Лисья нора 2.0

Дальше по коридору располагалась комната девушек, а за ней — комната братьев, в дверях которой маячил Ники. Увидев Алину, он заулыбался. — Привет, подруга! Ну, как тебе Мэтт? — Да вроде нормальный. Классный чувак, — на ходу бросила Алина. — Он и есть классный! — хохотнул ей в спину Хэммик. Алина спустилась вниз по лестнице, сверилась с часами над входной дверью, воткнула наушники в уши и побежала в магазин. Прохладный кондиционированный воздух торгового центра ласкал разгоряченную кожу. Алина складывала в тележку нужные товары, не особо разглядывая этикетки. Она затарилась всем необходимым, от постельного белья и краски для волос до продуктов, потом вспомнила, что ей понадобится рюкзак для учебников. В старом рюкзаке прекрасно помещались все её вещи, но места для книг и тетрадей в нём не было. Изучив скудный ассортимент отдела скобяных товаров и не обнаружив замка, который можно было бы установить в комнате, она вернулась в канцелярский отдел. В самом углу стояли несгораемые сейфы: рюкзак туда не влезет, одежда — тем более, но спрятать самое главное можно. Алина притащила сейф на кассу и выложила на ленту вместе с прочими покупками. Кажется, кассир на неё странно смотрела. Обратный путь до общежития, мягко говоря, дался ей нелегко: сейф пришлось нести под мышкой, поскольку такую тяжесть не выдержал бы ни один пакет. А так как она ещё ничего не ела сегодня, слабость от действия таблеток ощущалась как никогда сильно. Алина вполне уложилась по времени, однако самолет девушек, по-видимому, приземлился раньше, потому что фургон Мэтта уже стоял на парковке. Обойдя автомобиль, Алина потрогала капот, но не смогла определить, нагрелся ли тот на солнце или от работы двигателя. Придерживая плечом дверь общежития, Алина втиснулась внутрь и с громко бьющимся сердцем поспешила наверх. Дверь в комнату Ники была закрыта, а вот у девушек — приоткрыта. Проходя мимо, Алина услышала голоса, но заглядывать и здороваться не стала — торопилась к себе. Только удостоверившись, что замок надежно заперт, она вздохнула свободнее. Свалив пакеты на пол в спальне, Алина принялась разбирать покупки. Постельное белье прямо в целлофане закинула на кровать, таблетки-слабительное положила под матрас, скудный провиант сложила на полке. Вскрыла картонную упаковку небольшого сейфа, пробежала глазами инструкцию, потом убрала все это в сторону и полезла за своим рюкзаком. Выдвинуть ящик оказалось непросто — рюкзак ведь туда еле влез, но в конце концов Алине это удалось. Она разложила рюкзак перед собой, одним движением расстегнула молнию, откинула верхний клапан и замерла. На первый взгляд, содержимое казалось нетронутым. Все вещи на месте, уложены, как и раньше, разве что немного примялись в тесном ящике. И все же кое-что было не так. Алина, которой передалась материнская паранойя, складывала одежду особым способом. На её уловку попался бы даже самый осторожный вор, ведь хитрость заключалась в ярлыках: на футболке, лежащей сверху, она дважды загибала ярлычки. Кто-то копался в её вещах, а потом вернул все на место — в том же порядке, с той же аккуратностью, ничего не перепутав, — однако ярлыки на верхней футболке были расправлены чьими-то аккуратными руками. Вынув всю одежду, Алина принялась лихорадочно рыться в сумке и наконец достала спрятанную на дне папку. Она от корки до корки напоминала досье, собранное фанатичным поклонником на объект своего обожания. Прозрачные файлы-вкладыши распухли от журнальных вырезок, фотографий и заметок — всего, что связано с Кевином, Ален и Рико. Вырезки были наклеены на бумагу, сложенную так, что между листами получались специальные потайные кармашки. В них-то Алина и прятала самое ценное, в основном деньги: чеки на пятизначные суммы, которые можно обналичить в любой момент; цифровые коды (в них были зашифрованы места, где Алина с матерью хранили средства, скрываясь от преследователей); перетянутые резинками пачки купюр. Ближе к последним страницам находился список контактов на экстренный случай, замаскированный под незатейливую детскую считалочку. В Штатах жил только один из упомянутых в списке людей. После замужества мать Алины вошла в американский преступный клан, но до этого она была частью британской мафиозной семьи. Стюарт Хэтфорд, ее брат, передал ей этот список, когда она сбежала от мужа, а она, в свою очередь, перед тем как расстаться с Алиной вручила список дочери. Следующая страница содержала номер телефона Стюарта, спрятанный в ворохе случайных чисел. Чтобы найти номер, следовало отсчитать сверху столько строчек, сколько было букв в её, том, имени Алины, а в строке — слева направо отсчитать количество символов, равное