Улыбка Ледяного дракона

       Мрак постепенно рассеивался. Взору предстала полная яркая луна, освещающая нетронутую временем Долину Величия Лун. В этом месте покоились все правители империи Мей До, от самого первого до последнего. Этот первый как раз сейчас и осматривался, пытаясь прийти в себя. Вспомнить, кто он, и понять, что происходит.        Кто посмел потревожить сон Этого Предка? Кто столь храбр? Он бессмертный?        — У меня получилось, — раздался шепот рядом. — Ваше Сиятельство! Этот верноподданный преклоняется пред вашим величием и смеет вести себя столь дерзко, чтобы просить помощи! — юноша, сидящий рядом на коленях, пал ниц трижды, ударяясь лбом о землю и мягкую зелёную траву. Он находился перед вырытой могилой, вокруг которой стояли камни с высеченными иероглифами и летали куски пергамента с заклинаниями, нарисованными киноварью. Человек в яме смотрел на преклоненного с долей интереса и лёгким высокомерием. На вид он казался младше.        Становится все интереснее… Какое сейчас время? Сколько Мы пребывали в небытие? И самое важное — готовят ли ещё в этом мире няньгао?        — Помоги Нам подняться. Этот Совершенный желает узреть Наши владения, вновь вкусить плоды императорского сада и узнать, сколько времени Они провели в блаженном сне, — спокойный глубокий голос раздался юноше в ответ, разлившись тихой мелодией, похожей на благородную песнь соловья. Маленький дракон встал на ноги, не смея поднять глаз. Видно было, как сильно он уважал и боялся существа, которому вернул жизнь. Лишь полное отчаяние заставило его пойти этим путем. Он не был уверен в том, что бывший император не захочет вернуть себе власть, или станет помогать своему народу, или не станет убивать всех подряд. Но другого выхода он не видел и решил хотя бы попытаться.        Лёгкий ветерок разбавлял тишину шелестом листье на деревьях и цветов, усыпавших всю долину, нежный аромат которых заполнял лёгкие. Мальчик выглядел статно, носил богатые одежды и украшения. Оживший мертвец подумал, что это представитель какого-то знатного рода, но не мог вспомнить, какому дому принадлежал знак белых лилий. Он скреплял мантию в месте между ключицами, в виде красивой нефритовой броши. Светлые длинные волосы, сияющие золотом, прямым водопадом стекали по стройной фигуре до лопаток, а глаза горели живостью, но таили в себе печаль.        — Разумеется, Ваше Сиятельство, — юноша присел, поддерживая существо под худые локти и помогая встать на ноги. Он отошёл на шаг и наконец взглянул в глаза собеседнику. В его светлом сером взгляде он увидел растерянность, смешанную с любопытством. — Но должен Вас предупредить: сейчас от нашей великой и могущественной империи осталась лишь столица и пару пригородов в ее близи. Вашему народу требуется помощь, и я, наследный принц Чи Линь, падаю к ногам Этого Совершенного владыки, чтобы молить о милости. Вы — наш последний шанс на выживание, — закончил он и вновь упал на колени.        Что же здесь творится, в конце концов? Неужели все настолько скверно, что они молят Нас о выживании? Стоило Нам умереть, как страну привели в упадок. Нынешнее поколение разочаровывает все больше.        — Если ты наследник престола, то хватит марать колени. Стой, держа спину прямо, смотри Нам в глаза и дай Нашему слуху внимать твоим речам. Мы желаем знать… — на секунду пробудившийся запнулся, не зная, с какого вопроса начать, и наконец ответил: — Все.        Юноша быстро последовал совету старшего и мудрейшего. Он не обманывался его юным видом и знал, что на самом деле это существо древнее самой империи. Вскоре они направились по скалистой дороге, ведущей с вершины горы, на которой находилась Долина Величия Лун, в самое сердце Мей До — столицу — единственное, что осталось нетронутым человеческим отродьем. Пока они шли, юный принц неспеша рассказывал бывшему владыке драконов, первому императору Мей До, спустившемуся с небес Ледяному Дракону, который покинул мир тысячелетия назад, о последних новостях.        