I don't need magic to love you

Феликсу кажется, что он задыхается от боли. Он не может вздохнуть и слезы застилают глаза, не давая нормально видеть. Сердце больно сжимается и этот приступ такой невыносимый, что Ликс бы покричал от злости, если бы мог. Он не помнит как добирается до своей комнаты, но там пытается найти хоть какой-то платок, а после накалдовать его, но его руки дрожат и он не может нормально сказать хоть какое-то заклинание. Он честно пытается сам себя успокоить. Но снова срывается на плач и рой мыслей в голове не останавливается. Он так разозлился, одновременно с этим расстроился, и испытал такую невероятную боль, что после того как выплачет все, точно будет валяться как овощ. Чертов Чанбин. Феликс никогда бы не подумал, что может получить от него такой удар. Феликс всегда безоговорочно доверял Чанбину, еще с первого курса, когда они познакомились после зачисления их обоих на Гриффиндор. Чанбин отгонял от него всяких придурков, они вместе были практически везде, разве что в душ вместе не ходили… хотя и такое бывало. У них общие темы для шуток, есть несколько общих хобби, а там, где они не сходятся, они все равно всегда поддерживали друг друга. Из-за поцелуев и этих чертовых экспериментов все пошло не по плану. Неужели Чанбин так хорошо его изучил и он прав? Феликс пустой? В нем нет ничего, кроме красоты? И даже красота — не красота? Почему слова одного человека так сильно режут самолюбие, почему ему так хреново теперь? Потому что он не идеален в глазах Чанбина? Потому что всегда видел, что нравится ему и играл в эту тупую игру с поцелуями в надежде, что Чанбин влюбится в него? Феликс не знает точных ответов на свои вопросы, но точно знает, что это самый худший вечер в его жизни. Ему так больно. Ему хочется выплакать всю-всю-всю свою боль, зарыться в подушку, накрыться одеялом и чтобы ближайшие несколько дней его никто больше не трогал. Ликс вздрагивает, когда слышит странный шум, а после в их общей комнате появляется запыхавшийся Чанбин. Они сталкиваются взглядами снова, но у Феликса закончилась энергия. Он не хочет больше уничтожить Чанбина, он хочет, чтобы тот ушел. Ему больно, он не хочет его больше видеть, но это комната и Чанбина тоже. Ликс не знает, как они будут дальше. — Я мешок с дерьмом, — говорит Чанбин и делает пару шагов в сторону Феликса. Ликс чувствует, что слезы снова накатывают на глаза и он закрывает лицо руками. — Я не человек, а тупое вонючее существо, которое не стоит даже твоего ногтя, — слышит Ликс и чувствует, как Чанбин делает что-то рядом, а после ощущает его руки на себе. Чанбин садится возле кровати Феликса, и обняв его ноги руками, утыкается лицом ему в колени. — Пожалуйста, прости меня, — задушено говорит Чанбин. — Ты прав абсолютно во всем. Я ревновал тебя. Я хотел быть с тобой, но никогда не признавал этог вслух. — Ты правда считаешь меня пустым? — спрашивает Феликс, а голос его скрипит. — Нет, я сказал это, чтобы задеть тебя и я себя за это ненавижу. Феликс, ты единственный человек, с которым я всегда могу поговорить о чем угодно, на любую тему и ты умный. И самый красивый. Даже не будь в тебе крови вейлы, я бы заметил тебя. Все бы заметили. Даже будь ты невзрачным, все равно ты был бы самым лучшим. И я уверен, что среди всех, кого я отогнал от тебя, были в основном те, кто хотел увидеть твою суть, а не получить внешность. Потому что ты прекрасен. — Все, кроме тебя. — Я тот ужасный один процент, который тебя портит, — усмехается Чанбин, и следит за Феликсом, который потихоньку начинает успокаиваться. — Я порчу тебя. Пожалуйста, прости меня. Когда ты позвал Виктора на бал, я думал, что сойду с ума. Я так разозлился. А потом ты еще и появился весь такой неземной, и я совсем растерялся. Я словно упустил тебя. Словно все эти годы у меня был шанс и я мог вот-вот