Кровавые осколки (Bloody Shards)

      Гарри пошел сторонними коридорами, чтобы добраться до гриффиндорской башни, не желая кого-либо встречать по пути. Он мог представить, как быстро распространятся новости, как только его заметят, и не хотел, чтобы Рон и Гермиона услышали это от кого-то, кроме него.              Только когда он добрался до прохода в портрете, он понял, что друзья, возможно, не в башне. В конце концов, был субботний день, и погода еще не была слишком холодной для октября.              — Крылья феи, — пробормотал он, опустив лицо к полу.              — Что? Говори громче, я тебя не слышу, — фыркнула Полная дама.              Гарри поднял глаза, поморщившись, когда она ахнула.              — Хорошо, еще раз! Пароль…              — Крылья феи, — громко сказал Гарри, прерывая ее восклицание.              — Хорошо, — она нахмурилась, открывая проход.              Гарри вошел в гостиную Гриффиндора и застыл на месте, когда, во второй раз за этот день, при его появлении все присутствующие замолчали.              На этот раз, однако, не было Снейпа, который сдерживал толпу, и все сразу вскочили на ноги с криками.              — Гарри!              — Я не могу в это поверить!              — Мы думали, ты умер, приятель!              — Что случилось?? Где ты был?              — ... Гарри?              Гарри немедленно повернулся на этот последний голос, единственный, кто не кричал, и встретился с карими глазами Гермионы.              Он прочистил горло, во рту внезапно пересохло.              — Привет, Гермиона, — прохрипел он.              Она медленно шагнула вперед, словно в трансе. Ее глаза быстро наполнились слезами, и он хотел отвести взгляд, но не смог.              — Что… почему... — она прочистила горло. — Где ты был?              Вспомнив про толпу слушателей, он сказал только:              — Лондон.              Она оглядела его с ног до головы.              — Ты выглядишь ужасно.              — Спасибо, — криво усмехнулся он.              Внезапно она обняла его и уткнулась лицом в плечо.              — Мы так волновались за тебя! — всхлипнула она.              Гарри неловко погладил ее по спине, выплевывая пряди густых волос.              — Прости, Миона, правда, прости.              Она отстранилась, всхлипывая, затем замерла, уставившись в точку за его плечом.              Гарри повернулся и увидел Рона, стоящего в открытом проеме портрета, явно только что вошедшего. Он тяжело дышал.              — Джинни нашла меня... сказала, что Гарри... — он умолк.              — Привет, дружище, — сказал Гарри, слабо улыбаясь.              Рон подошел к нему с недоверием на лице.              — Гарри, это действительно ты?              — Да, это я.              — Ты… выглядишь ужасно, — сказал он, расплываясь в улыбке.              Гарри с облегчением улыбнулся в ответ.              — Уж вы двое скажете все как есть.              — Нет, Гарри, правда, — сказала Гермиона, проводя пальцами по его челюсти. — У тебя огромный синяк.              — У меня он не один, — легко признался Гарри. Остальные, казалось, подумали, что это нечто большее, чем было на самом деле, но позволили ему сменить тему разговора на уроки. Как и следовало ожидать, Гермиона вздохнула.              — О, тебе нужно столько много наверстать! Естественно, я вела подробную запись всех заданий, которые ты пропустил, можешь взять мои заметки. Я составлю расписание занятий, чтобы ты смог сделать все как можно быстрее.              — Прекрати, Миона! — сказал Рон, улыбаясь Гарри поверх ее головы. — Он только что вернулся!              Она уперла руки в бока.              — У Гарри много дел, Рональд, и ты не можешь его отвлекать.              — Это ненормально, — прошептал Рон, когда они последовали за ней из общей комнаты, игнорируя взгляды все еще наблюдающей толпы.              — Я все слышала! —крикнула Гермиона откуда-то спереди.              У Гарри чуть не закружилась голова от счастья. За последние два месяца именно этого ему не хватало больше всего на свете.              — Рад, что ты вернулся, Гарри, — сказал Рон.              — Да, — согласился Гарри. — Я тоже.

