Recontre dans le train 18+

Фёдор тихо стонет под настойчивостью Николая. - Ты чего? – в недоумении спрашивает брюнет, с которого постепенно исчезает одежда. - Кое-кто сам жаловался, что устал, вот я и решил устроить нам хороший отдых. – Николай немного небрежно срывает со второго одежду. Фёдор понимал к чему всё это клонит, но возражать не стал. Всё равно он бы не смог остановить Николая. Николай же, избавив Фёдора от рубашки, начал оставлять нежные поцелуи, не желая повредить достаточно нежную кожу возлюбленного. Поцелуи постепенно перерастали в укусы, которые хорошо ощущались из-за клыков блондина. От, хоть и нежных укусов, оставались метки. Фёдор смотрел на это и тихо постанывал. Укусы были уже везде, даже чуть выше лобка. Николай потихоньку стягивает штаны с Фёдора, спускаясь поцелуями, по постепенно оголяющийся коже. Достоевский наблюдал за этим и возбуждался, с каждым моментом. Гоголь видел, уже вставший орган Фёдора, но пока что не отвлекался на него. Спустившись к щиколоткам, он полностью снял со второго штаны. - Микола… - Фёдор решил попросить Николая, чтобы тот помог ему с возбуждением, но блондин не реагировал. Гоголь занимался своими делами, постепенно он, поднимаясь вверх по ногам. Поднявшись к бёдрам Фёдора, он больно укусил его, вызывая болезненный стон у брюнета. Еще минут десять, блондин мучал Фёдора прелюдиями, заставляя второго извиваться и хоть не частно, но просить большего. Брюнет часто выстанывал имя блондина, после чего шёл либо стон, либо просьба. Гоголю это всё ужасно нравилось и прекращать такую игру он не собирался. Всё-таки пришлось закончить с играми. Николай подставил два пальца ко рту Фёдора и приказным тоном произнёс: - Оближи. – Фёдор моментально послушался приказа и начал обильно смачивать пальцы блондина. В это время Николай начал надрачивать Достоевскому, из-за чего со стороны брюнета были слышны стоны. По истечению пары минут, Фёдор хотел кончить и уже всем своим видом умолял это сделать, но Гоголь не позволил бы тому сделать это, без разрешения. К тому времени, пальцы Николая были уже достаточно влажными, и он аккуратно приставил указательный палец к анусу парня. Выждав недолгую паузу, он начал постепенно вводить. Достоевский задохнулся от чувства полноты в себе. Блондин давал Фёдору привыкнуть, после чего добавил второй палец и начал растяжку. Минут пять Гоголь разрабатывал вход Фёдора. Брюнет в это время лежал и вцепившись в подушку, стонал. Достоевский немного выгибался и хотел сжать ноги, но ему не позволяли. После растяжки, Николай по-хозяйски устроился между ног Фёдора. Он вытащил свой эрегированный член и поднёс к растянутому входу. Медленно начиная вводить орган, он услышал некий вскрик. Достоевский скривился от боли, ведь член, это не два пальца. Николай начал успокаивать того поглаживаниями по бёдрам. Он делал это нежно, почти невесомо, пока постепенно входил во внутрь больше. Через пару секунд, Гоголь наблюдал интересную картину. Фёдор сильно выгнулся и буквально закричал. Блондину такая реакция очень понравилась, и он понял в чём дело, он достал до простаты. Николай начинал плавно двигаться и со временем, плавный и медленный темп перерос в средний и резкий. От брюнета только и были слышны стоны, кстати, про своё желание кончить, он не забыл об этом. - Коля... Я сейчас... Ах! – Фёдор достиг оргазма, при очередном попадании по простате. Николай не кончал, ведь для достижения пика, им как минимум нужно было заниматься любовью до утра. Николай вышел из Достоевского и лёг рядом, пожелав спокойной ночи.