Джереми Гилберт

***

До начала ключевых событий, после которых в Мистик Фоллс начнётся ад - осталось не так уж и много времени. Он не помнил точную дату. Он даже не помнил какое это время года, но Джереми всем нутром чувствовал, что этого момента осталось ждать не долго. Любой другой на его месте - взволновался, начал бы тратить все силы на организацию "запасного" плана, который помог бы ему избежать подобных событий. Джереми же решил не париться на этот счёт. Он бы всё равно не смог предусмотреть все варианты разворачивающихся событий. Что-то бы точно пошло не так. Это не стоит нервов. А они не восстанавливаются.  Многие важные моменты сериала Джереми забыл. Его память довольно хороша, но нельзя помнить события из "Дневники чего-то там" в подробностях. Тем более, что он и в прошлой жизни смотрел его мельком, и то - не досмотрел. К счастью, у него есть верный друг, который поможет ему в преодолении трудностей - интуиция. Когда есть шестое чувство - не нужен никто. Особенно, когда это чувство очень развито.  Гилберт ещё в юном возрасте раздумывал о том, чтобы записать свои воспоминания. Он и до этого был весьма параноидален, поэтому его разум не позволил ему сделать это.  "Мало ли, как эти бледные придурки поступили?" - подумал он. Если кто-нибудь из них обделался перед судьбой - парень не хотел бы знать об этом. К тому же, он бы продолжил мучить себя мыслями, что кто-то мог бы без спроса взять и прочитать записи о его переживаниях. В общем это не было хорошей идеей. Постоянно беспокоиться об этом не особо приятно. Поседел бы раньше срока… Есть, конечно, множество способов зашифровать текст. Но он не стал бы этого делать. Уже прошло достаточно времени, чтобы многое стёрлось в его памяти за время реабилитации в этом мире. Но Джереми помнил, что с оригинальным парнем всё было хорошо в дальнейшем. Самое главное - он живой. Куда же заведёт его собственный характер - знает только Бог. Джереми всегда хотелось называть себя самым обычным парнем. Да, как в самых типичных мультфильмах для детей. И он не отказывался от этого желания, хотя глубоко внутри знал, что это не так. Одно его перерождение или попадание в это тело - уже о многом говорит. Этот секрет он унесёт с собой в могилу. Есть вещи, которые не стоит рассказывать, никому и никогда. Будущее укрыто туманом, но даже это не мешает понять, что оно будет не простым. По возможности, он не только слепой, но и тупой. Как говорится, можно не обращать внимание на проблему, пока она не заявит о себе сама. По крайней мере, он постарается ни чем выдать о своей осведомлённости. О, нельзя передать словами, как бы он хотел не связываться со всей этой сверхъестественной чушью, но к огромному сожалению всё разворачивается вокруг его семьи. Он постарается присматривать за "взрослой", как она считает, сестрёнкой. По мере своих возможностей, конечно. За все годы, его постепенного взросления,  миссис и мистер Гилберты , так и не стали для него родителями. Ни разу, он не обратился к ним, как к родным. Он даже не пытался. У него были только единственные мама и папа. В другом мире. Большую часть времени, непризнанные им родители были заняты друг другом или работой. Миранда была очень чувствительной и тонкой натурой, поэтому Джереми не обманывался, она когда-нибудь заметит. В прочем, это не помешало ему настаивать на своём. Когда он хотел привлечь их внимание, то всегда начинал с простых фраз: "Доброе утро, как дела?" "Привет." "Эм-мм, я хотел у тебя спросить." Ничего сложного в том, чтобы находить простые и не выходящие за рамки его комфорта темы для разговоров. Это похоже на те случаи, когда ты забываешь имя учителя. Поэтому, чтобы узнать ответ на свой вопрос или просьбу, всегда зовёшь его с таким началом предложения: "Извините!". А также поднимаешь руку - вот и всё, никаких проблем. Возможно, его так называемая мать уже знает. Учитывая то, как иногда Миранда одаривает его внимательным взглядом, как всевидящее око. Джереми ожидал, что его схватят за руку, чтобы наконец серьезно поговорить. Иногда это заставляло его нервничать, потому что он никогда не будет звать их так, как они хотят. Для него это не просто слова. Это признание. Он никогда не предаст своих настоящих родителей. Они "живы" в его воспоминаниях. О его странном поведении на этот счёт разговора никто не заводил, поэтому всё было относительно спокойно. Самое главное - он не смог бы объяснить причину своего "отдаленного" отношения к ним. А если бы и смог - попал бы к психологу. После терапии он стал бы ещё большим изгоем, так как в настолько маленьком городе очень сложно сохранить что-то в секрете.  