Рассказ Чи Линя показался бывшему императору прескверным, и с каждым новым услышанным словом ему хотелось вернуться назад в обитель хаоса жизни и смерти, куда он попал после своей кончины. Он удивлялся, как великие и могучие драконы могли дрожать перед людским миром, как они могли позволить этим смертным разорять свои земли и сжигать поселения, похищать своих сородичей и не иметь возможности сопротивления. Как к этому все пришло? И почему это вообще случилось, ведь когда-то драконы и люди жили мирно…        — Людской род стал сильнее, намного. Они стали более алчными и жестокими. Единственный, кто мог ещё бороться и защищать столицу, был мой отец, действующий император Мей До, Чи Шеньлун. Но пару дней назад он бесследно исчез, возвращаясь из одного нашего поселения. Он направился туда, чтобы утешить Лунную Царицу — драконью старейшину, сына которой разрубили пополам люди на своей Площади Позора. Это место в их столице, где они проводят казни. Ее сын был доблестным служащим нашей династии и попался драконолову во время императорской миссии. Отец чувствовал вину за его смерть, ведь сам его отдал в лапы этих чудовищ, поэтому отправился лично выразить сожаления скорбящей матери. Поймите, если отца не будет, то страна потеряет последний оплот защиты от мира людей, и наш народ может сгинуть с этой земли. В отчаянии я нашел единственный выход, который мог бы привести нас к успеху. Это Вы.        Голос Чи Линя затих. Хоть он и показал себя поначалу слишком эмоционально, сейчас он говорил без лишних чувств, ладно раскрывая всю историю. Юн Ланьюань, первый император драконов, подумал, что наследник не так уж плох, как казался на первый взгляд. Он ничего не ответил, раздумывая над услышанным, а Чи Линь не отвлекал его, давая нужное время на размышления. Он чувствовал облегчение. Мало того, что ему удалось призвать самое могущественное существо его народа, так оно ещё и не убило его после пробуждения, да ещё и выслушало его проблемы. В душе Чи Линя зародилась призрачная надежда. Тусклый свет показался в бесконечной тьме. Рядом с Юн Ланьюанем он чувствовал огромнейшую силу, незыблемость бытия, возвышенность, и это все поднимало его боевой дух, подогревало решимость и давало сил бороться дальше. Они шли в молчании ещё несколько десятков ли, пока император не подал голос.        — Этот Совершенный решил, — внезапно произнес тихий проникновенный голос, и затем он объявил свою волю, — Нам сами небеса даровали шанс ещё немного послужить народу Мей До, и отказываться от него Этому Совершенному непозволительно. Мы согласны внести свой вклад в защиту драконьего народа. Мы лично отыщем твоего отца и поможем с обороной страны, пока его нет в Нефритовой Цитадели. Императорский дворец ведь так ещё называют? — Юн Ланьюань откинул пепельно светлые прямые волосы, струящиеся до пояса, за плечи и взглянул на наследного принца. Сам Чи Линь остановился, не в силах двигаться и вымолвить хоть слово. Его тело отказалось подчиняться, и он вновь рухнул на колени, хоть и обещал больше этого не делать.        — Ваш верноподданный не помнит себя от счастья и благодарности, которые переполняют его! — пылко произнес он. — Прошу, примите эти поклоны в знак безграничного уважения и признательности! Это самое малое, чем я могу выразить свои чувства.        Что за наследный принц у моего государства?        Хоть Юн Ланьюань и подумал, каков этот птенец бестолковый и что он слишком любит преклоняться, все же его губы тронула лёгкая улыбка, а взгляд потеплел.        — Ладно, ладно, вставай уже. Этому Совершенному не нужны поклоны. Время Нашего царствования давно уже минуло. Лучше вырази свою благодарность в виде няньгао, лучших блюд вашего времени, горячей купальни и просторной пастели, — вздохнул император, дёргая принца за руку, повелевая встать, — и огненное вино не забудь.        — Разумеется! Этот принц уже позаботился обо всех хлопотах перед тем, как нагло вырвать вас из вечного сна. Единственное, что не учел Ваш верноподданный, это любовь господина к клейкому рисовому печенью. Я обязательно об этом распоряжусь по прибытии в императорский двор.        — Да, да, позаботься об этом, — отмахнулся Юн Ланьюань, — а ныне, раз мы обо всем поговорили, давай же прибудем во дворец быстрым и привычным способом, — после этих слов первый император Мей До взмыл в воздух, мгновенно преображаясь до исполинских размеров дракона. Огромное животное излучало мощь, могучим телом перекрывая небеса. Снежно-голубой дракон с нежным лазурным переливом, длинной ледяной гривой и серебряными рогами стремительно летел вниз к подножию горы. Чи Линь опомнился только тогда, когда Юн Ланьюаня и след простыл. Он постарался отодвинуть свое восхищение и детский восторг, перевоплотился в желто-фиолетового дракона и отправился в след за своим новым знакомым. Когда они поравнялись, Чи Линь почувствовал себя букашкой в сравнении с великим господином. Принц считался одним из крупнейших драконов, но был в два раза меньше Юн Ланьюаня. Двигались они неимоверно быстро и таким образом в десять, а то и в двадцать раз сократили себе путь, и уже через треть времени сжигания палочек для благовоний они увидели на горизонте очертания величественных сооружений, прекрасной драконьей архитектуры, богато устроенного города. Столица Мей До, сердце драконьей империи Добродетели. Дома драконы строили огромными. Хоть большую часть времени они и были обращены в человеческое обличье, свои жилищные условия они создавали под размеры истинной формы.        Чи Линь и Юн Ланьюань пролетели над множеством прекрасных домов из нефрита, золота и железа, великолепных висячих садов, красивых чистых улиц и многоэтажных пагод. Весь народ спал, так как на улицах стояла глубокая ночь. Поэтому свершившееся великое чудо осталось незамеченным. Чи Линь подумал, что это даже отлично. Чем меньше лишних ушей знает о бывшем императоре, тем лучше. Совсем скоро два гиганта оказались прямо перед дворцом и кинулись вперед стрелой, угрожая вырезаться прямо в строение. Но на площадь из лунного камня ступили две пары ног. Одна — босая, другая — обутая в прекрасные сапоги. Оба в считанные мгновения превратились назад в человеческое обличье за десяток секунд до столкновения с площадью.        — Ваше Огненное Высочество! Вы справились! — радостно воскликнул младший советник императора и, по совместительству, лучший друг принца. Он не спал несколько ночей, ожидая своего принца там, где они расстались перед отбытием Его Высочества в горы. — Я в вас не сомневался! — добавил он и тут же переключился на стоящего рядом невероятной красоты юношу. Серые ледяные глаза феникса украшали брови в разлёт, похожие на два сошедшихся в поединке меча. Он был столь прекрасен, словно его вырезали из льда и выплавили из белого золота. Младший советник сразу понял, кто это, ведь знал, с какими намерениями его друг отправлялся в свой путь. Хотя советник очень удивился, ведь ожидал совсем иное увидеть. Вместо худого стройного, болезненно выглядящего юноши, на вид который был даже младшего его самого, он был готов взирать на сильного, здорового императора, внушающего страх одним своим присутствием. Пусть юноша и был прекрасен, словно рассвет над Долиной Величия Лун, словно распустившийся сад яблоней, утопающий в белых цветах, но никакого ужаса он не внушал. Особенно это было странно, если учесть все слухи, за многие века обросшие это создание. Сейчас никто не мог доподлинно знать, но все судачили о том, каким первый император был ужасным тираном, кровожадным завоевателем, но хорошим правителем. Говорили, что у него грива, как у льва, шесть рогов и шипы по телу, а тело — огромная гора мышц.        