Пробуждение: во власти Алых

      Испытывать страх – не самое худшее, что может случиться с человеком. Страшно не испытывать его вовсе.       Ты не обожжешься огнём намеренно, если будешь его бояться, не попадёшься в руки ночного охотника, если будешь бояться тёмных переулков, уводящих в полную неизвестность. Страх пробуждает в человеке неприятный рой мыслей, что не утихнет до тех пор, пока страшное либо удаться избежать, либо пока страшное не случиться.       Но всегда ли страх – помощник?       У Судьбы с ним простые счёты – ничего лишнего, просто негласный договор, где она – всегда в дамке. Он предупреждает, в силах помочь, но бессилен перед ней.       Красота этого договора проста – береги себя, но будь готов к чему угодно.       И в какой-то мимолётный момент тело пробирает дрожь, учащается сердцебиение, а нутро кричит «беги», навевая липкую тревогу. Мгновение, словно беззвучный полёт бабочки, и случается то, из-за чего движение крови в венах останавливается. Летящая на всей скорости прямо в бок другая машина. Удар. Аморфность. И кромешная темнота.       Серебряный миниатюрный ключик на толстой серебряной цепочке спадал до солнечного сплетения. В руках – конверт с письмом, в кожаном офисном чемоданчике – документы, а возле её ног – чемодан с вещами.       Прошло чуть более года после аварии. И два месяца, когда она всё же решила выполнить обещание покойной тёти – подать документы в частную школу-пансионат. Про «Академию Святого Августина» она мельком узнала ещё в детстве, когда ненароком тема разговоров перетекла с детских шалостей до места, где училась тётя. Правда, тема быстро затихла, когда Маргарет учтиво увела разговор в иное русло – куда бы отправилась Айрис, когда вырастит. И уж точно она не думала, что когда-нибудь окажется здесь. Всё-таки её семья хоть и принадлежала к среднему классу, но возможность оплатить обучение здесь – немыслимая роскошь.       Но как же так получилось, что её тётя училась здесь, в отличие от матери Айрис, когда у семьи сестёр Элмор в те времена было затруднительное положение?       Но теперь, когда Маргарет не стало, юной Барлоу придётся узнать о своей почившей родственнице чуть больше       А может быть и вовсе не «чуть».       На территории Академии маячили рабочие, подготавливающие территорию к новому учебному году, пока Айрис стояла у огромного дерева, что расположилось посередине двора.       Его могучие покрытые листвой ветви раскидывались в разные стороны. Шатенка уже прикинула, как здесь славно сидеть в томные жаркие деньки, прячась от палящего солнца. Представила, как много слышала его кора, сколько тайн уходило корнями вниз. Что-то тяжёлое упало неподалёку. Ящик. Рабочий не удержал равновесие, позволяя сыпаться какой-то крупе из только что лопнувшей крышки. Мужчины жестикулировали, пёстро выясняя, что делать дальше, и кто виноват в случившемся.       «Впрочем, не моя проблема. Главное, чтобы это не подавали за столом»       Высокая двустворчатая дверь с железными окантовками и железными ручками внушала ощущение, подобное тому, что испытывает птица, которую помещают в золотую клетку – и не факт, что она когда-нибудь сможет полноценно размахнуть крылья, не смотря на окружающее её золото. Но она не птица, да и, всё же, это было её добровольным решением.       Проступающий местами мох и вьющийся плющ добавляли живость стенам из серого кирпича. Тёмно-коричневая черепица на треугольных крышах выглядела уже не так солидно как, наверняка, много лет назад. Ей показалось, что в одном из овальных окон мелькнула тень, от чего она отошла на шаг. В небе промелькнул раскат грома средь свинцовых туч. На землю упала первая слеза небосвода.       Решив, что для начала она уже достаточно разглядела место, где будет учиться до конца школьной карьеры, она решительно двинулась к дверям.       Кабинет Мисс Этвуд был выполнен в красно-коричневых оттенках: паркет квадратной кладки из красного дерева, коричнево-красные обои в полосу, выложенные в ряд три овальных больших окна на противоположной от входа стены, тяжёлые велюровые шторы с алым отливом, широкий крепкий на вид столик по середине комнаты, стеллажи с книгами по бокам, обтянутые кожей стулья и массивное кожаное кресло, предназначенное самой директрисе. Люстра с крупными овальными и круглыми хрустальными бусинами была здесь будто лишней, но не лишённой смысла.       — Мисс Этвуд?..       — О, это ты. – она добродушно улыбнулась обернувшись к ней от окна. Тусклый свет спрятанного дневного солнца и мягкое тёплое освещение настольной красной лампы придавала ей почти колдовские очертания. Женщина бесшумно скользнула к своему креслу за столом, положила ладони на колени и вытянулась стрункой. – Как добралась?       — Всё хорошо, спасибо. У меня к вам есть несколько вопросов.       — Например? – она удивлённо вскинула брови, наклонив голову чуть в бок.       — Почему так рано? До начала учебного года остаётся ещё целая неделя.       — И это твоё преимущество, даже не сомневайся в этом.       Ответ показался ей не искренним, будто сейчас женщина вещала из телевизора, в слепую защищая то, что должна. Обтекаемые ответы, как и обтекаемые вопросы, действительно могли спасти ситуацию. В обществе это было принято называть «вежливыми непродолжительными беседами».       — Да, это так. – вспоминать тот день не хотелось. Перед глазами всплыл образ Маргарет, лежащей в чёрном лакированном гробу. В тот день был дождь, и, казалось, Айрис топилась собственными слезами.       — Последний раз мы виделись на похоронах…       — К чему вы это?       — Я просто не смогла спросить у тебя ещё тогда, но что ты помнишь с той аварии? — Ничего. Вообще ничего не помню. Тем более не скажу номер автомобиля того…человека. Зачем вы это спрашиваете? Стараетесь незаметно подложить мне индивидуальные занятия с психологом? Не нужно – думаю после разговоров со мной ему и самому понадобиться помощь. Знали бы вы, что мне снится по ночам с первой ночи нахождения после того, как я пришла в себя.       — Я любила твою тётю, Айрис. Она была моей лучшей подругой. Мне тоже её не хватает. И я рада, что ты всё же решила принять приглашение. Айрис впала в ступор. Она вгляделась в её лицо. Не знает ли директриса о письме, что девушка нашла в шкатулке?       — Всё хорошо?       — Да. Всё хорошо.       — Обычно я не приглашаю сама, да и отбор ты не проходила. Так сказать, это моя личная инициатива. Подумала, что обучение здесь – великолепная возможность для тебя. У нас лучшие специалисты, что помогаю нашим ученикам лучше адаптироваться в мире и подготовиться к будущему. Многие наши выпускники поступают без затруднений в лучшие университеты мира. Твоё благополучие – вот, чего желала Маргарет.       — То есть обе решили выполнить её последнее желание. – произнесла Айрис, с облегчением выдохнула. Мисс Этвуд вновь положила руки на стол. Казалось, она тоже только что отпустила висевший на ней груз. И тут у Айрис поселился червяк недоверия. Может женщина всего лишь переживала, что не так преподнесла информацию девушке или за этим облегчением скрывалось что-то иное?       — Можешь подходить ко мне в любое время, если появятся вопросы или просто на чашечку чая. – она мягко улыбнулась. – Ты можешь мне доверять, я помогу тебе, чем смогу.       — Конечно, спасибо.       Сама же Барлоу не собиралась ей доверять. Слишком щедро. Да и у каждого человека есть свои секреты.       Директриса вытащила из ящика стола книгу за другой, прихлопнула ладонью.       — Наша программа отличается от программы в обычной школе. В этой стопке учебники и пару книг для литературы. Советую подготовиться к учебному году, чтоб чувствовать себя уверенней. Тем более до начала учебного года у вас есть неделя. Хорошая возможность ознакомиться с учебным материалом и с учебным заведением.       — Дориан Грей? – удивилась девушка, как только взяла первую книгу из стопки.       — А что здесь такого? В нём подняты хоть и спорные моменты, но весьма интересные. Жизнь – смерть, частота души – падение в пропасть разврата. Вы уже не дети, но ещё и не взрослые, однако грозитесь попасть под пагубное влияние.       — Как и в любом возрасте.       — Но для одиннадцатого класса это прекрасная книга для размышлений. В первые две недели вы будете повторять пройденный материл, что плавно перейдёт в новые темы. Насколько мне известно, вы пошли в школу в семь лет, если я не ошибаюсь.       —Да. — И сколько вам сейчас?       — Семнадцать лет. Сколько учеников у вас обучается?       — Не так уж и много. Сама понимаешь, комплекс зданий не такой уж и большой. Зато каждому ученику уделяют должное внимание, и материал усваивается лучше.       Вопросов больше не возникло. Наступила неловкая пауза.       — Что ж, если вопросов больше нет, то можешь идти, я пока заполню все бумаги. Ты принесла всё нужное?       — Да, сейчас.       Айрис вытащила из чемоданчика документы, среди которых была и согласие родителей.       — Так…хорошо. Распишись здесь.       Девушка пробежалась взглядом по бумаге.       — А кто будет платить за моё обучение? Тут написано…       — Не волнуйся, я об этом позабочусь.       — Всё же, кто?       — Я. Поэтому я и роспись будет моя, не беспокойся.       — Хорошо, спасибо. Я когда-нибудь обязательно…       — Не нужно. Это моё добровольное решение. Всё же мы обе выполняем последнее желание Маргарет.       — Ладно. Спасибо.       Айрис расстегнула чемодан, место в котором ещё позволяло положить большинство учебников, однако пару книг всё-таки пришлось взять в руки.       — Точно! – Айрис развернулась, не отпуская дверную ручку. – Ключ. От твоей комнаты. Не знаю, как будет в будущем, но сейчас у тебя нет соседки. Айрис загадочно улыбнулась, подошла к ней и забрала ключ.       — Как неожиданно.       — Что, предпочитаешь не разделять с кем-то комнату? – садясь вновь в рабочее кресло, спросила женщина.       — Не то, чтобы «предпочитаю», просто иметь своё личное пространство в радость. Думала, что здесь в каждой комнате по четыре человека.       — Не во всех общежитиях так. Максимальное количество человек в комнате – три, но и оснащены они чуть лучше. В США много частных школ-пансионатов, а детей из семей, что могут позволить себе обучение в них – не так уж и много. У нас Старшая Школа, а поэтому и количество ещё больше урезается. Да, у нас учатся иностранцы, но их не так много. Наше учебное заведение в широких кругах не так уж и популярно, зато у Лиги Плюща на личном счету.       — Ладно, хорошо, спасибо.       — В одном из учебников вложена памятка и карта школы.       Айрис бросила взгляд на директрису, чуть замедлившись у двери.       — Спасибо. – кротко кивнула она и скрылась за дверью.       На территории Академии Святого Августина располагалось главное здание, где, непосредственно, проходили занятия, и находилась администрация учебного заведения, большое футбольное поле, покрытый бассейн, здание для дополнительных заданий-кружков и пять общежитий, одно из которых было предназначено для преподавателей и прочего персонала учебного заведения. Все общежития были внешне практически идентичными, однако над дверью каждого из них был свой отличающих их друг от друга вид. Для мальчиков с девятого по десятый классы – здание, овеянное плющом, для мальчиков с одиннадцатого по двенадцатого классы – лишь частично покрытое мхом, для девочек с девятого по десятый классы – виднелись красные розы, для девочек с одиннадцатого по двенадцатый классы – плющ и ветвящиеся колючки белых роз. Общежитие для персонала же было чистым, словно фильтрованная вода. Бегая под сильным дождём, от чего не спасал даже зонтик, что ей так учтиво дал охранник перед выходом из главного здания в Академии, она с трудом смогла найти нужное здание. Да, она могла бы остановиться в любом, пока не закончится дождь, но создавать неловкие ситуации – вот чего ей хотелось меньше всего.       Колокольчик, подобный тому, что обычно весят в некоторых маленьких домашних магазинчиках, оповестил о её присутствии, однако никто так и не решился подойти к ней. Первое, что она заметила, был столик со свечкой в канделябре. Вправо и влево уходили арки, за которыми скрывался проход. Сзади стола была поворотная лестница, что прижималась к стене. Холл был тёмным и без единой души, словно она переместилась на многие года назад в какой-то богом забытый отель с маньяком из страшных историй. Незнакомая мелодия, похожая на то, что было популярно в тридцатые годы двадцатого века, струилась из граммофона, что скромно стоял на тумбе возле стола. Голоса, певшие песню, переломались, а потом и вовсе затихли. Подул ветер, усиливая звук завывания в проёмах помещения.       — А-ло-о. Кто-нибудь есть?       