Джереми совершенно не доверял родителям, поэтому никогда не делал записей о своих переживаниях и мыслях. Найди кто его писанину, он очень сомневается, что этот кто-то смог бы удержать своё любопытство. Первое время было сложно держать всё в себе. Это ощущалось, как постепенно нарастающий ком, готовый вот-вот взорваться. Он не сможет пересчитать в своём уме, как много раз он хотел поделиться о произошедшим с ним с маленькой Гилберт. Это желание останавливало понимание, что она совсем ребёнок, и даже будь она в более сознательном возрасте - не приняла бы эту информацию. Не смотря на своё раздражение рядом с ней, он чувствовал к неё некую родственную связь. Чего нельзя сказать по отношению к взрослым. К тому же, ему казалось, что это он является старшим ребёнком в семье, нежели Елена. Это было неудивительно, ведь если не обращать внимание на его юное тело, то он вполне себе взрослый человек. Гильберт не испытывал давление со стороны "родных". Или просто его не чувствовал. Жизнь продолжается, так что он занимался своими делами: читал книги, хорошо учился и ходил на несколько кружков. Да, он делал это. Это был не кружок рисования или плавания, как можно подумать. Фехтование и самооборона. Его возраст позволял их посещать. Это было очень интересно. Джереми ещё долго этим довольствовался.  Пока не сломал ногу… Это случилось неожиданно. Не в том смысле: "Ёу, man - такое всегда случается неожиданно!". А в том, что такого вообще не должно было произойти! Это так вселенная наказывает его за не послушание? На нём что, лежит проклятье? Это, конечно, особо его не расстроило. Просто было очень болезненно. Подобными дисциплинами он занимался только ради того, чтобы занять своё время. А не как многие могли подумать. Как Джереми говорил ранее, на этот счет он не волновался. Правда, перелом был настолько тяжёлым, что оставил его хромым на всю жизнь..  Нога не помеха приключениям, поэтому он увлёкся стрельбой из лука. В чём также преуспевал. Один минус подобных развлечений - расположение. Даже не смотря на то, что его город для своего размера хорошо развит и многочисленнен, в нём отсутствовали подобные кружки. Однако, с занятиями самообороной все было в порядке. Она на все случаи жизни. Всегда и везде может пригодится. Например: не раз происходили очень интересные случаи. Он просто возвращался домой поздно вечером, и тут на его булке очутилась чья то рука. Он быстро повернулся и обнаружил за своей спиной «брутальное» лицо местного алкаша. Это было смешно и страшно. Но в тот раз, настроения сражаться с этим джедаем не было. Да. В Мистик Фолс некоторые люди были до смешного странными, но в большинстве своем безобидные.  Для тренировок приходилось тащить свой зад в соседний город - Ричмонд. Благо ехать туда час пути. Взрослые, и ответственные за его жизнь, люди старались сами отвозить его. К сожалению, им не всегда это удавалось. Поэтому - ноги в руки и живо побежал на автобус!.. Первые самостоятельные поездки были тяжёлыми. Особенно в новый город, в котором он ничего не знает. Хоть он и не знал каждого жителя Мистик Фоллса, но все места были ему известны. Здесь же, Джереми знал, как разве что добраться до нужного ему здания. В остальном все по нулям. Его мозг постоянно играл с ним злую шутку. Он итак был достаточно недоверчивым в плане знакомств с незнакомыми людьми. А тут эта планка поднялась ещё выше. На это влияло осознание того, что в Ричмонде может находиться много опасных существ: вампиры, ведьмы и другие уроды.. Возможно, он мыслил весьма стереотипно. Ну, не может же в каждом городе быть по своей твари? Не может же?.. Хорошо, что он так и думал.  Первые месяцы было совсем глухо. Все люди были просто людьми. Джереми мог на время расслабиться. Ничего не происходило. Однако, все оказалось не так просто и расслабился он рано. Один человек столкнулся с ним около темного переулка. Как раз около такого, куда обычно заманивают своих жертв, чтобы убить, или съесть, как бы драматично и тупо это не звучало. "Ой, извините меня пожалуйста! Я вас не заметила." - мило улыбнулась высокая девушка,  вылетевшая из поворота. "Ничего." - нахмурившись, Джереми понял, что это явно не случайное столкновение. Внутренняя чуйка подсказывала ему, что это особа, не та, за кого себя выдает. Внутри скопился неприятный ком, который кажется вот-вот загорелся бы. Стараясь поскорее убраться от нее подальше, Гилберт почти ее обошёл, но вдруг его резко схватили за руку и сильно дёрнули назад, да так что он чуть не упал. От неожиданности, он вскрикнул: "Какого..?!" "Извини, извини! Переборщила, хотя по чем мне знать? Может тебе нравится легкое насилие?" - с ухмылкой произнесла девушка. "Как тебя зовут? Я Грейс. Может сходим куда-нибудь вместе." - выстреливая словами,  словно из автомата, девушка с каждой фразой всё ближе и ближе подходила к нему. За какие-то секунды она успела прижаться к нему так, что можно было увидеть её декольте.  