Гарем

Я, честно говоря, понятия не имею, хорошо или плохо, что здесь у меня тело омеги. С одной стороны, всегда интересно попробовать что-то новое, и в прошлой жизни я уже была и девушкой, и женщиной. Быть парнем и мужчиной — что-то новое и интересное, любопытное, к тому же моя суть — душа — толком не меняется, скорее просто набирается нового опыта, а не кардинально что-то из себя вырезает. В то же время я отчётливо понимаю, что ну не могу быть именно тем мужчиной, которого беру за пример. В моём представлении мужчина нормальный, уравновешенный, уверенный, самодостаточный — он бы не стал красить губы. Нет, если бы то была вечеринка, какой-то маскарад, веселье, смех, алкоголь — да. Почему бы и нет, собственно говоря? Если бы на улице была зима, то почему бы ему не воспользоваться гигиеничкой? Если бы он зарабатывал деньги тем образом, который бы требовал специального ухода и макияжа для сцены, то почему бы и нет? Но в моём представлении мужчина не красит губы ярким красным цветом, чтобы пойти в таком виде в ресторан. Просто — нет. И платья мужчина не надевает, если на то нет какой-то вроде бы обычной и тривиальной причины, но той причины, которая вносит рамки и оставляет мужчину именно мужчиной. Итак, да. Родись я в этом мире не омегой, а альфой, из меня бы чёрт знает что вышло. Потому что иногда я люблю подкрасить ресницы, иногда я хочу очертить себе повыразительнее брови, иногда я могу просто так купить себе помаду (или попросить маму купить её мне; или получить её в подарок и ждать хорошего дня, чтобы использовать). Но макияжем это не заканчивается. Омеги в этом мире спокойно носят как женские, так и мужские наряды. Кто-то мешает то и другое, кто-то предпочитает что-то одно, а кто-то, как и я, лишь редко надевает что-то от «другого пола» в какие-то особенные дни. Мне нравится и та одежда, и другая, потому что она красивая, удобная, а с тонким телом оно смотрится действительно великолепно. Моя внешность в этом мире более милая, хотя бы потому что японцы всегда для всего мира были милыми, и это, видимо, сохраняется в любой вселенной. Так как я поступила в Академию зимой, то носила штаны. Так как после был сильный ветер, то опять штаны. Но сейчас наконец-то потеплело, к тому же появился повод одеться красивее, более нарядно. Рико Аманай позвала меня в ресторан, чтобы таким образом отблагодарить за своё спасение. И мне, конечно же, захотелось немедленно принарядиться. А как иначе идти в весьма дорогое заведение? Предоставленный сайт в интернете производил именно такое впечатление, а на сегодня там был дресс-код с учётом серебра. Я достала свою старую плойку, получше уложила волосы, сделав их волнистыми. Надела синее платье спокойного и немного даже благородного тона. Потом чёрный пиджак, который можно будет как снять, так и застегнуть на белую пуговицу, в зависимости от температуры. Оставался только макияж. Пребывая в хорошем настроении и чувствуя вокруг себя свой запах — я сегодня не приняла таблетку, поэтому он только едва-едва ощущался, не слишком настойчиво и едва уловимо, как и нужно, — вместо духов и одеколонов, которыми здесь пользовались в большинстве своём только женщины, ибо они феромоны-то и не выделяли, задумалась, прокручивая ситуацию. Дело было так: Рико Аманай пробыла в нашей Академии положенное время плюс сутки, проспав ту-саму-ночь в моей комнате, пока я перебралась к парням и вынужденно смотрела порнографию (спала на диване, и события из сна тоже произошли на диване — прям удивительно!). Мы миленько обменялись с ней номерами телефонов, после чего она какое-то время налаживала