А что же было со Скарлетт?

Скарлетт прислонилась к перилам крыльца и смотрела на бескрайние просторы Тары. Ретт, конечно, был прав насчет земли. Ей не хотелось этого признавать, но теперь она была разделена на маленькие семейные хозяйства, а не на большие плантации, и много-много полей, которые она помнила засаженными хлопком, теперь поросли сорняками и редкой сосной. Еще лет десять, и земля снова превратится в лес, но Скарлетт была полна решимости не допустить этого. Во всяком случае, если это в ее силах. Она не была уверена в этом. Как бы она ни хвасталась перед Реттом, что является крупнейшим землевладельцем в графстве Клейтон, это было не совсем так. Две ее земельные собственности делились с мужчинами, которые считали, что знают как минимум столько же, а скорее больше, чем она, и не стеснялись это говорить. Она могла контролировать Тару, но знала, что если попытается делать это вопреки Уиллу, он заберет Сьюлин с детьми и навсегда уедет отсюда. Это была бы большая потеря — не только потому, что он был женат на ее сестре и она успела к нему привязаться, но и потеря для Тары. Где она вообще сможет найти другого управляющего, который так же хорошо заботился бы о земле? Другого управляющего, который любил бы эту землю так же, как они с Уиллом? — Ну, вижу такое впервые, — раздался рядом с ней насмешливый голос. — Скарлетт О’Хара так задумалась, что не заметила приближения поклонника. — Думаю, правильнее было бы сказать «бывшего поклонника», Алекс, — ответила она и повернулась к нему, улыбнувшись. — А то Салли скажет, что ты крутишься около меня, как до войны. — «До войны». Вот та фраза, которая делит мою жизнь на две половины: одну, полную красоты, мягкости и изящества, и другую — полную трудностей, голода и работы… — Он подошел и сел на ступени крыльца рядом с ней, и, если не обращать внимания на его поношенный воротник и аккуратные заплаты на брюках, он выглядел почти как тот Алекс из ее юности — с его ироничной улыбкой и вспыльчивым характером. — Теперь ты говоришь как Эшли, — иронично заметила она. Алекс поморщился, вскинув руки в притворной боли. — О, только не это! Какой ужас! После короткой паузы он сказал: — Знаешь, Тони его никогда особенно не любил. И я всегда это принимал, потому что Тони разбирался в людях не хуже других. Но если он ошибался, если Эшли действительно был достойным человеком, тогда прими мои соболезнования по поводу его смерти, Скарлетт. Я знаю, вы долго были друзьями. Скарлетт помедлила, затем ответила отстраненно: — Соболезнования стоит выразить Бо. В конце концов, это он потерял отца. — Ах, — Алекс кивнул, будто сказанное ею было куда сложнее, чем просто замечание по поводу этикета. — Тогда я сделаю это, пока я здесь. Они с Уиллом внутри? — Да, вместе с Индией, Реттом и девочками. Я вышла подышать свежим воздухом, хотя воздух тут совсем не шевелится. — И какие же глубокие мысли занимали тебя, пока ты искала этот неуловимый ветерок? — спросил он непринужденно. — Я думала о земледелии, — откровенно призналась она. Он расхохотался, совершенно развеселившись, но она не имела ни малейшего понятия, что тут такого смешного. Она всегда это ненавидела. — О, Скарлетт, — сказал он наконец, вытирая глаза. — Должен тебе сказать, ты самая поразительно практичная женщина из всех, кого я знаю. — И что в этом плохого, хотела бы я знать? — спросила она, не уверенная, стоит ли ей обижаться. — Ровным счетом ничего, — ответил он. — Так… о каком именно аспекте земледелия ты думала? — Когда мы ехали сюда, Ретт сказал, что теперь это все лишь маленькие фермы, а не плантации, — сказала она. — И у него есть раздражающая привычка оказываться правым, в большинстве случаев. Даже преуспевающие «Мимоза» и Тара не являются и десятой частью того, что было раньше. А что говорить об остальных… Когда я была здесь на свадьбе, я поехала верхом вдоль реки, туда, где