Вампиры в Снодленде

Тёмная дорога простиралась далеко вперёд; сверчки стрекотали в унисон с завыванием холодного ветра, то и дело врезавшегося в деревья или задевая водяную гладь луж, тут и там разлитые дождём. Джон шёл не останавливаясь. Городок был небольшим, так что через километр, он достиг загородной местности, где открывался великолепный вид на ночное поле и рощицу, находившуюся неподалёку. Несколько одиноких домов стояли поодаль; внутри беззаботно спали счастливые семьи, казалось, одного лишь Джона обуревали ужас и страх, гнев и разочарование. Он думал, что не безразличен, думал, что его приняли таким какой он есть, что его полюбили. Если бы то, что он сейчас чувствовал назвали разочарованием, то я бы назвала этих людей невеждами. «Ты не бросил бы меня умирать, я не верю, не хочу…» — Он уходил всё дальше и дальше, не замечая ничего вокруг. Он вдруг перестал чувствовать что-либо, ему стало как-то всё равно, как было бы сейчас Шерлоку, наверняка обнаружившему его пропажу и пославшим за ним патруль, дабы выследить хоть кого-нибудь. Но стойте! Это ведь глупо, ужасно глупо, Шерлок бы так не поступил! Он бы разыскал бездомных по всему городу, собрал свою Нерегулярную Службу с Бейкер-Стрит! Джон вспомнил, что удалось отыскать лишь одного старого бездомного, и тот уже был готов отойти в мир иной, к тому же видел совсем плохо. Джону, как назло, подвернулся под ноги лежавший на дороге камень. Он споткнулся и упал. Ударился, конечно, несильно, но всё равно было неприятно. Упал он прямо на мокрую от дождя землю. Слякоть противно чавкала под ним, всё больше загрязняя его одежду. Чёрт. Когда Джон поднялся, он очистил всё, что смог с колен и куртки и оглянулся, он наконец понял, где находится. Старый, полуразвалившийся военный комплекс, с казармой неподалёку. Надо же, в таком он когда-то проходил военное обучение. Мимолётное воспоминание промелькнуло у него в мозгу: чьи-то чёрные, задорные глаза, щурясь от яркого солнечного света проникали ему прямо в душу. Внутри снова всколыхнулось то неприятное предчувствие. Он, поначалу, кое-как сдерживал его, но сейчас он не мог закрывать на это глаза. Здесь явно было что-то не так. На глаза ему бросился какой-то предмет, наполовину скрытый густой травой, напоминающий белую, грязную, разорванную тряпку. Джон подошёл и поднял её с земли. Плюшевый котёнок. Сшитый кое-как и скорее напоминающий щенка, чем котёнка, но сходство есть. Как будто это сшил ребёнок. Он усмехнулся. У одного из его приятелей-солдатов был такой, из-за чего все подтрунивали его, мол, уже восемнадцатилетний лоб, а с игрушкой расстаться не может. Кто же знал, что это была единственная память о его погибшей матери? Джон был первым, кто услышал это от него и он больше не стал над ним шутить. Вспомнить бы ещё, кто был тот солдат… По-моему, уже нет смысла объяснять, что он попал в тот самый корпус, в котором служил. Полный туманных воспоминаний, он открылся его взору, полуразрушенный, забытый. Котёнка он положил за пазуху, а сам вошёл внутрь. Скорее всего, это была казарма, судя по большому количеству металлических корпусов двухъярусных кроватей, опрокинутых по всему помещению. Только он отвлёкся от своих мрачных мыслей, как волна грусти накатила на него. Ведь, возможно, он больше никогда не заговорит с Шерлоком. Всё, что он пережил вместе с ним, это нельзя так просто забыть. Даже если ему всё равно на Джона, разве это не то отношение которое он испытывает к людям? Может, он сможет привыкнуть и что-то с этим сделать? Из раздумий его выдернул непонятный звук, похожий на то, как будто камень, лежащий на дороге, кто-то пнул. Он донёсся откуда-то сзади. Джон резко обернулся, всматриваясь в кромешную тьму, пытаясь разглядеть незваного гостя. Он уловил какое-то движение в дверном проёме, из которого виднелась залитая лунным светом поляна; вероятно, дождь уже прошёл и ветер разогнал тучи, закрывавшие луну. Сердцебиение участилось, глаза внимательно разглядывали проход. Джон подошёл к нему ближе, шаг за шагом. До выхода оставалось пол-метра: шаг, ещё шаг. Он заглянул за угол. Нащупав в кармане свой верный пистолет, он направил его в сторону кустов, которые росли в нескольких метрах от казармы, отражавшие холодный свет луны и светившихся так, как будто их побрызгали фосфором. Шаг, снова шаг… опять шорох! Теперь, он доносился из густого бурьяна, который рос в здании столовой. Сжав в потной ладони пистолет, он осторожно, стараясь передвигаться так, чтобы ни одна веточка в траве не хрустнула, он подошёл ко входу, дверь которого