Младший советник рухнул на пол, ударяясь лбом о лунный камень, склоняясь в уважительном поклоне восемь раз.        — Да здравствует повелитель всех драконов, Его Величество, первый император Мей До! Вашему верноподданному выпала уникальная возможность узреть лично ваш светлый и благородный лик! — говорил он громко и пламенно. Как бы ни выглядел перед ним юноша, советник видел его истинный драконий облик, и сомнений в том, что это и есть то могущественное древнее существо, не было.        Это уже начинает надоедать. Все эти церемонии и этикет так утомительны…        — Подними его, — приказал Юн Ланьюань принцу, и тот немедленно последовал его указу, — а теперь довольно пустой болтовни. Этот Совершенный принимает все ваши знаки уважения, но больше не хочет этих длинных, утомительных речей. Мы хотим отдохнуть и посмотреть мир, каким он стал спустя тысячи лет Нашего благоговейного сна. Ведите Нас в покои и обеспечьте яствами. Не забудьте про няньгао, — глубокий спокойный голос, словно чистый горный родник, обволакивал и заставлял внимать каждому слову. Принц кивнул и незамедлительно повел гостя в подготовленный специально для него павильон, а советник, оправившись от шока, без лишних слов понял, что ему нужно делать. Он побежал в кухонный зал, чтобы распорядиться о печенье.        Когда принц и император проходили по многочисленным коридорам и залам, Юн Ланьюань вздохнул.        — Ваше поколение отлично постаралось. Нефритовая Цитадель в прекрасном состоянии. Многое из того, что встречается Нашему взору, незнакомо, но Мы изучим все в ближайшее время. Ваш народ не стоял на месте и изобрел удивительные красивые вещи! — дальше император расспрашивал принца обо всех диковинках, что попадались ему на глаза. За интересным разговором они дошли до большого прекрасного сада, тропинка которого вела в красивейший изысканный дом. Несмотря на приличные размеры, он не был лишён уюта.        — Ваши покои, Достопочтенный Государь, не достойны вашего величия, но это самое лучшее и почетное место во дворце. Надеюсь, вам будет здесь удобно расположиться, — Чи Линь протянул руки в сторону дома, склонив голову и приглашая гостя первым пройти по тропе. — Это Павильон Снежной яблони.        — Павильон Снежной яблони? — протянул Юн Ланьюань и критическим взглядом окинул местность, изучая. — Приемлемо. Пожалуй, Нам здесь нравится, — вынес он вердикт, и принц выдохнул с облегчением.        — Пожалуйста, располагайтесь. Совсем скоро вам принесут печенье, о котором вы говорили. Все остальное уже подготовлено в ваших покоях. Купаться можно прямо в пруду вашего павильона, там находится горячий источник. Все необходимые принадлежности и новая одежда находятся на берегу. За сим позвольте откланяться и не мешать вам наслаждаться отдыхом. Я побеспокою вас утром, чтобы детально поведать обо всех волнующих вас вопросах, — принц в нетерпении дождался короткого кивка Юн Ланьюаня и ушел прочь как можно скорее. Насколько сильно он не восхищался бы этим драконом, все же Чи Линь его побаивался и чувствовал себя недостойным даже стоять рядом. А император вдохнул полной грудью, ощущая прекрасные ароматы свежести и цветов. Он немедленно воспользовался всеми предложенными ему благами. Сперва он скинул потёртые временем одежды и погрузился в горячие воды своего пруда. Плавая и наслаждаясь красотами этого райского уголка, он размышлял о вечном, вспоминал прошлое и думал о рассказах принца. Вскоре он надел новое одеяние. Ханьфу из снежного шелка было украшено множеством мелких лазуритов и нефритов, усыпавших подол и рукава. Осмотрев себя в этих одеждах, непривычных его древнему взору, он вздохнул.        Приемлемо. Но раньше было лучше.        Медленно пройдясь по своим новым покоям, Юн Ланьюань оказался в спальне и через некоторое время уже лениво валялся в мягкой удобной постели, пробуя блюда, приготовленные для него. Все яства были ему незнакомы, за исключением некоторых, ставших традиционными и прошедших проверку временем. Лишь вино было столь же сладким и пьянящим, как и в пору его молодости. Все, чего он хотел, уже получил, и теперь погрузил в сон, набираясь сил. На этот раз он наконец видел сны, яркие и красочные.        