Сложности жизни

Утро субботы — любимое утро для Ким Тэхена. Долгожданный отдых заставляет трепетать душу от нетерпения и побыстрее встать с кровати. Трехкомнатная квартира, подаренная родителями в прошлом году за успехи в учебе, грела в прямом и переносном смысле. Родителей он, безусловно, любит, но этой самостоятельности и свободы действий ждал долго, жизнь отдельно от родителей казалась ему сказочной. Все проходит обыденно, сначала бодрящий душ, сушка кучерявых черных волос и завтрак. Парень просматривает ленту новостей в инстаграме, поедая тосты с клубничным джемом и запивая какао. Эта неделя знатно его измотала — несколько лабораторных работ, доклад о бактериях, также в институте он практиковал первую помощь в разных ситуациях. Ведь у них медицинский корпус, а девушке, которой стало плохо, помочь никто толком не смог, отнесли в медпункт. Стыд и позор. И никого не волновало, что первый этаж для первокурсников, а они еще — пугливые суслики, половина из которых вылетит к середине года. Поэтому Тэхен сказал, что ничего удивительного в этом нет, а была бы она на другом этаже, помощь обязательно была бы оказана. Не повезло ей. За неторопливыми размышлениями и завтраком прошел час, Ким набрался сил на день. Молодому пышущему силой альфе нужно браться за список дел, которые он накидал вчера вечером. Первым делом, конечно, был магазин. Затариться продуктами на неделю — как субботний ритуал с десяти до двенадцати. Он не спеша ходил по продуктовому, набрал две корзины, как и всегда. Для него это было не то чтобы тяжело, но руки уставали и тянули в спазмах, со спортом Ким с садика на «вы и шепотом», поэтому никакого зала, как у большинства альф. Да и когда ему, с его-то медицинским… Отоварился он быстро, уже раскладывая продукты по пакетам, альфа услышал звук смс. Чирен~и Милый, я сегодня свободна, как смотришь на то, чтобы провести вечер вдвоем ;)

Вы

Конечно, заходи, буду ждать к шести, милая ;)

Чирен~и Купи бутылочку вина, пожалуйста Тэхен глубоко вздыхает, все продукты уложены и куплены, хорошо, что он еще не успел выйти из магазина, касса все еще свободна, а в субботнее утро мало народа. Любимое вино Чирен нашлось быстро, но вот незадача: к кассе подошли двое омег с корзинами побольше, чем были у него. Ждать, честно, очень не хочется. — Извините, надеюсь такие прекрасные создания поймут меня и пропустят, мне только вино купить, я спешу очень, — парень, что был пониже друга, заинтересованно стрельнул глазками в сторону Тэхена, ему явно понравился комплимент, а низкий баритон свел с ума. Парнишка мило улыбнулся, жестом показывая свое согласие. Смущение в свою сторону от омег вызывало гордость. Они часто попадали под его чары, были полностью покорены его харизмой. Тэхен не раз улавливал на свою спину долгие вдумчивые взгляды, слышал томные вздохи. Альфа поправил выбившуюся прядь волос, протягивая вино мужчине за кассой. Он поймал стесняющиеся в улыбке глазки низкого омеги, который закрыл пылающие щеки. Тэхен улыбнулся в ответ, на самой кассе взял две шоколадки и после покупки, вручил тем омегам, ему не жалко, он хоть и безработный студент, но деньги у него имеются и достаточно для таких вольностей — спасибо родителям и стипендии. Омега, кажется, хотел познакомиться, но парень лишь подмигнул, взял свои покупки и поспешил скрыться. На дворе одиннадцать утра, а у него как минимум два украденных омежьих сердца. Это неописуемо тешит его самолюбие и приподнимает настроение. Восхищенный взгляд одного из омег стоит перед глазами. Но он быстро забывается, когда Ким подходит к квартире и уже расставляет все продукты в пустующие полки холодильника. День проходит тихо и незаметно, он навел порядок в квартире, поболтал с родителями по видеосвязи, с него спросили за университет, и мама немного поругалась, что парень заметно похудел. Пожурила, что в гости редко заглядывает и сам совсем не звонит узнать как у старичков дела. Тэхен был занят просмотром комедийного сериала, когда в дверь начали настойчиво звонить. Ким проверил время — до прихода его девушки больше двух часов. Но все же за дверью оказалась именно она, девушка впорхнула в квартиру и начала активно что-то щебетать, рассказывая про свой день, проблемы с учебой, сложные тренировки. Альфа пропускал ее лепет мимо ушей, а когда Чирен начала его в этом подозревать — виновато улыбнулся. — Дорогой, опять все прослушал? Кому рассказываю-то? Или ты очень устал и хочешь немного расслабиться? Я помогу, — Чирен была эффектной и заметной издалека. Высокая, подтянутая, миловидная на лицо, ее волосы, окрашенные в холодный блонд, блестели даже в тусклом свете коридора. Тэхен не сказал бы, что эта девушка — любовь всей его жизни, или в будущем он планирует связать с ней судьбу, но с Чирен легко. С ней привычен абсолютно каждый вздох: и обсуждать последние события универа, и совместный душ по утрам, и секс с ней тоже привычен. Ким и не жалуется, былой страсти, как два года назад, уже нет, но человек она приятный, хотя и немного глупа. Не альфе это судить, ведь девушка имеет выгоду с их отношений: Тэхен — мальчик с серебряной ложкой во рту, поэтому попросить парня купить что-то интересное и дорогое вошло в привычку. Она с легкостью может позвонить ему в любой день и поставить в известность, что придет, а с него что-то приятное к столу, как сегодня — бутылочка сладкого белого вина стояла в шкафу и ждала своего часа. Тэхен, к слову, его ненавидит. — Да, конечно, помоги, — Тэхен не комментирует зазывающую улыбочку на чужом лице, он отдается под ее владение и настраивается на удовольствие. Чирен опускается на колени, немного дразнится, трет его ляжки, она всегда шутила первые месяцы их отношений насчет чувствительности