Алый взгляд

      Эва пришла в себя не сразу. Не сразу осознала происходящее.       Крепкий торс, к которому она была прижата, источал жар. Мышцы мужчины перекатывались под кожей при каждом шаге. А он бежал. С ней на руках. Но внушительное, могучее тело с лёгкостью выдерживало её вес. Аш будто даже не чувствовал Эву, двигаясь быстро и практически бесшумно по пустынным улочкам.       Девушка несмело подняла глаза вверх, облизывая взглядом притягивающий взгляд профиль.       — В темноте ничего не разглядишь.       Эва вздрогнула. Чем вызвала ухмылку мужчины. Он, конечно, это почувствовал.       — Твоих красных щёк я тоже не увижу. Но мне и смотреть не надо, чтобы знать.       Эва закрыла глаза, сгорая от смущения. Этот мужчина даже и не думал держать язык за зубами. Его вечные наглость и насмешливость выводили девушку на эмоции. Она закипала, пламенела от ярости.       — Можешь злиться сколько душе угодно, но не забывай, что я выручил тебя.       Аш остановился в одной торговой улочке, цепким взглядом оглядев её для начала. Никого кроме них не было. Ночь брала своё.       Мужчина аккуратно поставил девушку на землю. Его рука дольше нужного задержалась на её талии.       — Я не просила меня выручать.       Аш изогнул бровь, скрещивая руки на груди. Его расслабленная поза задевала Эву за живое. Он так её злил своим поведением!       — Предпочла бы встретиться с эпистатом нос к носу ещё раз?       Ухмылка мужчины походила на оскал. Его алые глаза мерцали в темноте особым блеском. Он пугал, он притягивал, он заставлял чувствовать Эву что-то новое. Ей не хотелось расставаться с ним, но сильнее хотелось ударить, чтобы эта ухмылка наконец сошла с идеальных губ.       Эва без удовольствия вспомнила о том, как неудачно спрыгнула на подготовленный ящик и подвернула ногу. Аш не сказал ни слова, подхватывая её на руки. А она и не сопротивлялась, охваченная паникой.       — Должна тебе теперь?       Эва дерзила, закрывалась, окружая себя защитой из холодности и убийственных взглядов из под ресниц.       — Не любишь быть обязанной?       Снова ухмылка. Снова накатывающее раздражение.       — Успокойся, дарующая жизнь, я сам захотел помочь. Безвозмездно.       Эва выгнула бровь. Не верила. Этому плуту верить себе дороже.       — Переодевайся и в храм иди.       Аш ещё раз осмотрелся, прислушался, словно позабыв об Эвтиде. А она смотрела на него, не в силах оторвать взгляд.       Ему шёл мрак.       Он окутывал его, напуская таинственности, из которой Аш состоял. Он был одной большой загадкой для девушки. Она хотела его разгадать. Но делать это медленно, наслаждаясь процессом.       Аш перевёл взгляд на Эву. Конечно, он знал, что она разглядывает его.       — Тут ночевать останешься? Переодевайся.       Его глаза сверкнули, полыхнув алым.       Эва вздрогнула. Это пугало её. Не могут глаза обычного человека так мерцать. Кто же он?       — Отвернись!       Аш снова ухмыльнулся, принимая расслабленую позу. Он повернулся к Эве всем телом, скрестил руки на груди и устремил на неё прямой взгляд.       — И не подумаю.       Эва понимала — спорить бесполезно.       Она сжала кулаки, впиваясь короткими ноготками в кожу, но отвернулась сама. Она уговаривала себя, что её щеки краснеют от гнева, а не смущения.       Девушка стянула накидку рваным движением. Обнаженная кожа покрылась мурашками. Эва сжала губы. Взгляд Аша прожигал в её спине дыру.       Впервые она стояла с голой грудью перед мужчиной. Пусть и спасительная тьма скрывала многое, а сама Эва стояла спиной к Ашу, она не могла быть уверена, что рубиновые глаза видят не больше того, что могут видеть.       Быстро выудив из сумки сменную одежду, она принялась её натягивать. Локон зацепился за петлю. Дрожащие пальцы никак не могли справиться с этим самостоятельно.       Горячие мужские пальцы коснулись её шеи, обжигая, заставляя задрожать. Аш ловко поддел локон, освобождая его из петли, но отходить не спешил, так же, как и убирать руки.       — Ты напряжена. Руки трясутся. Это стресс.       