болталась на одной ржавой петле. Заглянув внутрь, он ничего не увидел, кроме густых зарослей, сквозь которые было не так легко пробраться. Тишина резала уши, Джон ждал, когда незнакомец снова напомнит о своём присутствии, издал какой-нибудь шорох, хотя бы самый тихий, но ничего. Больше нигде не доносилось ни звука, только ветер изредка качал деревья рощи. Тревога не отпускала Джона, она только нарастала; желание внезапно обернуться разрывало его изнутри, волосы на загривке зашевелились. Кто-то коснулся его плеча, заставив подскочить на месте и обернуться. Палец так и норовил нажать на спусковой крючок и покончить с опасностью раз и навсегда!.. Никого не увидев, Джон судорожно выдохнул, почувствовав, как его ладони, предплечья, вся рука покрывается холодным потом и мурашками. Джон с отвращением выругался, думая про себя:«Трус, ну какой же трус!». Руки дрожали, сердце ушло, нет, рвануло со всей силы в пятки и возвращаться не планировало ещё минуты спустя. Немного успокоившись, Джон сделал глубокий вдох. Покой исчез так же внезапно, как пришла паника, которая совсем недавно только начала его отпускать: что-то с огромной силой обрушилось на него, плечо пронзила резкая боль, из глаз посыпались искры. Что-то ударило Джона так сильно, что повалило его на землю. Ничего не видя, он в отчаянии пытался нащупать выпавший из его руки пистолет; что-то блеснуло в метре от него, похожее на кусок чёрного металла. Он протянул уже было руку, но его взгляд привлекла обутая в ботинок нога, наступившая на пистолет и отбросившая его ещё на метр дальше. — Ну, здравствуйте, Доктор Ватсон, — произнёс до жути знакомый голос. Нет, этого не может быть… Посмотрев наверх, он понял, что худшие из его опасений оправдались. Ему в лицо глядела, издевательски улыбаясь, Меган. — Какого… как?.. — земля рядом с Джоном содрогнулась: вероятно, здесь ещё кто-то был кроме неё, намного больше неё, — Зачем?.. Почему?.. — О, Доктор, — она что-то прислонила к его животу. От парализовавших его паники и отчаяния Джон не мог пошевелиться. Он знал, что нужно бежать, прятаться, сделать что угодно лишь бы находиться как можно дальше отсюда, но, в один момент, он понял, что сопротивляться бесполезно. Спутник Меган, из побуждения лишить Джона всякой возможности сопротивляться, пнул его, и пнул довольно сильно, но даже это описание прозвучало бы ну уж очень мягко. Затем схватил его, чтобы тот не смог выбраться. Джон метался, пытался выбраться, но всё что он почувствовал перед тем, как в глазах у него потемнело и он провалился в небытие — удар током, боль, страх и всё исчезло. *** Дверь пустого номера открылась и Шерлок тихо вошёл, чтобы не потревожить спящего Джона. Он был уверен, что Джон сейчас мирно, насколько это было возможно, спит в своей кровати у окна, а Шерлок несколько мгновений будет внимательно разглядывать, уже привыкшими к полумраку глазами, его спящее лицо. Повесив пальто на вешалку у входа, он подошёл к своей постели, стоящей у стены и понял, что тут что-то не так. Резкий порыв беспокойства заставил его наплевать на соблюдение тишины: он подбежал к выключателю и щёлкнул. Обе кровати были пусты. Джона в номере не было. Шерлок содрогнулся всем телом, сердце начало бешено метаться по грудной клетке. Шерлок метнул свой взгляд на будильник на тумбочке. Красные светящиеся цифры показывали время — час ночи. Джон не мог так поздно куда-то выйти. Произошло что-то плохое, он это чувствовал. Шерлок сел на кровать. Быть может, он куда-то вышел? Недалеко, за кофе, к кофемашине, расположенной на первом этаже, например. «Ага, в час ночи, конечно…» — подумал он, но продолжал сидеть на кровати. Прошло около двух минут, Джон так и не появлялся. « Спокойно, нужно сохранять разум холодным, ни в коем случае нельзя паниковать, Джон обязательно вернётся, он… » — беспорядочный ход его мыслей прервался. Под крохотным, шатким столом лежала странная, замызганная бумажка. Как странно, он не заметил её. Поднявшись с кровати, он направился к столу и дрожащей рукой поднял бумажку. Он уже хотел было отнести клочок в мусорное ведро, но, приглядевшись, заметил, что на ней что-то написано. Он сел за небольшой шаткий столик, расправил листок и разглядел его внимательней. Это была записка с шифром подобного содержания: « Фбмзкж Скзин, Юьф ампя йьскаеоны п йьн. Бнзе юч скоеоб пюеабощ бяк нйкюь, йб йьабёобнш йь щок. Кй пимво ипуеобзшйкё нибмошъ е юьи щок йб лмбакоюмьоеош. Бнзе щок лмкедкфзк, ок юч эчзе йбакноьокуйк эаеобзшйч. Щок лкзйкношъ юьфь юейь. Номьаьёоб оьж, жьж номьаьзе ич.