Утром его пробудили нежные трели птиц в саду.        Как хороша жизнь.        Император наконец полностью свыкся со своим существованием. Покой и крепкий сон даровали ему ясность ума и силы для новых свершений. Он поднялся, желая ещё раз погрузиться в горячий источник. Ещё через пару часов его навестили прислужники, поднося завтрак, в котором, к своему восторгу, император обнаружил любимое лакомство и вино. Насытившись и взбодрившись после утреннего омовения, он возлежал на бархатной софе на веранде, лаская свой взор природой и ожидая появления юного принца. Он отправил прислужников с вестью о том, что Этот Совершенный желает видеть наследника.        — Ваше Сиятельство, надеюсь, пробуждение ваше было чудесным и прекрасным, — он вежливо склонил голову, вытягивая руки и обхватив ладонью кулак.        — Довольно церемоний, маленький дракон. Садись подле Нас. Хватит праздности. Нам хватило отдыха, теперь же Мы желаем приступить к своей миссии. Для начала Мы желаем знать подробности исчезновения твоего отца. Затем Мы поможем с защитой Мей До и отправимся на его поиски, — медленно и тихо поведал Юн Ланьюань о своих намерениях и любопытно взглянул на собеседника, ожидая услышать детали произошедшего. Чи Линь в который раз восхитился бывшим императором. Помимо той мощной энергии, которая от него исходила, и его возвышенности была в нем ещё и какая-то пленительная простота. Она невообразимым образом сочеталась с его высокомерной склонностью говорить о себе во множественном числе и от третьего лица. Чи Линь посмотрел на светлый лик напротив, собрался с мыслями и начал свое повествование.        — Шесть дней назад мой отец отправил птицу с посланием, в котором говорилось, что в тот день он закончил все дела и выдвигается в столицу. Так как дорога находится рядом с военным пунктом людей, который они построили после разрушения соседнего поселения, отец и его отряд решили двигаться на лошадях, не обращаясь в драконов, чтобы не привлекать внимание. В качестве дополнительной меры предосторожности, он каждое утро отправлял новое послание, где указывал, что с ним все хорошо и где он и его свита сейчас находятся. Но на утро четвертого дня его пути до нас не дошло ни одной весточки. И с тех пор вот уже третий день тишина. От той деревни семь дней пути верхом, учитывая недолгие привалы. Сегодня вечером они должны вернуться. Но я уверен, что они все исчезли, так как отец не мог просто так прекратить присылать письма. Даже если он по каким-то причинам не имел возможности написать, то до нас хотя бы долетали бы птицы. Но все это время до двора ничего не доходило. Последнее отмеченное им место значилось примерно в середине их пути. Сейчас все наши потерянные земли заполнены военными людского рода. Они готовятся к полномасштабной войне. Когда-то, пятнадцать лет назад, они уже пытались пойти на нас с армией. Но драконов и земель Мей До было тогда намного больше. С трудом, но мы одолели их. Однако с тех пор многое переменилось. Люди стали умнее, хитрее, опытнее. А драконы — слабее. И сейчас, при всем желании, я не могу быть уверенным в новой победе. О вас ходило много легенд. Даже спустя столько веков ваше имя не было стёрто из истории. Вас почитают, но бояться. Старейшины говорили о вас как о могущественном магическом существе, яростнее и ужаснее которого не найти на всем белом свете. Вы были безжалостны к противникам, но защищали свой народ как родную кровь и плоть, как собственную семью. И тогда я нашел способ призвать вас в одной древней книге. Вторую жизнь можно даровать лишь один раз и только высшему дракону, в котором ещё текут, помимо крови, небеса и звёзды. И я решил, что это самое удачное стечение обстоятельств. И до сих пор поверить не могу, что все получилось, — Чи Линь наконец остановился. Дальше ему говорить было тяжело, и он задумался над всем, что рассказал. Юн Ланьюань внимательно выслушал его и теперь пытался разобрать все у себя в голове по полочкам.        