упустить. — Шанс быть с парнем, за которым сохнет вся школа? — кривится Феликс. — Шанс быть с парнем, которого я люблю. Феликс вздрагивает, всматриваясь в лицо Чанбина и пытаясь понять правду ли говорит Со. — Мне нужно было разозлить вейлу, чтобы понять это. — Я не вейла, — шипит Ликс и легонько отпинывает Чанбина от себя. — Плевать, будь ты хоть домовым эльфом. — Тогда у тебя было бы преимущество в росте, этого нельзя допустить. Ты итак заносчивый. Чанбин шипит, а Феликс только смеется тихонько с его злости. — Я сделаю все, чтобы ты простил меня, — говорит Со, смотря на друга. — Тогда пусть твои яйца увеличаться до размера «я готов позвать Феликса хотя бы на свидание». — Я готов позвать Феликса быть моим парнем, для начала. — Ого, настолько большие? — шутит Ликс, и теперь улыбается. Чанбин смеется в ответ и зарывается лицом в колени Ликса снова, понимая, что сам сейчас будет плакать. Феликс кладет руку на его голову и бережно гладит по волосам. — Я тебя не заслужил, — говорит Со. — Естественно. Но плохих мальчиков воспитывают лаской. Они снова смеются. Чанбин все-таки поднимается и садится рядом с Ликсом на кровать. Феликс следит за каждым его движением — Чанбин тянется к его лицу и бережно стирает оставшиеся слезы. А после прижимается лбом ко лбу Ликса и смотрит в глаза. — Я кое-что забыл, — тихо говорит Ли. — Что? — Я тоже люблю тебя. Глаза Чанбина расширяются от удивления, но он не успевает ничего сказать, потому что Феликс обвивает его за шею руками и прижимается своими губами к губам Со. Целует Чанбина нежно, и выдыхает, когда руки Чанбина притягивают его к себе ближе. ✨🏰💜 — Хочешь, я проведу тебя до подземелья? — спрашивает Минхо, когда видит, что Джисон невероятно устал. Хан опирается о стол двумя руками и держится за голову, совсем не интересуясь что происходит вокруг. Большинство людей уже ушли, от чего танцпол поредел. Сейчас играет спокойная музыка, и люди, разбившись по парочкам, танцуют медленный танец. Сынмин с Хенджином уже ушли, Чанбин и Феликс так и не вернулись. Джисон уже немного устал танцевать, поэтому они с Минхо решили немного посидеть. Чан и Чонин все еще на танцполе и для Минхо шок, что они до сих пор друг друга не убили. Минхо наблюдает за друзьями, и думает, что у них есть все шансы полюбить друг друга. Конечно не сразу, потому что они ссорятся как кошка с собакой. Но со временем… Минхо переводит взгляд на Джисона. Вот бы у него тоже был шанс. — Давай, — вдруг отвечает Джисон. — А? — Ты хотел провести до подземелья. Давай, говорю. — А, да, пойдем. Минхо подает руку Джисону, чтобы помочь ему встать, но Хан игнорирует его. Они машут Чонину с Чаном и уходят. До подземелья идут в полной тишине. Уже у входа в общежития Слизерина, Минхо спрашивает как Джисон себя чувствует. — Сейчас посплю и все будет нормально. Слишком много людей, — вздыхает Хан. — Тогда, спи хорошо. До встречи, — кивает Минхо и разворачивается, собираясь идти в свою башню. Он успевает сделать пару шагов, как чувствует чужие руки позади себя. Не оборачивается, просто замирает, скорее от шока. Джисон обнимает его со спины и неожиданно кладет одну руку поперек талии, а вторую прямо туда, где находится сердце. — Если бы я мог… если бы я мог сделать так, чтобы ты не влюбился в меня, я бы сделал это. Прости меня… — Джисон, — тихо отзывается Минхо, слегка поворачивая к нему голову. Хан опирается лбом о плечо Ли и его руки только сильнее сжимают его тело. — Ты мог бы вырывать сердце из моей груди раз за разом, но даже без него я буду влюбляться в тебя. Хан качает головой и Минхо слышит, как он всхлипывает. Но раз он может сказать чуть больше о своих чувствах, он не упустит свой шанс. — Я готов быть кем угодно возле тебя. Хочешь буду другом, хочешь буду рабом, позволишь, буду жизненной опорой и любовью, Джисон. Хан пытается