Грязные страницы

Антон мерил шагами город. Небо затянули чёрные тучи, было страшно, все так серо, мутно ещё и молния. Утреннее солнце оказалась обманчивым. Докурив сигарету до половины вдруг грянул дождь. Антон укрылся в чужой парадной. Он не знал как его туда занесло. Он бродил бесцельно по городу ставшим вдруг спасительно чужим. Ему бы этот прибор с яркой вспышкой из фильма «Люди в чёрном». Он бы выкрутил реле на максимум и вообще все под чистую стёр бы. Он написал бы себе записку с просьбой не пытаться узнать о прошлом. Во избежании возможных рисков наврал бы в ней сам себе безбожно. А если бы он кого нибудь встретил, кто напомнил бы ему о забытом, он нажал бы ещё раз на кнопку. Это так просто: вкл—выкл. 28 октября 2011 год — …как бы вы ни страдали, но все равно с этой памятью расставаться не хотели. — О, слыхал? — подала голос засыпающая подруга, которая умиротворенно слушала успокаивающий ее голос друга. — Подчеркни, загни уголок страницы и на лбу себе напиши, чтобы всегда помнить. — Ты спи давай, — фыркнув прошептал Антон, ткнул подругу в бок и продолжить читать. Но уже не вникая, ведь эти слова и в правду задели в нем что-то. Как только дыхание Оксанки выровнялось и стало глубоким и монотонным, Антон открыл загнутый уголок страницы и раз за разом перечитывал фразу на которой акцентировала подруга. Он не заплакал, но сердце его было переполнено. 1 ноября 2011 год Пролетела неделя. Антон приходил к подруге каждый день, а в первые три дня болезни так вообще ночевал у нее дома, потому что слишком переживал за свою девочку. Ей хотелось дать всю заботу. Он заваривал ей чай и приносил в кровать, давал нужные таблетки, бегал в аптеку и в продуктовый, радовал ее любимыми сладостями. Он читал ей новую книгу Харуки Мураками перед сном, подаренную Лией на днях. Удивительно, как они сдружились за эти пару недель. Коллега ежедневно писала Оксане обо всем: о раздражающий ее покупателей, которые по 20 минут сыпали вопросами о различных произведениях, а позже уходили с пустыми руками; о бабушках, которые намеревались выйти не оплатив покупку говоря, что думали, что это библиотека и здесь все бесплатно. И не забывала интересоваться самочувствием подруги. Один раз даже навестив ее, пока Антон был на учебе. В качестве презента, она привезла ей ту самую книгу, чтобы та не скучала дома. Не забывал о ней и Арсений, который также ежедневно осведомлялся о состоянии здоровья коллеги. А еще он часто спрашивал об Антоне. И сегодняшний день не исключение.

***

Утро первого ноябрьского дня началось с кофе. За деревянным окном кафе «Snug» утреннее солнце отрадно делилось своим светом с горожанами. Птицы, мелодично заливаясь, делали утро и город живыми. — Доброе утро, — поздоровалась Оксана с бариста. — латте с мятным сиропом, пожалуйста. — Здравствуйте, будет сделано, — бодро ответила девушка по ту сторону стойки и принялась за работу. Она давно здесь не была, потому увлечённо рассматривала подзабытый интерьер помещения освещенного яркими лучиками. В дверях показался мужчина лет 40 в деловом костюме с немного ослабленным галстуком, что заказал двойное эспрессо. Да уж… Видимо его с самого утра замотали, а ведь рабочий день только начинается. — Ваше латте с мятным сиропом, — от разглядываний незнакомца отвлекла бариста, поставив перед ней картонный стаканчик. — Спасибо, хорошего дня, — отозвалась Оксана и повернулась к тому самому мужчине. — и вам! — добавила она и покинула кафе направляясь на работу в книжную лавку. Бариста делали кофе зачуханным, сонным людишкам, с зубной пастой в уголке губ, которую они перед выходом, в спешке не заметили. Люд торопился на работу, город проснулся.