бедер парня и их пухлости. Еще год назад приветливо шлепала его по заднице, а сейчас лишь хихикает на это. Телефон Чирен заставляет проскулить обоих, но они обоюдно решили игнорировать его, пока число звонков не перевалило за пять. Тэхен оторвал от себя девушку, намекая на раздражающую вещь в ее сумочке. Она заправила волосы за уши и вытерла губы, как будто собеседник поймет, что делала до этого девушка. Разговор проходит слишком быстро, эмоции на ее худом лице меняются с той же скоростью. Немой шок заменяется паникой и она, попрощавшись с собеседницей, надела второй сапог. — Милый, извини, убегаю, у меня в общаге чрезвычайная ситуация, в душе трубу прорвало, побежала спасать свои вещи, напишу, как освобожусь, — она бесцеремонно чмокнула его в полные губы и скрылась за дверью так же быстро, как и появилась. Тэхен выдохнул — не круто оставаться в таком состоянии, а девушка уже убежала. Не отвечать по выходным! Если твоя задница сегодня свободна, идем в клуб, тут новенькие девочки — ну конфетки просто. Затычка в любой заднице, Пак Чимин, как всегда готов к покорению вершин и чего еще. Тэхен познакомился с ним на первом курсе и с тех пор они вдвоем не разлей вода. Кадрили девчонок в начале универа до тех пор, пока у Тэхена не появилась Чирен, с которой он уже два года вместе. А вот Чимин так и не остепенился, такой же вечно свободный, вечно пьяный. Но на удивление неплохо учится, уже почти последний курс, последний рывок, так сказать. Чимин в каком-то смысле даже лучше шарит в узких предметах. И направление выбрал соответствующее себе — венеролог, похоже, в воду глядел на свой образ жизни. А Тэхен, как скромный парень, пошел на стоматолога, ну какая ему разница на кого, когда потом больницу завещают. Поработает по специальности несколько лет и одним из главврачей назначат, мама его очень любит.

Вы:

Где и во сколько встретимся?

Не отвечать по выходным! О, быстро ты ответил. Встречаемся около входа в клуб, позже скину локацию, подъезжай ближе к восьми. Тэхен только выдохнул — он знает, что если Чимину приспичит поехать с ним в клуб, он дозвонится любым способом. Было дело, через соседку умудрился с ним связаться. Парень сразу кидает смс Чирен, чтобы обратно не ехала, у него другие планы и увидятся они на следующих выходных. Дальше он готовится к выходу в свет. С помощью плойки завивает легкие кудри, немного фиксирует прическу лаком. На верх Тэхён выбрал розовую рубашку с пятнистым дизайном и белые брюки. Выделяет глаза черной подводкой, кто-то скажет, что альфе не свойственно краситься, но ему плевать. Главное — добавляет изюминку к образу, он любит выглядеть изыскано, привлекающим внимание. В подростковом возрасте к нему клеились и омеги, и альфы, вторые его бесили изрядно. Ну как не видно, что они одного пола? Тэхен подъезжает на такси ко входу в клуб, сразу замечая друга. Чимин не изменяет себе — черные узкие джинсы, облепляющие накачанные бедра, и рубашка, расстегнутая на три пуговицы. Полуголый на улице с полупустой бутылкой — мечта любой омеги. Но как ни плюнь, Пак красавчик, никогда не уходил из клуба один. А если и один, то по своему желанию. Сейчас около него стоят две омеги — низенькие ослепляюще красивые девушки, альфа сам не то чтобы высокий, в той категории — не низкий, но до высокого не тянет. Омег к нему обаянием тянет, той неуловимой харизмой, и почти каждая пищит от его волевой линии челюсти, Тэхен, честно говоря, сам заглядывается. У него-то щечки круглые, хоть и очень красивый точеный профиль, в универе аристократом зовут. Чимин салютует ему бутылкой, идет навстречу, обнимая друга. Представляет своих спутниц на вечер и всех заводит в клуб. В этом месте жарко, даже душно, Тэхен никогда не привыкнет к этой удушающей атмосфере, к этой отвратительной какофонии запахов пота и духов. Они отходят за дальний столик и Чимин вызывается принести всем коктейли. Ким оглядывается, чувствуя легкое головокружение, низ живота немного печет, но парень все спихивает на ажиотаж и волнение. Хотя подобного раньше не наблюдалось. Девушки пытаются ввязаться с ним в разговор, одна блондинка подхватывает его под локоть, чуть ли не впечатывая с свое тело. Парень хмурит темные брови, чувствуя на языке привкус чего-то непонятного, мускатного. Жмурится до боли в висках, прогоняя наваждение. Он отталкивает девушку, чувствуя первые капли пота на тыльной стороне шеи, которые смахивает рукой, ощущение, будто температура в помещении подскочила сразу до сорока градусов. Как раз подходит Чимин, каждому раздает по напитку, а сам продолжает опустошать свою бутылку. Пак что-то спрашивает, но до Тэхена слова не доходят, в уши словно воды налили, или он сам находится под непробиваемой ее толщей. В голове оглушительно звенит, так и хочется спрятаться. Его перетряхивает, а мутным взглядом он замечает метания друга. В клубе он никогда не чувствовал себя настолько ужасно и уязвимо. Около него воздух будто становится гуще, а атмосфера давит, заставляет опуститься на колени. Тэхен нервно трясет головой под нечитаемые крики друга и убегает в знакомую уборную. В туалете даже дышать стало легче, что за чертовщина была там в зале он предпочитает не думать. Руки сами тянутся открыть кран с ледяной водой. Он не боится испортить легкий макияж, освежается, намочив светлую рубашку и уронив пару капель на свои штаны. Тэхен смотрит на свое отражение, не переставая тяжело дышать, ему катастрофически не хватает этого спасительного кислорода, удавка на шее постепенно слабеет. Когда открывается дверь в уборную позади него, альфу снова охватывает то странное ощущение. Штаны подозрительно намокают сзади, где не должны, и это вырывает испуганный крик. Тэхен больно впечатывается в стену