Это нечестно, Грейнджер

Запись из 2009 г. Почти три года я не видела Малфоя, и, честно говоря, была этому несказанно рада.  Наконец-то, я дышала. Я жила.  Мне хотелось спрятаться и не попадать под внимание любопытных глаз, которые пристально следили за мной в магическом мире.  После статьи в «Ежедневном пророке» о том, что я вышла замуж за не волшебника, на меня посыпалась волна неоднозначных реакций. Нет, не волна. Это был «бум».  Мне приходило много писем, громовещалок, странных посылок, которые я не решалась открывать, памятуя школьные события с гноем бубонтюбера. Общий контекст был такой: «неожиданно, поздравляю!», «когда ты успела?», «а кто жених??».  От большинства знакомых я получила неоднозначное молчание, Малфой и вся его компания тоже не удостоили меня вниманием, а от семьи Уизли мне пришел маленький клочок пергамента с одним лишь «Поздравляем». На самой свадьбе гости были в основном со стороны жениха. С моей же — школьная подруга моего глубокого детства, родители и Невилл. Джинни приняла моё приглашение на свадьбу одной из первых, но так и не явилась.  Гарри тоже был сильно занят, но всё же успел заскочить на церемонию. И по одному его виду было заметно, что он старается порадоваться за меня. Связи рвались. Мне было нестерпимо горько наблюдать за тем, как рушится вся моя «прошлая» жизнь. Единственным, кто неожиданно поддержал меня, был Невилл. Появившись на празднике со своей супругой Ханной Аббот, он спустя пару минут тряс руку Остену в крепком рукопожатии и воодушевленно приговаривал: — Хоть сначала мы не знали тебя, и, честно говоря, с подозрением отнеслись к твоему появлению в жизни нашей подруги, но сейчас! Хочу тебе сказать: ты точно тот человек, которому мы можем передать нашу волшебную Гермиону! Чуть позже Невилл подошёл ко мне для личной беседы и сказал:  — Гермиона, никогда не видел тебя такой счастливой! Остен — отличный парень!  И, потупив глаза, чуть тише добавил: — Честно? Я рад, что это не Малфой.  Сразу после женитьбы для Гермионы-теперь-уже-Флэтчер наступил еще один этап, самый важный в жизни: беременность и рождение ребенка.  На первых порах я ещё закрывала незавершённые дела в Министерстве, посещала светские вечера, на которых даже пересекалась с Малфоем. Но позже моё положение стало слишком очевидным. Дав этим ещё один отличный повод для статьи на первой полосе в «Пророке», я решила перестать появляться за магическим барьером, отклоняя все приглашения о работе или просто личных встречах.  Мне хотелось чувствовать себя в безопасности. И в маггловской части Лондона мне это прекрасно удавалось.  И только сейчас, почти три года спустя, я вновь захотела встроиться в ту часть себя самой, которую я намеренно задвинула на задний план в попытке защититься.  От Малфоя в том числе.  И я решила, что для этого мне сначала нужно перенести нашу историю с Драко из живых воспоминаний в буквы на бумаге. Поэтому, продолжу. *** июнь 2001 г. По плотности ощущений события следующей недели растянулись в несколько месяцев.  В воскресение я оказалась на официальном праздновании дня рождения Драко Малфоя, куда он пригласил лишь «близких друзей».  Погода была отличная, поэтому торжество было организовано на огромной территории красивого парка Малфой-Мэнора, очерченного живой изгородью.  Вокруг овального фонтана были  разбиты магические шатры, откуда звучала приятная ненавязчивая фортепьянная мелодия. Вдоль дорожек, ведущих к месту праздника, в воздухе висели маленькие огоньки света и слегка подрагивали от колебаний ветра.  Я аппарировала точно ко времени.  И была несказанно рада перспективе отпраздновать в саду, не заходя в само поместье. Оно навевало воспоминания о не самых радужных событиях прошлого.  Когда я прошла к внушительному куполу, закреплённому в воздухе специальными заклинаниями, то сразу увидела Драко. Он стоял возле массивного стола из тёмного дерева, разговаривая с Тео. В чёрном костюме и отлично сидящей на его фигуре и явно сшитой на заказ элегантной бархатной мантии. Я остановилась, поддавшись волнению. Как будто бы кожей ощущая — я тут лишняя.  Малфой увидел меня.  То ли он сразу считал моё состояние, то ли просто из-за вышколенной вежливости, уже через пару мгновений он большими шагами направлялся в мою сторону.  — Драко!  Я двинулась навстречу, легко махнув рукой в знак приветствия.  