количеству букв в её ,той, фамилии. Алина ни разу не звонила родственнику и очень надеялась, что делать этого не придется. Нет смысла удирать от одной семейки гангстеров, только чтобы угодить в лапы другой. Последняя бумажка в папке — рецепт от окулиста. В очках Алина нуждалась только при чтении, но на людях никогда не носила, они спокойно собирали пыль в рюкзаке. В рецепте значились диаметр и радиус кривизны, а не зная этих параметров, цветные линзы не купишь. В этом же кармашке лежал контейнер с коричневыми линзами. Она перебрала купюры и прикинула в уме. Цифры сошлись, но легче от этого не стало. Тот, кто изучал содержимое сумки и нашел эту папку, наверняка обнаружил и спрятанные в ней секреты. Как объяснить, откуда у неё такие деньжищи? Только наличкой и чеками здесь была четверть миллиона. При мысли о том, что кто-то специально проник в комнату, чтобы порыться в её вещах, у Алины вскипела кровь. Самое правильное в этой ситуации — притвориться, что она ничего не заметила, и подождать, пока злоумышленник не объявится сам. Именно так поступила бы мать. К сожалению, темперамент Алина унаследовала не от нее, а от отца и терпеть подобное не собиралась. Вряд ли это Мэтт. Не то чтобы она доверяла Бойду — она не доверяла вообще никому, особенно новым знакомым. Но алиби Мэтту обеспечивало время: он попросту не успел бы смотаться в аэропорт за девчонками, занести наверх их чемоданы и при этом тщательно исследовать сумку Алины. Оставался только один подозреваемый. Просунув палец под корешок папки, Алина извлекла оттуда два тонких стержня — все, что осталось от набора отмычек матери. Зажав их в зубах, чтобы не выронить, она установила код на замке сейфа. Потом убрала в сейф папку, захлопнула дверцу и на ручку навесила второй замок. После Алина с силой его подергала, проверяя, надежно ли все заперто, забросала сейф одеждой, взяла отмычки в руку и решительно вышла из комнаты, задержавшись, только чтобы запереть дверь на ключ. У Эндрю оказалось закрыто — Алина этому не удивилась. Склонившись над замочной скважиной, она принялась за дело. Раз-два, и готово. Замок — дешевка, ковырнуть его даже проще, чем тот, что был на двери шкафчика в раздевалке. Очевидно, при строительстве этого общежития умельцев вроде Алины и Эндрю в расчет не принимали. Алина выпрямилась, сунула отмычки в карман и распахнула дверь. Компания Эндрю расположилась в гостиной. Аарон и Ники утопали в одинаковых креслах-мешках и рубились в видеоигру на приставке. Кевин читал журнал, сидя за одним из письменных столов, а Эндрю взгромоздился на другой, ближайший к окну, и курил. Когда дверь открылась, все четверо замерли и уставились на вошедшую. Эндрю пришел в себя первым. Щелчком отправив окурок на улицу, он ухмыльнулся. — Ошиблась дверью, Алина. Попробуй еще разок. Аарон поставил игру на паузу и посмотрел на Ники. — Мы закрывали, — произнес он на немецком, скорее утвердительно, чем вопросительно. — Я сам проверял, — отозвался Хэммик, а потом дружелюбно обратился к Алине, переходя на английский: — Я слыхал, Мэтт вернулся. А с Дэн и Рене ты уже познакомилась? Лживость их слов и улыбочка Ники, которая раньше ей так нравилась, теперь привели Алину в бешенство. Раз братья намерены переговариваться на немецком, думая, что они хитрее всех, — Алина до последнего будет держать в тайне знание языка. Однако это не помешает ей дать отпор прямо сейчас. Сосредоточив всю свою злость на Кевине, она рявкнула по-французски: — Придурки, не смейте трогать мои вещи! — Казалось бы, изумление на лицах всей компашки, вызванное её иностранной речью и свирепым тоном, должно было доставить Алине заслуженное удовольствие, однако она ничего не почувствовала. —Не надо приходить туда, куда вас не приглашали! Иначе, можно сильно пожалеть и лишиться своих внутренних органов. Молчание тянулось целую вечность. Ники с разинутым ртом пялился на Алину, Аарон же вопросительно смотрел на Кевина, ожидая услышать перевод. Удивление Эндрю сменилось эмоцией, которую по ошибке можно было принять за искренний восторг. — Ого, очередной талант нашей Алиночки, — протянул он, подавшись вперед. — Сколько дарований в одном человеке! Алина продолжала сверлить взглядом Кевина. — Скажи, что понял, или тебе разговорник принести? — Понял, — произнес Кевин на французском. — Но мне насрать. — Смотри не обосрись раньше времени. Я две недели позволяла себя кошмарить, потому что знаю — ты на нервах из-за смены округа, но больше терпеть не собираюсь. Сегодня вечером Эндрю обо всем узнает, так что лучше бы тебе отвалить от меня и подумать, как будешь его утихомиривать. — А тебе лучше бы подумать о своей рукожопости. С Эндрю я как-нибудь сам