The barrier

      Тара вздыхает, поставив очередную книгу на полку. Запах старых книг перемешался с запахом отчаяния, когда минул шестой час бессмысленных поисков информации о проблемах в стране эльфов в минувшие века. Девушка повернулась к настенным часам, чьи стрелки показывали за полночь. За одним из столов спал провор перед открытой книгой и магифоном. Тара села напротив парня и улыбнулась, потрепав его по волосам.       Мерцание магических лампочек придавало библиотеке особую атмосферу. Магия, витавшая в воздухе, и огромные полки с множеством книг пробуждали странные чувства внутри. Чувство тревоги.       Экран магифона загорелся, оповещая о новом сообщении. Тара кинула на него взгляд, читая имя отправителя. Робин. Она хватает магифон и открывает сообщение. Экран становиться больше и перед Тарой появляется незнакомая почти прозрачная эльфийка с белыми длинными волосами.       - Запись идёт? - девушка проверяет магифон, из-за чего картинка дрожит. - Меня зовут Ллиландрил, я - фамильяр Робина.       Дункан внимательно смотрела на девушку, что тихо говорила и постоянно оглядывалась по сторонам. Создавалось ощущение, что она делает это в тайне от самого М'ангила.       - Робин будет ругаться, но меня замучает совесть, если я этого не сделаю, - она оглядывается ещё раз, прикрывая камеру рукой. На фоне слышны шаги и говор эльфов. - Сейчас в Эдракине очень напряжённая обстановка. Я не прошу вас приезжать, но дам вам промежуток в истории эльфов, когда в стране происходило то же самое.       На экране загораются две даты. Сто лет разницы, не так уж много для эльфов. Тара сразу записывает эти даты в блокнот, куда они писали свои предположения.       - Возможно, в Мими не будет информации про эти времена в открытом доступе, но я верю, что у вас получится всё найти. Изучите историю эльфов этого периода и поговорите со своей королевой, она должна вас послушать, - эльфийка ещё раз оглядывается. - Магифон, отправь сообщение и удали его для Робина.       Противный писк прерывает видео. Экран гаснет и сворачивается. Тара откидывается на спинку стула, пытаясь переварить информацию. Её так удивило, что фамильяр Робина - это дух эльфийки.       Девушка не сразу замечает на себе взгляд проснувшегося друга. Тот смотрит внимательно, хотя в глазах всё ещё плещется сонливость. Тара отталкивается от спинки стула, пододвигая к парню блокнот.       - Нам нужно найти информацию по этому периоду из истории эльфов, и тогда мы будем знать ответы на наши вопросы, - серьёзно произносит она, пока Кэл смотрит на неё снизу вверх.       - Когда я поем? - улыбается провор, получая щелбан от подруги. - Ну ты же сказала, что мы будем знать ответы на свои вопросы.       Тара лишь закатывает глаза, но улыбка трогает её губы. Наверное, не будь Калибана с его шуточками, она бы давно впала в апатию, помчавшись вслед за полуэльфом в Эдракин.       - Я устал за эти три дня так, как не уставал за месяц! - причитает парень, потягиваясь. Он берёт в руки блокнот и начинает листать то, что успела написать Тара, пока он спал.       - Что это за года? - провор поворачивает блокнот к Таре. - Ты что-то нашла в книгах, пока я спал?       - Ллиландрил отправила сообщение, - девушка кивает на магифон. - Прости, что посмотрела без тебя.       Калибан на это лишь недовольно цокнул: в прошлый раз он ждал её возвращения, чтобы прослушать сообщения от Робина. Иногда нетерпеливость Тары бесила, но парень этого старался не показывать, особенно сейчас, когда они и так были в сложной ситуации.       - Она сказала, что в этот период в истории эльфов происходило тоже самое, что и сейчас, - ответила Тара, замечая на себе недовольный взгляд.       - Тогда нам стоит приступить к поиску, - провор встаёт с нагретого места, потягиваясь. - Можешь отдохнуть пока, а я начну рыться в книгах.       Тара благодарно кивает, положив голову на стол. Ей стоит поспать хоть немного, а то глаза закрываются сами собой. Так и уснуть где-нибудь в неположенном месте недолго.       Провор достаёт стопку книг с верхней полки, осторожно вогружая всё это на стол, и смотрит на спящую подругу. В одно мгновение шелест страниц старинных книг и сопение заполняют всё пространство библиотеки, создавая обманчивое ощущение защищённости и спокойствия.

