Мои грехи и ошибки твои прощают глаза

      Выбежав из удушающего постоялого двора, Сяо Синчэнь, не сдерживая слёз, шёл куда-то вперёд, подальше от волка в овечьей шкуре. Настолько впавший в отчаяние омега не заметил, как налетел на высокого мужчину с горьким запахом алкоголя и пота. Это был альфа, выпивший альфа. Неприятный инцидент из прошлого всплыл в его памяти, заставляя отступить назад с холодным потом.       — Прошу прощения, — тихо сказал он, чувствуя себя неожиданно беспомощным.       — Эй, помедленнее, — буркнул тот, ухватившись за плечо Сяо Синчэня, чтобы тот не убежал. Тяжёлый запах альфы усилился. Омега почувствовал, как дрожь пробежала по его телу, но он не мог вырваться из цепкой хватки. Слова застряли в горле, а ноги словно приросли к земле.       В следующие мгновения альфа, кажется, осознал, что перед ним стоял омега. Ухмыльнувшись, он уставился на испуганное лицо напротив и схватил вкуснопахнущую омегу за задницу, облапывая, притягивая Сяо ещё ближе к себе.       — Пожалуйста, перестаньте, — попытался вырваться Сяо Синчэнь, но его голос был слаб и дрожал. Он знал, что альфа не остановится лишь от его просьб, но не сдавался, слабо пытаясь отбиться.       Однако альфа лишь усмехнулся, игнорируя слабые протесты. Он потянул омегу в сторону, в более тёмное место, подальше от посторонних глаз. Сяо Синчэнь споткнулся, теряя равновесие, но альфа держал его крепко.       — Ты пахнешь слишком вкусно, чтобы отпускать, — проговорил альфа, утыкая омегу лицом в холодную стену, задирая слои белого ханьфу. Он чувствовал, как рука альфы нащупывает под одеждой его обнажённую кожу, словно жаждущий зверь, а не человек. Тепло и тяжесть тела альфы прижимали его всё сильнее к холодному камню стены, отчего каждая порция воздуха в лёгких становилась всё тяжелее. Его пальцы скрючились и вцепились в каменную стену, словно это была его последняя опора.       Он почувствовал, как альфа начал тереть своё лицо о его шею, где не было метки, вдыхая аромат, что ещё больше погружало его в отчаяние.       — Умоляю, перестаньте, — прошептал Сяо Синчэнь, чувствуя, как слëзы текут по щекам. Он был измазан кровью, но его это не волновало. Омега замер от ужаса, чувствуя, как снизу прижимается возбуждённое естество незнакомца, а к шее прикасаются губы.       Рывок, и округлые плечи омеги оголились, обнажая ключицы и соски. Ахнув, он отчаянно пытался удержать куски своей одежды, прижимая их к груди, пока руки альфы рыскали по его телу.       Каждый раз, когда Сяо пытался сопротивляться, альфа лишь крепче сжимал его, вдавливая в холодный камень стены. Плачущий голос Сяо смешивался с шумом уличного города, но никто не пришёл ему на помощь.       Когда Сяо Синчэнь почувствовал, как грязные руки полезли между его ног, он понял, что если сейчас не сделает хоть что-то, то его изнасилуют, и закричал отчаянно, во весь голос:       — Сюэ Ян!       — Твой альфа? — посмеялся мужчина, накрывая рукой раскрытые губы омеги, и тут же второй рукой ворвался в тело светлого заклинателя, заставляя его от боли встать на носочки, чтобы быть как можно дальше от чужих мерзких касаний.       В голове мелькали образы Сюэ Яна, его альфы, как тот был с ним нежен и осторожен. Он никогда не делал столь грубых вещей, ни разу не брал против воли. Грубые пальцы продолжали проникать в его тело, причиняя невыносимую боль и унижение. Внезапно его защитный рефлекс сработал, и он резко прикусил пальцы альфы, которые прикрывали ему рот. Мужчина выругался, но хватка ослабла.       