Мама, мы все тяжело больны

      «Папа, мы все тяжело больны             Папа, мы все сошли с ума»       Вика стоит возле двери и чуть ли не трясётся. Она ещё никогда так не нервничала. Внутри какая-то пустота, но при этом сердце стучит так громко, что слышно в ушах, а в горле ком. Как же страшно. Почему ей так страшно?! Она боится этой встречи, но так ждёт. Отец в её голове до сих пор ассоциируется с вечно пьющим человеком, который посмел ее ударить. Да, он изменился, но… Но ведь она все помнит… Ещё и Ирина. Не нравилась она Гром. Да, эта ведьма помогла его вытащить из психушки, но почему-то внутри было не комфортно, когда она видела их вместе. Словно шестое чувство подсказывало, что Шарлотта не простая женщина. Хотя, может все-таки ревность? И даже не к самому отцу, скорее к тому, что какая-то левая женщина смогла спасти его, а родная дочь сбежала…? От таких мыслей становилось все хуже, поэтому она даже обрадовалась, когда дверь перед ней распахнулась. Напротив неё стоял отец. Первые несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Изучали. Вика все больше и больше становится похожа на Юлю. Телосложение, волосы, характер, а главное… Голос. Это очень пугало Игоря. Единственное, что досталось от него это голубые глаза. Перед девушкой же стоял уже серьёзный мужчина, с суровой морщинкой на лбу, бородой и шрамами молниями на брови. Он стал выглядеть свежее, вот только в голове все ещё тот отец.       — Здравствуй, Виктория, — улыбаясь, произнесла Ира, появляясь в проходе. Девушка кивнула. Сил говорить до сих пор не было. Ей было страшно. Очень страшно. — Заходи, тебя тут все ждут, — приветливо сказала она и Гром вошла в квартиру. Прокопенко явно ремонт сделал. Она помнит старые обои, мебель, которых сейчас нет. Единственное, что осталось, это запах чего-то родного. В особняке Дагбаевых никогда так не пахло…       На пороге кухни, ее встретила улыбающаяся тётя Лена, которая почти сразу заключила её в объятия. По щекам пошли слезы. Она так скучала по бабушке с дедушкой. Интересно, они знают кем она выросла…       — Ты такая большая! — улыбаясь, произнесла женщина. — Такая красивая, — она осторожно отошла. Вика, чтобы убрать влагу, вытерла щеки и шмыгнула носом, а потом села за стол.       — Да, а вы почти не изменились, — она не открывала взгляд от них. На Грома даже не смотрела. Мужчина сразу потух, а Ира, чтобы подбодрить, осторожно взяла его за руку.       -Расскажешь немного о себе? — произнесла Шарлотта, а девочка сразу бросила на неё недовольный взгляд. Ей при дедушке и отце полицейском рассказывать, как она людей убивает? Или как она варится в делах мафии? Как давала взятки? Шантажировала? Брала людей в плен? — Как на личном? — словно пытаясь спасти ситуацию, произнесла она.       Вопрос был хуже. Никак. У неё есть Алтан, который ей не нравится совсем, но похоже у него есть чувства и все. На данный момент. Насчёт бывших даже вспоминать не хочется.       — Пока ничего, — улыбаясь, произнесла она. На столе было столько всего, но девушке почему-то тошнило и ей совсем не хотелось есть. — А у вас с отцом? — она все-таки потянулась за блинчиком.       Ира выдохнула. Она не хочет говорить на эту тему, потому что знает реакцию мужчины. Он уже столько раз намекал на свадьбу, а она делала вид, что не замечала. Женщина прекрасно знает, что ох хочет семью, ребёнка, но что будет, когда ее тайны всплывут?       — Живём счастливо. Собаку завел, — она чмокнула Грома в щеку.       — Вик, мы знаем, что ты работала на Дагбаевых, — все-таки произнес Прокопенко и наступило молчание. Девочку затрясло. Даже блин из руки выронила в тарелку. Тошнота усилилась. — Но теперь тебе же это не нужно? У тебя есть семья. Мы будем…       — Я не уйду из клана, — она оголила руку и указала на тату, чуть выше запястья. — Он часть меня и выйти оттуда можно только, умерев.       Тут уже напрягся и Гром. Вообще ужасная идея. Но, с другой стороны, он в своей жизни попадал в такие ситуации, что разборка с мафией уже не кажется чем-то страшным.       — Есть одно место. Театр, — вдруг прошептала Ира. — Туда принимают всех, кому нужна помощь и если…       — Я не уйду из клана, — злее повторила она. Наступила тишина. — Это тоже моя семья, — уже более спокойней, сказала девушка. — И либо мы говорим о другом, либо…       — Дубин до майора дошёл, — встрял Игорь. Девочка благодарно кивнула ему и улыбнулась.       Несмотря на то, что они вроде бы пришли к миру. Каждый выдавал информацию порционно и словно играл с другим в сапёра. Лишний шаг и кто-нибудь взорвётся. Кажется, им придётся ещё очень долго привыкать друг к другу…

***

      — Ладно, мне пора, — шепчет Лера, смотря на Алтана. Она не хочет на тренировку, но сегодня Сережа особенно злой. Даже по интонации было понятно, что вечер у неё будет весёлый.       — Слушай, может ты купишь форму для меда и я тебя довезу до дома? — спокойно произнес Алтан, смотря на торговый центр.       — Это надолго, — улыбаясь, произнесла она, выходя из машины. Сейчас нужно зайти внутрь и выбежать через другой вход, а потом… Потом снова к Разумовскому. Как же ей все это осточертело… Она врет всем. Себе, семье, Дагбаеву. Лишь только перед двумя террористами честна. Мерзко. Выдохнув, она подошла к выходу и вышла на другую улицу. Здесь недалеко их квартира. В ней она бывает чаще, чем у родителей. Чтобы хоть как-то отвлечься, она достала наушники из кармана включила музыку. К черту. Ей нужно напиться. Скорее всего этим она и займётся после тренировки.       Многоэтажка. Лифт. Сто восьмая квартира. Привычно стучит в дверь, но открывает ей не Олег. Сережа. Уже что-то странное. Глаза красные, а лицо бледное. Он пытается улыбаться девушке, но даже тупой видит, что тут что-то нечистое. Да и тренировки на дому у них были очень редкие.       — Лер, сегодня мы приступим к основной части моего плана, — когда она прошла в зал, произнес Разумовский. Волкова все ещё не было. — Если мы сможем поймать одного человека, я выплачу долги твоим родителям и пару миллионов накину сверху тебе, — он пытается говорить ровно, но Макарова видит, как его трясёт.       — С чего такая щедрость? — непонимающе произносит она.       — Олег умирает. Все дошло до того, что он просто лежит и не встаёт, — голос все-таки дрогнул. Мужчина отвернулся к окну и достал сигареты. — На задание пойду и я с тобой. Твоя цель ухаживать за Волковым и поставить его на ноги в случае чего, тогда он и переведёт деньги нужные счета.       — А вы…? — непонимающе шепчет она.       — Выезжаем завтра в восемь. Поняла? — произнес он, выпуская сигаретный дым. Девушка кивнула. Шестое чувство било тревогу… Нужно на всякий случай попрощаться с семьёй. — А пока, съездий к родителям, — словно читая ее мысли, произнес Разумовский. Та кивнула… Похоже, это конец. У каждого в этой комнате было ощущение, что кто-нибудь из них умрет… Но кто?