раньше был «Сосновый цвет». Ты помнишь, как там всегда было красиво, Алекс. Эти высокие дубы, которые росли вдоль дороги к дому, тот прекрасный дом у реки с огромными верандами… А теперь веранды просели, дорога заросла, и еще лет через десять нельзя будет сказать, что там вообще когда-то были поля. Все снова станет лесом. — Да, — согласился он. — Но, Скарлетт, хотя я и достаточно сентиментален, чтобы согласиться с тобой, что это печально, я не настолько гениален, чтобы увидеть решение. У меня и так хватает забот с собственным хозяйством, и даже там мне во многом пришлось пожертвовать красотой ради практичности. Уж ты-то должна это понимать. — Понимаю, — заверила она его. — Я понимаю, что нет ничего, от чего ты не отказался бы, чтобы те, кого ты любишь, были сыты и одеты, Алекс. Как ты думаешь, почему я вышла замуж за Фрэнка? Ты считаешь, это был брак по любви? Он улыбнулся той самоуверенной, дерзкой усмешкой, которую она помнила еще с довоенных времен. — Нет. Я, конечно, был достаточно доверчив, чтобы проглотить кое-какие сказки, но мысль о том, что ты хоть на грош заботилась о старине Фрэнке, к их числу не относилась. Я знал о дополнительных налогах, которыми обложили Тару, так что предполагаю, у Фрэнка было достаточно денег, чтобы их заплатить. Не уверен, кого мне было больше жаль — его или тебя. Как ни посмотри, это был далеко не брак, заключенный на небесах. Он помедлил, а затем тихо сказал: — Я всегда надеялся, что с Тони у тебя вышло лучше. Она быстро подняла на него взгляд. — О, гораздо лучше, — заверила она его с улыбкой. — Тони был всем тем, чем не был Фрэнк: красивым, смелым, сообразительным. Знаешь, что мне больше всего в нем нравилось? То, что он иногда мог меня перехитрить. Мне не приходилось вечно ждать, пока он догонит мою мысль, или объяснять все односложными словами, только чтобы потом услышать, как он спрашивает, что подумают люди, как это делал Фрэнк. Кому вообще есть дело до того, что подумают люди, когда выбор стоит между тем, чтобы нарушить правила, и тем, чтобы твоя семья голодала? Тони это понимал. — Полагаю, понимал, — сказал Алекс, глядя на ее живое, выразительное лицо, и вдруг ощутил облегчение от того, что женщина, ожидавшая его дома, обладала более спокойным нравом, пусть и не была столь хороша собой. С такой девушкой, как Салли, мужчина твердо стоял на ногах. Быть же женатым на Скарлетт — все равно что привязать свою повозку к урагану: унесет далеко и с невероятной скоростью, но до цели невредимыми доберутся лишь самые везучие. — Ты сказала, что хочешь поговорить со мной и Уиллом вместе, — добавил он, меняя тему, поднялся и стряхнул пыль со своей шляпы. — Идем и сделаем это? Они уселись вокруг обеденного стола. Те дни, когда существовал «кабинет», где Эллин занималась делами поместья, давно прошли. Теперь Сью использовала эту комнату как игровую для детей — это было удобно, ведь она проводила много времени на кухне. — Бо, ты точно хорошо себя чувствуешь? — мягко спросила Скарлетт. Он был так похож на свою мать, и она обнаружила, что научилась не замечать того, как сильно он также напоминает ей отца. — Со мной все в порядке, тетя Скарлетт, — сказал он, теребя пальцами повязку на боку лица. Доктор Мид дал ему строгие указания держать ее еще неделю, чтобы не получить заражение. — Хорошо. Я хочу поговорить о целях, которые у нас есть для нашей земли, и о некоторых вещах, которые, я надеюсь, облегчат нам их достижение. — Прежде чем мы начнем, можно спросить, почему здесь Бо и Индия? У них ведь нет здесь земли, — прямо сказал Алекс. — Они будут владеть «Двенадцатью дубами». Я купила их, когда они были выставлены на торги вскоре после смерти Мелли. Тогда я думала подарить это Бо в качестве подарка на окончание колледжа. Тем не менее Индия, — она взглянула на худощавую, немолодую девушку, и по ее губам скользнула легкая улыбка, — выразила