Её голос дрожал, сердце бешено билось. Она, крепко взявшись за ручку чемодана, попятилась к выходу. Обрывки песни зашумели, выдавая определённые слова, из которых можно было сложить фразу «ты…боль …моя…слёзы…моя, моя, моя…». Айрис потянула на себя дверь, что, видимо, из-за сквозняка, не могла открыться.       — Что за бред? Чёрт! Откройся…откройся!       Сзади послышалось шуршанье, за которым последовали чьи-то размеренные шаги по скрипучей половице. Она обернулась, но никого не увидела.       Чья-то рука пала на её плечо…       Девушка резко обернулась, чуть не ударив кого-то портфелем.       — Успокойтесь, милочка. Я не собираюсь причинить вам вреда.       — Кто вы? – всё ещё держа в воздухе аксессуар гардероба. Женщина опустила словно руку девушки.       — Миссис Хиддлстон. Я управляющая этой резиденцией. А вы кто?       — Айрис. Айрис Барлоу. – она шумно выдохнула, проходя за ней к столу. – Вы меня испугали. Чуть сердце не остановилось.       — Не припоминаю ни единой остановки сердца за срок своей работы. И надеюсь, не застану.       — И сколько лет вы здесь работаете?       — Чуть больше двадцати пяти лет. – сдержанно ответила женщина, присаживаясь за стол. – У меня ещё будет возможность заполнить ваши документы, всё же вы приехали на неделю раньше, чем положено. Так что отправляйтесь к себе, сейчас я не с      могу заполнить информацию о вас через компьютер – у нас выключили электричество.       — И часто такое бывает?       — Не часто, бояться нечего. Да и решают эту проблему обычно быстро. Ваша комната находится на втором этаже. Номер, – она глянула в структурированные записи в тетради, – «одиннадцать».       — Точно не номер «шесть»?       Она выглянула на неё из-под золотистой оправы овально-стекольных очков, с секунду смолчала.       — У меня нет смысла врать вам, милочка. Кто вам сказал, что у вас номер «шесть»?       — Директриса.       — Она, наверное, что-то перепутала. Точнее, общежития. У нас «шестая» комната – комната-призрак, если вы понимаете, о чём я.       — Если честно – не очень. – она пожимает плечами, не отрывая взгляд от женщины. – А что не так с этой комнатой?       — Спросите об этом директрису, Мисс Барлоу. – заговорщицким шепотом ответила она. – Думаю, она ещё помнит эту историю. Да и раз уж она сама завела эту шарманку… Зачем я вообще занималась перенумерацией комнат? – тихим тоном больше себя спросила она. – Чтоб тема об этом когда-то вновь сплыла из-за некомпетентности директрисы?       «Видимо, у неё с ней что-то личное. А может она немного поехавшая?»       Миссис Хиддлстон улыбнулась. Айрис же не хотелось улыбаться совершенно.       — У нас мрачное местечко. Возможно, оно может вам показаться устаревшим, но, уверяю вас, современность не обделила всеми необходимыми технологиями, и мы движемся в ногу со временем.       Слова прозвучали искусственно, в них не чувствовалось ни жизни, ни былой злобы от собственной же обиды, ни призрения. Каждая фраза сплетена из слов, заучена до идеала. Айрис оставалось лишь кивнуть с улыбкой на дрожащих от холода устах и сдержанно кивнуть головой.       И чем сильнее обрастало новыми подробностями дело, чем больше становилось частей картины, тем сложнее было соединить фрагменты и выявить связь.       Ступив на первую лестницу, девушка решилась включить телефонный фонарик, чтоб как можно лучше увидеть обстановку. Она поднялась по скрипучей лестнице с трудом и поблагодарила себя за то, что не взяла с собой больше вещей, которые наверняка бы томились в чемодане до возвращения домой на каникулы. Да и зачем было брать много вещей, если в начале учебного года им всем выдаётся несколько комплектов с символикой академии       Лестница, как и почти весь пол на этаже, была покрыта тусклым пурпурным ковром с рисунками звёзд, белых роз и тёмных острых шипов. Нумерация комнат шла с левой стороны. Так как здание резиденции было построено буквой «П», её встретила арка, ведущая в широкое лобби с камином и книжными стеллажами.       — Значит, мне налево…       Девушка повернула налево и шла до упора, пока не увидала лестницу, ведущую вниз. Подняв взгляд чуть выше, она обнаружила знак, гласящий о том, что это аварийная лестница. Почти радом с ней была дверь в её комнату.       