***

      Возвращение к повседневной жизни оказалось трудным, как Гарри и ожидал, но не по тем причинам, о которых он думал.              Он знал, что его исчезновение и повторное появление станет причиной множества сплетен среди студентов, но через неделю люди, казалось, смирились с тем, что они не узнают о странствиях Гарри ничего, кроме Лондона, и перешли к другим темам.              Разумеется, он рассказал Рону и Гермионе всю историю. Оба были в ужасе, услышав о том, что сделали Дурсли, а Гермиона плакала пятнадцать минут после того, как он вкратце рассказал о своем пребывании на улице. Пока она прятала лицо в ладонях, Гарри показал Рону неровный шрам на своем предплечье от первой драки на ножах, в которую он ввязался. Он тихо присвистнул, качая головой.              — Я рад, что с тобой все в порядке, приятель, — сказал он, рассеянно похлопав Гермиону по плечу.              Наверстывать упущенное было тяжело, но Гермиона действительно помогла. Расписание занятий, которое она составила, означало, что он неуклонно справлялся с пропущенными заданиями, и через две недели он прочитал большую часть материала и приступил к написанию эссе.              Однако, на что он не рассчитывал, так это на нервные инстинкты, отточенные во время его пребывания на улицах, как называл это Рон. Однажды одно из заклинаний Невилла дало обратный эффект с громким шумом, и Гарри вскочил на ноги, дико озираясь по сторонам. В другой раз Малфой бросил маринованную жабу в котел Гарри, и Гарри отбил ее с такой скоростью и силой, что она ударилась о край стола Панси Паркинсон и взорвалась, оставив девочку покрытой жабьими кишками и вопящей. Все его одноклассники заметили его нервозное поведение, и даже его друзья стали объявлять о своем присутствии, прежде чем прикоснуться к нему, после того как Гермиона похлопала его сзади по плечу, и он чуть не сломал ей нос.              Все это произошло в подземельях в пятницу. Снейп задержал его после урока, во время которого возвращал некоторые из поздних эссе, которые Гарри написал и сдал. Залы были пусты; это было последнее занятие в этот день, и всем не терпелось выбраться на улицу, чтобы провести, вероятно, последние приятные выходные в году.              Гарри отвлекся, размышляя о недавних изменениях в поведении Снейпа, когда его сильно напугал кашель позади него. Недолго думая, поскольку этот звук напомнил ему о странном старике, который обычно странно поглядывал на него в Лондоне всякий раз, когда он проходил мимо его переулка, Гарри вытащил свою палочку и крикнул:              — Flipendo!              Только когда Рона отбросило назад, и он ударился головой о стену, Гарри понял, кто это был.              — Рон! — закричал Гарри, подскакивая к своему другу.              Густая струйка крови стекала по виску мальчика, и Гарри вспомнил другого мальчика с окровавленным лицом. В тот раз Гарри боролся за свою жизнь, но Рон был его лучшим другом.              Дрожа, Гарри потрогал голову Рона. В том месте, где он ударился о каменную стену, вздулась шишка, и его глаза были закрыты.              Должно быть, он ждал, когда Гарри выйдет из кабинета Снейпа.              Кабинет Снейпа.              Если бы они не были так близко, и Снейп не был бы так удивительно терпелив, Гарри никогда бы даже не подумал пойти к этому человеку. Однако сейчас он побежал в класс, из которого только что вышел.              Он колотил в закрытую дверь, стараясь не паниковать. Мгновение спустя она распахнулась, и Снейп посмотрел на Гарри сверху вниз.              — Пожалуйста, сэр, — выдохнул он, хватаясь за бок. — Это все моя вина...              — Что случилось? — резко спросил Снейп.              — Рон, — сказал Гарри.              Снейп последовал за ним по коридору и завернул за угол, где все еще неподвижно лежал Рон.              — Я не знал, что это был он, — сказал Гарри, проводя рукой по своим все еще непричесанным волосам.              — Тогда он не будет винить вас за то, что вы прокляли его, — коротко сказал Снейп, вытаскивая свою палочку и проводя диагностику над лежащим без сознания мальчиком. — С ним все в порядке, просто сотрясение мозга.              Он наколдовал носилки и левитировал на них тело Рона.              Гарри шел рядом со Снейпом всю дорогу до Больничного крыла, мысленно обвиняя себя всю дорогу.              Когда мадам Помфри увидела своего пациента, она повернулась к тем двоим, которые его принесли.              — Что случилось?              Гарри открыл рот, чтобы объяснить, но Снейп вмешался первым.              — Мистер Уизли ударился головой о стену. Никаких повреждений от заклинания, только сотрясение мозга.              Мадам Помфри кивнула и пошла за зельем.              — Мистер Поттер, не могли бы вы пройти со мной в мой кабинет.              Бросив последний скорбный взгляд на Рона, Гарри последовал за Снейпом обратно тем же путем, которым они пришли.              