★★★

      Ллиландрил выключает магифон, облегчённо выдыхая. Её никто не увидел, не услышал и не прервал, она смогла отправить сообщение друзьям своего хозяина. Фамильяр поправляет волосы, собираясь подниматься с корточек, но не успевает, ощущая за спиной тяжёлое дыхание. Будь она жива, то по спине пробежали бы мурашки, но она — дух, и поэтому лишь в области сердце что-то неприятное колет. Однако она поднимается с магифоном в руках и поворачивается к человеку за её спиной.       - Я искал тебя, - тихо произносит Робин, замечая магифон в руках девушки. Он хмурит брови, смотря в её лицо.       - Это твоё, - она протягивает ему магифон, который парень сразу же принимает. Он включает его, пытаясь найти что-то, но по прошествии нескольких длительных секунд выключает его и убирает в карман военных штанов.       - Почему он был у тебя? - спокойно, без агрессии или злобы, но глаза сверкают опасным огнём.       - Подобрала после битвы, - не сомневаясь ни секунды, ответила та, не отводя взгляда.       - Да? - он изгибает бровь. - Остальные вещи в палате, а вот магифон, через который ты можешь связаться с Тинголом, у тебя. Тебе не кажется это подозрительным?       - Я... - девушка замолкает под леденящим душу взглядом неверия. - Прости, я не должна была этого делать.       - Что ты им сказала? - тон не изменился, но появились нотки стали. Под взглядом глаз напротив хотелось сжаться.       - Чтобы они не появлялись здесь, - тихо проговорила она, отводя взгляд. Она рассматривает оголенный перебинтованной торс парня, сглатывая вязкую слюну.       - Смотри мне в глаза, - каждое слово по-отдельности отдавалось стальным набатом в ушах. Девушка, помедлив, отрывает взгляд от шрамированого торса. - Что ты им сказала?       - Что они должны поговорить с королевой, - парень закатывает глаза и трет переносицу.       - Не лезь не в свою дело, - почти шипит полуэльф, когда девушка пытается ещё что-то сказать. - Готовься к ритуалу передачи. Как только вернёмся домой, проведём его.       Девушка смотрит на него не верящим взглядом. Однако парень не даёт ни шанса на сомнения. От этого холодного тона и ледяного хрусталя глаз хочется выть от безысходности и своей некомпетентности. Она знала, что тот так поступит, но не сейчас, не так рано.       - Почему? - еле слышно произносит Ллиландрил, разрывая тягучую тишину.       - Ты будешь в безопасности и сможешь защитить мою мать, если это потребует ситуация, - отвечает Робин. - Возвращайся в лук, тебя никто не должен видеть.       Девушка смотрит на него, прикусив губу от обиды. В уголках глаз уже начали скапливаться слезы, но она лишь кивает на приказ, и её силуэт растворяется в небольшой кладовой.       Робин устало выдыхает, закрывая глаза. Он же принял правильное решение? Он прекрасно видит, как тяжело фамильяру после последней битвы, и М'ангил не хочет снова наблюдать за этим. Полуэльф опирается на стену кладовой, чувствуя усталость в теле и постепенно появляющуюся боль в руке. Магифон оттягивает карман брюк, будто держа парня в реальности. Внутри всё как-то скомкано. Перед глазами стоят невыплаканные слёзы Ллиландрил и тело того несчастного солдата. Робин мотает головой и отстраняется от стены, морщась от боли. Ему стоит вернуться в палату, а то начнут ещё беспокоиться.