заинтересованность в том, чтобы получить часть земли, и я согласилась выделить средства и позволить ей заниматься возделыванием земли в течение пяти лет. Если через пять лет она преуспеет в этом, половина земли будет принадлежать ей. Алекс выглядел удивленным: вражда между этими двумя женщинами была хорошо известна. Уилл задумчиво кивнул. — Это можно сделать, — сказал он своим спокойным, рассудительным тоном. — Легким это не будет, потому что многое может пойти не так, но, если повезет, думаю, у вас все получится. — Я рада, что ты так считаешь, потому что я хотела бы, чтобы вы с Алексом внимательно следили за тем, как идут дела, — сказала Скарлетт. Она чувствовала, что Ретт молча наблюдает, стоя позади, и задавалась вопросом, присутствовал ли он когда-либо при ее делах раньше. Странно, что за все годы, что они были женаты, она ни разу не припоминала случая, чтобы он хоть как-то интересовался ее работой. — У Индии есть в этом некоторый опыт, — сказала Скарлетт. — Однако большую часть времени она помогала отцу управлять плантацией. Ей нужна помощь, чтобы начать работу в меньшем масштабе. Уилл, я хотела бы, чтобы ты отвечал за стройку и поставку материалов для этого. Индии понадобятся дом и амбар. Алекс, я хочу, чтобы ты занялся закупкой семян, наймом работников и посевом. Сейчас уже слишком поздно для посадок, но если погода продержится и ты поторопишься, возможно, удастся построить сеновал и заготовить сено на зиму. Хотя бы на это нам в дальнейшем не придется тратить деньги. — Не лучше ли подождать до весны, чтобы купить мулов? — спросила Индия. — Зимой они ведь будут только есть и занимать место в амбаре, которого у нас пока нет. — Можешь попробовать успеть построить амбар до того, как начнутся дожди, — сказал Уилл. — И дом тоже; когда уборка закончится, рабочих будет в достатке. Если к весне все это уже будет готово, у тебя будет преимущество, а оно тебе, скорее всего, понадобится. Я бы советовал купить хотя бы одну упряжку мулов уже сейчас; пока что держи их в Таре, пока не возведешь постройки. Индия согласилась. — Полагаю, в этом есть смысл, — спокойно сказала она. — Насчет семян решим, когда увидим землю, — добавил Алекс, внося свою лепту. — Салли и Сьюлин смогут помочь тебе с кухаркой и прислугой, пожалуй, лучше меня. Что касается работников со стороны — мне нужно будет поспрашивать, узнать, кто из них свободен и надежен. Индия кивнула. — Мне не понадобится прислуга в доме, пока… ну, пока мы не построим дом, как бы очевидно это ни звучало. — Она неловко улыбнулась. — Но работников со стороны можно будет нанять сразу после сбора урожая, когда, надеюсь, мы сможем начать строительство дома и амбара. — Хорошо. С этим разобрались — это было первое, о чем я хотела поговорить, — сказала Скарлетт. — Подробности того, что вы собираетесь делать в «Двенадцати дубах», могут немного подождать. Сейчас я хочу поговорить о Уотте Майерсе. Алекс закатил глаза, и даже Уилл что-то пробормотал себе под нос. — Я вижу, что нет нужды объяснять вам, о чем я говорю, — сказала им Скарлетт. — Нет, Скарлетт, я прекрасно понимаю, о чем ты. Этот человек — настоящая напасть. Он не только обманывает нас, но еще и в лицо говорит так, будто делает нам одолжение, а потом смеется над нами за нашими спинами. — Значит, очевидное решение — перестать иметь с ним дело, — тихо сказала Скарлетт. — Потому что я согласна: он вас обманывает. Я узнала цену на пятьдесят фунтов хлопковых семян, когда была в Атланте, и сравнила с тем, за сколько он продал их вам — наценка больше двухсот процентов. Это возмутительно. — Скарлетт, я полностью с тобой согласен. Но что мы можем сделать? Мы с Уиллом не управляем «Мимозой» и Тарой, как до войны, когда у нас было полно денег и мы каждый год покупали семена вагонами. Мы теперь мелкие фермеры, покупаем пять тысяч фунтов хлопковых семян в год, а кукурузы и риса еще