Эва кивнула. Это стресс, не волнение из-за его взгляда и близости тела. Стресс.       — Я могу помочь расслабиться.       Девушка открыла рот, но не смогла ничего ответить. Эта фраза звучала двусмысленно. Или это её воспаленный мозг воспринимает всё под призмой зарождающегося возбуждения?       — Сделаю тебе массаж.       Аш ухмылялся. Эве не надо было смотреть, чтобы знать. Он специально играл словами, чтобы она смущалась, нервничала.       — Здесь?       — Предлагаешь пойти в храм? Или вернуться туда, где мы встретились сегодня? Охотники могли уже уйти.       Эва прикрыла веки. Невыносимый.       — Тебе придётся снять верх одежды.       — Невыносимый, — она не сразу осознала, что сказала это вслух. Пусть и шёпотом, но он слышал. Она была уверена, что слышал.       — Я не услышал согласна ли ты.       Его властный голос обжёг. Глаза наверняка сверкнули алым яростным блеском.       — Хорошо.       Эва не стала удивляться самой себе. Она слишком устала, была слишком взбудоражена. Она подумает о случившемся завтра. Завтра ей о многом предстоит подумать. А ещё встретиться с Аменом лицом к лицу. Но это завтра, а сейчас...       Аш сам стягивает с неё верх одежды, Эва только поднимает руки, помогая. Она снова стоит полуобнаженная, но мужчина за её спиной значительно ближе. Она чувствует его дыхание затылком.       — Волосы на затылке закрепить есть чем?       Эва, уже настроившаяся на касания, слегка разочаровывается, тянется к сумке, делает на макушке пучок, закрепленный спицей.       Каждое её движение сопровождается волнением. Теперь волосы не скроют ничего, что могли бы скрыть, от взгляда Аша.       Ладони мужчины наконец ложатся на её плечи. Эва прикрывает веки. Аш начинает мять её мышцы, разбивая зажимы. Его руки совсем не нежные, они причиняют лёгкую боль, которая кажется Эве приятной.       Она откидывает голову назад, и горячие мягкие губы тут же прижимаются к её шее. Эва вздыхает. Внизу её живота начинает мучительно ныть.       Аш продолжает массаж. Его руки начинают давить сильнее, заставляя Эву прогибаться в спине.       Он оставляет укус на сгибе её шеи, зализывает его, переходит к другой стороне шеи, оставляя на ней множество поцелуев.       А Эва едва не стонет. Его руки, его губы, констраст боли и ласки творят с ней что-то невообразимое. Между ног становится мокро. Постыдно мокро.       — Хочешь я коснусь тебя?       Его шепот в самое ухо распаляет. Конечно, она хочет. Это единственное её желание.       — Скажи, Эвтида, хочешь?       Её молчание в миг заставляет его разозлиться. Смены настроения этого мужчины доведут Эву когда-нибудь. Но не сейчас.       — Хочешь, чтобы я просила?       — Ты ещё можешь связанно говорить, маленькая Неферут? Я исправлю это.       Губы Аша прижимаются к косточке под ухом, он проводит влажную дорожку языком по её шее, его руки спускаются на её талию, гладят живот, ребра, подбираясь к груди, но не касаясь. Он ждёт.       Он прижимается к ней сзади. Его член упирается в неё сквозь слои одежды. Эва испытывает стыд, хотя, казалось бы, это уже невозможно. Кулон на груди мужчины впивается в её обнаженную спину, доставляя дискомфорт.       — Хорошо, я прошу.       — Просишь чего?       Эва готова заплакать. Она заведена, изнемогает от желания, а он продолжает играть. Она сдаётся. В следующий раз... она будет ставить условия в следующий раз.       — Коснись меня.       — Где?       Эва загорается. Ярость накрывает её мгновенно. Как он смеет?       Она поворачивает голову, встречаясь с взглядом насмешливых глаз.       — Я уйду, если не перестанешь.       — Тебе нравятся мои игры.       Его уверенность в себе злила. Эва открывает рот, чтобы ответить.       Но рука Аша ловко забирается под слои ткани и касается нежной, истекающей смазкой плоти.       Ноги Эвы слабеют, но Аш не даёт ей упасть, позволяя опереться на себя.       Эва с удовольствием откидывается на крепкую широкую грудь. Ей нравится его близость, его объятия, его руки на её теле.       