★★★

      Одиночная палата, залитая блеклым солнечным светом, была наполнена людьми. Дядя и отец что-то принимали от пожилого эльфа, которого Робин видел до их боя. До боя. Сколько он спал? По ощущениям около шести-восьми часов, но он может ошибаться. Парень проходит внутрь, садясь на койку.       - А что делать с оставшимися фотографиями? - тихо произносит пожилой эльф, но из-за почти полного отсутствия звуков в палате его хорошо слышно.       Полуэльф забрался с ногами на койку, садясь по-турецки. Он положил руки на ноги и рассматривал стопку фотографий. Они были чёрно-белые, но Робин знал, что при правильном освещении они приобретают краски. Ему очень нравились такие технологии Эдракина на основе свойств некоторых растений.       - Если вопрос в деньгах, то я заплачу, - отвечает Т'авилус, кидая быстрый взгляд на племянника, которого он только что заметил.       - Я собираю фотографии для будущих поколений, могу я взять одну?       - Разве вы не сделали копию для себя? - отец выгибает удивлённо бровь, хотя бинты на голове сильно мешают.       - Я не имею право брать ваши фотографии без разрешения, - сразу же принялся объяснять старик, чем вызвал лёгкую улыбку у окружающих.       - Бери, у некоторых всё равно никого не было, - дядя протягивает ему одну фотографию. - Остальное мы раздадим бойцам и их родственникам. Спасибо вам за такую ценную работу. Сохраните это фото для потомком, чтобы знали как выглядят их защитники!       Старик добродушно улыбается. Он что-то ещё произносит, потом подхватывает сумку с одного из нескольких стульев и покидает палату. На какое-то время в помещение повисло молчание. Однако отец прерывает его, поднимаясь со стула и подходя к сыну. Он останавливается у подножья кровати.       - Что-то случилось? - он кивает в сторону откинутового на простыни магифона.       - Фамильяр вышел из-под контроля, - передёрнув плечами от пробежавшего по телу неприятного холода, произнес полуэльф. - Но сейчас это не так уж и важно.       - Разве? - отец выгибает бровь, пока Робин внимательно следил за движением дяди. Тот достал одну фотографию из стопки и направился к ним.       - Как выпадет первая возможность — проведу ритуал передачи, - он кинул на отца взгляд, понимая, что тот начинает сердится. - Она будет защищать маму, хотя бы морально помогать ей, если с нами что-то случиться.       Т'андилус на это лишь открыл рот и закрыл его, смотря на фотографию в руках своего сына. Робин внимательно рассматривает фотографию, которую ему передал дядя. Он всматривается в каждое лицо и пытается вспомнить каждого, в особенности того Дайона Паризо, чья нашивка лежит на тумбочке. Она вся в крови, но имя всё ещё видно и будет видно всегда, ведь в голове четкой картинкой остался тот страшный момент его жизни.       - Я лучше умру, чем буду видеть сотни таких же смертей, - хрипло произносит полуэльф, чуть сжимая края фотографии. В горле появился неприятный ком от осознания того, что Паризо пытался защитить его и погиб. - Не хочу, чтобы солдаты умирали, защищая меня.       Т'андилус сжал спинку койки, впиваясь слегка отросшими ногтями в дерево и царапая его. Хотелось накричать на сына, сказать, что всё не так, всё по-другому, но эльф сам прекрасно понимал, что это будет ложь. Огромная и слишком гладкая, чтобы в неё поверили. Поэтому он лишь поджимает от безысходности губы, опуская голову.       - Дядя, - хриплый голос вновь разрывает тишину палаты, когда его обладатель наконец отводит взгляд от фотографии, - как умер Эрвин?       