Осколки

Шарлотте всегда нравилась осень. В это время года деревья наряжались в золотистые, оранжевые и багряные одежды, из-за чего на улицах становилось по-особенному красиво и даже как-то волшебно. А ещё осенью был один из её любимых праздников — Хэллоуин. Ей нравилось тридцать первого октября облачаться в какой-нибудь нехитрый костюм, встречаться с друзьями дома у Феликса и идти вместе колядовать. Но ещё больше она обожала собирать разноцветные листочки для гербария. Каждый раз, когда на улице наступал листопад, она выбегала из дома, чтобы набрать свежих листьев. Вот и сегодня она тоже вышла, но в этот раз не одна. Сегодня она решила взять с собой Феликса, приобщить его к прекрасному, так сказать. Правда, сам он, кажется, не горел желанием куда-либо идти. Напротив, он бы предпочёл остаться дома, в уютной квартире, о чём всё время бормотал, пока Шарлотта тащила его по лестнице в подъезде. Несколько раз он даже пытался вырваться из её хватки и убежать обратно домой. Правда, безуспешно: она держала слишком крепко. Поэтому, в конце концов устав бороться, он сдался, и потому сейчас они оба стояли посреди улицы, усеянной разноцветными листьями. Жёлтые, красные и оранжевые, они были разбросаны по всей земле, и у Шарлотты глаза разбегались от их разнообразия. Ей уже не терпелось собрать каждый листочек, вложить его в книжку и высушить. Феликс же, наоборот, энтузиазма её не разделял. Он всё продолжал ворчать о том, что хочет домой, однако она его совсем не слушала. Вместо этого только широко улыбнулась и потянула за собой к небольшой кучке листьев, лежавшей возле одного из деревьев. — Не бурчи, Фели, тебе понравится, — ободряюще сказала она. — Ага, обязательно, — саркастично хмыкнул он, поправив съехавший от быстрой ходьбы красный шарф. — Ведь это так весело — собирать грёбаные листы в грёбаный холод. — Ну перестань, это правда весело, — Шарлотта укоризненно посмотрела на него, а после наконец остановилась возле кучки листьев. — Давай, тут как раз несколько неплохих экземпляров. Если соберём их, то получится красивый гербарий. Беннетту и мистеру Хаксли, я уверена, очень понравится. После этого, больше не говоря ни слова, она опустилась на корточки и стала перебирать листья. Феликс, тяжко вздохнув, неохотно присоединился к ней. Он присел с другой стороны кучки и глазами принялся выискивать самые красивые, на его взгляд, листья. Те, что приходились ему по душе, он аккуратно выуживал тонкими пальцами и складывал себе на колени. Точно так же делала Шарлотта. Так, копаясь в разномастных листьях, они провели какое-то время. Иногда Шарлотта поглядывала на Феликса, проверяла, нравится ли ему процесс. Поначалу по нему было видно, что нет. Он постоянно хмурился, поджимал губы и поглядывал на окна своей квартиры. Очевидно, он до сих пор хотел обратно, и она прекрасно понимала причину. В конце концов, совсем скоро его Венера должна была впасть в спячку, и он хотел провести последние дни вместе с ней. Однако она, Шарлотта, вмешалась в его планы и буквально заставила выйти на улицу. Естественно, что он был недоволен. Однако, чем больше времени они тут проводили, тем спокойнее он становился. Черты его лица смягчались, и он, казалось, даже начинал потихоньку втягиваться в процесс. Шарлотту это радовало. А вскоре Феликс окончательно расслабился и даже вошёл во вкус. Теперь он с неприкрытым удовольствием выискивал среди опавшей листвы самые красивые, подцеплял их и складывал к остальным. Иногда они с Шарлоттой едва соприкасались пальцами, и тогда он вздрагивал и отводил взгляд. На его щеках проступал лёгкий румянец, и, когда она это замечала, тихо хихикала. Ей нравилось видеть Феликса таким смущённым. Нравилось сидеть с ним вот так, на холодной земле, и собирать листья вдвоём, нравилось, в конце концов, просто проводить время вместе. В последнее время из-за навалившейся учёбы они редко оставались наедине, и потому она была рада, что теперь могла побыть с ним вдвоём. Однако всему хорошему, как ни прискорбно, рано или поздно приходил конец. Вот и сейчас все красивые листья закончились, а на улице сильно похолодало, что означало только одно: им пора возвращаться домой. Когда Шарлотта подумала об этом, то на долю секунды даже расстроилась. Ей совсем не хотелось расставаться с Феликсом так скоро, особенно сейчас, когда она впервые за долгое время видела его таким расслабленным и счастливым. Однако потом ей в голову пришла одна мысль, и она, слегка улыбнувшись, вдруг предложила: — Слушай, Феликс, давай пойдём сушить их у меня дома? У меня и книжек подходящих больше. — А? — Феликс от её предложения вздрогнул, едва не выронив все собранные листья, и недоумённо вскинул брови. Очевидно, он совсем такого не ожидал. — Не совсем понимаю, какая тут разница, но если ты так хочешь, то ладно, — подумав пару секунд, всё же согласился он и коротко кивнул. Шарлотта счастливо улыбнулась и, крепко схватив его за одну свободную руку, потащила в сторону дома. Пока они шли, он в очередной раз за день подумал, что, видимо, провести время с Венерой сегодня ему не судьба.