Переселение Миан [неохотно] становится его мужчиной [женой]

Цинь Миань открыл глаза и обнаружил, что лежит в хижине с протекающей соломенной крышей. Проблема была в том, что до этого он находился на вилле своей семьи! Более того, рядом с его ногой в одеяле лежал другой мужчина! «Ты, ты, кто ты?» Мужчина тихо сел, обнажив верхнюю часть тела, и на мгновение взглянул на Цинь Мианя, прежде чем взять с низкого столика в изголовье кровати потертую миску с треснувшим уголком. Мужчина сказал приглушенным голосом: «Жена, выпей воды». Глаза Цинь Мианя закатились, и он потерял сознание … Цинь Миану приснилось, что он стал женщиной. Под звуки соны [1], удары гонгов и барабанов его заставили сесть в паланкин, чтобы жениться на мужчине. Он был напуган до холодного пота, затем проснулся и разорвал на себе одежду. Как только он увидел плоскую грудь, он почувствовал облегчение и посмеялся над собой: «Я пугаю себя, это всего лишь сон …» [1] Сона — китайский язычковый музыкальный инструмент. Внезапно он почувствовал, что что-то не так. Как могла его одежда быть такой изношенной? И как он мог быть таким смуглым и худым, совсем как ребенок одиннадцати или двенадцати лет. Он поспешно поднял голову и обнаружил, что находится в хижине с соломенной крышей. Он в испуге спрыгнул на землю с кровати. Комната с соломенной крышей была всего около семи-восьми квадратных футов[2], две стены были сделаны из глины, а две другие — из дерева, сена и старой ткани. В комнате больше ничего не было, кроме деревянной кровати, низкого столика в изголовье кровати и двух деревянных ящиков. О, на стене также были наклеены вырезки из красной бумаги, на которых был большой символ «囍”[3]. Зеркала не было, но когда Цинь Миань посмотрел на свои маленькие ручки и икры, он мог быть уверен, что это тело вовсе не его. [2] — приблизительно 0,6-0,7 кв. м. [3] — иероглиф «Счастье». По его спине пробежали мурашки. Что происходит? Он отчетливо помнил, что был на вилле своей семьи до этого. Верно, Цинь Лянь толкнул его. Он скатился с лестницы и ударился головой. Очень внезапно ему в голову пришла невероятная идея: был ли он мертв и перевоплотился в чье-то тело? Цинь Миань не смел в это поверить. Он сильно ущипнул себя, но сцена перед ним совсем не изменилась, как будто она холодно смеялась над ним. Он был совершенно ошеломлен. После мгновения оцепенения он быстро посмотрел на точку пульса на своем левом запястье. Там была маленькая, ничем не примечательная черная родинка. С этой мыслью в голове перед ним предстал знакомый таинственный мир. Он вздохнул с облегчением, его напряженное лицо также заметно расслабилось. Он большими шагами направился к двери, его ступни болезненно наступили на что-то твердое в двух шагах. Он посмотрел вниз и увидел пару худых черных ступней без обуви. Земля была вся в выбоинах, неудивительно, что его ноги больно натыкались на что-то твердое. Оглядевшись, он увидел пару соломенных сандалий у кровати. Их носили так долго, что они стали наполовину черными. Под кроватью были еще две пары соломенных сандалий, одна большая и одна маленькая, все новые. Он без колебаний надел новые соломенные сандалии. Когда он открыл дверь, он обнаружил, что во дворе был построен соломенный домик. С первого взгляда Цинь Миань мог сказать, что его построили позже. Неприятный запах ударил ему в ноздри, он не мог этого вынести, поэтому прикрыл нос. «ХФррр…» Свинья в свинарнике напротив посмотрела на него, прежде чем опустить голову. Ее грязный рот впился в листья овощей, разбросанные по рисовой соломке. Рядом с теми несколькими листьями овощей была большая куча дерьма. Губы Цинь Мианя дрогнули, когда он подошел к плотно закрытому главному дому. Он толкнул дверь и позвал. Незнакомый голос был немного хриплым: «Здесь кто-нибудь есть?». Никто не ответил. Он повысил голос и позвал снова. Он не мог не нахмуриться, когда не получил ответа. Это тело было слишком неполноценным: ноющим, вялым и слабым. Он просто выкрикнул несколько слов, но это было так, как будто он исчерпал все свои силы. Он не мог не задаться вопросом, было ли это тело больным? Посмотрев направо, он увидел закрытую входную дверь. Входная дверь была сделана из нескольких досок, прибитых вместе, и он мог слабо видеть отблески света, пробивающихся