Драконы — самые сильные животные, вершина пищевой цепи. Когда-то наш народ был защитником государства людей. Почему все так переменилось? И как так вышло, что простые смертные стали сильнее? Император отправился утешать старейшину из-за смерти ее сына. Как ее сын — прекрасный воин, сильный дракон — мог попасться роду человеческому? Как он там назвал того, кто его смог пленить?        — Напомни Нам, кто смог поймать сына старейшины? — после долгой паузы Юн Ланьюань нарушил тишину своим тихим голосом. Он смотрел на белые кроны деревьев. Яблони здесь под чарами цвели круглый год, и это было очень красиво. Он скучал по родным краям и не мог оторвать взгляд от красот этого мира.        — Да, точно… Я назвал его драконоловом. Это кровожадный монстр, чья слава разошлась по всем землям. Он неистовый убийца, который не посмотрит на то, ребенок перед ним ли, женщина или больной старик — любого дракона, который попадет к нему в руки, ждёт одна участь. Хладнокровный человеческий демон, клинок императора людей, Охотник на драконов. И я думаю, что он причастен к похищению моего отца, — Чи Линь старался прятать свои эмоции, но, говоря об этом человеке, он не мог сдержать чувств. Его немного затрясло от гнева, а глаза запылали ненавистью. Он уставился перед собой, но не видел ни прекрасных яблонь, ни пруда, над которым стелились густые облака пара. Перед его взглядом бегали картинки прошлого, в котором тот, о ком он говорил, безжалостно расправлялся с его народом.        Император вновь задумался. Охотник на драконов… Разве мог Этот Совершенный когда-то представить, что в будущем будет существовать подобный титул, да ещё и пользоваться уважением среди людей? Люди и драконы любили друг друга и жили в мире. Что же случилось?        — Этот Совершенный желает знать, какава причина раздора между нами и человеческим родом, — ответил Юн Ланьюань.        — Никто не знает, что произошло. Однажды среди людей начали пропадать дети, и появилась легенда, что это страшный дракон их ворует, чтобы попировать молодым мясом. Уже тогда наши отношения немного испортились, но не были ещё такими критичными. Разумеется, это была ложь, нас подставили, но потом все стало хуже. Одна из людских деревень сгорела, и вновь обвинили драконов. Затем произошло ещё несколько случаев, а затем на нас пошла армия во главе с императорским генералом. После падения армии люди как с цепи сорвались, и тогда наше положение пошло в худшую сторону.        Юн Ланьюань вздохнул. Очевидно, кто-то намеренно очернил его народ, чтобы развязать войну. Но кому это нужно было? Императору людей? Это не в его интересах. Он ещё раз вздохнул и подвинул к себе поднос с няньгао и вином. Элегантно поедая угощение и запивая напитком, он продолжал услаждать взор природой, примечая каждую деталь, и раздумывал над происходящим. Чи Линь терпеливо дожидался ответа от императора.        — Нам необходимо новое одеяние. Самое простое, но не лишённое элегантности. Также Мы желаем переговорить с придворными. И наконец, Нам в дорогу понадобится вино и очень много няньгао. Займись этим, юный принц, а Мы пока установим защиту для нашей страны.        