Н пюьгбйеби, Ж.Ь. »

Бегло осмотрев записку, обращая внимание скорее на почерк и состояние бумаги, не особо вникая в смысл написанного, он был в лёгком недоумении от того, что кто-то вообще мог пробраться в номер и подкинуть эту записку, если это не Джон, конечно. «Да… с таким уровнем безопасности, даже я буду брать с собой в постель электрошокер», — подумал он. Вариант с Джоном сразу отпадает. Хоть Шерлок и научил Джона различать шифры, но составлять он их не умел. Азбука Морзе — единственное что Джон мог понимать и воспроизводить в речь. Это не почерк Джона, да и вообще не чей-либо. Это послание было распечатано на листе бумаги с помощью принтера, затем специально приведена в негодность. Записку «портили» сегодня, судя по структуре бумаги, её мочили в воде, на бумаге остались сухие, грязные, едва заметные разводы. Дождь начал идти с сегодняшнего утра, её вполне могли окунуть в лужу. Затем искомкали и подкинули в номер. Послание хотели замаскировать под мусор. Возможно, они надеялись на то, что он просто выбросит бумажку, не обратив на неё должного внимания. А может, кто-то просто пошутил? Вдруг, это всё дурацкая шутка, а он тут уже разошёлся, будто в записке говорится о похищении Джона. Буквы в шифре наверняка смещены на несколько букв алфавита вправо или влево, самый банальный способ составления шифра. Похоже, автор сего послания совсем не знал Шерлока Холмса. Расшифровка не займёт много времени. Он расшифровал уже половину записки, как все его надежды на хоть какой-нибудь намёк на розыгрыш рухнули. Провалились. Обрушились с такой силой, что могли бы проломить весь пол в этой комнате. В глазах потемнело, их накрыла мутная пелена. Казалось, в мире больше ничего не существует, кроме него, клочка бумаги в его дрожащих пальцах и бешеного стука сердца в ушах. Только этот звук, ничего больше. Шерлок переборол своё желание выкинуть записку куда подальше и броситься на помощь к другу. Он расшифровал послание до конца, после чего, оно выпало из его дрожащих пальцев. Эти строки как будто были выгравированы огненными буквами на сетчатке его глаз, из которых вот вот польются слёзы ярости: "Шерлок Холмс, Ваш друг находится у нас. Если вы хотите увидеть его снова, не надейтесь на это. Он умрёт мучительной смертью и вам это не предотвратить. Если это произошло, то вы были недостаточно бдительны. Это полностью ваша вина. Страдайте так, как страдали мы.

С уважением, К.А.

