Часть 17
19 августа 2024 г., 11:34
Когда Флора открыла глаза и выглянула в окно, она подумала, что находится в какой-то парралельной реальности. Вокруг Алфеи шел бой. Она разглядела учеников школы и красные мантии авроров, что противостояли наплыву темных тварей и волшебников. В темноте ночи слышались взрывы, крики, горели костры пожаров.
— Мерлин, — прошептала Флора, прикладывая пальцы к губам, широкими от страха глазами смотря на картину под окнами. — Девочки… Палладиум!
Флора рванула к двери кабинета, но неуклюже споткнулась о свою мантию, ударяя о дверь. Девушка поморщилась, от удара разболелась голова.
— Ай, — поморщилась Флора, сжимая голову.
Острая боль прострельную мысли, выпуская какой-то ужасный каледоскоп не ее воспоминаний. Флора не помнила, чтобы стояла напротив кладовой Гриффин или варила зелья в Запретном лесу.
— Что это? — прошептала вслух Флора, не понимая, что за воспоминания она сейчас увидела.
— О, так теперь ты все помнишь. Не вовремя.
Флора в ужасе схватилась за собственные губы. Она не говорила этих слов. Но это был ее голос.
— Кто ты? — шепотом спросила Флора.
— А кто мы? Я это ты. Ты это я. За одним лишь ма-а-аленьким исключением, что во мне немного больше того, чего так мало в тебе, — снова ответила «Флора».
— Что ты говоришь? — нахмурилась Флора.
— Зеркало. Одна суть — две стороны. Теперь мы вместе, — сказала другая сторона.
— Ты… это ты украла ингредиенты из кладовой профессора Гриффин! — догадалась Флора, обвиняюще выставляя палец в воздух.
— И? — закатила глаза «Флора».
— И? Это же… ! Это же воровство! Так нельзя! — отозвалась Флора.
— Что нельзя, так это оставить все, как есть. Хватит сидеть на полу. У Палладиума наверняка есть где-то здесь аптечка. Выпьешь пару зелий и на поиски своего эльфа, — сказала «Флора».
Флора нахмурилась, но встала на ноги, призывая лекарства.
— Там где-то девочки. И если Валтор в Алфее, то Блум… — волновалась Флора, выпив пару зелий и чувствуя себя намного лучше.
— То Блум конечно же первая накинется на Валтора, — подхватила мысль Флоры другая сторона.
Коридоры Алфеи были ужасающе пусты и холодны. Флора спешила из-за всех сил наружу, чтобы помочь остоять школу.
***
— Ты убил моих родителей! — со всей болью кричала Блум, выпуская очередную атаку огнем в Валтора. — Я не собирался их убивать! Эти глупцы сами встали на моем пути! — отбивался Валтор. — Они мои родители! А ты убийца! Монстр! — кричала сквозь слезы Блум. — Да мне плевать, глупая девчонка! Пророчество было о ведьме равной мне. А ты лишь жалкая плакса, которой просто повезло выжить, — жестко выговаривал Валтор. Блум же кипела врутри. Ее сердце разрывалось от боли. Вся ее семья. Валтор убил их всех и даже не раскаивается? — Я заставлю тебя пожалеть, — сжала зубы Блум, волком смотря на темного мага. — Попробуй, — отозвался Валтор, раскидывая руки, совершенно не боясь первокурсницу Гриффиндора.***
Флора с ужасом смотрела на горевший Запретный лес, слыша все крики, все голоса умирающих в агонии деревьев. Девушка схватилась за голову, чуть ли не оседая на землю. Она хотела подойти к центру сражения Блум и Валтора, но почему, почему именно лес?! Флора упала на колени, вцепляясь в землю, стараясь зацепиться за нее как корнями деревья и устоять в окружающем хаосе. Но двор Алфеи был полон врагов и один из них не пропустил ослабленную волшебницу. Темный маг только вздохнул, направив на нее палочку, как был сбит с ног ожившими корнями, что напали на него из-под земли. Глаза Флоры горели зеленым, смотря на Запретный лес. По преданиям тут хранилось древнее волшебство. Лес столетиями защищал себя от вторжения, но он был не всесилен. И Флора за криками ужаса слышала и мольбу о помощи. Лес готов был помочь ей своими силами, чтобы она двигалась так, как не могли деревья и кусты, и остановила двух магов, что своим сражением наносили непопровимый урон флоре. Она чувствовала эту древнюю, дикую, абсолютно другую магию, которой лес готов был поделиться, только чтобы выжить. И Флора еще крепче вцепилась в землю под собой, давая свое ярое согласие. Ей нужно было спасти лес. А все остальные мысли о Блум, что там одна, об опасном Валторе, о друзьях за спиной и даже о Палладиуме… Все отошло на второй план. И Флора вбежала в Запретный лес.***
Наплыв тварей был велик и может Палладиум и рвался назад, но никак не мог вырваться. На горизонте среди деревьев полыхало пламя дракона, выдавая противостояние Блум и Валтора. На их глазах творилась история. Пророчество вступило в свою силу. Но Палладиум никак не мог помочь. Валтор был силен и опасен, но не менее опасны оказались твари и темные маги, которых он с собой привел. Они стремились захватить школу и убивали всех без разбора. И одного отряда авроров было слишком мало, чтобы сдержать такой натиск. Он не мог покинуть свой пятачок земли, что защищал, не мог везде успеть. Как эльф он слышал крик леса о помощи и через землю пытался докричаться в ответ. Но было слишком далеко, его сил было мало, ему нужно было быть прямо в центре леса, чтобы хотя бы, хотя бы минимизироваь потери, но… он не мог вырваться из боя. Везде летали заклятья, серьезные проклятья, а не тенировочные чары щекотки. И его обширный жизненный опыт помогал как никогда. Он брал сразу нескольких противников на себя, без жалости, успешно выводя их из строя. Но даже ему понадобилась секунда, чтобы вздохнуть, когда со стороны леса послышалась другая песня. Мольбы о помощи исчезли, а крики ужаса сплелись в совсем другую песню. Торжественную, воинственную, мстительную. Лес нашел себе защитника и готов был обороняться. Палладиум не знал, кто это был. Не мог даже предположить. Но он слышал сообщение леса. Его уверенность в победе. Для остальных же это были просто растения, просто деревья, все знали, но никто не чувствовал этой опасности от древней земли и ее вековых жителей. Но Палладиум знал, на что мог быть похож этот лес в разгар войны. В конце концов он видел сопротивление каждого. Он был там, когда маги тысячи лет назад жгли эльфийские земли. Королевства за королевствами падали. Палладиум остался последним. И эта песнь леса пробуждала не самые лучшие его воспоминания. Он бился сильнее, жестче, раскидывая всех на своеп пути. Лес призывал свои войска к войне. И Палладиум двигался навстречу этому зову.
