утешай

какаши приходит с задания довольно уставшим и расстроенным. поздним вечером, когда еще не время спать, но и любые дела прекращаются в пользу отдыха. хатаке тяжело вваливается в квартиру, снимает ботинки и молча проходит в комнату. обито только оборачивается, на секунду отвлекаясь от готовки. он весь день дома из-за ночной миссии. учиха не понимает такого непривычного поведения какаши. тот, придя домой, по обыкновению хотя бы чмокнет обито, прежде чем пойти в ванную или еще куда-то. сейчас он даже не посмотрел в его сторону, словно учихи и нет. обито это это сильно насторожило. наконец, какаши появился в кухне. он не включает свет, тихо подходит сзади и еле ощутимо обнимает. опускает голову на плечо и замирает. они стоят так, по ощущениям невыносимо долго, пока обито продолжает готовить. хатаке всегда так делал после тяжелого дня: просто подходил и обнимал, наслаждаясь тишиной и спокойствием дома. наконец учиха поворачивается к хатаке и обнимает в ответ, прижимаясь всем телом. обито немного отстраняется, смотрит в разные глаза какаши, его взгляд такой грустный, уставший и тяжелый. учиха аккуратно снимает маску, вспоминая, как какаши обещал ходить дома без нее. тот реагирует на действия, ответно смотрит в любимые глаза и поддаётся парню. обито тихонько целует его, оставляет совсем легкий, неощутимый поцелуй на губах, это как поддержка, как что-то необходимое прямо сейчас. обито задабривает его, чтобы разузнать, что же случилось, почему какаши такой. но сначала нужно успокоить, привести в себя, потому что хатаке ощутимо дрожит. то ли от холода, то ли от перенапряжения. он прячет лицо, тыкается в грудь обито, крепче обнимает. учиха не выдерживает. — солнце, ты чего такой? я могу помочь? — обито аккуратно спрашивает, совсем тихо, поглаживая непослушные серебристые волосы. — я же вижу, что что-то случилось… какаши молчит какое-то время. потом поднимает голову и легко улыбается. – все хорошо, просто завал на работе. ты же знаешь, служба в анбу дело не из легких. — какаши пытается выглядеть непринуждённым, но обито видит. — эй, не надо врать. я же все вижу, какаши. не бойся рассказать мне. хатаке вмиг делается серьезным, даже немного напуганным. обито не прекращает поглаживать щеку какаши большим пальцем, второй рукой придерживая за талию. — у нас там завал просто. ничего особен… — какаши, хватит врать. — обито прекрасно знает, что завал всегда, но такой какаши именно сегодня. почему тот не рассказывает? — пожалуйста, расскажи мне правду, я же хочу помочь… — мы сегодня нашли одного из коноховцев. я там не был, но мне показали фото, в каком состоянии был его… труп, и я… я не знаю как сказать!… — обито замер, слушая рассказ. он подозревал, какого содержания были фото, которые ему показали. — он был… он был похож на тебя, и я… какаши прижался к груди обито, такой спасительной и теплой, всхлипнул и затих, все еще дрожа. — я всю дорогу думал, что это ты… я еще вдобавок так устал, нас мотали, как псов каких-то по городам. — хатаке все больше всхлипывал, пока совсем не начал плакать. — п-прости меня… – малыш, ты чего? — обито ласково шептал на ухо самые нужные слова сейчас — все же хорошо, ты дома, я люблю тебя… больше всего на свете, какаши, я люблю тебя. какаши постепенно затих, успокоился. но обито продолжает говорить, как любит его, что все хорошо и он рядом. вдруг, обито переменился. — эй, солнце, хочешь я помогу тебе отдохнуть? мне кажется, тебе не помешает. обито провел пальцем по груди какаши, спускаясь к животу. тот сначала растерялся, а потом подхватил идею расслабится. они идут в комнату, учиха толкает парня на кровать, сам почти садится сверху. хатаке лезет под футболку, поглаживает по спине, совсем низко. целуются, уже вожделенно, нетерпеливо, но все так же ласково. обито снимает белье, стоит перед ним почти голый, какаши касается бедра, притягивает к себе ближе. учиха опирается на его плечи, пока совсем не садится сверху хатаке, сжимая его своими слегка пышными бедрами чуть ниже пояса. светловолосый лезет под футболку, оглаживает мягкий животик, грудь, бока, все то, что так любит в теле обито. учиха не снимает футболку, все же в комнате немного прохладно. а какаши безудержно лезет под нее, обхватывает соски сначала пальцами, тогда обито чуть слышно охает, а потом губами, проводя языком, легонько прикусывая. обито заходится в совсем тихих стонах-поскуливаниях, вцепляется в шевелюру какаши, тяжело, быстро дышит. какаши заканчивает с сосками, отпуская их совсем мокрыми, еще раз облизывает, на что обито дрожит и ерзает на коленях хатаке. он поднимается к шее, оставляет засосы, обито скулит, смотрит в потолок. по щекам текут слезы, он прерывисто дышит. наконец, какаши оглаживает любимую задницу, проводит пальцем, потом сжимает рукой, немного грубо, от чего обито вскрикивает и