Точно специально..! Джереми уже был подростком. Гормонам было тяжело справляться с подобными ситуациями. Не то чтобы он обращал внимание на противоположный пол, но в данном возрасте подобной сценой его легко было вывести из зоны комфорта. В голову могли лезть разные мысли. От возмущения до сильного смущения, и даже лёгкого возбуждения. Что, к его большому сожалению, было сложно контролировать. Поэтому раскрасневшись, он целых несколько секунд не мог отвести взгляда от её пышной груди, которая показалось ему достаточно красивой. "Что ты делаешь, придурок?! Она явно вампир! Хочет заманить тебя, используя твой чрезмерный спермотоксикоз, чтобы съесть. Это ни к чему хорошему не приведёт.!" -разозлился на свою реакцию Джереми. Еле переборов собственную неловкость, Гилберт сам не заметил, как выдал себя, громко сглотнув накопившуюся слюну. От осознания у него в шоке расширились глаза, скорее едва, учитывая его невыразительность. Он крепко зажмурившись - отвернулся. Потому что больше не мог отвлекаться на этот соблазн. "Отвали!" - сил его хватило только на один возмущённый грубый ответ. Время текло своим обычным чередом, но для него оно казалось очень долгим. За это времяпровождения с этой оторвой, он сильно запыхался, так как непроизвольно задерживал дыхание.   Сильно оттолкнув её, Гилберт, чрезмерно смущённый, рванул в сторону. На мгновение, он не смог удержать себя от того, чтобы удостовериться, упала ли она. Нет. Его силы не хватило, чтобы оттолкнуть её подальше. На своих двух она держалась довольно уверенно, к тому же её затаенная сила не позволяла причинять ей вред. Тем временем, Джереми было уже не важно куда бежать. Главное - подальше. В данную минуту, он позабыл о том, что может опоздать на автобус, и что совершенно не имеет понятия, как потом уехать назад. Остановившись перевести дух, Джереми обнаружил себя в самой глубине города. Ну, это он так думал. На самом деле - на его окраине.  "Вот, чёрт!." - устало вздохнув, он одним быстрым движением вытащил телефон. В этом случае оставался только один человек, которому он мог позвонить.  "Я пропустил автобус." - перешёл сразу к делу, как только услышал голос собеседника.  На том конце послышался громкий выдох. Было сложно распознать звуки от раздражения или смирения со сложившимися обстоятельствами. На некоторое время возникла тишина, Джереми уже думал спросить, чтобы удостовериться на звонке ли он.  "Где ты сейчас?" - вдруг перебил его попытку низкий голос мужчины.  "Я скину геолокацию." - стоило ему это произнести, как, на абсолютно безлюдной улице, словно эхо раздался звон сброшенного звонка.  В действительности, было настолько тихо, что Гилберт мог слышать собственное дыхание. Звон был в его телефоне. В его голове. Не то чтобы его сильно расстроило холодное отношение Августина Гилберта, это было вполне ожидаемо. Всё таки после перелома ноги, их взаимодействия окончательно испортились. От части, он был счастлив, что не успел достаточно сблизиться с этим человеком. Но отрицать не будет, сначала такой неожиданный поворот событий его расстроил и оставил в замешательстве. Потому что не смотря на мелкие дрязги в кругу семьи, он оставался хорошим сыном. Успехи не только в учёбе, но и других дисциплинах, за которые стоило ему только взяться говорили о нем в положительном ключе. Это уже не говоря о его спокойном поведении. Как бы он не хотел этого делать, но просто не мог не проводить параллели между ним и Леной. Конечно, она девочка, поэтому стоило быть понимающим. Первое время он таким и был. Терпение рано или поздно заканчивается. Джереми ни в коем случае не стал устраивать скандал или заводить серьёзный разговор. Просто его отношение перестало быть уступчивым. Теперь, если он и вправду чего-то не хотел, то не шёл на перекор собственным чувствам. В самые редкие моменты, Миранда могла уговорить его. Пожалуй, только она была на это способна. Можно даже сказать, - она была ему другом.  Уже в машине, оторвавшись от собственных размышлений, Джереми понял, что так и не почувствовал от той девушки угрозы. Значит столкновение и в правду было случайным. А всё, что произошло после него - всего лишь глупый флирт. Он ни за что не признает, что почти повёлся.  Фыркнув, Гилберт расслабленно откинулся на сиденье. Спокойно наблюдая за пейзажами, он не чувствовал на себе странного взгляда, который был брошен на него взрослым. Он уже не о чём не думал. Ему просто хотелось поскорее оказаться дома. 