Комната оказалась просторной, хоть и не зрелищной: простая односпальная кровать слева, письменный стол с лампой у окна, что сразу напротив входа, широкий шкаф чуть правее от двери. Вот только…       — Интересно, а где тут туалет? Айрис положила все учебники на кровать и начала рыться в них, не пропуская ни единой странички.       — А вот и ты… – страница за страницей, буква к букве – и памятку держат цепкие пальчики девушки. – Что? Общая ванная комната на этаж? Хотя, я зря жалуюсь. Если Мисс Эттвуд права, обучение здесь – вход в мир славы и успеха.       Девушка хлюпнулась на кровать, от чего та жалобно скрипнула. Пыль полетела по комнате. Айрис решила открыть окно, что застилала бордовая хромовая штора. Как только она отодвинула её, взгляд тут же упал на фигуру с широкими плечами, капюшон которого скрывал его лицо. Но она прекрасно знала, что он смотрит на неё, стоя на траве под бурным дождём. Айрис смотрела на него в упор, пока на небе не блеснула огромная молния, разделяя небосвод на части. Стоило ей хоть на секунду отвести взгляд, как Чёрный Капюшон исчез, словно его там никогда и не было. Она передумала открывать окно.       Да и что если он ринулся прямиком к ней?       Ключ. У неё был ключ. И не важно, что, скорее всего, эта дверь не выдержит покушения. Айрис уже начала обдумывать план действий на случай нежеланного визита. Как только дверь попытаются выбить, она скользнёт через окно наружу и спуститься вниз по лозе мёртвых роз. Уж лучше быть покалеченной, чем мёртвой.       И такие планы у неё возникали каждый раз, как только она хоть на минуту оставалась в незнакомом месте. Можно ли смахнуть это на прочитанные детективные книги, биографии серийных убийц и просмотренные документальные фильмы? Может, всему виной – авария? Нет, такие мысли появились задолго до рокового инцидента, но вспомнить из-за чего – она не могла. Это будто протянулось за ней из прошлых жизней.       Фонарик на телефоне, что горел с тех пор, как она зашла в резиденцию, потух. Свет из окна слабо освещал комнату, а поэтому она толком ничего не смогла развиднеть.       — Чёрт…разрядился…       Она не помнила, что на нём оставалось мало зарядки.       «Наверное, это из-за холода»       Ей хотелось принять тёплый душ и завалиться в постель после утомившей её долгой дороги, но рой мыслей о покушении неизвестного никак не мог стихнуть.       — Нужно ознакомиться с памяткой.       Она положила два ключа от комнат на стол, открыла чемодан, достала запакованную свечу, вынула спички из внутреннего бокового кармана и положила всё на стол. Чуть повозившись с запаковкой, она откинула её в сторону и наконец-то подожгла свечу. Рука нырнула под стол в поисках ведра для мусора. Оглянувшись, она заметила, что мусорное ведро находилось у выхода из помещения. Пока пламя скромно освещало тусклую комнату, Айрис села на стул и принялась изучать памятку, что состояла из четырёх страниц. На оборотной стороне располагалась карта академии с номерками каждого места, на первой странице – пожелание, на второй – мини свод правил, на третьей – расписание мероприятий для каждого ученика и важные даты, на четвёртой – список учителей. В шесть вечера должен был состояться ужин, что означало одно – у неё есть почти два часа, чтобы чуток подремать и привести себя в порядок.       Айрис задернула шторы и переоделась в сменный комплект из утеплённых свободных брюк и тёплого свитера. Мокрая одежда отправилась на вешалки в шкаф. Закрыв дверь на доступные два оборота, она завела будильник и легла на кровать. Мужчина за окном не оставлял мысли в покое. Глаза, если и не были закрыты, прожигали в двери дыру. С одной стороны – уединение в историческом здании, пропитанном историей, но с другой…а разве первый пункт сам по себе не вызывал дрожь? Она перевернулась на бок, не отрывая взгляд от двери.       — Нужно думать позитивно. Можно даже устроить вечеринку и позвать Мисс Этвуд и Миссис Хиддлстон. А если и тот мужчина придёт…пусть тогда хоть чай принесёт.       Она протяжно вздохнула. Закусив нижнюю губу, она оттянула её внутрь и отпустила, почувствовав железный привкус на кончике языка.       «Нужно поспать… Айрис, тебе же этого хочется»       — А что, если…       Осознав, что всё же окружающая обстановка не внушала доверия, да и сон отпугнул неизвестный мужчина, Айрис чуть ли не подлетела к столу, взяла имеющиеся ключи и ринулась изучать резиденцию, закрыв после себя свою комнату.