дергает ею. хатаке легонько шлепает его на пробу, издевается. — какаши, давай уже… — зайчонок, ты так нетерпелив… впрочем, ладно. какаши снимает его с себя, раздевается, пока обито неловко стоит рядом, сдвинув ноги и потихоньку надрачивает сам себе, хватаясь свободной рукой за бедро. хатаке раскрывает руки, приглашая обито в объятия, тот подходит, но оказывается опрокинут на кровать. учиха пытается закрыться, краснеет, но мокрые глаза отсвечивают такой похотью, какая и не снилась никому. обито хочет какаши сильно, они давно не занимались этим, очень давно. какаши входит одним пальцем, вслушивается в реакцию нижнего, в его болезненные поскуливания, гладит по бедрам, животу, успокаивает. второй и третий палец добавляет, несмотря на болезненный стон, и протест в виде ёрзанья. — тшшш, зайка, расслабься, будет хорошо… — он шепчет на ухо, зацеловывая лицо, обито хватает воздух ртом, глаза судорожно бегают по родному лицу, но в конце концов теряют терпение, он грубо целует его, закидывает ногу на пояс. — ты готов?… уже? — хихикает какаши, но выходит из обито. он снимает трусы, оказываясь, так же как учиха в одной футболке. у обито по крайней мере это даже сексуально. его вид в одной большущей футболке и очаровательных трусах дико заводит какаши. — обито, ты должен будешь раздвинуть ноги. мне будет удобнее, если ты сделаешь это, малыш. — какаши трется головкой о дырочку, вызывая дрожь по всему телу и нетерпеливые стоны. обито раздвигает ноги, какаши входит. он делает это медленно и аккуратно, но учихе все равно очень больно. брюнет сильно сжимает его собой, бедрами и расцарапывает плечи под футболкой. светловолосому тоже не очень приятно, он останавливается, давая возможность привыкнуть, а сам успокаивает нижнего. — тихо, маленький, тихо… просто расслабься… — шепчет он на ушко любимому, но тот всхлипывает, но предпринимает попытки расслабится. наконец давление внутри уменьшается, какаши понимает, что может толкаться. обито извивается под ним, просит целоваться постянно, пока губы не устают. он стонет почти неслышно, но хатаке видит, как горит алый шаринган в полутьме комнаты, расфокусированность его глаз, слышит рваное дыхание. верхний двигается грубее и быстрее, поднимает ноги обито на верх, отчего тот почти вскрикивает, разводит в стороны, до синяков сжимает бедра и зад. обито совсем тихо, между стонами и глубокими поцелуями, отчаянно шепчет имя какаши, хватаясь за простыни. хатаке аккуратно переворачивает любимого на бок, продолжая двигаться, обито поджимает ноги, пытается принять удобное положение. в такой позе есть своя изюминка, точно есть. какаши задирает его ногу, ускоряется, вслушиваясь в сладкие стоны, он двигается то плавно, то рывками, без ритма, тем самым доводя обито почти до истерики. обито не выдерживает и просит поменять позу, какаши уже придумал какую. он садится на край кровати и обито сверху, на член. какаши заглядывает в его мокрые глаза, понимая, какой же он очаровательный, когда возбужден. красные щеки, слезы на них, всхлипы и стоны, приоткрытый рот, губы, немеющие с каждым новым поцелуем, оставляющим без воздуха. все это какаши невероятно любит. еще он любит тело обито: широкую, мягкую грудь, совсем мягкий животик, который учиха иногда позволяет мять, пышные бедра, красивая задница, красивая, особенно когда обито выгибается или сидит на какаши. какаши чувствует, что близок к оргазму. — оби, хочешь… кончить? — спрашивает он на ушко, тихонько, обито только кивает, продолжая двигаться сам. какаши ласкает член обито, даже не замечая этой реакции, когда тот сильнее всхлипывает, они чувствуют друг друга, потому что так близки. все заходится цветными вспышками перед глазами, обито дрожит, какаши тянется за поцелуем. он выходит ленивым, нежным. они ложатся в кровать, обито долго отходит от секса, ему присуще это всегда. хатаке аккуратно кладет голову чуть ниже груди, не совсем на живот. учиха поглаживает его шевелюру. — я люблю тебя, обито. — я тебя тоже, котенок.

***

они перемещаются на кухню, там обито продолжает готовку, какаши играется с их кошкой. обито счастлив, наблюдая такую идиллию, его маленькое счастье, такое обычное, такое нужное и ласковое. их любовь такая большая, но такая домашняя, тихая и спокойная, размеренная и невероятная. она везде: в их доме, чашках дешевого чая, теплой постели рано утром, мятой одежде, рядом стоящих зубных щеток, поцелуях, в игрушках для кошки, в распечатанных фотках, висящих на стене на кухне, их так любит обито, в спонтанном сексе на кухне, в сладостях, что покупает какаши специально для обито. в тихих разговоров по ночам, после кошмара, в ромашках с окраины города и в чувствах. в дрожащих руках, слезах, улыбках и касаниях. их счастье в них самих, в их сердцах, во всем, к чему прикасаются. обито счастье какаши, а какаши счастье обито.