Откровение поневоле (Белый экран)

      Сказал бы кто месяц назад, что Шэнь Цинцю будет с нетерпением ожидать следующей совместной миссии с Лю Цингэ, то этот старший ученик и бить того не стал бы, а отправил на Цянцяо. Может даже лично бы проводил такого блаженного. А вот поди же.       Когда же долгожданная новость достигла, наконец, его ушей, Шэнь Цинцю нежно погладил бумажную «бомбочку» с пыльцой цветущего жасмина искренней истины. Не ждать же, когда шиди Лю изволит снова вломиться в подходящие кусты. Или в какие другие, но похуже.       Лю Цингэ дулся. Обещанная старостой деревни хули-цзин оказалась обычной рыжей плутовкой, даже не духовным зверем. Этот Шэнь в какой-то момент даже приготовился защищать старосту от банального избиения трупом лисицы. Очень уж… выразительно держал тушку за по-летнему жидкий хвост краса и гордость боевого пика, предъявляя результат охоты.       Прихватив честно заработанные деньги, адепты направились в Цанцюн. Деревня находилась недалеко, поэтому шли пешком. Впрочем, зажатую тележку этот Шэнь еще припомнит Аньдину. Лю Цингэ дулся, но не спешил вскочить на меч и оставить своего шисюна. Сам Шэнь лететь не собирался: во-первых, далековато для него пока что, а во-вторых, у него были планы на мелкого варвара. И пожалуй, эта поляна вполне подходила для его исполнения. — Шиди, — позвал Шэнь Цинцю, а когда наивный идиот обернулся, запустил ему в лицо ту самую бумажную «бомбочку».       Лю Цингэ предсказуемо не стал уворачиваться, а обеими ногами угодил в ловушку, располовинив «подарок» Ченлуанем. В другой бы момент Шэнь может и полюбовался грацией и скоростью, но прямо сейчас торопился выставить Сюя, блокируя быструю атаку припорошенного пыльцой шиди. — Шэнь Цинцю! — Да, это я, — налегая на рукоять, пропыхтел Цинцю. — Неужели запомнил? — Только такой как ты мог отравить своего боевого брата! — Лю шиди отбил себе последний разум? — отравленный или нет, а Лю Цингэ теснил со всем пылом выкормыша с Байчжаня. — Кто ж так травит? Это пыльца цветущего жасмина искренней истины. — И зачем, если можно просто спросить? — Лю Цингэ стоял на своем, продолжая теснить шисюна, но пыльца уже сделал своё коварное дело, и ноги у шиди слегка заплетались. — А ты бы ответил? — Шэню удалось отбросить порядком окосевшего Лю Цингэ на пару шагов. — Ты даже не пробовал, — пыхтел Лю Цингэ, держась обеими руками за меч. И ему, похоже, помогало. Вот уж… байчжанец. — Ладно, в следующий раз просто спрошу, — покивал этот Шэнь, очень медленно отводя Сюя в сторону, мол, не нападаю. Спросить-то он спросит без пыльцы, но потом все равно найдет чем опоить, чтобы проверить насколько искренен его шиди на трезвую голову.       Лю Цингэ вздохнул, убрал Ченлуань и тяжело уселся прямо на траву, сдаваясь действию пыльцы. — Если бы не просьба Юэ шисюна… — И о чём же он тебя просил? — насторожился этот Шэнь, сжимая кулаки. — Подружиться с тобой.       О-о-о. Ну, надо же… Похоже, не только этот Шэнь удостаивался непрошенных советов. Так. Стоп! — Шиди Лю поэтому преследовал этого скромного ученика с дурацкими вызовами? — Ну да, — мелкий варвар попытался прямо посмотреть на своего шисюна, но серые глаза упорно собирались в кучку. — А как ещё?       У этого Шэня, в отличие от одурманенного Лю Цингэ, вполне себе получилось достаточно выразительно посмотреть на юного «гения», чтобы того даже через пыльцу пробрало. — Да наивернейший же способ! — запальчиво вякнул шиди. — И как? Сработало? — Да просто ты неправильный! — Уши окосевшего мальчишки заполыхали закатными облаками. — И чего с тобой шисюн Юэ так возится?       Шэнь вздохнул и тут же вздрогнул от резко выкрика. — Понял! Он служил в твоём доме, потому-то и возится до сих пор со своим молодым господином, — «догадался» Лю Цингэ.       И где найти слова, чтобы передать всю степень… «восхищения» мыслительными способностями старшего ученика Байчжань? — А так ли мне нужно знать твою «правду»? — вздохнул Шэнь потирая точку между бровями. — А кто просил меня травить? — Лю Цингэ повалился на спину.       Эк его разобрало. Надо в следующий раз дозу поменьше. Или вообще не связываться с полудурком. — Ну и манеры, молодой господин Лю. — Отвали! — Лю Цингэ скособочил шею в бесплодной попытке посмотреть на этого Шэня. — Я сам добьюсь всего! Покажу всем чего стою сам по себе!       Не может быть... — Так ты… на Байчжань поэтому? — Да, — запал Лю Цингэ иссяк под действием пыльцы, и тот снова уронил голову на траву. — Любой, выросший в такой семье, может просто пожинать плоды, взращённые предками. Но я стою кое-чего и сам, а не только как сын семейства Лю… — Зажрался, — вердикт выскочил изо рта этого Шэня раньше, чем тот успел прикусить язык.       Но как тут промолчать? В самостоятельность, значит, юный господин играет? Так шел бы сразу на улицы в подворотне свою самостоятельность доказывать, а не в лучшую школу Поднебесной. — Чо? — Ты не слышал, — заверил этот Шэнь, прикрываясь веером. — И вообще спи уже. Ты слишком много вдохнул. Я… покараулю.