ситуацию со своей жизнью. Я в это время вначале отбивалась от Сугуру, который резко обеспокоился моим здоровьем. То лоб у меня горячий (конечно, блин, горячий), то лицо вечно горит со щеками (конечно, блин, горит. Конечно, блин, краснеет. Там уже просто не важно, Сатору стоит или Сугуру, главное лишь вспомнить произошедшее). А потом он решил вспомнить про необходимую мне терапию! Сугуру решил спрашивать у меня, сделала ли я всё нужное сегодня. Я с небольшой заминкой ответила, что обычно предпочитаю делать всё нужное утром, чтобы вечера были свободными, но это не мешает ему каждый день уточнять, сделала ли я, блять, хуёвую терапию. Конечно, не такими словами, но с таким же смыслом. Кое-как удалось его убедить, что я сама скажу ему — и Сатору тоже, конечно же — если мне понадобится два часа на её исполнение. Стоило решить с Сугуру все эти интимные вопросы, как закончились наконец-то многочисленные собрания старейшин. Моё имя никуда официально внесено не было, но как бы кто ни пытался меня спрятать, сделать это довольно сложно, учитывая то, как парни обычно выполняют свои миссии; в этот же раз они самостоятельно решили даже с учителем связаться, что было просто нонсенсом. Итак, меня начали обсуждать. Пока что не при мне, ни в коем случае, но явно обратили внимание и взяли на заметку. На фоне этого одинаковые денежные переводы с банковских счетов Сатору и Сугуру воспринимать было легче, даже если сумму они мне перевели просто колоссальную. Таким положением дел я довольной быть не могла (хотя бы потому что сумма за эту их миссию действительно могла решить разом все мои проблемы с деньгами), о чём им и сообщила. — Мы с Сатору серьёзно оплошали, — скривился Сугуру при ответе. — За такое даже деньги принимать стыдно. — Зато ты хорошо потрудился, особенно для своей первой работы! — радостно влез Сатору. — Так что мы вместе решили, что лучше все деньги отдать тебе, чем этим старикам! Ну давай, Сюэ, ты честно их заработал! Кому, как не тебе, их получать? Пришлось стиснуть зубы и, хорошенько подумав, принять. Во-первых, деньги действительно нехило так спасали моё положение. Они были мне нужны, ведь работу я так и не смогла найти, поэтому не было даже шансов начать зарабатывать, так что кривить нос в такой ситуации действительно не лучшее решение. Во-вторых, я считаю, что действительно их каким-то образом всё же заработала — две женщины были живы, Сатору радостный, Сугуру не скатывается в какую-то канонную депрессию. Что это, если не моё влияние на сей мир? Тут уже даже не важно, специальное или нет, оно есть, и это — факт. В-третьих, для парней это было бы действительно провалом задания, и они совершенно не хотели брать за такое деньги, не считая себя нормальными, успешными его исполнителями. А денег у них и без того было достаточно, чтобы можно было привередничать в таких делах. И парням гораздо легче передать их мне, чем старейшинам, потому что в отличие от стариков я действительно каким-то образом правильно повлияла на события. Отказываться от денег — ну, действительно глупо. Особенно когда я, вроде как, действительно их заработала своими знаниями. Так что вопрос оказался закрыт, а мои счета пополнены солидной суммой. Хмыкнув, я довольно посмотрела на красивые стрелки и подкрасила губы не слишком ярким оттенком помады. Смотрелось невероятно прекрасно, так что теперь можно было надеть и серьги. Под бижутерию со временем у меня появилась отдельная небольшая коробочка, так что пришлось её достать снизу и открыть, а после только выбрать самые длинные, на цепочке. Смотрится прекрасно! О, а можно ещё и кулончик — он тоже отлично сюда… — Сю-э! … подойдёт. Я моргнула, не сразу поняв, что меня звали, но после только подняла голову повыше, чтобы увидеть незваного, но при этом всегда ожидаемого гостя в моих покоях. — Сатору! — довольно улыбнулась я, радуясь, что он не застал момент нанесения макияжа. Иначе бы точно прилип, и это дело серьёзно так подрастянулось бы. Я села прямее на своём стуле, после чего приглашающе рукой позвала его к себе на кухню, где, собственно, и устроилась для наведения марафета. После этого обратила внимание на то, как чёрный небольшой камушек выгодно смотрится на белоснежной коже меж тонких ключиц. — Отлично подходит, — с удовольствием заключаю, кивая. — Сатору, помоги-ка застегнуть сзади. Я наклонила голову вперёд и вытянула обе руки, в которых держала нить серебра. Годжо какое-то время долго тянул, а потом наконец-то взял. Явно не с первого раза ему удалось застегнуть моё украшение, но я этого и не ждала, понимая, что парень впервые такое проделывает. — Что-то вы… — услышала я голос Сугуру, но невольно перебила его. — Сугуру, вот и ты! — обрадовалась я, не глядя, потому что зеркало у меня было действительно небольшим и охватывало только четверть лица, что существенно тормозило процесс. Нужно было хорошо сосредоточиться, чтобы не переделывать всё по тридцать раз. — Там в коридоре есть новая коробка от обуви, она красного цвета, принеси её сюда, пожалуйста. Коробка для обуви красного цвета у меня была только одна, и лежали там небольшие каблуки, примерно четыре сантиметра. Матовые, чёрного цвета, с пиджаком оно будет смотреться красиво и выгодно, так что грех выбирать что-то другое. В них можно будет спокойно походить, ведь они устойчивые. К тому же несколько раз их надеть и разносить я уже успела, поэтому не переживала слишком сильно за свои ноги — вечер будет чудесным, я просто уверена! — Ага, спасибо, — всё также не глядя сказала я, когда нужную коробку положили рядом. Поправила уголок губ, где помада чуть-чуть съехала от разговора, после чего наконец-то убрала зеркало и ярко им улыбнулась. — Ну как я вам? Великолепно выгляжу, да? Сатору прикид явно понравился: при моих словах он только сейчас понял, что его рот всё это время был открыт, так что поспешил закрыть. Щёки у него чуть разрумянились, и смотрел он на меня практически не моргая, удивлённый, с широко раскрытыми глазами. Удовлетворённая его реакцией, я наклонила голову чуть в сторону, чувствуя, как в ушах плавно перемещаются цепочки, на которой висят квадраты, после чего, улыбаясь, посмотрела и на Сугуру. Тот был более спокоен, как и ожидалось, хотя глаза его прищурились, внимательно меня осматривая. Я улыбнулась невольно шире, после чего открыла перед их глазами коробку. — Отлично, — выдохнула я, а потом наклонилась надеть обувь. Застёжка была серебряной, красивой, к моему образу это более чем подходило. Натянула ремешок, продела в нужную дырку, повторила со второй ногой. Встала, взяв в руки коробку и зеркало, а потом в тишине, прерываемой лишь приглушённым стуком, отнесла вещи в коридор. Здесь у меня висело уже большое зеркало, где я в который раз удовлетворилась результатом. — Ну, парни, вы чего там молчите? — спросила, с удовольствием смотря на свои кудри. — Ты прекрасно выглядишь, — поджал губы Сугуру, ещё пристальнее осматривая мой прикид. — Но это… разве не женская одежда? Я пожала плечами: — У омег в этом плане нет определённого… м, предела, — не совсем удачно подобрала я слово. — Мы можем носить и мужскую, и женскую одежду. По праздникам я предпочитаю последнее, так всегда красивее. А что? — решила уточнить