***

Это был не первый раз, когда ему пришлось столкнуться с нечистью. После него Джереми стал более внимательным к собственным ощущениям. Поэтому знал, что остальные "дружелюбные люди" отнюдь ими не были. К счастью для него, все они действовали одинаково. Не оставляли попыток разговорить его, расположить к себе. Не смотря на их милые лица, он всё равно пресекал их. И что самое главное - не смотрел им в глаза. Иначе всё сопротивление было бы зря. Надо совсем быть идиотом, чтобы так себя подставить. И с каждым таким неожиданным "столкновением" его внутренняя чуйка больше прогрессировала.  Достаточно нескольких метров, чтобы его так называемый радар смог засечь неприятеля. Без него он бы наверняка повёлся. В толпе сложно понять, кто конкретно не является человеком. Но когда этот индивид оказывается достаточно близко к нему, интуиция будто сигналкой кричит в его голове: "Это он! Он!". В такие моменты его организм будто бы становился не подвластен ему. Положение его рук и, в принципе всего тела, само по себе становилось закрытым. Руки в карманах, голова слегка опущена и повёрнута в сторону. Будто всё его естество начинает сливаться с окружающим, будто не будь людей вокруг это бы не помешало ему спрятаться в тени домов или фонарей.  Таким способом, Джереми окончательно уверился, что в этой жизни у него была своя булочка с повидлом. Волшебная чуйка. О, как звучит! Ласкает слух. Не хватает только паутины. Был бы вылитый человек паук.  По началу, Гилберт думал, что она помогает определять опасность в окружающих. С помощью неё сразу становилось понятно, кто потенциальный враг. В детстве, это было просто не сформированное чувство. Нельзя было определить суть нечисти перед ним. Только то, что она нечисть. Теперь, у него поднялся уровень. Уверенный в своих думах, Джереми сам себя подставил.  Это произошло тогда, когда он решил прогуляться в лесу. Это было не так уж и далеко от кладбища. Ему было нечего там делать, ведь все родственники пока что были живы. Если бы мог, Джереми помешал бы произойти аварии на мосте, приведшей семью Гилберт к такой большой потере. Всё таки он не был настолько бесчеловечен, и откликнулся бы на чью-то беду. Судьба "родителей" была ему не безразлична, пусть они и не были довольно близки.  Как он и думал, за эти годы многое уже успело вылететь из его головы,  хотя память у него была довольно хорошей. Поэтому Джереми, как бы не хотел, не мог знать, когда всё начинается.  Итак, прогуливаясь тогда в лесу ему просто хотелось отдохнуть от городской суеты. Не то чтобы у него были друзья, но это не значит, что он не мог развлекаться сам с собой. Отчасти, было немного одиноко… Ему так и не удалось найти компанию со схожими интересами. Были приятели и знакомые. Но он не считал их теми людьми, которым можно было бы открыться и рассказать о своих переживаниях. Каждый раз, когда Джереми пытался преодолеть собственный барьер и перейти на новый этап общения - внутри всегда начинало скапливаться напряжение. Он списывал это на проходящую мимо малышку-Беннет. Всё таки в такой обстановке сложно чувствовать себя расслабленно.  Джереми в один из тёплых дней решил вкусно перекусить на открытом воздухе в лесу. Прихватив с собой книжки и плед. Вроде бы ничего не могло ему помешать. Елена занята Мэттом, а родители на работе. Пока стрелка часов не пробила полдень Гилберт собрал все пожитки и направился домой. Он был в прекрасном расположении духа. Всё это продолжалось до тех пор, пока он не почувствовал опасность. Он не мог понять откуда конкретно она исходит, концентрацию прервали неожиданно всплывшие мысли. В голове, как наяву, появились картинки того, как где-то за деревом за ним наблюдает какой-нибудь кровосос. Пристально наблюдает за ним, чтобы в следующую секунду подкатить к нему с клыками. Глупо моргнув, Джереми, не контролируя себя, начал сильно паниковать. Его движения, дыхание и сердцебиение - ускорились, пока глаза всё время пытались что-то высмотреть в деревьях. В следующий миг, ноги уже сами двигали его в неизвестном направлении. Не было никакой тропинки. Иногда он крутился - нервно оборачивался и ходил, то назад, то вперёд. Из-за этого его путь лежал то крутыми зигзагами, то змейкой. Опасность всё нарастала.  