Кровь в отражении его глаз

      — Лань Чжань? — раздался приглушенный голос из глубины пещеры. Сердце Второго Нефрита болезненно сжалось, а руки заметно задрожали.       «Вэй Ин!» — хотел закричать Лань Ванцзи. Он хотел ответить хоть что-то, но он не смог выдавить из себя ни единого звука.       Он вышел из темноты, одинокая свеча осветила белоснежные одежды и его лицо — как всегда каменное, спокойное и бесстрастное.       — Ты же пришел сюда не просто так, да? — голос Усяня будто бы дрогнул от обиды, которую никак не получалось скрыть, — вероятнее всего, лишить меня жизни, не так ли? — его голос становился все тише.       Сердце Ванцзи металось в груди, как пойманный в силки зверек. В голове вихрем носились мысли — одна страшнее другой. Во рту пересохло, и он сглотнул вязкую слюну, попутно собирая свои мысли, что давно ушли в глубину сознания. Его глаза метались по пещере, словно пытаясь выудить что-то важное из этого мрачного места. Он разглядывал что угодно, кроме бледного лица Старейшины Иллина. Повернуть голову хоть на сантиметр в его сторону казалось сродни самоубийству. Посмотреть на Вэй Ина даже на мгновение было страшно до такой степени, что казалось, он может потерять сознание. Упасть прямо здесь, прямо перед ненавистным Старейшиной.       Ледяной Бичэнь сверкнул в полумраке. Помещение моментально наполнилось эхом звонкого металлического лязга. Вэй Усянь так и остался стоять там, где и был до прихода Второго Нефрита. Ни обнаженный Бичэнь, ни холодный, как аура меча, взгляд Ванцзи его нисколько не пугал. По крайней мере, так казалось со стороны.       Внутри, конечно, еще сильнее закрепилась обида, такая детская и наивная, словно Усяня обделили в сладостях. Он горько ухмыльнулся.       — Значит, — его голос осип, Лань Чжаню пришлось задержать дыхание, чтобы четко услышать дрожащий голос Усяня, — я не ошибся, — он вскинул голову и серые глаза блестнули, встретившись с холодным взглядом Лань Чжаня.       Второй Нефрит пошатнулся и шагнул назад.       Зачем он тянет время? Он со всей уверенностью говорил дяде и другим кланам, что сам своими руками уничтожит проклятого Старейшину Иллина, так почему же прямо сейчас он идет на попятную?       Вэй Ин улыбается. Он улыбается даже сейчас, когда бывший товарищ, человек, которого Усянь считал другом, пришел его убить.       В помещении повисло молчание. Они оба стояли и смотрели друг на друга. Никто не собирался убегать. Казалось, Вэй Ин светился даже сейчас, в темной пещере. Лань Чжань чувстовал, как греется душа от одной его ауры. Может, сейчас он и казался отстраненным хищным зверем, но его глаза остались теми же.       Чего он ждет? Если он хочет его убить, то почему не убивает? Зачем он так смотрит на глупца, который не имеет никакого будущего? Он предал всех. Он должен понести наказание.       Но его ли это чувства? Его ли это желания? Его глаза все те же. Такие же светлые и яркие, как и раньше. Но не кажется ли ему это?       — Ванцзи? — дрожащий голос вывел Лань Чжаня из бесконечного потока мыслей. Сердце болезненно сжалось. Он не хочет убивать Старейшину Иллина, но почему? Что за глупости? Не он ли раз за разом выводил Второго Нефрита из себя? У Лань Ванцзи есть много причин, из-за чего он ненавидит Усяня.       Второй Нефрит сложил руки в управляющем жесте и направил меч в сторону Вэй Ина. Лань Чжань зажмурил глаза. Холодный лязг прорубил мертвую тишину, и он с опаской поднял глаза.       — Лань Чжань? — прошептал основатель темного пути, переводя взгляд то на Второго Нефрита, то на Бичэнь, что пролетел в нескольких сантиметрах от него и впился в щель в стене.       