***

Его никогда гложело чувство отчужденности так, как гложет сейчас. Когда он стоит в пустой и тихой общажной кухне, когда бросает взгляд в окно и видит только вечернюю темноту, ощущая полную уверенность, что в этой темноте ни души. Мог ли он когда то предположить, что всерьёз начнёт размышлять о своей отрешённости в обществе? Да он до сих пор не может утолить тремор рук пластинками валерьянки. Это чувство выбивало из груди воздух, не позволяя сделать полноценный глубокий вдох. Оно обезоруживало, выкручивало наизнанку и заламывало руки. От осознания своих ошибок, насчитываемого количества ошибок, становилось тошно от самого себя. Я должен разобраться в себе, пока не поздно. Неужели мне уготована такая участь? В первый раз в жизни мне тяжело быть одному. Пока ещё не поздно, пока я не навожу страх на детей, я хотел бы с кем нибудь поговорить о том, что со мной происходит. Как только закипает чайник, заливает несчастное 3в1, разливая кипяток на стол. Хватает кружку и шагает ватными ногами в комнату. Включает телефон, открывает Инстаграмм. Кусает губы до металического привкуса, что остаётся на языке. Мечется. Вы подписались на @arseniyspopov. И выключает телефон, уже пожалев о совершённом действии. Как съедать себя изнутри так это запросто, это он первый. А как перейти к действиям, так тут же, и так переполненный излишними терзаниями разум, посещают сомнения. И им не крикнешь «Брысь» или «Фу» как можно прогнать дворовых кота или собаку. Дабы прогнать их он взял книгу, и принялся шумно сёрбать горячий напиток. Из омута Франции и, до слез на глазах трагичной любви, за шкирку вырвало сообщение. Не было сомнений от кого оно. Второе. Третье. Не разблокировав телефон он принялся читать уведомления отображающиеся на главном экране: @arseniyspopov подписался (ась) на вас. @arseniyspopov поставил (а) нравится вашей публикации. @arseniyspopov: Привет, как ты? Чувство заботы о своей персоне от нового знакомого как притягивало, так и отталкивало одновременно, ведь откуда он может знать, какой ценой это обойдётся. 2 ноября 2011 год — …это было так давно, — смеясь протянула Лия и отпила из кружки только что заваренный кофе. Так вышло, что однажды, когда то очень давно, сидя за разговорами у Лии дома, она узнала ориентацию товарища. Когда очередная девушка Арсения категории «Ненадолго», слепо веря, что это любовь до гроба, кричала мужчине в трубку: — Ты готов потерять меня ради своих изощренных предпочтений? А не высока ли цена? Знаешь, ты не БИсексуал, ты БИдолага! Мужчину это до безумия позабавило, и его смех уничтожил все напряжение, которое испытала подруга, услышав не нужный разговор. Она не первая, кто узнал о его нетрадиционной ориентации. Первыми, по случайности и неаккуратности Арсения, стали родители. После серьезного разговора о его «предпочтениях» он с ними не общается, ведь те продемонстрировали ярое разочарование в сыне, а он, никогда не воспринимал своё нестандартное для общества влечение как бремя. Посчитав, что ему не стоит тратить свои нервы, даже на самых близких людей, чтобы доказать свою нормальность, он отстранился. Тогда было больно. Адски больно. Не в силах была помочь даже Лия. Но некая Маргарита его вытащила. Маргарита — единственная особь женского пола, не считая подруги, которая его не предавала, которая не лгала и не использовала. Маргарита — его рыжая кошка, которую он завёл после того как от него отвернулись родители. Ему нужен был кто-то рядом, неважно кто, и этим «неважно кто» стала эта мурчащая шкура, которая не давала почувствовать себя брошенным и преданным, когда ты и в самом деле таков. В то время она стала для Арсения маленьким лучиком света, что, в свою очередь, вывел его в высоты. Сейчас сидя на его кухне с Лией они вспоминали это с улыбкой и задорным смехом. Раны затянулись. — Кому ты там пишешь? — вопросила подруга, когда Арсений глядя в экран смартфона начал быстро печатать и лыбиться, как наевшийся сметаны кот. — Антону, — ответил мужчина отложив гаджет. — Оу, — игриво протянула она. — Лий, ну что «оу», всего лишь спросил как он. — Да поняла я, БИдолага, — сказала она и кухню поглотил смех. Но в чем то она была права. Что-то было в нем такое, что зацепило Арсения. Он был необычным. Он что-то таил. Это и выделяло Антона в толпе заурядных, болтливых людишек. 