Эльф тяжело вздохнул, видимо предвидя такой вопрос со стороны своего племянника. Он пододвигает к себе стул, чтобы точно не осесть на пол от бессилия. Его взгляд метается с полуэльфа на брата и обратно, будто чего-то ища, но так ни на чём и не остановившись, возвращается обратно к чёрно-белой стопке фотографий.       - Это было задание похожее на то, с которого мы вернулись недавно, - на выдохе произносит он, сцепляя руки в замок. - Ты, наверное, слышал о разведотрядах, которые исследуют территорию на наличие каких-нибудь ловушек и лазеек, что могут навредить или помочь во время столкновения, - Т'авилус быстро смотрит на племянника, что лишь кивает головой, не перебивая. - Эрвин был выбран в один из разведотрядов от военной академии Эдракинского двора. Отказ там не принимали, да и начались восстания офицеров во всех частях армии. Было совершенно не до этого. И сначала всё было хорошо: одна успешная операция за другой, награда за мужество во время одной из вылазок. Однако с каждым новым заданием разведки и нашим продвижением по улицам города мне становилось тревожнее, будто должно произойти что-то дурное. Я отметал эти мысли, скидывая свои переживания по поводу и твоего привлечения во все эти кровавые дела страны.       Он замолк, перебирая пальцы. Робин видел, как его лицо осунулось сильнее обычного. Создавалось ощущение, что воспоминания причиняют ему не только моральную, но и физическую боль. На это было тяжело смотреть. Полуэльф перевёл взгляд обратно на фотографию, пробегаясь глазами по лицам ребят. Разведотряд выделялся чуть изменённой формой и нашивками на груди. Самая засекреченная часть эдракинской армии, куда было очень сложно попасть по желанию, а вот по приказу королевы очень даже просто. В разведкорпусе хранились секретные сведения о местоположении стратегически важных объектов обеих сторон, сведения о допросах и убийствах, если таковые происходили во время допроса, а также колоссальное количество папок с личными делами разведчиков. Большинство из них были с красными печатями "Мёртв", они занимали большую часть архива. В большинстве своём это были тоненькие папки со списком операций, в которых участвовал солдат, его заслугами и причиной смерти. В конце прилагалась фотография, небольшая биография и слова выживших сослуживцев. Однако и это было далеко не у всех.       - Очередная вылазка затянулась аж до начала планируемого наступления королевской армии. Мне было тревожно, но, как ты уже знаешь, выбора на войне нет и ты должен подчиняться приказам, - с трудом прерывает липкую тишину дядя. - Бои шли за две улицы от той, где мы сражались сейчас. Битва не была столь ожесточенной, но обе стороны понесли потери. На протяжении всего боя меня беспокоили мысли о том, почему по военным магифонам не сообщают информацию от разведотряда, почему нет Дарка на поле? Это всё сильнее загоняло меня в мрачные мысли и отвлекало от драки.       Т'авилус провёл рукой по поседевшим волосам, пытаясь привести мысли в порядок. Каждое слово давалась с большим трудом, резало по ещё свежей ране. Со смерти Эрвина прошло совсем немного, его похоронили неделю назад. Должно быть он ещё не смирился со смертью своего сына и винил себя в произошедшем.       До парня долетали звуки недалёкой битвы, но его глаза были прикованы к высокому человеку перед ним, а слух полностью сосредоточен на звуках, доносящихся с обеих сторон, где расположились его товарищи. Рядом сидел мальчишка младше него на год или два, попавший в разведотряд совершенно случайно. Попросился со старшим братом, что в госпитале сейчас лежал с тяжёлым ранением. Его потряхивало от страха, он смотрел вниз, боясь поднять голову на своих врагов. Эрвин хотел бы его как-нибудь утешить, но единственное, что он мог сделать с завязанными руками, это тихо сказать: "Успокойся, всё будет хорошо". Никто в эти слова здесь уже давно не верил, но парнишка стал дрожать меньше и даже позволил себе бросить на Эрвина беглый взгляд.       