рядом с умывальником, сползает вниз на пол. Его трясет, даже колотит, он не хочет ничего понимать, загнанным зверьком смотрит на вошедшего альфу. Тот выглядит его одногодкой, примерно с него ростом, только, похоже, спортом злоупотребляет, такие накачанные бедра больше нигде не добудешь, как на тренировках. Тэхена током прошибает, та самая аура под кожу просачивается, парень шумно сглатывает ком слюны. Ощущение липкости между бедер становится невыносимым. Парень перед ним напуган, кажется, не меньше его самого. Киму не нравится, как собственные волосы слиплись от пота и сосульками свисают на лоб. Он жестом не дает к себе приблизиться этому альфе. — Ты с ума сошел в течку в туалет к альфам переться? Совсем омеги бесстрашные пошли! — наконец прорезался голос у незнакомца. Тэхен даже покраснел от наглости парня или от своей температуры, неважно. — Какая я тебе омега? Ахренел? Я альфа, черт возьми! — гнев и отчаяние смешиваются в одном флаконе, тело содрогается, мурашками противными покрываясь. Тэхен рычать готов, защищаясь, но и пошевелиться не в силах. Живот пожаром полыхает, заставляя надрывно заскулить. Незнакомый альфа подходит ближе, а у Тэхена нет сил, чтобы оттолкнуть его. Что-то противно застряло в горле и, похоже, этот парень причину понял раньше Кима. Ведь уже склоняет его над унитазом, придерживая за живот, осторожно убирает мешающие, липнущие к лицу, волосы. Тэхену противно от себя, своей слабости. Он бы побрезговал так прикоснуться к кому-то. Альфа бережно поглаживал по спине, даже не кривился от звуков, запаха и вида Тэхена. Терпеливо ждал, когда парень опустошит свой желудок, так же аккуратно довел до умывальников, без отторжения вытер чужое лицо, избавляя от соплей и остальных нечистот. — Отвали, блин, я не омега, чтобы со мной так носились, — грубо рычит, хотя стоило бы поблагодарить. Без этого альфы он бы в собственной блевотине задохнулся. Тэхен чувствует вялость и подступающий жар, не унимающееся чувство пожара в животе заставляет скулить и чуть ли не плакать. Альфа быстро оглядывает его, стелет на пол свою джинсовку и усаживает на нее Кима. — Я Чонгук, и прекрати причитать, от своей же тупости тут сдохнуть можешь, а если повезет — просто залетишь непонятно от кого, хотя, смотря на тебя, еще подумать надо где тебе «повезет больше», — кидает жирный намек в сторону неадекватности омеги, как сам обозначил в собственной голове. — Сам залетишь! — воет Ким, подтягивая колени выше, в своеобразной позе эмбриона даже жить не трудно. Тэхен видит, что парень кому-то звонит, мысленно умоляет, чтобы это не была скорая. Вот еще, взрослому альфе в расцвете сил жаловаться медперсоналу, что с задницы течет. И он совсем не думает о последствиях, боясь только своего позора. Самое время задуматься где, мать его, этого Пак Чимина носит. Никогда не бывает рядом, когда остро нужен. А Чонгук этот — та еще курица-наседка, снова умывает Тэхена прохладной водой, не давая потерять сознание. Выглядит идиот очень обеспокоенным за чужое состояние, поджимает губы, хмурится, внимательно слушая собеседника. Как бы Ким не хотел услышать весь разговор, он зацепился только за конец. — Да, сейчас будем, — телефон вмиг оказывается не между ухом и плечом, а в переднем кармане джинс. — Так, не брыкайся только. Звучало как усмешка, Тэхен и пальцем пошевелить не в силах, что говорить о целых брыканиях. Его подхватывают под подмышки, обвязывая на заднице ту самую джинсовку, чтобы закрывала обзор на мокрые ляжки. Тэхен отрицательно мычит на попытки поднять его под коленями, поэтому альфе придется смириться и вести его так. Запинающийся Ким бесил Чонгука больше, чем тот капризный в туалете. Чон, минуя протесты, закидывает лже-альфу на плечо, особо не церемонясь, словно мешок картошки тащит. Таким образом, они быстро оказались около машины, Чонгук свалил парня на землю около машины, заставив опереться о дверь, а сам нашаривал ключи в заднем кармане. В машину впихнуть это чудо оказалось легче-легкого, парень от вспышек боли терял сознание, Чонгука это пугало временами, но разговор со старшим братом успокоил. Есть у некоторых омег такая особенность, к тому же, Чонгук видел, что в больницу бы тот даже при смерти не поехал. Дорога до квартиры была напряженная, Чон то и дело оглядывался на пассажира, внимательно следя за каждым изменением на его лице. Красивый — первое, что пришло в голову альфе, когда он стоял на долгом светофоре и вглядывался в личико сзади. Парень очень красивый, даже в таком состоянии, с взмокшей челкой, кудряшками, густыми бровями, которые хмурились периодически. Губки бантиком были совсем сухие и лишены яркого пигмента, но что-то подсказывало сердцу, что в обычном состоянии они яркие и манящие. Омега сам по себе необычный, высокий для своего пола, плечи широкие, но по-омежьи узкая талия, мягкие и широкие бедра. А голос… Чонгук душу готов отдать за этот трепетный баритон, который ласкал уши, жаль, пока им на него только кричали и обзывали. Юнги встречает на пороге квартиры, готовый к первой медицинской помощи. На удивление, это не первый течный омега, которого притаскивает его брат домой, чтобы тот безопасно пережил первый день или первые тяжелые часы. Мин отдает распоряжение отнести парня на диван и принести ему свои шмотки, ведь одежда на омеге безвозвратно испорчена. Юнги профессионально оглядывает омегу перед собой, отмечая, что тот давно не маленький мальчик так халатно относится к себе. Течки обычно начинаются лет в тринадцать-четырнадцать, а цикл стабилизируется через парочку лет. Парню явно больше двадцати, может течка застала его врасплох, и поэтому тот так мучается? Чонгук пришел со сменной одеждой и удалился, чтобы Юнги без посторонних альфьих