А пальцы Аша начинают ласкать Эву круговыми движениями, слегка надавливая. Он не комментирует то, какая она влажная и возбужденная, сосредоточившись.       Когда Аш погружает в Эву один палец, она встаёт на носочки, уходя от прикосновения. Мужчина усмехается, прижимается губами к её уху.       — Сама невинность. Я догадывался.       Он начинает медленно и, на удивление, ласково двигать пальцами, со временем добавляя ещё один. Эва жмурится. Ей приятно. Она сама не знает, почему решает сказать об этом.       — Мне так хорошо.       Губы Аша оставляют поцелуй на её шее, уже не оставляя её в покое. Он вылизывает и выцеловывает каждый сантиметр её кожи. Вторая его рука считает ребра, доходит до груди, приподнимает, неспешно мнёт.       Эва стонет, ощущая, как пальцы Аша ускоряются. Он доставляет ей невозможное количество удовольствия, уделяя внимание почти всему её телу.       Девушка удивляется, когда слышит тихий хриплый смех за спиной. Ей нравится этот звук, она бы слушала его вечно.       — Ты хочешь, чтобы охотники стали свидетелями нашего ночного времяпровождения?       Эва откидывает голову на плечо Аша. Её рука находит его шею, скользит выше, запутываясь в волосах цвета пламени.       — Я хочу, чтобы ты ускорился.       Аш удивленно выгибает бровь. Ухмылка трогает его губы.       — Как скажешь, шезмочка.       Он добавляет третий палец, заставляя Эву выгнуться и снова застонать. Ей всё равно. Пусть хоть весь отряд охотников во главе с эпистатом выстроится вокруг них. Она не обратит внимание. Лишь бы Аш не замедлялся. Лишь бы его руки оставались на её теле.       — Будь тихой, Неферут, я не шучу.       Он не успевает договорить, когда Эву накрывает волна наслаждения. Она содрогается всем телом, сокращаясь вокруг пальцев Аша, которые он не спешит убирать.       Аш сам зажимает ей рот рукой, но Эва всё равно стонет. Она закатывает глаза, сжимает руки в кулаки.       Аш убирает руку от её рта лишь в тот момент, когда девушка приходит в себя. Он вынимает из неё пальцы, поправляет юбку, делает шаг в сторону, оказываясь почти с ней лицом к лицу.       Эва поворачивает к нему голову и жалеет.       Аш облизывает пальцы, смотря прямо Эве в глаза. Его взгляд полыхает вызовом и насмешливостью.       Девушка спешит отвернуться. Это слишком для неё. Она закрывает глаза, заливаясь румянцем.       Аш молчит. Любопытство берёт верх, и Эва снова смотрит на него.       Он ухмыляется, вопросительно выгибает бровь.       — Ты...       Эва давится словами. Она снова краснеет, опуская голову. Но потом вскидывает её. Аш удивляется, замечая решительность в её глазах.       — Ты не хочешь большего?       — А ты хочешь?       Эва не успевает пожалеть, что спросила. Аш начинает помогать ей надевать верх одежды. Он выглядит непривычно серьёзно. Скорее просто не насмешливо.       — Ты хотела бы свой первый раз в подворотне ночью?       Когда одежда целиком надета, а все складки расправлены, на удивление, заботливым Ашем, он наконец поднимает на Эву взгляд.       Они смотрят друг на друга несколько мгновений, молча.       — Я бы не хотел на твоём месте.       И снова он умехается.       — Пойдём, шезмочка, не стой столбом.       Мужчина начинает идти в ему одном известном направлении. Он ухмыляется, — Эва не может видеть — когда девушка начинает его догонять, засыпая на ходу вопросами. Он был уверен, что она пойдёт за ним.       — Куда мы идём?       — В храм, конечно.       — Ты... провожаешь меня?       Аш бросает взгляд на Эву, поравнявшуюся с ним. Она пытается подстроиться под его быстрый шаг. Это веселит его. Любое её действие его забавляет. Ему нравится за ней наблюдать.       — Ты поразительно проницательна.       Эва замирает на месте. Этот мужчина не перестаёт её удивлять. Смены его настроения сведут её в могилу. Сможет ли она разгадать его?       — Не отставай, шезмочка.       — У меня подвернута нога. И подкашиваются ноги!       Аш только усмехается. Он замирает, дожидаясь, пока она дойдёт до него, и с лёгкостью подхватывает Эву на руки.       — Не привыкай, — его глаза сверкают алым блеском. Эва прячет улыбку.