ускользнуть и убрать руки с тела Минхо, но Ли не дает, перехватывая и прижимая к себе. Джисон лишь всхлипывает снова, позволяя себе плакать, опираясь на плечо Минхо. — Отпусти меня, — шепчет Хан. Минхо отпускает его руки. — Нет, ты не понял. Отпусти меня. Разлюби. Минхо лишь хмыкает. Разворачивается, аккуратно поддевая подбородок Джисона пальцами и второй рукой стирает слезы с его лица. — Хочешь пойдем к иве? Поспим там, чтобы тебе было не так одиноко. — Ну зачем ты это делаешь? — плачет Джисон. — Разве тебе не больно? Каждый раз получать отказ. — Хани… — Не называй меня больше так. Минхо выдыхает и Хан чувствует, как тяжело ему это дается. — Я люблю тебя. — Прекрати… — И я буду рядом, примешь ты мои чувства или нет, Джисон. — Уходи. Уходи к себе, давай! — Джисон хватается за плечи Минхо, поворачивает его спиной к себе и подталкивает вперед. Минхо послушно делает шаг, но после оборачивается слегка. — Ты точно не хочешь пойти к иве? Если тебе плохо… — Я справлюсь, — кивает Джисон и натягивает подобие улыбки. — Все будет хорошо. Иди, пожалуйста. Минхо смотрит на него несколько секунд, пытаясь найти ответ на какой-то свой внутренний вопрос, но выдыхает и развернувшись, все-таки уходит. Джисон смотрит ему в след с щемящей тоской внутри. И ненавидит себя с каждой секундой все больше. ✨🏰💜 На следующие утро, абсолютно уставшие, но с большим количеством эмоций, они собираются снова. Первым делом всех конечно же интересуют Чанбин и Феликс. — Но я так понимаю, что все в порядке, — усмехается Сынмин, указывая на скрепленные между собой руки гриффиндорцев. — Ага, — сияет Феликс. — Чанбин, кто ты? — Я мешок дерьма. — Что?! НЕТ! Но уже поздно и остальные начинают ухахатываются с услышанного. — Ты должен был сказать, что ты мой парень, — смеется Феликс и гладит Чанбина нежно по лицу. — А, да, это куда более приятное звание, — неловко улыбается Чанбин. — А вы? — вдруг разворачивается Хенджин к Чонину и Чану. — Теперь я ненавижу его еще больше, — фыркает Чонин, но Чан лишь улыбается на это и ничего не говорит. — Была причина? — удивляется Джисон. — Эм, нет, ничего, — уводит глаза Ян. Flashback — Отлично потанцевали, — говорит Чан и устало потягивается, когда они наконец-то выходят из Большого зала. — Если бы кто-то еще умел танцевать, — ядовито говорит Чонин. — Я хорошо танцую. — Ну конечно. — Что тебе еще не понравилось, мистер вредина? — Что? Ах, ну раз ты хочешь послушать. Во-первых, ну одеться можно было и поприличнее, я тут старался ради него, чтобы участник Турнира трех волшебников, не пришел с каким-то оборванцем, а ты даже не постарался. — Нормальный костюм же, — морщится Чан, не понимая претензии. — И то, что ты вечно тягал меня танцевать. У меня ноги устали! Зачем я вообще только решил тебе помочь в первом туре, лучше бы я слушал нытье ребят, что ты стал углем, или утопился, но твоя довольная морда, когда мы танцевали… И чем ты гордился? Наверное тем, что хорошо выглядел на моем фоне! Ну и естественно, твое тупое выражение лица… Чан честно пытается сдержаться. Он уже давно привык к такому Чонину, но сейчас Крис невероятно уставший, разморенный и все, что он хочет, это просто прижаться к чему-то теплому и заснуть. В какой-то момент весь поток слов от младшего становится шумом, но терпение Чана уже лопнуло. Он резко хватает Яна за шею и притянув к себе, впивается поцелуем в губы. Чонин тут же замолкает, издав легкий писк и даже пробует вывернуться, но не получается. Чан держит крепко, а после еще и притягивает к себе Чонина за талию, вжав в свое тело и не давая рыпнуться хоть куда-то. Крис наконец-то понимает какие губы младшего на вкус. Он весь вечер задавался этим вопросом… Чонин же чем-то намазал губы, и это было с вишневым вкусом или с клубничным? Он не угадал, это была малина. И сейчас, когда он проходится языком по