После этих слов первый государь встал, показывая, что разговор окончен. Чи Линь уважительно склонил голову и безмолвно ушел выполнять приказ. Юн Ланьюань тем временем зашёл в воду прямо в одежде. Большая часть драконов обладали магией огня либо ветра. Он же брал силы от водной стихии и повелевал холодом. Ледяной Дракон, спустившийся с небес, он мог заморозить любого своим взглядом. Он сосредоточился и сконцентрировал энергию между ладоней, выставленных друг против друга на уровне груди. Пруд заволновался, раскачиваясь, и вскоре вода непрерывным потоком потянулась ввысь, распространяясь во все стороны прозрачным куполом. Стена все росла и росла, вокруг все озарялось светом от бурлящей энергии дракона. Его волосы красиво развевались, а прикрытые глаза немного дрожали. Когда водяной купол укрыл полностью всю столицу и ее ближайшие поселения, Юн Ланьюань сделал несколько плавных движений руками, вкладывая больше энергии, и возвел руки к небу. Вспышка света озарила всю империю, и купол заледенел, намертво отделяя мир людей от мира драконов. Теперь сквозь магический лёд не сможет пройти никакая магия и никакой огонь. Император покачнулся. После долго пребывания в небытие использование мощной магии дало о себе знать небольшой слабостью. Он прилёг на софу, где недавно разговаривал с принцем, и решил немного отдохнуть. Пока он дремал, принц бегал по всей Нефритовой Цитадели, чтобы исполнить приказы старого императора, и через время, равное нескольким сжиганием благовоний, он вернулся в Павильон Снежной яблони. Там он застал спящего императора на том же месте, на котором оставил его, когда уходил. Чи Линь был очень терпеливым для своего возраста, и решил пока не будить почтенного старшего. Он вскинул голову и ещё раз всмотрелся в высокий ледяной потолок, преграждающий небеса, но дающий на них хороший обзор. Такая прекрасная и сильная магия не могла не восхитить юношу. Он стоял и смотрел, думал обо всем произошедшем, пока не услышал шорохи со стороны Юн Ланьюаня.        — Трепещите, смертные, — пробормотал он, — властитель мира идёт к вам завоёвывать земли, — продолжил он в сонном бреду, поворачиваясь на бок, — подать няньгао не забудьте! И вино! — продолжал он бормотать и ворочаться, пока не упал с софы с громкими ругательствами. — Кхм… просим прощения, — проговорил император без капли раскаяния. Юн Ланьюань поднялся и сел спокойно, протяжно зевая и потягиваясь. Чи Линь молча наблюдал за ним, словно за диковинным зверем. Он никогда не видел подобного сочетания бесстыдства и идеальных манер. Также принцу никогда не приходилось наблюдать, как императоры разговаривают во сне. Но Чи Линь был мальчиком очень тактичным и вежливым, поэтому ничего не сказал по этому поводу, а просто сел рядом и вещал о деле.        — Все поручения Этого Совершенного владыки были исполнены, — отчитался он, — также я взял на себя смелость добавить вам в дорогу кое-что от себя.        — Хорошо. Веди Нас, — приказал император, — начнём, пожалуй, с подданных. Нам необходимо переговорить с ними, чтобы собрать ещё некоторые сведения. Сразу после этого Мы будем выдвигаться, — после этого император решительно встал и направился к выходу из павильона. Принц немедленно побежал за ним.        — Ваше Сиятельство, в-вы… нам в другую сторону, — император так и шел впереди, очень серьезно настроенный как можно скорее разобраться со всеми делами, установить мир между странами (или завоевать соседей, если придётся), чтобы потом быстрее вернуться в свой полюбившийся Павильон Снежной яблони. И на развилке тропы он повернул в другую сторону. Чи Линю было безумно стыдно поправлять императора, но все же пришлось это сделать. Юн Ланьюань замер, развернулся и, как ни в чем не бывало, пошел по нужной дороге, указанной принцем, словно все так и было задумано. Вскоре они добрались до зала, в котором Чи Линь собрал некоторых придворных. Грозный император драконов осмотрелся. Он увидел приготовленное для него кресло и сел в него, словно оседлал трон — так царственно и вальяжно он там уместился, опираясь локтем на подлокотник. Затем поочередно к нему подходили слуги, и он общался со всеми. Никто не понимал, кем является этот незнакомец, но по приказу принца каждый общался с ним очень почтительно. Из многочисленных разговоров Юн Ланьюань выяснил, что драконы уже очень давно перестали