Его взгляд. Он был удивлен. Да что там говорить. Лань Ванзци тоже. Зачем он играется? Что он вообще творит. Нужно поскорее прикончить Старейшину Иллина и вернуться в клан, чтобы известить всех о смерти Вэй Усяня.       Он снова сложил руку в упавляющем жесте и в этот раз меч воткнулся прямиком в сердце Вэй Усяня. Лань Чжань дрогнул, услышав звук прорезанной плоти. На глазах выступили слезы, однако он быстро вытер их с лица белоснежным рукавом.       Сердце замерло, и тело все заболело, словно сам Ванцзи получил удар мечом. Вэй Ин что-то бессвязно прохрипел.       Стоило бы просто уйти и забыть о нем, но ноги словно приросли к полу и не собирались двигаться. Второй Нефрит осторожно повернул голову в сторону и судорожно ахнул, увидев, как и так бледное лицо Усяня окончательно потеряло все краски.       Он в один прыжок подскочил к Вэй Ину и схватил его за руку. Тот попытался его оттолкнуть, но не мог.       Он же не мог так ослабнуть от одного меча… Что-то здесь не так.       И только после этого Ванцзи смог обнаружить, что все тело Старейшины Иллина было исполосованно в совсем недавних ранах, что были достаточно глубокими.       Почему же он сразу не смог их заметить?       Изо рта Вэй Усяня рекой текла кровь. Он харкал и кашлял багровой жидкостью. Ванцзи обхватил его ладони и постарался передать тому духовные силы, но лишь заметив голубое свечение, Вэй Ин собрал оставшиеся силы и оттолкнул Второго Нефрита. Последний никак не ожидал этого и не смог увернуться, отлетев к разваливающемуся столу. Старейшина приподнялся на дрожащих руках и, сплевывая кровь, прохрипел:       — Что ты творишь? Уходи… — кашель эхом раздался по всей пещере, — проваливай. Ты ведь сам решил…       — Вэй Ин… — наконец произнес Ванцзи, поднимаясь.       — Уходи…       — Нет! Вэй Ин… — он осторожно подполз к мужчине, но касаться его не решался. Вэй Ин вновь может выкинуть что-то… — Вэй Ин, — Лань Чжань лишь повторил его имя. Не нужно лишний раз провоцировать Основателя темного пути.       — Что ты творишь? — ухмыльнулся Вэй Усянь, — сначала пырнул меня мечом, а теперь залечиваешь раны, словно заботливая женушка… Не глупость ли это? — он с огромным усилием выдавливал каждое произнесенное слово. Кровь текла все сильнее. Рана никак не хотелась закрываться.       — Вэй Ин, — вновь повторил Лань Чжань, — не нужно, — как же много слов он произнес за эти мгновения, — не говори… Не говори больше ничего, иначе рана…       — Сам разберусь! — во всю голосину заверещал Усянь и вновь закашлялся, — проваливай. Иди донеси своему клану, что их послушный пес-Лань выполнил приказ.       — Нет, — его глаза забегали по лицу Усяня и Лань Чжань нежно прикоснулся к белому лицу, — я… я… Вэй Ин? — тот не отвечал, — Вэй Ин! — Второй Нефрит встряхнул Старейшину Иллина, но никакой реакции не было. Он не отвечал. — Вэй Ин! Что случилось? — Он старался привести мужчину в чувства, но ничего не помогало. Вэй Ин уже перестал дышать и стал холодеть. Теперь то дрожь пробила все тело. Он наконец осознал все, что только что натворил. Он только сейчас осознал, что за неприятное чувство в груди заставляло его остановиться. Он только сейчас понял, что за чувство он испытывал к Усяню.       — Вэ… — он не договорил, краем глаза заметив кого-то еще в пещере.       Он быстро переместил голову в сторону и заметил маленького мальчишку в клановых одеждах Вэнь. А-Юань…       Тот устало протирал глазки и слабо осозновал, что сейчас происходит, видимо, он совсем недавно проснулся.       — Богач-гэгэ? — радостно произнес малыш, заприметив перед собой знакомое лицо.       Второй Нефрит не смог вымолвить ни слова. Он разглядывал радостное лицо малыша и гадал, когда же его улыбка превратится в гримасу ужаса.