разберусь. — Прими к сведению — мне плевать. И да, уж разберись. Придержи своего ручного монстра, иначе это сделаю я. — Ты? Такая мелкая терпила? — Пошел на хуй, калека. Даже с другого конца комнаты было заметно, как побелело лицо Кевина. — Что ты сказала? — Я сказала, что ты — отработанный шлак. Кевин вскочил так резко, что опрокинул стул. Алина, поняла, что задела за живое и победно улыбалась. Ей не было страшно — это же Кевин, он видел её бойцовские тренировки в Гнезде. Но он помнит Ален, а, вот, на что способна Алина он не знает и лучше бы ему не знать. Все также улыбаясь и пятясь, девушка вышла из комнаты, захлопнула за собой дверь. Она не сделала и двух шагов, как дверь снова распахнулась. В следующее мгновение Кевин схватил её за горло и швырнул об стену. Алина было потянулась к его руке, но поредумала, а потом попыталась двинуть коленом, но Кевин придавил её к стене всем своим весом. — Повтори, блядь! — прорычал Кевин. — Инвалид, — прокряхтела Алина, все так же улыбаясь. Больше она не могла произнести ни звука. А Кевин мог. —Безмозглая сука! Горло ещё сильнее сдавила рука Дэя, — но это уже не имело значения. Вопль Кевина и грохот, с которым Алина ударилась о бетонную стену, заставили Лисов высыпать в коридор. Первым в дверях появился Эндрю, но к Кевину бросился не он, а Мэтт: обхватил шею локтем и дернул, опасно заломив голову назад. — Пусти её, Дэй, — рявкнул Мэтт. — Тише, тише, ребят, — сказал Ники, выглядывая из-за плеча Эндрю. — Мэтт, хорош. Кевин убрал одну руку с горла Алины и двинул Мэтту локтем под ребра. Тот крякнул и придушил Кевина сильнее, вынуждая отпустить Алину. Потом оттащил в сторону, но уже через пару шагов Кевин вывернулся из захвата и набросился на него. Мэтт уклонился и одним ударом сбил нападавшего с ног. Судя по выражению лица Мэтта, это была только разминка, однако, прежде чем он успел вновь наброситься на Кевина, между ними вырос Эндрю. Стоя в расслабленной позе, он улыбался, но Мэтт слишком хорошо знал, на что способен этот мелкий псих, и предпочел не связываться. Сделав шаг назад и без слов завершив драку, он с тревогой покосился на Алину. Кевин за спиной у Эндрю поднялся на ноги и теперь снова с ненавистью смотрел на новенькую. Алина, в свою очередь, не смотрела ни на кого, с превеликим интересом изучая дальнюю стену коридора и все также опасно улыбаясь. Девушки воспользовались паузой, чтобы вмешаться. Одна из них встала рядом с Мэттом, обвела мрачным взглядом всю компанию и гневно спросила: — Вы что творите, а? Первый день после каникул, а вы уже сцепились! — Ну, мы вообще-то не уезжали, — подал голос Эндрю, — да и Алина тут уже несколько недель, так что первый день только у вас. — Склонив голову набок, он обратился ко второй девушке: — Привет, Рене. Ты вовремя. Сердитая девчонка не дала Рене открыть рот. — Эндрю, потрудись-ка объяснить, в чем дело. — Не надо смотреть на меня так, будто это я виноват. — Миньярд наставил на нее указательный палец. — Лучше бы сперва разобралась. Алина ворвалась к нам в комнату и затеяла драку. А ты очень предвзято ко мне относишься, Дэн. С твоей стороны это жестоко и непрофессионально. Следующей под капитанскую раздачу попала Алина. Даниэль Уайлдс оказалась выше неё ростом, хоть и ненамного. Безжалостно обкорнанные каштановые волосы были взлохмачены. Смерив Алину быстрым оценивающим взглядом, она прищурила карие глаза: — Какие-то проблемы? — Никаких проблем, — ответила Алина, а когда Дэн жестом показала на неё и Кевина, пожала плечами. — Просто небольшие разногласия. Порядок. — Мы отлично ладим, — вставил Эндрю. — Алина даже согласилась поехать вместе с нами на стадион. — Да ну? — скептически фыркнула Дэн. Все взоры обратились к Алине. Конечно, ехать с Кевином — самоубийство, но после того, как Эндрю с дружками перерыли её вещи, это уже не имеет значения. Предстоит немало работы, чтобы устранить последствия. — Ага, — сказала она. — Я подумала, что у Мэтта и без меня тесно, и согласилась. Даниэль хотела что-то возразить, но Мэтт успокаивающе коснулся ее руки. Дэн с подозрением покосилась на Эндрю, затем качнула головой. — Не знаю, кто из вас первым затеял драку, но больше такого не повторится, ясно? — Ты ж наша оптимистка, — ухмыльнулся Эндрю и отсалютовал Алине своим фирменным жестом — двумя пальцами. — Ну, увидимся. Только не убегай, ладно? — Тебя спросить забыла, — съязвила Алина. Эндрю удалился к себе, Аарон и Ники двинулись за ним, а последним ушел Кевин. Напоследок окатив Алину ледяным презрением, он хлопнул дверью. Алина осталась стоять в коридоре, глядя им вслед и размышляя, переживет ли эту поездку. И как теперь Кевин отреагирует на то, что должен няньчить Алину?