Ноги подкосились, будто их полоснули сильным ударом меча. Он уже не мог совладать с паникой. «Плохо, это плохо, плохо! неужели… нет, нет, нет, нет! Как я мог так небрежно отнестись к этому? Как?!» Он выбежал из комнаты. Пальто он не надел, так быстрее. Он видел перед собой едва освещённый коридор и лифт в конце. По лестнице будет быстрее; он побежал. Он будет искать Джона хоть до рассвета, он найдёт его, найдёт! Шерлок бежал не разбирая дороги. Если бы там были люди, он бы их растолкал с такой силой, что они бы все повалились на пол. Но, один всё же стоял у стены облокотившись на неё, будто кого-то ждал; Шерлок даже не взглянул на него. Он услышал, как его окликнули, но не остановился. Его окликнули снова и на этот раз, схватили за плечо. Шерлок резко развернулся, будто рука, которая его схватила, была заряжена током. — Кто вы такие, что вам нужно? — в бессилии прокричал он. — Это бесполезно, — спокойно и кратко сказал человек. Шерлок наконец посмотрел ему в лицо. Ужас сменился гневом. Шерлок одним движением схватил его за грудки и припечатал к стене, о которую только что облокачивался незнакомец. Он узнал в человеке патологоанатома из того морга. — Говори, что знаешь! — яростно зашипел Шерлок, — Ты ведь один из них, да? Тебе ведь всё известно! Выражение лица Одо не выглядело испуганным или обеспокоенным, нет. Он вежливо попросил отпустить его. Когда Шерлок нехотя сделал это, он, как ни в чём не бывало, поправил смявшийся свитер и анализирующим взглядом посмотрел на человека, совершившего против него рукоприкладство. — Не советую вам так делать, я же знаю, вы не совершаете насильственные действия в сторону лю... - Я сейчас их совершу в сторону Любого живого существа, которое тут появится, ясли вы мне не объясните, что тут происходит! — прервал его Шерлок. Брови Одо поползли вверх, он вздохнул и продолжил: — Вы сейчас не в том состоянии, чтобы адекватно мыслить, выслушайте меня, я прошу вас. Пыл Шерлока потихоньку начал угасать, лицо мрачнеть, а из губ вырыватся, сдавленное бормотание. — Они убьют его, убьют как всех до этого убили… Я не смог это предотвратить, я ужасный детектив, я ничтожество, я… — на мгновение, он замолчал, — Я ужасный друг… — Вы не ничтожество, мистер Холмс, — сказал Одо, видимо, не расслышав его последних слов, — Ваш метод превосходен, а с доступной мне информацией, мы спасём вашего друга, — немного погодя, он прибавил — И множество других жизней. — Но откуда вам знать, что с ним всё будет нормально? — Поверьте мне, я знаю, что говорю. Давайте мы всё обсудим в более спокойной обстановке. *** Они расположились в номере Шерлока. Царило тяжёлое молчание. Никто не осмеливался начать разговор, слышно было только редкий скрип половиц в комнатах над ними : кажется, не спят тут не только они. Шерлок глубоко вздохнул. — Я сожалею, что так произошло, я был не в себе. — Я вас понимаю, не нужно тратить на это время, надо действовать, пока не стало слишком поздно, — Одо не сердился на Шерлока, такая реакция была ожидаема, даже от него. — Ты ведь один из них, да? Одо в замешательстве уставился на Шерлока. — Я ведь вам ни слово об этом не сказал. — Это не трудно вычислить, ценной информацией не обладают случайные свидетели, таких в живых не оставляют. — А, ну да… Могло показаться, что Шерлок дал волю течению своих хаотичных мыслей, но на самом деле он лихорадочно думал, думал о возможных вариантах о местонахождении серийных убийц. Их много, это очевидно. Такие расчётливые и, если можно так выразиться,правильные убийства не совершаются в одиночку. Всё предусмотрено, почти не единой зацепки. — Ты ещё сотрудничаешь с ними? — И да, — сказал Одо, поудобнее устраиваясь в единственном кресле, — и нет. — То есть, они думают, что ты всё ещё с ними? Одо кивнул. Шерлок сел обратно на кровать и задумчиво уставился в пол. Если Одо его остановил, то все убийства совершаются не сразу, но странно то, что ни на телах, ни на месте преступления ни следа отпечатка. Это значит… — Он их сломал. — Что, простите? — снова не понял Одо. — Они сами всё делали, их никто не заставлял. Если ему удавалось сподвигнуть полностью уравновешенного человека на самоубийство, можно предполагать, что он очень силён в психологии, правда, в плохом смысле. Никакого насилия, только психическое давление. Одо уже понял, что Шерлок буквально снимает с его языка всё что он хотел ему сообщить. — Да, я иногда слышал, как он… это ужасно. Вероятно, он использует ваш же метод. «Возможно» — промычал Шерлок. Это будет немного проблематично. Вдруг, Одо встал и начал рыться у себя в