М'ангил улыбнулся ему. Глаза мальчишки, голубые, на кристаллы похожие, были на мокром месте, он был на грани слёз. Жалко было его и других товарищей тоже, и себя как будто бы. Что он отцу скажет, если один в живых останется? А если умрёт? Какого отцу будет? Больно, наверное. Лишь бы за ним на тот свет не пошёл. А глаза такие красивые, как вода в озере, к которому эльф любил бегать в детстве с племянником отца. Блестят на солнце так, что напоминают глаза кузена. Они так давно не общались, перестали общаться из-за такой глупости, как королевское неодобрение. Сейчас это и правда кажется чем-то глупым и детским. Интересно, как он там сейчас? Дядя Т'андилус говорил, что он нашёл там друзей, что он преуспевает в магии. Из новостей Эрвин слышал, что там постоянно идут бои против какого-то чёрного мага, зовущего себя Магистром Зла, и видел на фотографиях Робина. Повзрослевшего, возмужавшего, но потерявшего тот яркий огонь в глазах, которым он заражал окружающих. Когда Эрвин впервые увидел ту фотографию, то очень долго рассматривал лицо кузена, а в голове всё чётче и чётче вырисовывались мысли о том, чтобы созвониться с ним и всё обсудить. Но судьба решила иначе. Или он сам? Пока он собирался с этими мыслями, взвешивая все за и против, прошло время и стало совершенно не до этого. Теперь он лишь может надеяться на то, что кузен его не забыл и не держит зло на него.       - ...Я спрашиваю тебя: где гребаный оружейный склад?! - с другого боку доносится разъярённый голос высокого эльфа и шипенье одного из товарищей.       Эрвин переводит взгляд на звуки. Одного из его товарищей схватили за волосы и поволокли на открытую дорогу, выставляя его перед другими членами разведотряда. Эрвин дёрнулся было защитить его, но тяжёлая рука одного из эльфов, стоящих за ними, сдавила шею, не давая пошевелиться. Он зафиксировал шею парня так, что он мог лишь смотреть на своего товарища.       - Отвечай на вопрос! - Дарк, высокий эльф с чёрными волосами, схватил разведчика за грудки и встряхнул. Тот упрямо молчал, пока его продолжали трясти. Эльф всё больше и больше сердился, пытаясь выбить из парня напротив информацию.       - Ты - подонок, предавший свою страну, и я не стану таким же как ты, - выплюнул в лицо Дарка разведчик. Ответная реакция не заставила себя долго ждать. Предатель со всей силы ударил своего заложника ногой по голове. Парень отлетел в сторону. Его глаза закатились, а выражение лица застыло в неестественной гримасе, что пугала.       Эрвин смотрел на это всё. Внутри него боролось желание закрыть глаза и ничего не видеть и желание запомнить всё до последней детали, чтобы потом отомстить. Он смотрел на то, как Дарк взял эльфа без сознания за волосы, поднимая его над землёй, а второй рукой нанёс несколько ударов по голове. "Чтоб наверняка" - пронеслось в голове Эрвина, когда их надзиратель откинул полностью обмякшее тело в сторону.       - Кто следующий? - на его лице появилась хищная улыбка. Эта улыбка пугала настолько, что сердце замирало, а дыхание сбивалось.       - Хоть битва была и недолгой, мы успели спасти лишь самого младшего члена отряда, - проговорил дядя. - Ему успели сломать лишь ключицу, однако его волосы поседели. Майкл сейчас находится в госпитале для душевнобольных. Вся эта ситуация сильно отразилась на его психическом здоровье, но он смог рассказать о злодеяниях Дарка, который успел сбежать.       