из щелей в досках. Цинь Миань открыл входную дверь и сделал несколько шагов, чтобы избежать вони в свинарнике. Налетел легкий порыв ветра, свежий воздух заставил его жадно сделать несколько вздохов. С левой стороны неба висело солнце высотой в половину высоты — неизвестно, было ли сейчас утро или сумерки. Солнце сияло на зеленых кронах деревьев, отражало лучи света, и при колыхании ветра они выглядели как сверкающее золото. В рядах домов неподалеку друг от друга было возведено несколько дымоходов, дым из труб спиралью поднимался к небу. Подняв голову, он увидел вдалеке большое поле, зеленые посевы, раздуваемые ветром, отбрасывали длинные зеленые волны. В поле фермеры согнули спины и принялись за работу, быки размахивали хвостами, поедая траву на гребне. Дальше виднелась высокая зеленая гора с зелеными деревьями, стоящими друг на друге. Слабый смог, окутавший горный склон, делал его похожим на сказочную страну. С неизвестного направления доносились нечеткие звуки, которые смешивались с криками крупного рогатого скота и овец, а также лаем собаки, но, напротив, это еще больше отражало спокойствие этой деревни. Какая милая маленькая деревушка. Если бы Цинь Миань не оказался в таком положении, он был бы не прочь прогуляться по деревне. Он долгое время жил в железобетонном лесу. Такая маленькая деревня была как раз тем, что ему нравилось. В это время пожилая женщина примерно 60 лет вышла из-за стогов сена с корзиной в правой руке, в которой была какая-то мокрая одежда. Как только Цинь Миань увидел пучок волос старухи и древнюю одежду, его сердце бешено заколотилось. Может ли быть так, что он не только перевоплотился в чье-то другое тело, но и отправился в древнюю эпоху? Было нелегко познакомиться с человеком. Он раздумывал, не подойти ли и не проверить старуху, но старуха внезапно поднялась и направилась прямо к нему. Выражение ее лица было очень плохим, а губы были плотно сжаты, демонстрируя ниточку злобной ауры. «Раз уж ты проснулся, почему бы тебе не покормить свиней? Стоишь здесь и смотришь на пейзаж, а?» Цинь Миань внутренне сказал: на самом деле я наблюдаю за пейзажем. Он увидел, что пожилая женщина вошла во двор, из которого он только что вышел. Он не знал, какие отношения между ним и старухой были в настоящее время. Ему пришлось зажать нос, и когда он вошел, в животе у него заурчало, как от раскатов грома. Он был голоден. Ду Ши собиралась сушить одежду на веревке, но когда она услышала, что позади нее нет никакого движения, она повернулась и посмотрела на него, яростно взревев: «Старший семьи, ты мертв, а? Иди скорей корми свиней!» «Сын старшей семьи или кто там у старшей семьи?» Подумал Цинь Миань. Кроме старухи, он был здесь единственным. Даже если он не хотел терпеть крик старухи, теперь это касалось его. Поэтому он мог только вздохнуть и пойти туда. Ду Ши взглянул на него: «Корми свиней!» «Не могу». Цинь Миань мягко улыбнулся: «Я должен побеспокоить тебя, чтобы ты научила меня». Лицо Ду Ши поникло, как только она услышала это. Она огляделась, взяла изношенную метлу и хлестнула ей тело Цинь Мианя. «Не можешь? Ты можешь есть или нет? Ты пытаешься разозлить меня?» Цинь Миан был потрясен. Он потянулся к метле, чтобы схватить ее, внутренне размышляя, была ли старуха в своем уме, избивая кого-то, прежде чем сказать хоть слово? Но он забыл, что ему было самое большее 11-12 лет, и из-за его очень слабого здоровья старуха сильно дернула его за рукав, протянутой руки. От боли его хватка ослабла, и он упал задницей на землю. «Как ты смеешь сопротивляться? Возвращайся к себе». Ду Ши подняла метлу и снова хлестнула его. Лицо Цинь Мианя холодно потемнело, но у него не было сил увернуться. Он внутренне подумал: «какое невезение, боюсь, я немного помучаюсь». Пожилая женщина выглядела старой, но она была очень сильной. Ожидаемая боль не обрушилась на Цинь Мианя, он увидел, как лицо Ду Ши неприглядно нахмурилось, когда он оглянулась назад. Цинь Миань оглянулся и увидел, что метлу сжимает высокий мужчина. Ему показалось, что он где-то видел этого человека раньше. «Мама, он моя жена». Цинь Миань сильно закашлялся. Неудивительно, что ему показалось, что он видел этого человека. Это был именно тот мужчина, который подал ему воды и назвал его «женой» прошлой ночью!