, — попросил Яков. Мальчик удивленно посмотрел на него. А про бабушку зачем рассказывать? — Ну-у-у, — протянул Карл. — Она живет в Гамбеттоле, в большом поместье. Она не любит людей, не выходит в свет. Она очень любит меня. Мальчик пожал плечами, не зная, что должен ещё сказать. Штольман же, хоть и не услышал главного — имени и фамилии, понял многое. Карла она любит, а вот его отца и мать? — Она, видимо, часто видится с тобой? — спросил он, решив немного смягчить ситуацию и разговорить итальянского Штольмана. — Я езжу к ней с нянюшкой Катей каждое лето. — Только няня Катя говорит по-русски с тобой? — Нет, папа тоже, когда бывает дома, — Карл снова замялся, вспомнив об отце, а потом с силой сжал зубы. Не будет он сейчас об этом думать! — Няня Катя ведь его тоже воспитывала! С самого маленького возраста. Она жила с бабушкой, а потом приехала к нам домой. Чтобы помогать папе, а потом присматривать за мной. Мальчик вдруг улыбнулся, а потом продолжил: — Она знает столько историй! Смешных и страшных! Всегда найдёт какой-нибудь подходящий рассказ. Аня улыбнулась. Ей вспомнилась её нянюшка, которая тоже пела песни и рассказывала сказки, когда она не могла заснуть. — Бабушка гостит у вас? — спросил Штольман, решив прояснить все до конца. Карл покачал головой. — Она сердита на папу. И маму. Она мне говорит, что мой отец сделал меня сиротой при живом родителе! И что моя мать ему в этом потакает! Хорошее дело - муж по полгода не бывает дома! Безответственный он человек! Но это неправда! Мальчик почти вскочил с дивана, и Аня обняла его, чтобы успокоить. Он дрожал, стараясь защитить тех, кто ему дорог. — Няня Катя никогда не перечит бабушке, но в такие моменты всегда качает головой и встает на его защиту! Она говорит, что бабушка просто не может простить своего мужа, вот и на папу сердится. — Как зовут твою бабушку? — спросил Яков. Только так он мог хоть что-то понять. Пока картина не прояснялась. — Корнелия, — ответил Карл. Штольман поднял брови. Это, конечно, ничего ему не дало. Ведь спроси он сейчас про фамилию, мальчик ответит — Штольман. — Она была очень известна много лет назад, — с гордостью добавил парнишка. — Чем же? — спросил Яков. — Я хорошо пою, — пояснил Карл. — Учитель говорит, что это природный талант — так слышать и исполнять музыку. Это у меня от неё. Когда бабушка была молодая, она выступала в самых знаменитых театрах Европы, её приглашали даже петь для королей, представляете? У женщин чистое контральто — большая редкость, а у бабушки оно есть. У неё удивительный голос, и она умеет исполнять самые сложные арии. Я видел много афиш с её выступлений, видел вырезки из газет, видел её портреты! — Ты знаешь, какая фамилия была у неё в девичестве? — спросил Штольман. Он сидел, стараясь не показывать охватившую его бурю эмоций. Он знал, о ком говорит Карл, но ему необходимо было получить подтверждение. — Знаю, — сказал Карл. — Мою бабушку звали Корнелия Лоренци. Штольман выдохнул, откидываясь на спинку стула, не обращая внимание на боль в боку. Он теперь примерно представлял себе, кто такой Аурелио Штольман, но не мог себе и вообразить, что такое вообще возможно.