Робин перевёл взгляд на небольшое окно, через которое пробивались лучи солнца. Эрвин. Они так и не смогли нормально поговорить после той ссоры. Глупая гордость обоих сгубила их отношения. Сейчас поздно что-то менять. Теперь Эрвин мёртв. Теперь остаётся только верить в мир духов, о котором родители рассказывали в детстве.       Эрвин смотрел на три тела перед ним. Бездыханные, окровавленные. Это были его товарищи, которых один за другим убил Дарк, стоящий сейчас перед двумя оставшимися. Он внимательно смотрел сначала на Эрвина, потом на Майкла, будто выбирая себе следующую жертву. Его глаза налились кровью от ярости, что только прибавлялась с каждым новым допросом. Каждый разведчик, которого он саморучно убил, отказывался говорить ему о местонахождении склада с оружием королевской армии. На шее вздулись вены. Он тяжёло дышал. Он был похож на животное.       - Этот, - он тыкает в Майкла, которого сразу подхватывают за подмышки.       Эрвин смотрит на парнишку. Он вспоминает его заплаканные глаза, их первую встречу и ужасную схожесть голубых глаз Майкла с глазами кузена, перед которым он чувствовал вину. Он просто не сможет выдержать ещё одну смерть. Не сможет жить дальше, если останется один в живых из всего отряда.       - Он ничего не знает! - выкрикнул М'ангил, привлекая к себе внимание Дарка.       - Получается, ты знаешь? - эльф махнул рукой своим подчиненным, что отошли от Майкла на шаг. Из груди младшего раздался облёгчённый вздох.       - Знаю, но не скажу, - будто бросая вызов своей гордости, произносит разведчик.       - Говорить ты точно научишься, - на лице надзирателя появляется хищная улыбка, а четверо вражеских эльфов подошли к нему со всех сторон. Подошли так, что не было видно Майкла. Может это и к лучшему?       - Троих не смог научить говорить, а думаешь, со мной получиться? - внутри всё тряслось от страха, но голос не выдавал. Он помнил слова отца, что враги, как животные, чувствуют страх. Поэтому мама и умерла. Она боялась своих похитителей, которые её убили.       - Я на троих учился, а на четвёртом буду сдавать экзамен, - Эрвин почувствовал, как его подняли за подмышки. Он был небольшого роста, поэтому, когда его глаза сравнялись с глазами Дарка, его ноги уже не касались земли. - Молись своим богам, чтобы смерть твоя была быстрой.       Эрвин не успел даже сообразить и как-нибудь колко ответить, как Дарк нанёс первый удар в живот. Парень качнулся, как груша для битья, заходясь кашлем. До слуха донесся крик Майкла, который сразу утих. М'ангил кинул обеспокоенный взгляд в сторону выкрика. Майкл стоял на коленях, а за ним стоял эльф, сжимая шею. Пока ему опасность не угрожает.       - Может скажешь мне, где находятся ваши склады? Вам, разведчикам, ведь всё равно оружие не нужно, так зачем беспокоиться?       - Потому что без оружия не будет армии, а без армии и разведка бесполезна, - как маленькому ребёнку объясняет Эрвин, улыбаясь.       Тяжёлый вздох, и Эрвин чувствует как кулак Дарка впечатывается в его лицо, выбивая зуб. Разведчик сплёвывает кровь на землю и шипит от боли, облизывая окровавленные губы. Интересно, Магистр Зла в Мими такой же жестокий, как Дарк? Если да, то он искренне восхищается Робином и его друзьями, что противостоят ему и одерживают победы над ним.       - Значит не заговоришь?       - Значит не заговорю, - подтвердил парень, за что получил ещё удар. Теперь он пришёлся по рёбрам, а боль, что разлилась по всему телу, явно была доказательством того, что рёбра ему сломали.       