Малфой заулыбался, преодолевая последний метр, разделявший нас и обнял меня. Ненавязчиво. Почти не касаясь. Его запах ударил в нос. И я прикрыла глаза от наслаждения, словно это самое приятное, что я ощущала в жизни.  Мерлин, Гермиона! Соберись!  — Рад видеть, Грейнджер, — Драко посмотрел на меня сверху вниз, пока я, слегка опьянённая, оглядывала его лицо.  Как самая глупая влюблённая девчонка.  — С днём рождения! — быстро сказала я, суетливо отступив назад, чтобы не чувствовать. И чтобы включить свои мгновенно расплавившиеся мозги, разумеется. Я сделала ещё один шаг от него, принявшись копаться в полах своей мантии. Выудив оттуда невзрачного вида свёрток, я поспешила протянуть его Драко. Мои нелепо вскинутые руки едва не пронзили мужскую грудь — с такой страстностью я старалась побыстрее вручить заветный подарок. — Это тебе!  Малфой, все это время с насмешливым интересом глядя на мышиную возню, которую я устроила в попытке отгородиться, ухмыльнулся и аккуратно взял тканевый мешок в руку: — Грейнджер, не стоило. — Я не знала, что тебе подарить, но подумала, что можно оставить что-то на память о… Малфой добродушно рассмеялся, прочитав выгравированную надпись на небольшой деревянной шкатулке ручной работы:  

«Величайшему эксперту по тёмно-магическим артефактам»

— … о первом деле, куда тебя привлекли в… — продолжала тараторить я, автоматически начав улыбаться, поддерживая его настроение, но он перебил мой словесный поток, вновь потянувшись в мою сторону и обняв одной рукой.   — Ах-хах, спасибо, Грейнджер! Это очень… адресно!  Я, красная как рак, смущённо опустила глаза вниз, словно под моими ногами творилось что-то весьма увлекательное, и замолчала. Тогда Малфой, невесомо касаясь моей спины, начал неторопливо вести меня по направлению к столу с гостями.  — Пойдём, я тебя представлю, — ласково произнёс он, слегка дотрагиваясь кончиками пальцев до моего плеча. Электрический разряд тока пронёсся по моей коже, забравшись куда-то под затылок и щекоча волосы мурашками.  Мерлин, не трогай меня.  Я рвано выдохнула. — Я рад, что ты пришла, — поворачивая голову, низким вибрирующим голосом произнёс Малфой, пока мы окончательно не приблизились к столу.  Мне не нужно было смотреть, я и так чувствовала его прожигающий взгляд, который наблюдал за моим горящим лицом.  Он видел.  Он наслаждался.  — Ребята, это Гермиона! Кто не знает, — шутливо произнёс он, теперь уже ощутимо обхватив моё плечо раскаленными цепкими пальцами.  «Она со мной».  Я думала, что смутиться еще сильнее у меня не выйдет, но я ошибалась. Я чувствовала себя абсолютно голой. Все гости (почему они уже все здесь??) смотрели на меня как на новый лот на аукционе. Кто-то одобрительно хмыкнул.  Как пришибленная, я кивнула всем присутствующим и как-то стыдливо произнесла:  — Всем привет. Теодор Нотт вновь разрядил начинающую было собираться энергетическую тучу, воскликнув: — О, Гермиона! Рад тебя видеть, что будешь пить?  Малфой отпустил меня, переглянувшись с Ноттом. Словно передал под его ответственность.  Я, стараясь преодолеть неловкость, вцепилась в общение с Тео, как утопающий в спасательный круг.  Все присутствующие на празднике были бывшими выпускниками Слизерина: Флора Кэрроу, Грэхем Причард, Эдриан Пьюси, Панси Паркинсон, Монтегю и Маркус Флинт.  С течением времени я более-менее освоилась, присев рядом с Флорой и болтая ни о чём.  Своими большими глазами, которые заторможенно скользили по сторонам, словно девушка слегка не здесь, она напомнила мне Полумну Лавгуд. Отчего уже было проще найти с ней общий язык, потому что она казалась мне знакомой.  Малфой много общался, был совершенно открыт и дружелюбен. Он был в своей среде. Я периодически выхватывала его глазами, наблюдая за его жизнерадостностью. Как вор. Пока никто не видит. Отпечатывая в памяти его широкую, абсолютно искреннюю улыбку с морщинками у глаз, осанку, аристократичные пальцы, сжимающие ножку бокала. — А ты мне нравишься! — потусторонним голосом произнесла Флора, легонько улыбнувшись кончиками губ.  — И ты мне, — я развернулась к ней, тепло улыбаясь в ответ. И это было совершеннейшей правдой.  Флора заговорила о том, что мечтает открыть галерею с картинами самобытных художников, помогая последним становиться известными и получать таким образом возможность хорошо продавать свои работы. — Одаренный талантом человек не должен думать о том, как выжить, собирая несчастные сикли. Его обязанность просто творить! Жаль, что волшебники недооценивают силу искусства. — Ты знаешь, я думаю, что у тебя точно получится это реализовать. Такое благое дело не может не получиться. Вот увидишь, волшебный мир еще будет тебя благодарить.  