Побег

      Крупные холодные капли громко барабанили по крыше и поверхности окон, делая и без того интимную атмосферу в комнате ещё более пикантной, такой личной — только для них двоих.       Ветер задувал в щели между досок, заставляя пламя одинокой свечи подрагивать и отбрасывать на стены две колыхающиеся тени, слившиеся воедино.       Светлые волосы на висках взмокли, а от контраста прохладного воздуха в комнате и горячего тела сверху кожа покрылась мурашками.       Армин очень чутко чувствовал, как два горячих пальца двигались в нём мучительно медленно, дразняще, но оттого ещё более возбуждающе. Сначала они выходили наполовину, потом с особым трепетом толкались внутрь, как бы невзначай задевая чувствительную точку и заставляя Армина каждый раз вздрагивать, словно от лёгкого разряда тока.       Эрен испытывал особое эстетическое удовольствие, глядя на такого беззащитного, раскрытого перед ним Армина с милыми бледными щеками, сейчас густо покрытыми румянцем.       Парень чувствовал некую толику власти над ним. Он знал, что больше никому и никогда Армин не доверял так всего себя; знал, что тот принадлежит только Эрену.       Их связь была нерушима с самого детства. То, во что вылилась их крепкая дружба, было неизбежно с того самого дня, когда Эрен нашёл маленького, плачущего, беззащитного Армина где-то в подворотне. Они идеально дополняли друг друга, как две половинки пазлов: чёрное и белое; сердце и разум; сила и мудрость.       Эрен наощупь нашёл чуть распухшие красноватые губы Армина. Трепетным, полным любви и заботы поцелуем приник к нему, мягко проникая внутрь языком, лаская каждый сантиметр.       Армин издал сдавленный стон, когда Эрен свободной рукой обхватил его обнажённый, возбуждённый член. Ловкими, быстрыми движениями он водил вдоль всей длины, немного усиливая давление на головке, заставляя Армина дышать ещё более прерывисто и кусать губы Эрена от наслаждения. Он знал, что парню нравится больше всего, и хотел сегодня выжать из него по максимуму.       Армин ёрзал всё сильнее в нетерпении, хотелось уже поскорее ощутить член Эрена в себе, почувствовать, как он толкается внутрь, сжимая в крепких руках хрупкое тело.        С самого детства парень терпеть не мог чувствовать себя слабым. Он знал, что Эрен и Микаса сильнее него, и понимал, что ничего не может с этим поделать. Ему хотелось хоть чуточку быть похожим на них, избавиться от постоянного чувства доминирования своих друзей.       Но, как бы стыдно не было себе в этом признаться, в такие моменты, когда Эрен нависал над ним сверху, лаская каждый сантиметр его тела, заставляя Армина пылать и отчаянно желать большего, ему нравилось чувство некоего превосходства Эрена. Йегер никогда не перегибал палку, не играл в жёсткого и страстного доминанта, оттого Армин ещё сильнее плавился в его объятиях. Только рядом с ним он мог показать себя настоящего и, не стесняясь своей слабости, позволить ему вести.       Сгорая от желания, увеличивающегося с каждой минутой, Армин притянул Эрена ближе, обнимая его крепкую спину руками, и сдавленно прошептал на ухо:       — Я уже готов. Пожалуйста… — закончить предложение он не успел, так как из его рта вырвался равный вздох, когда горячие губы втянули светлую кожу шеи, оставляя мокрый след.       Эрен провёл ладонью по внутренней стороне стройного бедра, призывая раздвинуть ноги ещё шире. Армин податливо открылся, обхватывая талию и крепче вжимаясь в крепкий торс. Короткие, но острые ноготки сильно впились в кожу, когда Эрен наконец толкнулся внутрь.       Парень сдавленно промычал куда-то в длинную тёмную копну волос, закрывающую обзор. Тело, сжимающее его в объятиях, было таким горячим, твёрдым и сильным. Армин чувствовал пальцами, как упругие мышцы спины перекатываются под загорелой кожей при каждом движении, каждом толчке.       Подобная близость давно не была для них в новинку, поэтому Армин совершенно не чувствовал боли или дискомфорта. При всей своей вспыльчивости, резкости и нетерпеливости в постели Эрен был очень чутким, всегда следовал желаниям Армина, заставляя его плавиться и скулить от удовольствия.       Он знал, что парню нравится, когда он толкается в него резко, чувственно и глубоко, как сейчас. Знал, что Армин любит, когда Эрен ласкает его шею; когда прижимает к себе крепко, не давая шанса совершить лишнее движение; и когда в порыве чувств шепчет на ухо, как сильно любит его.       Армин стонал надрывно, не стесняясь. Мягкие, распухшие губы касались мочки уха, отчего кожа Эрена покрывалась мурашками. Ему так нравилось слушать его, нравилось, как нежный высокий голос выкрикивает его имя, умоляя не останавливаться. Он без преувеличения был без ума от Армина. Обожал в нем всё: его добрый характер, хрупкое податливое тело, мягкие светлые волосы, что постоянно падали на его лицо, закрывая глаза, его движения навстречу и лёгкие, несколько ребяческие заигрывания, когда Эрен был погружён в свои мысли, а парню хотелось внимания.       Армин убрал руку со спины и поднял её над головой. Эрен тут же перехватил тонкую ладонь, переплетая пальцы со своими. Горячая кожа была чуть влажной от близости. Эрен повернул голову так, чтобы их лбы соприкасались. Он чувствовал, как мокрые пряди облепили лицо Армина, а тяжёлое прерывистое дыхание вблизи ощущалось таким горячим. Парень смотрел в голубые глаза, что в темноте словно светились, и ему казалось, что зрачки Армина настолько широкие, что поглотили всю радужку.       Его возлюбленному было очень хорошо. Это было заметно и по его дрожащему телу, и по покрытой крупными мурашками бледной коже. На очередном глубоком толчке Армин сильнее сжал ладонь Эрена, запрокидывая голову от наслаждения.       — Эр…Эр-ен, — выговорить имя не получалось. Стоны, вырывавшиеся изо рта, заглушали любую попытку произнести какую-либо связную речь.       Горячие губы накрыли рот Армина, увлекая в пылкий, страстный поцелуй. Влажный требовательный язык прошёлся вдоль ряда белых зубов, проникая глубже. Эрен двигал бёдрами всё быстрее, отчего деревянная кровать со старыми пружинами издавала неприятные скрипучие звуки.       Чувствовать такие быстрые глубокие толчки внутри было просто невероятно. Твёрдый член задевал чувствительную простату, и стоны Армина переходили в громкие крики: слишком яркими оказывались ощущения.       От переполнявших эмоций он укусил Эрена за губу, заставляя того сдавленно застонать ему в рот. Парень вновь обхватил свободной ладонью член Армина и сразу же принялся быстро двигать рукой, размазывая выступившую смазку. Он чувствовал, что парень скоро достигнет пика, и хотел поскорее помочь ему в этом.       — Я-я… Эрен, я сейчас… Ах, быстрее! — он мычал, метался по постели, чуть ли не плача. Ещё пару сильных толчков, и парня захлестнёт яркий, невероятный оргазм.       Тело словно охватила судорога, Армин сильно зажмурился и вцепился в плечи Эрена, громко и прерывисто дыша.       Тихий низкий стон нарушил на миг возникшую тишину. Не выдержав давления тесных стенок, Эрен кончил, не выходя из Армина, сильно вцепившись пальцами ему в бёдра. Возможно, появятся синяки, но Эрен не придавал этому значения. Всё равно парень быстро регенерировал.       Вот она — обратная сторона силы титанов: не оставить ни засосов на молочной коже, ни синяков на бёдрах; даже неглубокие царапины на спине Эрена быстро зарастали. Это очень злило.       Парень свалился рядом, тяжело дыша, и зарылся носом во влажные светлые волосы. Армин прижался ближе, смазано целуя мягкую щёку.       Дождь всё продолжался, и этот шум сейчас казался ему самой умиротворяющей мелодией.