Дальше было всё как в тумане. В кровавом тумане боли, хруста пальцев и криком Майкла с просьбами всё это прекратить. Но его никто не слушал. Все сосредоточили своё внимание на изуродованном командире отряда, что беспрестанно сплёвывал кровь и пытался язвить Дарку. Надо признать, что с каждым новым ударом это получалось всё хуже и хуже. Очередной удар, и его отпускают. Он валится на бок, ощущая под щекой рыхлую землю. Его сейчас совершенно не волнует, что Дарк со своими дружками продолжит его избивать. До его слуха доносится крик Майкла, что отвлекает внимание на себя. Однако его взгляд прикован к Эрвину, будто он пытается запомнить его, будто боится его забыть. Эрвин же напрягает слух и слышит, как в сотне метров отсюда вибрирует земля. Там идёт сражение.       - Мы дойдём до тебя мелкий, сейчас только закончим с твоим командиром, - отмахивается от младшего разведчика Дарк, возвращая своё внимание к полуживому Эрвину.       М'ангил устало пробежался по нему глазами, останавливая свой взгляд на Майкле. Он смотрит в его голубые, красные от слёз глаза и не может налюбоваться. Слишком красивые глаза. Он хотел бы, чтобы эти глаза были последним, что он увидит перед смертью.       - Убей меня, - шёпотом произносит он, вызывая смех у Дарка.       Эльф противно смеётся, что-то говоря парню. Эрвину плевать, он смотрит на парнишку, к которому и обращался. Тот смотрит запуганно, почти незаметно качает головой. Не хочет. А кто захочет убивать своих? Дарк. Взгляд опять пробегается по эльфу, стоящему над ним. Ему всё равно кого убивать.       - Убей. Это приказ, - одними губами произносит в надежде, что его поймут. Глаза напротив мрачнеют, а плечи опускаются из-за безысходности ситуации.       - Я с тобой разговариваю! Ты что не слышишь меня?! - удар ногой по животу отвлекают парня от голубых глаз. Он зажмуривается от боли, подтягивая ноги к груди.       Со стороны Майкла доносится шорох. Парень смотрит туда и видит, как по земле ползёт толстый плющ. Разведчик смотрит на Эрвина, не отрывая глаз. Плющ осторожно обматывает шею Эрвина, будто шарфик зимой. Шарфик. Робин подарил его в их последнюю совместную зиму. Голубые глаза остаются, но лицо меняется. Вместо Майкла появляется перед глазами Робин. Тот Робин, что он на фотографии в новостях видел. С такими же опустевшими и подчинившимися глазами, с таким же измученным выражением лица. Эрвин улыбается. Пусть это просто галлюцинации, но ему всё же удалось увидеть Робина перед самой смертью. Услышать только не удастся. Плющ резко сжимает шею парня, перекрывая доступ к воздуху. Он видит слёзы в глазах напротив, как они бегут по щекам и срываются куда-то вниз. Воздуха не хватает, но он даже не пытается захватить новую порцию. Не сопротивляется скорой смерти.       - Майкл до сих пор себя винит в том, что послушал приказ Эрвина и убил его, - совсем тихо произносит Т'авилус. - Однако после его истории медикам стало понятно, что Эрвин имел лишь небольшой шанс выжить из-за серьёзных ранений или остался бы на всю жизнь инвалидом.       - Ты винишь его в этом? - Робин посмотрел на дядю, чьё лицо осунулось ещё сильнее обычного.       - Нет. Я знаю, что такое война и какие на ней законы. Он дал ему быструю смерть после стольких мучений, а Дарк не остановился бы и продолжил бить его до последнего вздоха.       Дядя тяжело выдохнул, опуская голову ещё ниже.       - Я пойду попью, - он поднимается со стула и, пошатываясь из стороны в сторону, выходит из палаты.       В палате повисает тишина. Робин смотрит на фотографию в своих руках, а потом кидает взгляд на тумбочку, где лежит нашивка. Дарк. Этот грёбаный садист. Он обязан его убить, отомстить за всех, кого он успел убить. И он отомстит.