обращаться в свои природные формы. У людей появились какие-то алхимические микстуры, способные сводить драконов с ума. Появились у них также и приспособления, которыми можно легко обломать рога — самое прочное вещество в мире. А их драконьи магические сети-ловушки! Какая подлость! Да ещё и сами люди со своими золотыми ядрами и энергией ци так сильно продвинулись в заклинательстве, что не уступают в магии драконам. Ну и самый главный слух, что обсуждают придворные, это Охотник на драконов. Кто-то говорил, этого человека растили демоны, а кто-то — что он сам Ян Ван, вылезший из загробного мира. А ещё есть легенда, что он заживо сдирает кожу с драконов, поглощает их энергию и жизнь, и впоследствии съедает мясо. Также выяснилось, что этот человек — изобретатель. Он придумал новые заклинания против драконов, оружие, и самое главное — мастерски владеет стихией воды, благодаря чему может тушить пламя дракона.        Занятный человек. Драконы его боятся, люди — почитают. Кто-то говорит о его уродстве, а кто-то — о красоте. Кто же ты не самом деле? И действительно ли причастен к похищению императора Мей До?        Через пару часов расспросов Юн Ланьюань утомился настолько, что уже не мог выносить чье-то общество. Тогда великий император отдал приказ сопроводить его в путь. Наследный принц мигом исполнил волю старшего, и так они оказались на границе своей территории, где в обе стороны простиралась огромная ледяная стена купола. Здесь их уже ожидал шикарный паланкин с запасами и отряд воинов. Юн Ланьюань удивился.        — Это то, чем ты решил порадовать Этого Совершенного в дороге? — принц активно закивал. — Что ж, вино и лошадь оставь, а остальное ни к чему. Для моего плана слишком много людей.        Принц не хотел отпускать Юн Ланьюаня одного. Однако он понимал, что перед ним не абы кто, а сам Великий Первый император драконов, Ледяной дракон, спустившийся с небес. И воля его нерушима, как само солнце. Однако совесть Чи Линя все равно мучила, поэтому он не сдержался и склонил голову, выдавая:        — Ваше Сиятельство! Простите, что не могу отправиться с вами, я…        — Вот яйцо невылупившееся, — усмехнулся Юн Ланьюань, — куда ты собирался? Ты — Огненное Высочество Наследный принц Мей До. И пока отца твоего нет на троне, именно ты должен следить за порядком и оберегать страну. Об Этом Совершенном можешь не беспокоиться, Мы были великим завоевателем, могучим императором, непобедимым драконом! Для Нас это пустяк. Лучше проследи, чтобы о Наших покоях позаботились, а к Нашему возвращению приготовили вино и…        — Няньгао! Будет исполнено! — принц поклонился, вытягивая руки и обхватывая ладонью кулак. Они попрощались без лишних слов. Юн Ланьюань забрал все необходимое и зачаровал, чтобы это не мешалось в дороге и не было видно другим. Затем он вскочил на лошадь и элегантно взмахнул руками, концентрируя энергию, которая лазурными и голубыми всполохами замерцала между его ладонями. Через пару секунд в воздухе образовалась светящаяся светло-голубая нить, указывающая дорогу к тому, чего хочет император. Нить уходила в глубь леса в нескольких ли от границы. Немедля, он рванул вперёд, без труда проходя сквозь свой барьер. А Чи Линь остался смотреть ему в след. Он мог только помолиться за первого императора и за нынешнего. Ему было очень неловко и печально. Он чувствовал, что свалил свои тяготы и заботы на другого, но ничего не мог поделать. Если после смерти его отца сгинет ещё и он, то у империи точно не останется шанса. Несмотря на то, что Юн Ланьюань отправился решать проблемы, Чи Линь подумал, что неплохо было бы ему подготовиться на случай, если император не справится. Как сильно бы он в него ни верил, мудрый правитель всегда должен быть готов ко всему. Так учил его отец. Спустя пару десятков минут он направился в Нефритовую Цитадель, чтобы распорядиться о сборе драконьей армии и подготовке к войне.