Воспользовавшись моментом, Сяо Синчэнь со всей силы ударил ногой в пах нападавшего, заставив его отшатнуться и согнуться от боли. Выскользнув из ослабевающих рук, он бросился прочь, не разбирая дороги. Но его поймали, не успел он пробежать и пару шагов. Повалив омегу на землю, мужчина вклинился между чужих ног, стаскивая штаны. Прежде чем незваный альфа смог продолжить своё, раздался громкий рык — это был голос, который Сяо узнал бы из тысячи.       Сюэ Ян выскочил из-за угла, его глаза сверкали гневом и звериной яростью. Альфа не дал нападавшему и минуты, чтобы осознать то, что происходит.       — Ты живым отсюда не уйдёшь! — прошипел Сюэ Ян, его голос сочился гневом. В несколько стремительных шагов Сюэ стащил альфу со своей омеги, перерезая горло одним движением.       Сяо Синчэнь, лежащий на земле, пытался сосредоточиться и понять, что происходит. Его сердце всё ещё колотилось сумасшедшим ритмом, а тело было охвачено ужасным страхом и облегчением одновременно. Сюэ Ян, жестоко отбросивший тело нападавшего, быстро подбежал к нему.       — Звёздочка, ты в порядке? — спросил он, опустившись на колени рядом с Сяо и тщательно осматривая его с головы до ног. Его голос, несмотря на бушевавший гнев, был полон неподдельной заботы и тревоги.       Омега закивал, судорожно вцепившись в плечи своего милого друга, забывая, в каком непристойном виде он сейчас находится. Запах крови на одежде тёмного заклинателя сейчас не казался чем-то ужасным…       — Ну всё, я здесь, — пробормотал он, прижимая омегу к себе. — Этого ублюдка больше нет, ну же… Опять всё лицо в крови.       — Ничего не было, ничего! — вдруг закричал Сяо Синчэнь, испугавшись, что альфа не захочет больше касаться его, после всего.       Сюэ Ян, почувствовав резкую боль в сердце от крика Сяо Синчэня, нежно притянул его к себе и шепнул в волосы:       — Тише, звёздочка. Ты цел, и это главное. Ни о чём другом не думай. Я здесь, с тобой. Всегда.       Он прижался щекой к макушке омеги, обнимая его как можно крепче. Сяо Синчэнь мёртвой хваткой держался за сорочку своего альфы.       — Мой омега, только мой, — Сяо всхлипнул, когда Чэнмэй прижал его к себе, притягивая за пухлые бёдра, и поцеловал с голодным рыком в глотке. Сидя на альфе, Сяо Синчэнь почувствовал чужое желание, утыкаясь прямо в сочащийся от смазки вход. Не разрывая объятий, он слепо распутывал завязки на штанах Сюя Яна, вытаскивая горячий возбуждённый член альфы, чувствуя, какой он большой. Примостившись, он рывком опустился, крича прямо в раскрытые губы Чэнмэя. Держась за плечи альфы, омега постепенно начал двигаться, находя ритм, который приносил удовольствие обоим.       Сюэ Ян сжал его бёдра ещё сильнее, помогая омеге находить нужный темп, глубже насаживая на себя.       Сюэ Ян тоже терялся в этом чувственном экстазе; он жадно смотрел на своего омегу, наслаждаясь каждым его стоном и всхлипом. Смазка обильно стекала по длинным белым ногам омеги; член входил в растянутую красную дырочку, сопровождая шлепками и чавкающими звуками.       — Так, моя звёздочка, вот так, — прошептал Сюэ Ян, проводя руки по телу партнёра, ощущая каждую вибрацию, каждую каплю пота.       Сяо Синчэнь закинул голову назад, его дыхание спотыкалось, когда он пытался набрать воздух между стонами. Его руки крепче сжали плечи Сюэ Яна, а губы раскрылись от частого дыхания.       Сюэ Ян наклонился, его губы вновь нашли губы Даочжана, и поцелуй стал ещё более яростным и жадным. Наконец, громкий вскрик, и стоны прервались. Сяо Синчэнь сжался на своём альфе, содрогался в пришедшем наслаждении; его спина выгнулась, а ноги сильнее сжались вокруг бёдер Чэнмэя, удерживая его на месте, словно не желая отпускать хотя бы на миг.       Сюэ Ян не мог сдержать себя дольше. Его движения стали более резкими и глубокими, и вскоре он последовал за своим омегой, выпуская горячий поток внутри него.       