я, оторвавшись от своего великолепия и взглянув на Сугуру. — Это странно? Гето моргнул: — Нет, вовсе нет. Просто непривычно видеть парня в платье. Насмешливо фыркнула, закатила глаза. — Сугуру, милый, — произнесла я, впервые почувствовав, что он ещё подросток. Учитывая недавний сон, явно сыграл контраст. Раньше у меня только Сатору, и только лишь мысленно, был «милым». — Ты знаешь, что у омег вообще нет одежды? — Это как? — наконец-то отмер и Годжо, привычно проявляя любопытство. — А сам подумай. Есть одежда мужская. Есть одежда женская. Всё. Для омег ничего нет. Поэтому и носим сразу и первое, и второе. То, что чаще всего на мне мужская, ну, так в ней удобнее. На каблуках же не будешь через весь лес идти? И, как я уже не раз говорил, омега — это не альфа. Это омега. Отчасти именно поэтому омеги в современном мире — настоящая проблема. Есть мужчина. Он альфа. Есть женщина. А мы что-то между, ни то ни сё. Поэтому многие правила и законы, так легко применяемые к двум другим представителям пола, то ли на нас не действуют, то ли ещё какие-то проблемы имеют. Но то серьёзный, официальный уровень — а что творится на неофициальном, вообще не обсуждается никем. К примеру, в мире процент соотношения альф-омег-женщин составляет 40-20-40 процентов. В Японии он имеет 50-10-40. И здесь ещё редко кто закон нарушает. В моей деревеньке до сих пор не могут найти ту банду, что решила зимой меня обокрасть. Будто бы было что красть! Новый телефон, да и только! Хорошо хоть у меня старый работал, а то совсем было бы туго — я бы и новый купить не успела, с такими вот делами и событиями в своей жизни. — А куда ты собрался? — внезапно наклонился ко мне Годжо, когда я достала телефон. — И с кем? — Верно, — подошёл Гето. — Дорога до Токио займёт какое-то время. Ты на автобусе поедешь? Моргнула, а потом легко рассмеялась, отходя на шаг — слишком уж близко они подошли. — Нравится? Запах, — уточнила я, прищурившись. — Очень, — одновременно кивнули мне парни. Я, не выдержав, опять улыбнулась, но потом решила слишком сильно их не смущать, помня собственную реакцию на запах Сатору — и на вид Сугуру, взрослого Сугуру (и на голос взрослого Сугуру, и на слова-приказы взрослого Сугуру) — да ответить на поставленные вопросы: — Меня Рико пригласила в один ресторан, вместе отметить собирались её свободу от Тенгена. Она же, кстати, и должна заехать за мной через десять минут. — Что?! — недовольно воскликнул Сатору. — С ней?! Я снова рассмеялась; уж слишком у него вышла забавная реакция. — А почему бы и нет? Это действительное важное событие, а мы неплохо сдружились. — Но ты наш друг! — ревностно сказал светловолосый альфа. Моргнув, недоумённо на него посмотрела. — Но у вас же тоже есть подруга. Сёко, — напомнила ему. — Сёко и твоя подруга тоже! — воспротивился Годжо. — Да, она моя подруга, но больше подруга-одноклассница, чем подруга, как у вас с ней. Рико для меня — как Сёко для вас, даже если мы знаем друг друга не очень долго, — попыталась я объяснить ему ситуацию, после чего посмотрела на Сугуру. Тот лишь довольно улыбался своей странной улыбкой, явно находя ситуацию забавной, так что ему закатила глаза. Руки потянулись вначале к сумке, но я взяла её как-то неуверенно, замявшись. Что мне в неё положить? Телефон, помада, карточка на всякий случай, платок, влажные салфетки… значит, надо брать. В карманы пиджака всё это добро просто напросто не вместится незаметно, а с плотными карманами в такие заведения моветон ходить. Сумка у меня была только одна, небольшая и белая, потому что слишком много тратить на одежду и всякие такие мелочи моя