глаз его переодел. Справляется он так себе, омега совсем не хрупкой комплекции, что усложняет процесс. Но управился он быстро, ватка с нашатырем уже витает около чужого носа с родинкой на самом кончике. Омега сонно промаргивается, громко чихая и пугая этим Юнги. Тэхен пытается убрать блеклую пелену с глаз, дышит тяжело и шумно, совсем не узнавая ничего вокруг и парень перед ним, хоть и выглядит дружелюбно, но черт знает, кто это. Это даже не тот тип, который унес его в машину. Горечь от слез заставляет удушливо заскулить, Тэхен совсем не узнает себя и свое поведение, неведомые инстинкты приказывают вжаться в поверхность дивана. — Тише, не бойся, — омега перед ним, бережно проходится ладонями по его лицу, смахивая влагу с глаз. — Я помогу тебе, хорошо? — дожидается осторожного кивка напротив, — Меня зовут Юнги, я брат альфы, который тебя сюда привез. Ответишь на парочку вопросов? Я учусь на последнем курсе гинекологического дела, у меня есть квалификация и опыт, все хорошо. Юнги проходится влажным полотенцем по рукам, приятно освежая, аккуратно промакивает шею и чуть ниже, футболка на Тэхене неприятно липнет и парень даже думать не хочет, когда его успели переодеть. — Это незапланированная течка? — Мин серьезно смотрит в медовые глаза, а у Тэхена истерика подступает к горлу. Какая, к черту, течка? Он альфа, мать вашу за ногу! Но вопреки всем своим мыслям, кивает, громко шмыгая соплями, и жмурится до светлых кругов в глазах. А Юнги продолжает свой мини-допрос. — Когда была последняя? — Тэхена прорывает в слезы, слишком громко, внезапно, голова начинает болеть, лицо совсем потеряло свою симпатичность, ему хочется вырваться, ничего не слышать. Тэхен начинает кричать, и на это прибежал ошалевший Чонгук, глазами спрашивает у Юнги в чем дело, но тот только худыми плечами жмет. — Я альфа, у меня не могло быть всего этого дерьма, это не течка! — истошно кричит, срывая голос, вертится, норовя упасть с дивана, но его придерживают братья. Юнги причитает, что у него, похоже, на нервной почве началась истерика с бредом. А Чонгук еще больше хмурится, в клубе парень тоже кричал, что альфа. А так искренне невозможно заблуждаться в собственном поле. Мин уже набирает лекарство в шприц, прося брата крепко держать омегу. Быстро и профессионально оголяет румяные и липкие ягодицы, спиртовыми салфетками убирает смазку с нужного участка кожи, а Тэхен начинает сопротивляться. Юнги дожидается момента, когда омега устает и расслабиться, так же четко вводит иглу и лекарство. — Я тебе миллион раз говорил, что притаскивать течных омег домой — плохая идея, даже если я учусь на гинеколога. Это стресс для омег в таком уязвимом состоянии быть непонятно где! — ворчит Юнги, но все равно помогает омегам каждый раз, ведясь на детские глазки Чонгука. Укладывая омегу удобнее, протирает полотенцем живот, и внутреннюю сторону бедер. Смазки очень много, чересчур, на его практике и по рассказам старших коллег, это крайне редкое явление. — Тут они хотя бы в безопасности! Ты думаешь в таком состоянии он бы добрался до дома? Он даже не понимает, что течка началась и орет, что альфа, — рычит Чонгук, он уже несколько лет не равнодушен к омегам в течку, он никогда их не трогал, только искреннее желание помощи. Юнги много раз говорил, что за такое он может даже арест схлопотать, но юный добродетель надеется только на благосклонность к его чистым намерениям от омег. И пока все отлично. — Нет, конечно! — Юнги и сам видит, для этого парня все бы закончилось плохо, останься омега в клубе, сейчас бы в туалете лежал, возможно, уже давно опороченный. — Поменяй воду, а потом последи за ним пару минут, я схожу за тампонами и полотенце под него постелю. Юнги дождался Чона со сменной водой и ушел к себе в комнату за необходимым, даже не подозревая какие проблемы вызовет их гость. Тэхен открывает глаза, дышать все еще тяжело, но живот уже не крутит в спазмах и это не может не радовать. А вот ягодица побаливает, он урывками восстанавливает последние пару часов, отчетливо помня, как лежал оголенными булками вверх и ему что-то вкололи. Легкий холодок прошелся по спине, а глаза острием впились в того самого Чонгука. — Что случилось? Тебе нужно что-то? — от Чона не ускользнуло, что гость очнулся. Он хотел показать максимум вежливости, чтобы не нервировать омегу больше. И так уже разволновался. — Что мне вкололи? — хрипит, чувствуя резь в горле, крики не прошли бесследно. А Чонгуку его жалко, выглядит уставшим и утомленным сложной течкой, он сейчас по-хорошему должен быть дома в окружении близких людей. Может у него и мужчина есть. — Обычное обезболивающее. Подействовало? — альфа перебирает кудрявые прядки, массируя кожу головы, пытается показать, что бояться точно нечего. — Мы присмотрим за тобой, Юнги организует профессиональный уход, но если хочешь, мы можем позвонить кому-то, чтобы тебя забрали. Твоему альфе или родителям? — Омега снова готовится к плачу, а Чонгук только и успевает причитать, — Тише, тише, не реви, у тебя и так, наверное, голова болит, никому не будем звонить, хорошо? Здесь отлежишься, а полегче будет — отвезу домой, договорились? И это помогает, Ким начинает успокаиваться, а Чонгук, наконец, понимает логику, лучше лишний раз не напоминать Тэхену о его состоянии и всем, что непосредственно с этим связано. Никаких «твоих альф», никаких упоминаний слова «течка» и так далее. Чон не раз слышал о причудах омег в эти дни, а здесь просто слишком интересный случай. Когда Юнги появляется в поле зрения, альфа быстро перехватывает его и делится новой информацией и просит сократить до минимума эту тему, а когда омеге полегчает, то можно и узнавать будет. Юнги отправляет его в другую комнату и