3 ноября 2011 год — Окс, Лина, предлагаю вам съездить на природу в субботу, — обращаясь к двум коллегам сидящим напротив него сказал Арсений. — погода радует, 19 градусов тепла! Боюсь если мы упустим этот шанс, вылазку прийдется отложить АЖ до апреля. — специально акцентировав на этом, чтобы не получить отказ, он пытливо смотрел на своих подруг. — Я за! — вскрикнула Оксана подрываясь с места. — неделю дома сидела, я почти сошла с ума. — Куда ж я денусь, я тоже за, — театрально вздохнув ответила Лия и удивлённо уставилась на друзей, которые радостно дают друг другу пять. — Оксанка, возьмёшь Антона с нами? Чего ему киснуть в общаге, воздухом подышим, — предложил мужчина беря печеньку из вазочки, и следом добавил, вскинув руки в сдававшемся жесте. — еда и транспорт на мне. В лавке раздался смех трёх друзей, которые уже предвкушали предстоявшую поездку. 5 ноября 2011 год На улице сияло солнце, вчерашней непогоды как и не бывало, Антон спускался по лестнице на улицу, где его уже ждали Оксанка, Лия и Арсений. — Здравствуйте, — спокойно сказал парень сев в машину. — Привет, рад тебя видеть, — заразительно улыбаясь промолвил Арсений заводя машину. Следом поздоровались и девушки. — готов отдыхать после учебной недели? — Да, а то уже изрядно подзаебался, — не думаю ответил он, но резко осекся. — устал. — Как я тебя понимаю! Мои студенческие годы… Ой- ой- ой, — кинув смешок, скривился Арсений, и начал долгое повествование об отрывистых вечеринках в общаге. Лия раз за разом добавляла истории красок и подробностей, а Оксанка от не сдерживаемого хохота била ногами сидение друга. Поведал и о том как с утренним похмельем вся группа торопилась на первую пару, и как та первая пара проходила. — С Божьей помощью, — добавляла Лия. Не вдаваясь в подробности, рассказ был о студенческой жизни, что было весьма занимательной темой для Антона, ибо у него тоже чрезмерно много таких историй, даже не смотря на то, что близких друзей в университете у него нет, напиваться с одногруппниками и попадать в смешные ситуации он успевал. Это все благодаря соседу по комнате, который вечно тащил его в такие заварушки. Неделю назад он уехал в свой родной город надевать маму. Парню было что ответить, и что рассказать, в случае если понадобится заполнить неловкую тишину, которая, кстати, ни на секунду не возникла. Он проникся историями мужчины, как тот выразился «из молодости», ведь сейчас студент как раз проживал этот период, и, признаться, чертовски любопытно, как проживал его такой манерный Арсений. Они коротали время за незначительными разговорами, и все ещё ехали уже добрый час. За окном давно не было видно города. Одна трасса обрамлённая оранжевыми деревьями, и лишь изредка они проезжали повороты в сёла. Но следующий поворот был другим, он заворачивал в лес, именно сюда и повернул Арсений. Через пару минут машина остановилась. — Ну наконец то приехали, спина уже затекла, вылезайте, — сказал мужчина, вышел из машины и подтягиваясь вскинул руки вверх. На его лицо падали лучи тёплого солнца, делая ещё красивее, а то как он морщился, когда яркими лучами слепило глаза, делало его точно котом! Девушки вылезли следом. — Какой чистый воздух, — вдыхая полной грудью отозвалась Оксанка и, взяв