семья не может себе позволить. У меня и серьги-то мамины, и платье-то специальное, хоть и не совсем единственное. Каблуки школьные. Но сумка! Сумка нужна именно белая. Потому что любую другую нужно будет подбирать с одеждой, а эта подходит практически ко всему, что в ограниченных финансах более чем идеально. На мои окончательные сборы Сатору смотрел так, словно я его блудная мама-утка и ухожу куда-то в такое дальнее плаванье, что он не уверен, что я смогу самостоятельно вернуться обратно. Это действительно забавно. — Да вы не волнуйтесь, я завтра приеду. — Завтра? — мигом уцепился за слово Сугуру. — Мы потом поедем кино смотреть, и я переночую у Рико. Завтра ведь суббота, так что вечером уже приеду. Всего лишь сутки. — Всего лишь сутки? — ошарашенно переспросил Сатору. — Сугуру, ты это слышал? Сутки! Целые одинокие сутки! Сюэ, как ты можешь меня оставить в таком состоянии? На целые сутки! Сутки! Более того, на целую ночь! — Ты преувеличиваешь, — закатила я глаза, не особо желая вступать в спор. Как раз в этот момент в дверь постучали, и я поспешила открыть, как та, кто стоит ближе всех к ней: — Рико, дорогая, ты уже здесь! — обрадовалась я её приходу, быстро смеривая взглядом. Она была прекрасна в этом дорогом платье, полностью слитом из серебра. Родителей у Рико не было, но её богатство за готовность собой пожертвовать не шло ни в какое сравнение с моим доходом (или даже доходом моего отца), поэтому её по окончанию вознаградили явно не в последний раз. В положенные пятнадцать лет она поступит на обучение в Академию и в будущем станет хорошим и опытным шаманом. У неё была чёрная сдержанная сумка, а ещё красивая причёска и прекрасный макияж с детским румянцем на щеках. Выглядела она действительно замечательно, что я и поспешила озвучить: — Прекрасно выглядишь! Прости, что заставил сюда идти, меня немного задержали, но я уже полностью готов, — я потянула на себя сумку, но та обо что-то зацепилась, так что пришлось обернуться. «Что-то» оказалось рукой Сатору, которая вцепилась в кожаный ремешок и явно отпускать не собиралась. Я потянула сильнее. Сатору, помедлив, отпустил, скривившись так, что я только и могла, что снова закатить глаза на его ревностное поведение. Господи-боже, я ведь ухожу всего на сутки, а не говорю, что теперь моим лучшим другом будет Аманай! — Т-ты тоже выглядишь замечательно! — громко сказала мне Рико, привлекая внимание. Я улыбнулась, не замечая просто непередаваемой панической пантомимы Годжо в сторону Гето: — Спасибо! Ну что, идём? — Стоп-стоп-стоп-стоп! — выскочил вперёд Сатору, не успела я и шага сделать за пределы своей однушки. — Вы что, без нас пойдёте? — Я вас не приглашала! — вздёрнула нос Рико. Я отодвинула склонившегося ко мне альфу и наконец-то вышла, надевая на плечо сумку. Под моим многозначительным взглядом все вышли в коридор, и я наконец-то смогла закрыть комнату. Впрочем, на ключ ничего не запиралось, так что просто, так сказать, прикрыла двери на щелчок. Уже хотела было сделать шаг по направлению к ближайшему выходу, как чуть не столкнулась с Сугуру. Тот тоже явно этого не ожидал, но аккуратно положил свою руку мне на плечо, не давая упасть. А упасть было бы от чего! Мышцы у парня словно из камня сделаны, стена будет мягче по сравнению с ними! — Благодарю, — ради разнообразия сказала я, кивнув. Тот тоже кивнул, после чего с заминкой отпустил. Я догадалась, что на него тоже немного действует запах омежьих феромонов, так что решила на медлительность Гето не реагировать. — И ты, челковый, тоже не лезь не в своё дело! Мы с Сюэ и сами разберёмся, что нам