приказывает и носа не высовывать, пока разрешения не будет. Все-таки смущать сильно этого омегу не хочется, тем более, он слишком чувствителен к этому. Юнги сразу прячет за спиной пачку тампонов, держа в руках только полотенце, неутешительно замечает, что парень сильно течет, поток смазки почти не останавливается, хотя здоровые выделения считаются раз минут в двадцать по небольшой порции. А за сорок минут нахождения омеги тут, переодетые шорты уже насквозь мокрые, места сухого нет. Спасибо, он догадался купить кожаный диван, хотя бы отмыть можно будет. Мин осторожно просит приподняться, чтобы постелить под него полотенце и Ким с трудом поднимает тело, давая такую возможность. Теперь у Юнги новая головная боль, как убедить этого парня воспользоваться тампонами. Он подумает над этим, когда снова пойдет в комнату, но этот раз за прокладками и новым бельем, и шорты еще одни надо будет взять, а в идеале заставить Чонгука закинуть одежду омеги в стирку. Когда со всеми делами было закончено, а Чонгук отправлен в ванную, он силится начать разговор. — Извини, не хочу, чтобы ты волновался, но чем ты пользовался для гигиены? — он правда старается избегать всех травмоопасных слов. Но по глазам напротив видит обратное, радует, что истерик не предвидится пока. — Мне нужно знать, я на всякий случай принес все, пожалуйста, главное, без волнения, сейчас я помогу тебе переодеться. Хорошо? Юнги старается давать выбор, которого, по сути, нет, но видимость доверия нужно выстраивать, иначе далеко не уедут. Тэхен еще больше рдеет щеками и шеей. Хочет возразить, что справится сам, но пробуя поднять руку, терпит неудачу, тело стало совсем тяжелым и ватным, липкость в штанах противно напоминает о себе, и Ким морщится от этого. Парень вроде помочь хочет, и Тэхену ничего не остается, кроме как довериться, он кивает, отдавая себя в чужие мягкие ладони. Его поглаживают по голове, просят не зажиматься, что в этом нет ничего постыдного, и Юнги тоже это испытывает и понимает его. Тэхен сдерживает бушующие эмоции, только соленые слезы все равно катятся по круглым щекам, когда он чувствует прохладу внизу, от выделившейся смазки становится прохладно, когда мокрая кожа встречается с воздухом. Юнги протирает его, убирая всю грязь по мнению Кима, так стыдно никогда не было, но он старается перетерпеть весь этот позор. Булькнул носом, стоило Юнги пройтись легкой рукой аккурат между половинок. Даже налитые свинцом руки поднялись и накрыли лицо, закрывая хозяина от этого грязного мира. Беспомощный младенец — так окрестил себя Тэхен, когда помутневшее сознание вернулось в его владения. Ему думается, что помог тот укол. Тэхён с испугом распахивает глаза, когда чувствует манипуляции снизу, которых точно быть не должно. Протяжно скулит, стараясь уйти от рук. — Это все лишь тампон, успокойся, потом еще прокладку надену, у тебя всегда так много смазки? Это значительно выходит за пределы нормы, — Юнги со знанием дела пихает тампон, оставляя небольшую веревочку снаружи, быстро расправляется с прокладкой и одевает парня. Тэхён даже пискнуть не успел на тампон, как оказался укрыт легкой простыней. А вопросы остаются без ответа. — Тебе бы поспать, совсем вымотался, попробуй заснуть без лекарства, не сможешь — я укольчик сделаю. Шмыгая носом, Тэхён с трудом переворачивается на бок, таким разбитым он никогда не был, а такого унижения не переживал по сей день. Тампон так и насмехается над ним, он тихо скулит, закрывая глаза. Юнги прав, он слишком устал, голова болит уже несколько часов и саднит горло. Сон приходит, беспокойный, но приходит. Наконец, давая долгожданный отдых.

***

Тэхён просыпается, сразу закашливаясь. Он приподнимается жадно вдыхая воздух, будто задыхается. Голова так же беспощадно болит, и это не похоже на похмелье, он даже не успел до конца опустошить коктейль, если вообще к нему прикасался. Постепенно воспоминания просачиваются сквозь его больное сознание. Он громко кричит, не обращая внимание на резь в горле, слезы и подступающая истерика набирают обороты. Что происходит? Откуда это все взялось? Как произошло и почему именно он от этого страдает? Он не находит ни один ответ. Осматривается, видит подбегающих людей, но не дает им подступиться, швыряет подушки с дивана и простынь, которой укрывался. Он падает, не в силах держаться на ногах, но по-прежнему выставляет руки, не давая разрешения подойти. Братья переглядываются, не зная, как помочь и подступиться. Они видят, как омегу трясёт, и он захлебывается в истерике, слезы нескончаемым потоком льются по красивому лицу. Красные и опухшие глаза его не портят, только выдают болезненный вид, парень даже осунулся как-то за ночь. Щечки немного впали, уступая высоким скулам. — Тише, ты ничего не помнишь? Испугался? — первым начинает разговор низкий омега, Тэхён помнит, что его зовут Юнги и брата его Чонгука тоже помнит отчетливо. — Не сиди на холодном полу, давай помогу обратно на диван устроиться. — Мин подходит, но видит как дыхание парня начинает ускоряться, но благо, успокоился. Юнги усаживает его рядом на диван, поглаживает по мокрой спине, гладит смявшиеся волосы, укладывая его голову себе на плечо. И это помогает, Тэхён успокаивается, но ненадолго. Он резко поднимает голову, скулит, перекатываясь на одно бедро. Юнги прекрасно понимает его дискомфорт. Ночью, пока тот крепко спал, он заменил тампон и прокладку, все было ужасно сырым, пропитавшимся. — Давай помогу принять теплую ванную, тебе нужно немного освежиться. Юнги сразу же пытается его поднять, но у того ноги не слушаются, он воет, но вставать отказывается, коленки подкашиваются. Тэхён плюхается на кожаный диван, выгибается от неприятного жжения внутри, всё-таки омежья хрень — та ещё дрянь. И Тэхён понимает, что не сможет отвертеться от похода в больницу, не он сам, так мама затащит, за ручку до гинекологического кресла доведёт. Если надо будет и разденет, и в кресло то усадит, ещё и за ручку подержит. Тэхён в маму пошёл характером, а личиком в отца. Но порой мама ведет себя не слишком адекватно, пугая домочадцев, её идеи не всегда разделяют любимые мужчины. Она может быть слишком напориста в своих целях, не останавливаясь, дойдёт до правды. Чонгук не выдерживает чужого сопротивления и как в первую встречу — закидывает парня на плечо, не слушая крики идет в ванную комнату. Кима трясёт и Юнги подставляет свои плечи для опоры, одновременно настраивая воду для ванной. Юнги нюхает несколько бомбочек для ванны и ароматных масел, добавляет некоторые в горячую воду. Оставляет несколько бомбочек на бортике и помогает парню освободиться от одежды. Сейчас Тэхён понял насколько сильно он вспотел за ночь, и как отвратительно хлюпает в трусах. Он кожей ощущает влажную ткань на своих гениталиях, и чувствует смазку внутри себя. Вспыхивает моментально, когда омега садится на колени перед ним, снимая мокрые трусы, с каменным лицом без всякого отторжения выкидывает использованную прокладку в урну под умывальником. — Повернись и попробуй расслабиться, тампон много впитал, может быть немного больно, потом сразу лезь в воду, — как бы не прискорбно, у Кима и выбора нет. Стыдно, ужасно стыдно перед этим омегой, перед тем альфой и перед самим собой особенно. Ему ужасно неловко ощущать всё это на себе в таком спектре. Хочется забыть все это как страшный сон. Но эта такая хуевая реальность, что плакать хочется целыми днями. Парень рад, что минута его позора быстро прошла, и теперь он сидит в набирающейся горячей ванне. Юнги дает выбрать запах бомбочки для ванны, добавляет ещё какой-то соли. И всё это смешивается в особый аромат, который слегка кружит голову, расслабляя тело. Боль отпускает, и теперь Тэхён играет с розовой блестящей водой, пока омега рядом с ним распаковывает новые орудия пыток, те же тампоны. — И все-таки, надо поговорить, обещай без истерик и слез, — выдыхает Юнги, садясь на маленький стульчик около ванны. — Давай с простого, как зовут и сколько лет? Юнги даже кажется неправильным спрашивать обычные вещи только сейчас, но раньше и ситуация не располагала. Парень видно уже разморенный горячей водой, наслаждается тем, как легко становится в теле, Мин его особенно понимает в этот момент, ванна со всем этим набором лечебных трав и масел — спасение в течку. — Ким Тэхен и мне двадцать три, — звучало как приговор. Голос был тихим, не как пятнадцать минут назад в гостиной. Юнги молчит недолго, что заставляет Кима напрячься, он нервно водит руками по бедрам, пытаясь успокоиться. — Это со мной впервые, поэтому я так отреагировал, простите за неудобства. — Тэхён не козёл, за свое поведение привык отвечать, он в первую очередь — мужчина, воспитанный в интеллигентной семье, такие истерики не в его духе. — Приятно познакомиться, Тэхен, — Юнги вымученно выдавливает улыбку, поливая чужие плечи водой из ванны, помогая согреться лучше. А потом даже как-то столбенеет, явно переваривая информацию. — Всё в порядке, не волнуйся, ты испугался, я понимаю, но как получилось, что тебе двадцать три, а течка первая, что говорил на этот счет твой гинеколог? Для омеги повод для беспокойства, если течка не появилась после шестнадцати, твое «опоздание» в этом плане — уже большое отклонение. Или у тебя проблемы по этой части? Мин так искренне интересовался, перенимая чужие переживания на себя, ему по-своему жалко омегу. Но Тэхён утыкается в свои колени, шумно всхлипывая, Юнги хочет даже ударить себя, но Тэхён беззвучно опрокидывает пару слезинок, быстро утирая их рукой и разворачивается к собеседнику. — Я альфа по документам, — Юнги чувствует холодок по коже, в горячей ванной словно вылили ведро со льдом. — Я никогда не планировал эту фигню. — Господи, ужас, прости нас, — осознавая весь кошмар, Юнги не знает как выразить поддержку этому парню. Бедняга — крутится в голове омеги. Парень, который всю жизнь считал себя альфой, сильным полом — вот так неожиданно для себя и окружающих потёк на сранной вечеринке в клубе. А Юнги с Чонгуком, хоть и неумышленно, но подливали масла в огонь. — Тэхён, — омега со всей серьезностью смотрит на собеседника и дожидается, когда тот поднимет на него свой взор. — Сейчас ты примешь ванную и позвонишь родителям, объяснишь ситуацию, и там уже решим как будем добираться до больницы, или мы отвезём, или родители тебя заберут. — Не надо в больницу, — жалобно отсекает Ким и головой качает отрицательно, подтверждая свои слова. Выглядит, словно испуганный олененок, когда потерял маму в лесу. — Ты же понимаешь, что это опасно для твоего здоровья? Омега раскрывается максимум в шестнадцать и все остальное — отклонение, твоя течка в двадцать три ни разу не норма, и этому должно быть объяснение! — зачитывает непробиваемо Мин, пресекая все отказы. — Ты в любом случае омега, и то, что в детстве врачи неправильно определили твой пол усугубляет ситуацию. — Совсем нет шанса, что это другая фигня и я все-таки альфа? — тихонько бурчит Ким, он не хочет признавать эту ошибку, он не видит себя слабым полом. Чёрт, он всю жизнь прожил за сильного и независимого, отец воспитывал его как пример идеального мужчины для омеги. Он даже подсознательно на альф не смотрел как на своих партнёров, всегда воспринимал только как соперников за омегу или территорию, за лучшее место в классе. — Прости, но нет, это точно течка, проблемы сейчас: целиком и полностью ответственность врачей, которые принимали роды и смотрели на аппарате узи твой пол. Они слепые