подругу под руку, они принялись изучать местность. Антон смущенно усмехнулся, заразив кота Арсения своей улыбкой. Игра в гляделки продолжалась секунд пять, солнце зашло за маленькую тучку, но они все ещё грели друг друга взглядом. Мужчина опешил первым: — Поможешь достать вещи? — спросил он открывая багажник, и поманил студента пальцем. — Боюсь, тут в две руки не унесёшь, а девочек уже на горизонте и не видно. — Да, конечно! — немного растерявшись ответил он и подошёл к Арсению. А тот не соврал и ни капли не преувеличил, вещей было действительно много. Много настолько, что они вдвоём их еле дотащили к беседке, где уже ждали Окс и Лия. Обрамлённая темным деревом она стояла в пустом лесу, внутри неё был такого же цвета небольшой столик и две лавочки расположение с обеих его сторон. На стыке балок виднелись гнёздышка птичек, к одному из которых, с червячком в клюве, подлетела мама-ласточка, и принялась кормить своих птенчиков. Снаружи деревянная беседка была ещё сырая после вчерашнего дождя, что никак нельзя сказать о столе и лавочках под навесом внутри, они были чистые, сухие. Арсений открыв пакеты, вынул оттуда два пледа и кинул на, рядом и напротив, стоящие лавочки. Он положил на стол небольшую коробочку, которая чем то напоминала коробку для пиццы, раскрыл ее, и им в нос ударил, дурманящий желудок, запах вишневого пирога. Брови всех троих полезли наверх. — Это ты сам приготовил?! — удивлённо воскликнули подруги. — Настолько плохо? Пёкся пол дня с ним, — наливая в картонные стаканчики кофе с термоса, ответил затейщик. — давайте уже будем пробовать, что я там состряпал. — Эй, ну не говори так, выглядит потрясно, про аромат, который заставляет мой желудок жадно урчать, я вообще молчу! — хохоча перечил мужчине Антон. Они ели пирог запивая его кофе. Они разговаривали не пересекая личные границы друг друга, что заставляло чувствовать себя спокойно и расслабленно. И, кажется, Антону давно не было так спокойно в окружении малознакомых людей. Ещё они задорно смеялись, а иногда просто комфортно молчали, слушая шёпот ветра, и редкое пение птиц. Когда напиток закончился девочки отлучились на пару минут сходить по ещё один термос. Антон был спокоен и чувствовал себя в своей тарелке, только когда подруга была рядом. Сейчас же, когда они остались вдвоём, он ощущал острую нужду что-то сказать, лишь бы перебить неловкую тишину. Но Арсений начал диалог сам. — Недавно прочёл книгу «Любовник Леди Чаттерли», слыхал о такой? — Думал купить ее как закончу Ремарка, — отозвался Антон немного удивленный от того, что их вкусы в литературе совпали. Мужчина на это одобрительно хмыкнул и продолжил: — Очень понравилась одна цитата, и мне кажется, что ты человек с которым можно поднять такие темы, без опаски, что тебя не поймут, — переводя взгляд с неба на парня, который вопросительно изогнул бровь, сказал Арсений. — имею ввиду обсуждение цитат и литературы в общем. — Приятно слышать, — растрогано ответил Антон пряча улыбку. — так какая цитата? — «Все дело в нашем неуместном любопытстве», — уверенно проговорил Арсений, пряча за уверенностью страх, ведь это был намёк… — почему то зацепило, — оправдываясь добавил он. — Я считаю, что в этом наша человеческая суть, нет ничего сильнее любопытства, ненависти и любви, — выражая свою точку зрения ответил младший. — Когда то я считал, что любовь и ненависть одно и тоже, я был совсем маленький, но сейчас тоже особой разницы не вижу, — пожав плечами поделился своим мнением собеседник. — ведь от обожания к отвращению один шаг. — От любопытства до похуизма тоже не километр, — саркастически выдал Антон и в следующую секунду услышал громкий смех Арсения, который эхом прошёлся по всему лесу. Наверное, даже как в мультфильмах, с деревьев разлетелись испуганные птички.