Опасность всё нарастала. Казалось, он не отдаляется, а наоборот приближается к своей смерти. Будто опасное существо заманивает его в ловушку. Играется с ним и наслаждается его страхом. Вдруг резкий хлопок в груди подсказал, что он достиг точки невозврата. В этот самый момент раздался звонкий щелчок, его нога подогнулась, когда что-то неожиданно взяло его в тиски. Крик эхом прошёлся по всей опушке.  "Господи, как же больно.." - скуля от боли, постоянно думал Джереми. Он сильно согнулся над раненной ногой. Едва качаясь, из его горла раздавался громкий плач редко сменяясь хрипами. Это был капкан. Чёртов железный, хрен знает сколько здесь пролежавший, капкан. В этом лесу даже ловить не кого.  "Кроме разве что него." - ехидно подсказало подсознание.  В Мистик Фоллс не водилось особо крупных животных. Максимум на кого можно было наткнуться, так это на белок и зайчат. Пумы и волки? Большая редкость, настолько, что разве что встречаются раз в десятки лет. Да и охота была строго запрещена. Так какого, чёрт возьми, хрена? "А-а" - горько срывалось с его рта, иногда он тихо звал на помощь, будто все его силы уходили на то, чтобы плакать.  "Помогите! Кто-нибудь!" - резко выкрикнул Джереми, поднимая голову к верху. Через секунду, вновь сгорбившись над своим телом он тихо зашептал: "Хнммм, мама.. папа.." - в голове возникли воспоминания о настоящих родителях из того, уже недостижимого для него, мира. Казалось, прошла целая вечность, пока Гилберт, не собрав все остатки своих сил, не начал аккуратно капаться в карманах, чтобы лишний раз не тревожить ногу. Но как в любом жанре типичных ужасов, стоило ему достать телефон для звонка, как выяснилось, что он был разряжен.   "Сука!.." - выкрикивая все возможные проклятья, Джереми, наплевав на всё, сильно бил телефон по рядом лежащему камню. Хоть здесь ему повезло.  Оставшееся время, всё что он мог - попеременно всхлипывая, опустошенно смотреть на землю. Он не знал сколько прошло уже времени, окончательно пришел в себя он только тогда, когда заметил, что начало темнеть. Ещё до того, как его наполнила апатия - Джереми, воспользовавшись переполняющими его эмоциями, попытался раскрыть челюсти капкана. Но растратив все силы ещё в самом начале - он только ещё больше потревожил и так повреждённую ногу. В итоге, всё, на что ему хватило отчаянных сил - более менее перевязать ногу жгутом. Воспользовавшись собственным ремнём, он перекрыл кровь, чтобы не умереть от кровотечения. Челюсти этого капкана были настроены так, чтобы жертва перед тем как выбраться, хотя бы хорошо помучилась. Открытый перелом говорил, что ему будет ой как не просто добраться до города.  Когда окончательно стемнело, Джереми восстановившись, сел в удобную позу. Приготовившись, он вновь вцепился в челюсти и приготовился приложить все силы, чтобы вытащить свою ногу. В ином случае ему предстояло просто в одиночестве умереть в лесу. "Ладно.. Всё хорошо." - судорожно дыша, утешал себя Гилберт.  Резко навалившись на капкан, Джереми почти выбрался. Но у его тела были другие планы. Руки задрожали. Усталость всё больше накатывала. Мокрое лицо покраснело от напряжения. Закричав от отчаяния, он приложил все крохи своих сил и окончательно раскрыл капкан, наконец вытащив ногу. Одновременно с этим он  быстро отскочил от злополучного места подальше. Джереми больно прокатился по земле. Он успел услышать звук вновь захлопнувшего капкана. В этот момент, он был опустошён - мечущиеся галопом мысли не могли пробить барьер шока. Словно вся энергия, которая могла бы быть потрачена на размышления, ушла вместе с другими крохами сил на освобождения себя из маленькой ловушки смерти. Собственные чувства не вызвали отторжения, так как в данную минуту в его сердце успело закрасться облегчение. Будто только сейчас, он понял всю ценность не только своей жизни, но и свободы. Каждый в этом мире наверняка наивно думает, что с ним никогда ничего опасного не произойдёт. Что все аварии и другие катастрофы происходят с остальными несчастными людьми - не везучими. Не приходит мысль, что садясь в машину, можешь попасть в аварию, что гуляя в лесу - наткнёшься на медведя. И даже у него не появлялось такой мысли, что он может попросту глупо не дожить до всех ключевых событий. Будто его аура уже освещена удачей, которая обязательно проконтролирует его выживание, хотя бы до определённого момента. Вот только ничего такого нет. Он такой же, как и другие люди, и также подвержен разным неожиданным опасным происшествиям. Стоило судьбе или матушке-жизни дать ему затрещину, как к нему пришло осознание. Не стоит так легкомысленно относится к своей