***

      Буйные, почти чёрные волны с шумом разбивались об острые скалы высокого берега. Армин сидел почти на самом краю, придерживая длинную мантию, чтобы её не унёс сильный порыв ветра. Ему казалось, будто брызги разбивающихся о камни волн долетали до его ступней. Воздух был прохладным, влажным и пропитанным солью.       — Всё любуешься видом?       Армин тепло улыбнулся, услышав неподалёку голос Эрена.       — Уже закончил чистить рыбу?       — Ага, — парень шумно плюхнулся рядом на влажную траву, обнимая Армина и кутая сильнее в мантию. — А ты мог бы и помочь, между прочим.       — Прости. С детства не переношу запах сырой рыбы.       Эрен хмыкнул и уткнулся лицом в светлую макушку, вдыхая запах родных волос.       — Знаешь, Эрен, — задумчиво и с толикой доброй грусти в голосе начал Армин. — И подумать не мог, что здесь может быть так хорошо. Не думал, что найду свой рай в маленьком домике на утёсе, где-то далеко на северной земле. И даже постоянные ветра меня ничуть не смущают. Здесь так красиво и уютно.       — Мне тоже, Армин, — он притянул его ближе к себе, прижимаясь губами к мягкой щеке. — И поскольку я уйду раньше тебя, я хочу, чтобы ты развеял мой прах над морем, прямо на этом утёсе. Вместе… — Эрен прокашлялся и продолжил, — вместе с Микасой.       Армин обернулся и со смешком толкнул его в бок.       — Дурак ты. Испортил такой момент.       Эрен усмехнулся, заглядывая в сияющие задором и радостью любимые глаза. Как давно он не видел эту искру в его взгляде.       Они оба уже смирились с неизбежно приближающейся смертью, и она их уже совершенно не пугала. Всё, чего им хотелось, — прожить оставшиеся годы в этом умиротворяющем счастливом спокойствии, о котором они мечтали очень долгое время.       Быть может, в следующей жизни они проживут чуть дольше.