меньше. Ни один крупный склад в Атланте не будет отправлять такие малые партии напрямую фермеру — им это невыгодно. Так что мы в ловушке и вынуждены покупать семена у человека, который нас обманывает. — Нет, — отчетливо произнесла Скарлетт, — если мы объединимся. — Что значит «объединимся»? — спросил Уилл. — Я имею в виду, что нам следует собраться вместе, поехать к оптовикам в Атланте и купить минимальный объем семян, который они готовы продать. Я знаю, это больше, чем нам нужно на год, возможно, даже больше, чем на два, даже с учетом «Двенадцати дубов». Но если мы сможем купить достаточно семян, чтобы не иметь дела с Майерсом пару лет, мы сможем либо разорить его, либо, по крайней мере, заставить вести себя честно. Алекс покачал головой. — Не выйдет, Скарлетт. Чтобы хранить семена так долго, нужен хороший склад. Сухое место с бетонным полом в хорошем состоянии, чтобы туда не попадала влага. За последние несколько лет я, наверное, обошел все крупные строения Тары, и ни одно из них не подходит для этого. Уилл, ты можешь что-нибудь придумать? Уилл молча покачал головой. — И это еще не говоря о всяких вредителях. В итоге ты просто устроишь пир для крыс, мышей и енотов — и для лис и змей, которые придут охотиться на них. А потом, вдобавок ко всему, получишь семена, испорченные сыростью. Это невозможно, Скарлетт. Думаешь, мы не продумали все варианты? Мы бы не терпели обман, если бы был хоть какой-то другой выход. — Могу я задать вопрос? Голос Ретта прозвучал неожиданно; Скарлетт почти забыла, что он в комнате. Алекс на мгновение заколебался. — Давай. Может быть, ты подумал о чем-то, что мы упустили из виду. — Нет, думаю, вы все учли. Я просто хочу убедиться, что правильно понял: главное возражение против плана Скарлетт в том, что семенам пришлось бы лежать месяцами или даже годами? Если бы был способ использовать их в течение одного года, сама идея объединиться для закупки — разумна? — Ну… да. Но дело в том, что мы не можем использовать столько семян, — медленно сказал Алекс, словно объясняя это ребенку. — У нас просто нет столько обрабатываемой земли. — Тогда, возможно, это поможет. Он достал из внутреннего кармана пиджака тонкую кожаную папку для документов и бросил на стол. Через мгновение Алекс взял ее — осторожно, словно ожидая, что она взорвется у него в руках, — и заглянул внутрь. Его глаза расширились, и он быстро перебрал бумаги. — Что там? — с любопытством спросила Скарлетт. Индия и Уилл тоже заинтересовались, даже Уэйд и Бо наблюдали за Алексом. Он поднял глаза на Скарлетт и широко улыбнулся. — Документы на землю, — сказал он. — Скарлетт, боюсь, тебе придется отказаться от звания крупнейшего землевладельца в графстве Клейтон. — Что? — Скарлетт взяла у него папку и просмотрела документы на землю. Ретт скупил каждый участок, который выставлялся на продажу в округе за последние восемь лет. Ему принадлежал «Сосновый цвет», когда-то бывший владением Калвертов, старая усадьба Макинтошей, половина плантации Макрэ, даже те сорок болотистых акров, что когда-то составляли ферму Слэттери. Она подняла глаза на Ретта, сбитая с толку. — Но я не понимаю, — сказала она. — Зачем тебе было утруждаться и покупать все это? Насколько я знаю, ты вообще не появлялся в Таре до прошлой недели. Зачем тебе вся эта земля здесь? — О, не знаю, — спокойно ответил он. — Я купил ее для тебя, потому что думал, что когда-нибудь ты захочешь жить здесь. Если бы ты уже не согласилась снова выйти за меня замуж, кто-нибудь мог бы сказать, что я пытаюсь тебя подкупить. Скарлетт увидела, как Уэйд и Бо пытаются скрыть улыбки; Алекс и Уилл выглядели немного смущенными, а Индия лишь с отвращением сжала губы. Но это та реакция, которая была для нее в высшей степени натуральна, и Скарлетт никому бы не позволила ее подавлять. Взглянув на Ретта, она улыбнулась. — Ну, Ретт Батлер! Вы все такой же негодяй!