Её тонкая, почти прозрачная кожа с виднеющимися венками, немножко порозовела. Флора просияла. — Спасибо, Гермиона. Теперь ты мне нравишься ещё больше! Мы засмеялись.  Я почувствовала легкое прикосновение к своему плечу. Моё тело отреагировало мгновенно: органы скрутило узлом, а я напряглась, не в силах повернуться. — Девочки, как вы тут? — негромко произнёс Малфой, слегка склонившись над нашими головами.  — Драко! — плавно и как-то возвышенно произнесла Флора, опуская маленькую ладошку тому на плечо. — Почему ты только сейчас привёл её? Я в восторге!  Драко в ответ как-то по-родственному потрепал подругу по голове, словно та была его младшей сестрой. — Рад, что ты счастлива, но я хотел бы украсть Гермиону ненадолго.  Я замерла и перестала дышать, продолжая держать губы в улыбке.   — Ах, Драко! — Флора улыбнулась как будто чему-то в своей голове и плавно произнесла. — Ну, если только ненадолго!  И она тут же отвернулась, переводя внимания на фарфоровую тарелку с фруктами. Как будто бы нас и не существовало. — Много не пей! — предостерегающе произнёс Драко в сторону Флоры, одновременно с этим галантно протягивая мне ладонь, чтобы помочь выйти из-за стола.  — О, не буду, дорогой! — бросила та через плечо.  Мы проследовали к фонтану, Малфой достал свой серебряный портсигар и вынул сигарету.  — Как ты? — понизив тон и мягко скользя по моему лицу, спросил он, закуривая.  С очевидно не «братскими» нотами в голосе.  — В порядке. Ты? — я старалась придать лицу беспечный вид. Представляя, что разговариваю с кем-то другим. С Невиллом, например. Да, так проще. А то я уже успела устать краснеть в присутствии Драко. — Уизли знает, что ты здесь? — внезапно для меня проговорил Малфой, не удержавшись от высокомерной усмешки. Мерлин.  Серые глаза внимательно следили за мной. — Нет, не знает, — без обиняков ответила я. Не понимая, к чему вообще Драко решил сейчас упомянуть Рона. — Если честно, я не поверил, что вы вместе. Когда ты мне рассказала про ваши… отношения, — сделав характерный акцент на последнем слове, Малфой выдохнул сигаретный дым в сторону фонтана, частично пряча от меня свое лицо.  Что? Такого поворота в разговоре я не могла даже предположить.  Недолго думая, я поражённо выдала: — В смысле «не поверил»?  Малфой пригвоздил меня нечитаемым взглядом к месту и, понижая тон, ответил: — В прямом.  — Почему? — так же потрясённо.  Я словно разучилась понимать смысл сказанных слов, потому что действительно не знала, что. это. значит.  — Потому что это звучало, как отмазка персонально для меня, Грейнджер. Что?! Нет, что за наглец!  Чувствуя, как внутри поднимается гнев, я сжала кулаки. Стараясь сдержаться.  — То есть, я искренне делилась с тобой подробностями своей жизни, а ты в этот момент считал, что я лгу? — угрожающе тихо проговорила я, смотря Малфою прямо в глаза.  Пауза.  Шум воды из фонтана.  Гул голосов со стороны шатра.  Треск волшебного огня.  — Не совсем так. Но я вообще мало кому верю, Грейнджер, — прищурившись, произнёс Драко, затягиваясь сигаретой и тут же на выдохе добавляя. — И тебе советую. Я не знала, что сказать.  Потом мысленно передо мной пронеслись образы из вечера четверга: Рон с букетом, Малфой, его ироничный тон.  «Персонально для меня.» Он что, посчитал, что это тоже было какое-то… шоу? Спектакль, специально для него?  Он совсем ненормальный?! Я захлебнулась в эмоциях. Но не успела произнести вслух всё, что было у меня в голове, потому что Малфою удалось перехватить инициативу, и он примирительно произнёс: — Ладно-ладно, извини, что не поверил. Сейчас я точно убедился, что у вас всё серьёзно.  Ни грамма искренности. Он даже не потрудился звучать хоть сколько-нибудь правдоподобно. — Малфой.  Это единственное, что я смогла из себя выдавить. Потому что я не знала, что обычно люди говорят в таком случае. Как вообще продолжать разговор после этих обвинений?  Не дав мне найти решение, как выйти из этой этической переделки, Малфой продолжил свою психологическую атаку на мой мозг, на этот раз уже без усмешек. Немного мешкая перед тем, как на выдохе произнести:  — Мне написала Астория.