идиоты, которые разрушили тебе жизнь, Тэхён, боже, сейчас могло быть все по-другому. А Тэхёна не вдохновляют эти слова, он и представить не может эти «по-другому». Как быть не альфой? Не примерным сыном для своих родителей? Не парнем Чирен? Блять, Чирен, что Тэхён должен делать со своими отношениями? Расстаться? Но ведь они уже так долго вместе и вроде как им хорошо вдвоем, может, то, что он правда омега никак им не помешает в дальнейшем. Чувства же к человеку возникают, а не к его полу. Тем временем вода начинает остывать, и Юнги это контролирует, спускает воду и набирает новую, чтобы Тэхён смог смыть ароматные масла с тела. Омега помогает ему помыть голову и высушить волосы, орудие пыток так и осталось для Тэхёна пыткой, которую он стойко выдержал. По выходе из ванной, ему было легче в физическом плане, а в душевном стало тяжелее, Юнги столько вывалил на него. Смириться с этим будет непросто, Тэхён не уверен, что справится сам, но и помощи от посторонних не надо, даже с мамой обсуждать свою теперь текущую задницу не хочется от слова совсем. А ведь ей надо позвонить. Ким думает, что позорно разревется в трубку от обиды за себя, от несправедливости этой жизни. Чем так насолил судьбе, что она такой камень в душу ему кинула? — Я приготовил завтрак, тебе бы поесть, не изводи организм голодом, тебе нужно сейчас много сил, — лениво выползает из кухни альфа, он в одних спортивках и фартуке на голый торс, забавная фразочка «лучшая хозяюшка» на фиолетовом атрибуте даже заставляет Кима неловко хихикнуть в непростой для него момент. Омеги проходят за стол, оладьи еще горячие, манящие облизнуться от одного только вида золотистой корочки. Тонкая струйка пара притягивает внимание, а запах отключает мозг. Они кушают в тишине, иногда только раздается сёрпанье чая. Тэхёну непросто запихнуть каждый кусочек в саднящее горло, но блюдо по-настоящему вкусное. Чонгук круто готовит, и это заслуживает похвалы — не все альфы в это время заботятся о своих умениях в готовке. Тэхён вот готовит лишь максимально простые блюда и не всегда успешно. Наедается от пуза редко, только дома под заботливыми руками мамы. Завтрак неожиданно заканчивается, как и сумбурно начался. — Я вчера постирал твою одежду и в кармане брюк нашел телефон, он был разряжен, поэтому поставил его на зарядку и сейчас принесу его. Позвони родителям, — Чонгук ушел в соседнюю комнату, а Юнги намывает посуду, почти не обращая внимание на гостя. Тэхён, кстати, говорить ни с кем не желает, ему хочется домой к себе в уютную квартиру, чтобы одному в коконе из одеял. Подумать над всей этой идиотской ситуацией и о том, как эта хрень вообще проявилась за столько лет. Двадцать три года все отлично, никакого намека на омежью сущность, а вчерашний поход в клуб все так круто поменял. И чем только отличился от постоянных вылазок? Задница саднит до сих пор, ноющее чувство не оставляет ни на секунду, напоминает о его ничтожности в этот момент. Киму даже рассуждать не хочется, сколько у него пропущенных мамы, ведь Чимин так просто этого не оставит. Наверняка его родители в курсе, что сын куда-то пропал, но не подозревают, по какой причине. Интересно, мама будет плакать, когда услышит его? — Держи, не грузись, ну омега и омега, ничего страшного не произошло, не умер же, а так, считай, новая жизнь, кто еще таким похвастается? — новенький айфон вернулся в руки законного владельца. Тэхёну за эти слова альфу прибить хочется. Обхохочешься! Страшного не произошло, не умер, да лучше бы помер как раз. Этому парню, конечно, легко рассуждать, сам-то наверняка в таком дерьме вряд ли окажется. Хвастаться тут определенно нечем, тут можно только посочувствовать, но Тэхён это сочувствие на хую вертел. Телефон включается, а Ким только глаза раскрывает и охает. И так нулевое настроение опускается ниже плинтуса, больше двухсот попыток позвонить ему от мамы, и это он еще не видит пропущенные от папы и Чимина. Вот за маму в сердце щемит, только бы с ней все хорошо было, возраст уже не так позволяет волноваться. Телефон начинает вибрировать и контакт «мама» высвечивается на экране, бывший альфа незамедлительно отвечает. — Мам? — тихо отзывается, а на другой стороне слышит громкий всхлип, — Мам, прости, что не отвечал, не плачь, со мной все в порядке. Женщина не может собрать все свои мысли, продолжая громко дышать в трубку, и Киму непроизвольно становится стыдно. Хотя тут ничего от него не зависело. — Сыночек, хорошо, что живой, где ты? Чимин сказал, что тебя кто-то на плече унес из бара, а полиция сказала, что начнет поиски только через сутки после подачи заявления о пропаже. Юнги от этого известия даже плечи опустил, а бронзовая кожа Чонгука обрела бледный оттенок, все-таки неожиданно. Братья молчат, смотрят впритык на Тэхёна. — Мам, тот парень, наоборот, можно так сказать, спас меня, забери заявление обратно и, мам, — противный ком в горле мешает признаться в этом беспорядке. Он не боится за братьев, ведь папа, если что, в своих органах замолвит словечко где надо и заявления как и не было. А вот в своей проблеме он вряд ли так разберется. — Мам, можете с отцом забрать меня и возьми документы в больницу. — Конечно, заберем, милый! А в больницу зачем? Что с тобой сделали? Я правда волнуюсь, Тэхёни, — копошится Ким Юнми, видно, уже собирается. — Мам, ты уверена, что я альфа? — неуверенно задает волнующий вопрос, может, ему снилось, что в документах он альфа. Голос матери на секунду затихает, переваривая неожиданный вопрос. — Что за глупости, Тэ, конечно, альфа! Твоим рождением занимались лучшие врачи! — на её фоне слышатся посторонние звуки, а потом Тэхён улавливает голос отца. Тот говорит о том, что ему удалось договориться с полицией завести