карманах. — Слушайте, я знаю как обезвредить их главаря, — ему удалось вытащить из кармана вещь, которую он икал, но тут же уронил её на пол; Шерлоку не удалось её разглядеть, — Без него, они как куклы без ниточек, смотрите. Возможно, это вам поможет. Он поднял с пола вещь, которую уронил. Это был пистолет с весьма необычной конструкцией. — Это транквилизатор? — Шерлок взглянул в лицо юноше, у него был вид, будто он что-то скрывал. Что-то важное. — Да, конечно, только, он носит бронежилет, на случай предательства, некоторые много бы отдали за то чтобы прострелить его насквозь. Нужно стрелять в шею, а то… — Я знаю, как пользоваться подобным оружием, — перебил его Шерлок, осторожно доставая из транквилизатора дротик и внимательно его осматривая. — Вы сомневаетесь во мне? Шерлок замолчал. Он почувствовал запах. Такой до жути знакомый, кислый запах. Он шёл от дротика. Детектив поднёс его к своему лицу и вдохнул запах. Он не ошибся. Это цианид. Положив отравленный дротик на стол, он окинул Одо многозначительным и одновременно удивлённым взглядом. Юноша не смел поднять на него взгляд. Он в упор смотрел на злополучный дротик, будто хотел взорвать его силой взгляда. — Вы всё же сомневаетесь во мне, молодой человек, — Одо молчал: он всё-таки недооценил его, — Я полагаю, в дротиках не сильное успокоительное. Одо молчал. Лицо Шерлока посерьёзнело и он снова обратился к юноше. — Вы могли выставить меня убийцей, выстрели я в него из этого транквилизатора. — Зато всё будет справедливо, — он так и не отвёл взгляд от дротика, — Он это заслужил. — Молодой человек, приговор должен вынести один из двенадцати баранов, сидящим в зале суда. Самосуд тоже карается законом. — Поймите меня правильно, мистер Холмс, — голос Одо почти перешёл на крик, — Он не человек, он не тот, кто заслуживает жить! — Убийство не выход, юноша, — Шерлок тоже начал терять терпение, — Его нужно обезвредить, использовать против него его же оружие, не нужно убивать каждого, кто мог бы этого заслуживать! — Я думал, вы поймёте меня, —с горечью в голосе сказал Одо, — Поддержите… — Не в моём положении поддерживать убийства. — Думаете, если служите закону, то совершать убийства не в ваших интересах? Учтите, если бы вы были мной, вы бы тоже захотели это сделать. — Я не служу закону, делай то, что считаешь нужным, — Одо даже удивился, что детектив не начал снова пытаться уберечь его от неправильного выбора, — Я лишь предупредил тебя: это может стать необратимым. Я вижу, ты жесток, но убить ты не способен, — Шерлок взял со стола дротик, засунул обратно в транквилизатор и протянул Одо, — Делай то, что считаешь нужным. Дав Одо выбор, Шерлок заметил, что он колеблется, что он уже не так уверен в том, что намерен был сделать с его главарём каждый, кого хоть немного посвятили в дела, которые он совершает. Одо вздохнул, но всё равно взял своё оружие обратно и положил к себе в карман. — Я вам всё скажу, — Одо подошёл к окну и начал всматриваться в машины, пикапы, трейлеры, по прежнему стоящие на стоянке, — Всё, что знаю. Возможно, меня убьют, но я буду знать, что умер не напрасно. Подойдите к окну. Видите, тот серый пикап? Шерлок пригляделся: вдали от всех машин действительно стоял серый пикап. Машина была среди высокой травы, но трава вокруг выглядела не тронутой, будто и не заезжала туда, будто её опустили туда на кране. — Странно, не так ли, — почти шёпотом, сказал Одо, будто прочитав его мысли, — эта машина никогда не съезжала с этого места. Мы старались поддерживать её в хорошем состоянии, чтобы её не эвакуировали. Она обустроена под наш тайный вход в бункер, так же построенный нами. В совершенной тайне. Он творит там ужасные вещи. Вам нужно всего лишь усыпить его, так и быть, я заменю дротик. Когда я впущу вас туда, я позову полицейскую бригаду к вам на помощь. Наш главарь очень бдителен и если полицейские войдут туда раньше, чем это сделаете вы, то они узнают об этом, найдут способ, как сбежать прямо у вас под носом и убьют вас в ваших же постелях. Ваш друг там не единственный, кого они похитили, эти люди ещё не знают что их ждёт. Почему я сказал, что он убивает не сразу, так это потому что чтобы свести человека с ума, обычно, ему нужно три дня, поэтому у нас не так много времени. Шерлок молчал. Он не отрываясь смотрел на серый пикап, который стал заметнее благодаря наступающему рассвету. Небо постепенно светлело, фонари, как по команде, одновременно погасли: ночь прошла, наступило утро. Начало ужаса, страданий и неизвестности. Три дня. Всего три коротких дня. Именно столько потребовалось, чтобы свести обоих с ума.