безопасности. Если нужно потерпи, опоздай, но перейди дорогу на положенном месте, смотри по сторонам, смотри под ноги, не доверяй незнакомцам. Держи при себе что-то, что угодно, что способно обеспечить тебе хоть какую-то оборону. И сдаваться, никогда нельзя давать слабину. В ином случае, имей он более слабую силу духа, то не только не выбрался бы, но и не смог дождаться помощи. Это была бы медленная и мучительная смерть. Дрожа всем телом, Гилберт кое как, цепляясь за всё, что можно, поднялся с холодной земли. У него не было фонарика или любого другого средства предоставляющего его. Поэтому ему оставалось в слепую ковылять по направлению к городу. Не смотря на все неудачи за этот день, он был по настоящему счастлив. Теперь он был на свободе. У него были весомые шансы выжить. Даже боль не смогла убавить градус его положительных эмоций. Осталось только дойти до ближайшего здания, в котором люди смогли бы помочь ему. Уверенность в собственном ближайшим благополучным будущим расслабила его. Тем более, находясь в знакомом, до мелких домов, городе в голове даже не зародилось и капли опасения, что может произойти нечто подобное. Он, конечно, не смог бы предусмотреть все варианты, но раз такое произошло, то для начала ему следовало держать себя в руках. Кто знает, может не попал бы тогда из-за своей же глупости в чёртов капкан. До больницы он добрался только под утро.  Из-за того, что Джереми никого не предупредил о своём спонтанном уходе его поиски происходили в городе. Ни у кого из служащий полиции и мысли не возникло, что он может быть где то ещё. Например - мёртвый в каких-нибудь колючих кустах. В прочем, он их за это не винил, весь его негатив ушёл на телефон. Он был старым и кнопочным, так что Гилберт даже не жалеет, давно хотел это сделать. Разыскивать его начали совсем в позднее время, то есть пока он тусовался наедине с железной сукой, родных только потом посетило беспокойство. Сначала всё начинается с звонков на телефон, затем простое ожидание в коридоре, где бы они могли застать его вернувшимся с прогулки. Так всегда происходит. Только потом, когда он решил, что мерзкая железка уже вдоволь пофлиртовала с его бедной ногой, полиция была в курсе его пропажи. Поэтому его рассуждения ранее по поводу того, что он не дожил бы до оказания более профессиональной помощи - верны. Возможно, прошло бы несколько дней, когда служители порядка наконец решились осмотреть другие окрестности. Благо, он решил не тешить себя надеждами. Он сам себя спас.  Нога заимела витиеватый шрам, не уродливый, как можно было подумать. В особо плохую погоду она особенно сильно болела. Обезболивающие не всегда помогали, разве что сильнодействующие мази. Кроме того, пришлось для собственного комфорта надевать утягивающие повязки. Чем то напоминает те самые наколенники волейболистов. В его случае чуть выше лодыжки. Повязки по большем счёту были длинные, некоторые из них достигали колена, а то и выше. В общем не осведомлённый человек мог бы подумать, что он активно занимается беговым спортом. Или похожим на него. К его огромному счастью, человека, что поставил капкан в лесу, нашли и посадили. Разбирались с ним не долго, так как смертоносных ловушек, к ужасу жителей Мистик Фолса, было много. На радость других, обеспокоенных безопасностью своих детей, родителей его случай был единственный. Он нутром чувствует, что они рады, что это именно он оказался в этой ситуации, а вовсе не их непоседливые дети. Конечно, сочувствие и жалость тоже присутствовала. Джереми не стал сопротивляться собственному любопытству, поэтому в подробностях узнал кто же тот был за человек. Оказалось, что это просто помешанный на охоте псих. Работает обычным механиком, весьма посредственным стоит сказать. В молодости был призёром многих наград по стрельбе, надо же... Не был местным, вынужденно переехал в их город из-за жены. Очень долго сдерживал своё желание, ради неё. Дама, оказалось, совершенно не переносила вида крови и была категорически против убийства невинных животных. Была веганом. Человеку, его закалки, было тяжело перейти с сочного вкусного мяса на траву. Неудивительно, что он не смог долго поддерживать подобный образ жизни после её смерти. Можно было просто закупиться в ближайшем магазине нужной ему едой, но он, как одержимый, скучал скорее по охоте. Выяснилось, что на самом деле его больше привлекал не такой способ добычи еды, а самое настоящее выслеживание