Минуты прошли, пока их дыхание не стало спокойнее. Сюэ Ян медленно вынул себя из тела омеги, ласково поцеловав его в лоб, и нежно прильнул к нему, обнимая. Их тела были влажные от пота, но это не имело значения.       Сяо Синчэнь, ещё обессиленный после пережитого, прижался к груди Сюэ Яна, уловив ритм его сердцебиения.       — Кто бы мог подумать, что прославленный яркая луна и ласковый ветерок будет таким ненасытным по своему альфе, — Даочжан, услышав тихий шёпот над ухом, покраснел и быстро клюнул милого друга в губы. — Ладно, не буду больше тебя смущать.       — Ты убил, — только сейчас в полной мере осознав, что произошло, Сяо Синчэнь осторожно принюхался. Справа от них лежал труп, совсем рядом. А они только что жарили рис вместе! — а мы… боги! — спрятав лицо в ладони, омега впал в отчаяние. Он вновь отдался убийце, демону!       — Да, нам бы помыться, верно, — Сяо Синчэнь покачал головой, он почувствовал прилив ужаса и вины. Его разум метался между противоречиями: сладкий ядовитый поцелуй Сюэ Яна и его принципы. — Как бы горячо ты не выглядел с кровью на руках и коленях, мне ты больше нравишься чистеньким.       — Кровь?!       — Да, видимо ты испачкался о мою одежду. Я весь в ней.       — Ты…       Синчэнь сглотнул тугой ком, замолкая. Все праведные слова о светлом пути померкли на губах. Что толку от его слов, демона нельзя исправить. Опустив лицо, скрывая его за чёрными волосами, омега прикусил припухшую губу. Помешкав, он поводил рукой, находя изувеченную ладонь альфы, сжимая.       — Что такое, Звёздочка?       — Обещай, что больше не убьёшь, — наступившая тишина была настолько мёртвой и удушающей, что Даочжан захотел засмеяться. Что и требовалось…       — Что мне с этого? — напряжённо спросил Сюэ Ян, перехватывая руку даоса, сжимая длинные аккуратные пальцы. — Какая мне выгода?       — Что?.. — потерянно прошептал омега, нахмурившись, пальцы его невольно дрогнули в крепкой хватке Сюэ Яна.       — Хорошо, я обещаю, — его голос был настолько низким и хриплым, что казался почти шёпотом. — Но только если ты останешься со мной. Всегда.       — Я останусь, — прошептал он, стараясь не дрожать. — Только не убивай больше, — и, резко вспоминая, выпалил. — Ты можешь убить, если твоей жизни угрожает опасность. Только в этом случае я смогу… принять.       Сюэ Ян лишь усмехнулся, наблюдая, как Сяо Синчэнь пытается сохранить остатки достоинства. Он наклонился ближе, их дыхания перемешались, и шепнул прямо в его ухо:       — Я так понимаю, твой обожаемый дружок не входит в этот «особый» случай?       — Нет! — ударив альфу подзатыльником, Даочжан нахмурил брови. — Если ты его тронешь, я… я.       — Что ты? — мурлыкая, спросил у омеги, что был так красив в своей ярости. Чэнмэй ухмыльнулся и лапнул за розовую ягодицу, что кокетливо выглянула из-за белого халата. — Накажешь? — Синчэнь, смутившись от явного намёка, забыл, что хотел сказать, поэтому выпалил первое, пришедшее на ум:       — Больше не поцелую! — и, слыша чужой кашель, добил. — И никаких конфет!       Сюэ Ян усмехнулся, его глаза блеснули озорным огнём.       — Ах, как жестоко. Ты слишком милый, чтобы быть таким строгим, Даочжан. Думаешь, что сможешь устоять передо мной? — Он слегка коснулся губами уха Сяо Синчэня, заставляя того зажмуриться от неожиданного тепла.       — Я серьёзно! — Сяо Синчэнь попытался оттолкнуть его, но хватка альфы была железной. — Если ты нарушишь обещание — никаких поцелуев, никаких конфет. Не думай, что я сдаюсь легко!       — Хорошо, даочжан, — с наигранной покорностью проговорил Чэнмэй. — Я постараюсь быть хорошим мальчиком, чтобы заслужить твои поцелуи и конфеты.