делать! Правда, Сюэ? — Действительно, — нахмурилась я, прежде чем снова улыбнуться девушке. Сегодня она была одного со мной роста. Пожалуй, даже немного ниже. Сантиметра на два. — Мы ведь можем опоздать к началу сета. Я посмотрел видео и, должен сказать, ты сделала превосходный выбор для сегодняшнего вечера. — Ой, да я так, выбрала первое, что попалось под руку, — смутилась она слегка, отвернувшись. Я только хмыкнула, потому что это явно был долгий и кропотливый выбор. — Ага, причёску она тоже так, на скорую руку сделала, — протянул Сатору всё ещё недовольно. Явно обиделся, что его не позвали, он ведь так любит гулять с друзьями, которых у него всего трое: Сугуру, я да вечно-занятая Сёко. — И платье так, в гардеробе давно пылилось. Вон, даже ценник старый. — Где?! — дёрнулась Рико, и я пригляделась повнимательнее. — Снимите! — Да вот же, — более спокойно подсказал Сугуру, делая шаг вперёд и доставая его из-за шиворота. И как они только увидели такое под длинными тёмными волосами? Я вот совершенно не заметила! — Оторвать? — Да! Скорее! — взволнованно сказала Аманай, и Гето тут же помог ей, легко отрывая нить, а потом внимательно присмотрелся к этикетке. Так как поведение сегодня у альф было весьма капризным, я решила взять дело в свои руки. Точнее, руку Рико в свою ладонь и повести её наконец-то к выходу, потому что иначе мы точно опоздаем. — Смотри не покрасней ещё сильнее, Аманай! — крикнул Сатору нам вдогонку. — А то станешь помидоркой вечера! — Не обращай на них внимания, — сказала я слегка расстроенной девушке. — Они просто как детсадовцы — дёргают понравившихся девочек за косички, вот и всё. А ты сегодня такая красивая, что непременно станешь звездой вечера! Не сомневайся! Рико нервничала явно сильнее, чем перед началом, но кивнула мне. Помявшись, всё же задала вопрос: — Я точно хорошо выгляжу? — Очень, — серьёзно поддакнула я, а потом открыла ей дверь чёрной лакированной машины, пропуская первой. Села следом, прежде чем ещё раз подтвердить, — остальные будут дико тебе завидовать, так что приготовься! Меня, наверное, даже и не заметят на твоём фоне! — Х-хорошо, — неловко сказала девушка, глубоко делая успокаивающий вдох. Я легонько положила руку ей на пальцы, чуть сильнее сжимая, чтобы предать уверенности. Рико закивала сильнее и увереннее, а потом, поджав губы, ответила на рукопожатие. — Это будет замечательный вечер. Что бы ни произошло сегодня, главное, что мы будем вместе, разве не так? — Да! Ты прав! — приободрилась та. Машина, наконец, тронулась с места.

***

— Сугуру, — мрачно позвал его Сатору. — Нам нужно пойти за ними. Гето также мрачно улыбнулся. В груди до сих пор витал едва уловимый, нежный аромат мяты. — И я даже знаю, куда они направляются, — елейным голосом обрадовал он своего лучшего друга. — Да-а? — в том же духе протянул Сатору, всё ещё не отводя глаз от машины, что всё быстрее разгонялась, уезжая всё дальше и дальше. — И куда же? — Сегодня в Токио только один ресторан устраивает необычный сет с конкурсами, где важным допуском внутрь будет дресс-код с серебряным цветом. Число приглашённых строго согласовано заранее, но Аманай Рико прокололась в одной маленькой детали. — И какой же? — подыграл его любопытству голубоглазый, ухмыляясь. — Сеть этих ресторанов принадлежит твоей семье, Годжо Сатору. Сатору громко засмеялся, широко раскрыв рот и сверкая белоснежными зубами. Сугуру усмехнулся, всё ещё сжимая в руке этикетку с весьма дорогим ценником. Он прекрасно знал — такие платья для простого вечера не покупают. Такие в магическом мире заказывают специально для очень важных встреч.