уголовное дело быстрее. — Мам, скажи отцу, чтобы отменял это дело! Со мной почти всё в порядке, — Киму неловко, ему искренне помогли эти люди, а его родители написали на них заявление, но их тоже можно понять. — Дай ему трубку. Отец, отменяй там все, я в безопасности. — Тэхён, это не так легко, как ты думаешь, мне нужно лично туда ехать и отзывать заявление. Сначала мы заберем тебя, потом уже всё остальное, какой адрес, мы немедленно выезжаем, — Тэхён нервничает, поджимает губы, глупо смотря на братьев. — Пап, меня отвезут, — внезапно вываливает, а потом ищет подтверждение в глазах Чонгука, тот медленно кивает, — поэтому езжай в участок, а маме скажи, чтобы не паниковала и собирала документы тщательно и ничего не забыла, думаю, там понадобится все. — Тэхён, я ничего не понимаю, но отзову заявление только после звонка матери, что ты дома перед ее глазами, у тебя час добраться, — господин Ким Дахён слышится уставшим, как и мама, явно не спали всю ночь после звонка Пака. А тот и приукрасить мог, ему тоже, наверное, позвонить нужно, или смс-ку хотя бы кинуть. Тэхён скидывает звонок, а потом несколько минут таращится стеклянными глазами в пол. Он так и не сказал родителям причину, не смог, возможно, это своеобразное желание оттянуть момент. Маленькая надежда, что это все глупая шутка жизни и он проснется во второй раз, на этот раз у себя в квартире с Чирен в обнимку. Чирен… Что ему делать с отношениями? Она же не бросит его только из-за текущей задницы? Влюбляются ведь в человека, а не в его пол и сущность, к тому же, он не изменится ни внешне, ни по характеру. Так ведь? — У нас мало времени, особенно, если живешь далеко, переодевайся и на выход. Чонгук допивает остатки утреннего кофе, наваждение от испуга спало, голова стала более-менее холодной. Он берет ключи от машины и накидывает толстовку со спинки стула. Юнги же отводит Тэхёна переодеться в его вчерашнюю одежду, она чистая и пахнет стиральным порошком. В машине парень называет адрес, они едут с Чонгуком одни, в тишине, Мина с ними нет, он остался дома, ведь ему ехать сегодня в больницу на практику. Омега предупредил, что родители живут в частном секторе в двухэтажном доме, но Чонгук всё равно удивился красоте места. На пороге около дома на скамейке сидела худая женщина, морщинки выдавали немолодой возраст, но не скрывали чарующей красоты. Темные круги под её глазами свидетельствовали о бессонной ночи, а слегка красные глаза так и кричали, что она плакала недавно. Как только Тэхён вышел из машины, Юнми накинулась на сына с объятиями, шумно дышала, уткнувшись в его плечо, а парень и сам прижался ближе. Было так страшно без мамы. Она еле оторвалась от него, нахмурившись, кинула взгляд на Чонгука. — Оба в дом, — она открыла дверь и дождалась, когда и незнакомый альфа тоже войдет, ей надо знать, где её мальчик пропадал. — Жду объяснений. Но сначала позвоним твоему отцу, он себе тоже места не находит. После короткого разговора с мужем, она недовольно сверлила обоих парней взглядом. А еще замечала неявные изменения в сыне. Его зажатость и испуганность. Странный вопрос тоже крутит в голове. — Тэхёни, кто это? И почему Чимин звонит мне среди ночи и говорит, что тебя похитил огромный амбал? — Чонгук даже икает от такого сравнения. — Меня Чонгук зовут, извините, что такое произошло, у вашего сына началась течка и я не мог узнать у него, куда его лучше отвезти, поэтому отвёз к себе. Вы только не подумайте, ничего не было! Мой брат учится на врача и помог справиться с этим, Тэхён переночевал у нас, и был в полной безопасности, — альфа сам кивает на свои слова. А у Тэ в ушах запищало, мама так странно на него посмотрела после слов о течке. Родители всегда положительно отзывались, что их сын именно альфа, гордились этим. Киму страшно, что их отношения уже никогда не будут прежними. Жуткие мысли, что родители от него откажутся шершнями кружили в голове. — Тэхён, господи, быть не может, — женщина испуганно подорвалась к сыну, осматривая его личико, шею, руки. Слабо принюхивается, ощущая ту нежность, присущую всем омегам. Аура сына стала мягче, а вот у парня неподалеку совсем наоборот. Аура тяжелая, властная, на ее профессиональный взгляд перед ней доминантный альфа. И если Тэхён и правда омега, то у нее есть догадки, как проявилась его сущность. — В больницу, немедленно. Молодой человек, а вам огромное человеческое спасибо, сейчас таких благородных редко встретишь, Тэхёни повезло, хотелось бы пообщаться побольше, но не судьба. Она бесцеремонно хватает Чона за руку, вытаскивая из гостиной. Чонгук только ноги успевал перебирать, как она уже около порога его остановила. — Его сущность проснулась из-за тебя, я буду не против, если ты заглянешь как-нибудь еще. Это мой номер, ты там маякни со своего, а я напишу тебе вечером о его состоянии, — Госпожа Ким всучила ему в руки свою визитку и быстренько выпроводила на улицу. Кажется, Тэхён наконец-то расстанется с той наглой девицей, и повод есть огромный. А этот мальчик ей приглянулся, вежливый и сдержанный, а главное — очень воспитанный и помог Тэхену в этом беспомощном состоянии. Не воспользовался им, а наоборот, укрыл от чужих глаз. Юнми хихикнула на свои догадки, очень надеясь, что Тэхен будет принимать себя нового не слишком болезненно. Но кажется с радостью она поторопилась, её сын выглядел потерянным и раздавленным. Еще бы, почти четверть века считать себя сильным альфой, чтобы в один из дней скулить от течки. Она присела рядышком, целуя в надутую щечку. Тэхён не сопротивлялся, нагнулся к маме ближе и уткнулся ей прямо в шею, горестно вздыхая о своей судьбе, его в больнице наверняка будут мучить. Анализы, узи всякие, даже подумать страшно, аж дрожь берёт.