В кабинете этого человека Гарри было приказано сесть на предоставленный неудобный стул для посетителей. Снейп остался стоять, прислонившись к столу и скрестив руки на груди, задумчиво наблюдая за Гарри.              — Я не хотел, — наконец прошептал Гарри, молчание стало для него невыносимым.              — Я знаю, — сказал Снейп.              Гарри посмотрел на него.              Он больше не знал, что делать со Снейпом. С тех пор, как этот человек купил ему еду и одежду в тот день, когда Гарри нашелся, его поведение изменилось. Он по-прежнему был язвительным и раздражительным на уроках, но Гарри казалось, что его оскорбления были менее личными. Похоже, больше никто этого не заметил, поэтому Гарри молчал.              Снейп также был учителем, который отвел его в Косой переулок. Профессор действительно почти ничего не говорил во время дороги, что само по себе было необычно, но он дал несколько дельных советов о покупке хорошей повседневной одежды. Гарри мало что знал о повседневной одежде волшебников и все еще не был уверен, откуда Снейп что-то знал, учитывая, что Гарри никогда не видел его ни в чем, кроме полностью черной парадной мантии, но у него наконец-то появилась одежда, которая не была формальной, но все еще сидела впору.              Снейп слегка пошевелился, наклонив голову.              — Вы должны рассказать кому-нибудь, что произошло за те два месяца в Лондоне.              — Я рассказал Рону и Гермионе.              — Хорошо, — он прочистил горло, затем сказал: — Вы знаете, что здесь вы в безопасности, верно?              — Да, поэтому они расставили дементоров по всей школе. Потому что здесь безопасно, — сказал Гарри, не подумав.              Однако Снейп не стал снимать баллы. Он только кивнул.              — Верно.              Гарри ненавидел громкие звуки, но тишину он начинал ненавидеть еще больше.              Снейп резко выдвинул свой рабочий стул и сел.              — Когда мы проходим через что-то травмирующее...              — Сэр, пожалуйста, не надо меня подбадривать.              Снейп слегка приподнял брови.              — Я похож на Оливера Вуда?              Гарри разочарованно махнул рукой.              — Все говорили мне одно и то же. Ты прошел через трудное испытание. Иногда бояться — это нормально. Время лечит. Скоро ты придешь в норму. Я устал это слышать.              Снейп поджал губы.              — Да, полагаю, что это так. Не волнуйтесь, это не то, что я собирался сказать.              — Ну, хорошо, — пробормотал Гарри, затем покраснел от того, как по-детски это прозвучало.              — Я собирался напомнить, что ваш опыт формирует вас. Вы не должны ожидать, что забудете уроки, которые преподала вам жизнь. Инстинкты, которые вы развили в Лондоне, не обязательно плохие. Эти два месяца научили вас быть готовым к опасности с любой стороны, быть готовым ко всему. Хоть вы больше не там, вы, к сожалению, не в безопасности, — он слегка сардонически улыбнулся. — Вы Гарри Поттер. Опасность, кажется, следует за вами по пятам, куда бы вы ни пошли.              — Спасибо, — пробормотал Гарри, теребя в руках подол своей футболки. — Теперь я чувствую себя намного лучше.              — Что я пытаюсь вам сказать, так это то, что вы не должны пытаться вернуться к своему прежнему самодовольству.              — Эй!              — Этот инстинкт может сохранить вам жизнь там, где ничто другое не поможет. Чему вам действительно нужно научиться, так это контролю.              — И как мне это сделать? — спросил Гарри, чувствуя себя измотанным.              Снейп вздохнул.              — Я полагаю, у всех по-разному, — он остановился. — Многие люди, которые сражались в войне, прошли через то же самое, через что вы проходите сейчас. Они должны были научиться приспосабливаться к ситуации. Возможно, вам следует поработать с одним из них. Ремус Люпин, например.              Гарри медленно кивнул, обдумывая то, что сказал его профессор. Он поднял взгляд и встретился с серьезным взглядом Снейпа.              — А как насчет вас?              Снейп был явно озадачен, хотя быстро смягчил выражение лица.              — Меня, Поттер?              — Да. Вы участвовали в войне. Верно?              — Да, так и есть.              — Тогда почему бы вам не учить меня? Вы смогли угнаться за мной в Лондоне, когда многие люди заблудились бы, и вы никогда ничего не упускаете на уроках.              Снейп, казалось, на мгновение растерялся, не находя слов. Как раз в тот момент, когда Гарри подумал, что он собирается наказать его за дерзость, Снейп медленно произнес:              — Я подумаю об этом.              Что ж, это определенно не было да, но Гарри все равно почувствовал, как в его груди разгорается искра надежды.              — Спасибо, сэр.              Снейп кивнул, затем подбородком указал на дверь.              — А теперь убирайтесь отсюда. Все остальные, без сомнения, бросили домашнюю работу и впустую тратят время на свежем воздухе.              Гарри улыбнулся и поднялся.              — Да, сэр.              Выходя из кабинета, Гарри задумался, не начинают ли дела налаживаться.