губам младшего и чувствует эту сладость, ему хочется блаженно простонать от того, насколько это шикарно. Через несколько секунд, когда устает опираться, Чонин сдается. Обмякает в его руках и позволяет слегка углубить поцелуй. Чан прихватывает его верхнюю губу своими, посасывает и чувствует, как младший пробует отвечать. Целует слегка неловко сам, ухватившись руками за пиджак Чана. Крис думает, что на минуту точно попал в рай — сжимает чужое тело в руках, ощущая кончиками пальцев кожу младшего и ткань его костюма. Нос щекочет сладкий аромат парфюма Яна, который весь вечер пытался уловить Чан. Но теперь, когда они остаются в холе, аромат более отчетливый и в сумме с малиновым привкусом на губах, будоражит сознание. Когда Крис разрывает поцелуй, Чонин в его руках кажется с уплывшим куда-то сознанием. Но он тут же возвращается назад, и Чан не успевает среагировать, как получает удар в челюсть. Не сильный, но точно хватает для того, чтобы отпустить слизеринца из объятий. Чан пытается размять челюсть, и оборачивается, но Чонин уже успел сбежать. End of flashback. — Больше я никогда тебе не буду помогать, — ворчит Чонин и для пущей убедительности, отходит подальше от Криса. — Не переживай, остался только последний тур. — Переживаю только о том, чтобы ты продул. — Явно что-то случилось, — шепчет Сынмин Хенджину на ухо, и тот прыснув, кивает, подтверждая, что думает также. ✨🏰💜 Ребята мостятся на самых первых местах на трибуне, стараясь поддерживать Чана, пока тот стоит с остальными участниками в ожидании начала последнего соревнования. — Это так мило, что вы так усиленно его поддерживаете, — вдруг говорит Рита Скитер, появившаяся неожиданно сбоку от них. Парни вздрагивают, поворачиваясь к ней одновременно. — Тебе, наверное, тревожно? — говорит журналистка, смотря на Чонина. — С чего бы вдруг? — фыркает Ян, прижимаясь поближе к Джисону, который тут же принимает его в свои объятия. Эта журналистка пугает их всех. — Последнее состязание, твой парень будет в опасности, может даже получить серьезную травму! — Я это переживу, — скалится Чонин, делая вид, что это у него поддержка такая. — Не хочешь поцеловать его перед тем, как он зайдет в лабиринт? — Что? Нет, я… Ай! — Чонин явно хочет сказать что-то едкое, но Джисон щипает его за лопатку, напоминая, что Ян может сейчас сделать ошибку. — Почему? — удивляется Скитер. — Он… он… он не заслужил, вот! — выкручивается Чонин. — Не заслужил? — улыбка журналистки становится куда шире. Чан удивленно наблюдает за всем этим балаганом. — Значит ты поцелуешь его при всех, когда он возьмет Кубок? Ох, так романтично! Это будет чудесная статья! Если Кристофер выиграет, ваш поцелуй попадет на первую полосу! Чонин в ужасе смотрит на журналистку. — Ох, я вижу, ты тоже в восторге от этой идеи! Кристофер, слышал, тебе лучше победить, если хочешь красивую фотографию с вашим поцелуем на первой полосе Ежедневного пророка! Чонин переводит взгляд на Криса и сталкивается с его ехидным взглядом на себе. Друзья только переглядываются, пытаясь сдержать комментарии внутри себя. «Только попробуй выиграть, придурок, и я убью тебя!» — думает Чонин, пытаясь донести взглядом эту же мысль в голову тупого гриффиндорца. Через час Крис выиграет Турнир трех волшебников. Чонин думает, что нельзя ненавидеть кого-то сильнее, чем он Чана, но все равно целует его прямо на глазах у беснующейся толпы. Он чувствует ухмылку старшего в поцелуе и слегка прикусывает его губу за это. А на следующий день Чонин с ненавистю смотрит на всех своих друзей, у которых в руках по екземпляпу Ежедневного пророка, где на первой полосе он на повторе целует Кристофера, держащего Кубок Огня одной рукой, а второй прижимает младшего к себе. И конченный заголовок: «ЛЮБОВЬ ПОБЕЖДАЕТ: ВЛЮБЛЕННАЯ ПАРА ИЗ ХОГВАРТСА ВЫИГРЫВАЕТ ТУРНИР ТРЕХ ВОЛШЕБНИКОВ».