добычи, наблюдать, как у неё медленно исчезает искра жизни. В общем, самый настоящий псих. Его жена была ангелочком, и видимо только своим мировоззрением смогла удерживать его сумасшедший пыл. Потому что, пока люди искали расставленные им капканы, умудрились на некоторые из них напороться. Каким способом, учитывая наличие специального оборудования, неизвестно. Он был не единственным пострадавшим. Поиски продлились не один месяц, так как преступник отказывался выдавать местонахождение ловушек. Ублюдок... Восстанавливаясь в больнице, Гилберт знал, что жители города ещё долгое время продолжали мусолить эту тему. Как обёртку от конфеты, поворачивали её итак и сяк, но всё будто было мало. Надо её и надорвать, и помять, и ещё немного повертеть. Даже когда это станет заезженной темой, Джереми был уверен, ему всё равно придётся слышать шепотки по углам. Первые дни многие медсёстры не могли удержать свой интерес, постоянно спрашивали о его переживаниях касающихся произошедшего: "Какого это было? Что ты чувствовал в этот момент? Это очень больно?". Пожалуй, самые глупые часто задаваемые вопросы. Это настолько вывело его из себя, что одной из таких недоумок он устроил самый худший день в её жизни. Просто дал максимально исчерпывающий все вопросы ответ. После этого, главврач, его отец, серьёзно поговорил со своими коллегами, и с ним тоже... Вернувшись в школу, все будто с ума посходили. Не особо приятно чувствовать на своей спине пристальное внимание группы человек. Особенно храбрые ребята пытались завести с ним разговор. Некоторые бесцеремонно спрашивали прямо в лоб, другие медленно и утомительно подходили к интересующейся для них теме. Ему по горло хватило внимания в больнице, поэтому он был очень "вежливым". Из-за его грубости и богатого словарного запаса у него сложилась неоднозначная репутация. Повариться в своём негативе ему не дала Елена, постоянно крутилась вокруг него, даже пыталась войти с ним в туалет!.. Беспредел. Щенячий взгляд Мэтта не смог переубедить её в своём решении, бегать за ним хвостиком. Кэролайн и её болтливый рот не могли оставить его в покое. В её понимании во всём был виноват он, ведь подружки не могли провести время вместе. К несчастью для неё, его сарказм и язвительность были на более высоком уровне. Это вынудило Елену, хотя он её к ни чему не принуждал, самой вести неудобные разговоры со сверстниками. Хотя в какой-то момент это и её довело до ручки, что смогло его весьма позабавить. Никому они ничего не говорили. Как бы их не уговаривали. Даже компании сестры ничего толком неизвестно. Только тот факт, что ему крайне не повезло. Обществу только дай то, что они хотят. Протянешь пальчик, откусят всю руку. Тем более, что таким способом интерес в глазах народа быстрее угас. Когда это случилось, он вместе с младшенькой смогли вздохнуть спокойно. Они настолько сблизились за это не простое время, что она была готова пригласить его в команду. Это мило, но ему этого не надо. Ему было достаточно всего краткого времени, что он успел провести с ними. Хотя она не оставляла попыток. Ненавязчиво само собой. Постепенно всё более-менее стало как раньше, не считая его взаимодействия с родными. Джереми не был глупым. Поэтому он не мог не заметить взгляды к его персоне от многих девушек. Он предполагает, что их привлекли деньги. Всё таки он был частью семьи одной из основателей города, а это даёт некоторые преимущества. К тому же, у него была довольно привлекательная внешность. По началу, многие подходили к нему, чтобы познакомиться. Гилберт, в силу своего замкнутого характера, отвергал все предложения. Если внимание женского пола было легко игнорировать, то редкий интерес в глазах мужского пола вызывало недоумение. Растерянность и неловкость. Когда это происходит один-два раза, то ничего страшного. На это не обращаешь внимание, ведь такое всегда бывает; может этот парень решил оценить его крутую кожаную куртку? Вот только потом, начинаешь замечать, что некоторые лица начинает встречаться слишком часто. Это быстро начинает быть достаточно подозрительным, в последствии чего начинаешь видеть всех. Сначала, конечно, по одному, а затем уже каждого. Это чертовски подозрительно. И ужасно раздражает… В какой-то момент, это настолько его вывело из себя, что Джереми просто подошёл к одному такому "сталкеру":   "Какие-то проблемы?" "Что?" - растеряно проговорил, смущённый его резкому приближению, парень. "Ты постоянно смотришь на меня. У тебя какие-то проблемы?" - ещё раз по слогам спросил он, - "Если так, может решим их сейчас? Не придётся тосковать по мне издалека."  "Что?! Нет!" - резко вскинул в защитном жесте руки, - "Вовсе нет, никаких проблем." Его щёки покраснели, делая обладателя похожим на свёклу. Он пытался ещё что-то сказать, но мог только неловко мять рукава. Подобное поведение вызвало недоумение у Джереми. Потому что, как можно быть настолько стеснительным и при этом пристально наблюдать за кем-то? Это либо игра, чтобы показаться невинным, либо…  Странно.  Сжалившись над его попытками, Джереми всё таки решил уточнить, и закончить на этом разговор: "Уверен?" "Мхм…" - он быстро закивал, как болванчик, пряча шею в плечах.  Джереми не стал тогда на это ничего отвечать. Это было итак достаточно неловко уже для них обоих. Поэтому он просто ушёл не оборачиваясь и постарался забыть об этом диалоге. Не стоит ему забивать себе этим голову. Забот полно. Однако в глубине своего сознания, он добавил в список всех этих подростков, и ненавязчиво узнал у остальных их имена. Как говорится в одной пословице: "бережённого Бог бережёт". В дальнейшем, пока не происходило ничего интересного, как например появление новенького, Гилберт для собственного морального благополучия перестал следить за окружением в школе. Приятели остались приятелями, другие - незнакомцами. В более открытом пространстве он не позволял себе отвлекался на глупости. Наушники всегда лежали глубоко в кармане. Спокойно выдохнуть и расслабиться можно было у себя в комнате. За годы его комната преобразилась и приобрела тёплые оттенки. На самом деле нет, но для него они создавали уют. Коричневые, серые и чёрные цвета. Собственный гардероб имел большее разнообразие. Бывали дни, когда чёрные джинсы с берцами хотелось разбавить ярко-изумрудной футболкой. В его обитель вход закрыт всем, кроме него. На его двери при входе висела табличка: "Danger, class 9 zombie infestation zone, zombie zone, enter at your own risk". Когда он был в совсем юном возрасте взрослые могли спокойно заходить к нему, в такие моменты Джереми с трудом подавлял собственное недовольство. В дальнейшем, подобные свидания стали редкостью. После повреждённой ноги на это осмелится могла только Миранда. С мистером Гилбертом отношения сильно испортились. С самого начала он не был близок ни с одним из старших. Уже в дальнейшем его отношение к ним стало наиболее тёплым, нежели раньше. Скорее всего этого было недостаточно. Он был уверен, что мать ни смотря ни на что любит и будет любить его. Даже если он не может ответить ей тем же, но отец не обладает к нему схожими чувствами. Не смотря на это, он мог бы поддерживать с ним дружественные отношения. Однако не стал. Когда Джереми лежал еле живой в палате, то был крайне удивлён разговором с его стороны. Он всё ещё ясно, как наяву, помнит тот момент, когда Миранда, ещё больше озадаченная, вступилась за него. В ту минут он ощутил, что в этом мире был хотя бы один человек, который всегда был на его стороне. Пусть он не мог всего ей рассказать, но уж точно ничего не мог поделать с переполняющими его чувствами. Ради неё, только ради неё, он сделал это. Не замечая, как из глаз ручьём льются слёзы, Джереми не мог отвести от неё глаз. Тогда он понял, что она знала. Она всё знала.. Он не знал как, ведь не то, что в письме, он даже вслух никогда не произносил случившееся с ним. Вполне возможно, что материнское сердце и впрямь не обманешь. Возможно она уже тогда, когда он впервые открыл глаза в этом мире - всё поняла. И не смотря на понимание, что он просто чужак с лицом её сына, Миранда всё равно приняла его. Это сознание согрело его душу. Из груди вырвался громкий всхлип, который заставил замереть двух разъярённых взрослых в комнате: "Мама.." После произошедшего Джереми некоторое время старался держать дистанцию. С Августином Гилбертом это было легко, тот не хотел с ним разговаривать, чем упрощал ему задачу. Елена липла к нему, как пиявка, хрен отдерёшь, а мама с улыбкой смотрела на весь балаган на расстоянии. Все в семье, и даже он, закрыли глаза на его истерику раннее в больнице. Это его полностью устраивало. Само собой, он не забыл, что сделал в то утро. Миранда всегда будет ему больше другом, нежели матерью, но теперь это... Было легче пережить. С его сердца свалился огромный камень, о котором он всё это время даже не подозревал. Спасибо, Миранда...

***