Молниеносец

             Удивительно, как много, оказывается, может прочувствовать человек за одно мгновение. Раньше Чонгук не знал ничего кроме страха и боли. Они были основой его выживания. Но сейчас он мог дышать полной грудью, зная, что его защитят, что его поддержат. Зная, что кто-то всегда будет стоять на его стороне. С этим осознанием можно было свернуть горы. Но чувства. Как многогранны они могут быть, как пóлны. За один лишь миг Чонгук чувствовал и волнение, и всепоглощающую радость, и жгучее смущение вперемешку с любовью. Губы Тэхёна дарили ему сотни чувств, которые наполняли и окрыляли его. Молниеносец не мог и помыслить, что такое бывает. За какие такие свершения он получает всё это. Получает чужую любовь. Тэхëну даже не нужно было ничего говорить, прикосновения и пронзительный взгляд говорили за него. Чонгук ощущал дикое притяжение к одарённому, не смея оторваться от сладких поцелуев и нежных касаний. Любой вздох или стон был наполнен значением и признанием в чëм-то вечном. В чëм-то личном, принадлежащем только им двоим.       В комнате было темно, но фиолетовые бабочки летали вокруг одарённых, создавая волшебную атмосферу. Чонгук буквально искрился от каждого поцелуя водяного, заставляя Тэхёна дрожать от предвкушения. Сила молний переполняла их обоих, она охватывала и Кима через каждое касание. Тэхён ещё никогда не чувствовал себя так. Так цельно, так умиротворëнно и в то же время волнительно, так по-настоящему.       С тех пор как водяной одарённый познакомился с Чонгуком, он стал замечать окружающие его вещи в другом, более значимом смысле. Тэхён находил закаты и рассветы более красивыми, если они были встречены рядом с молниеносцем. Он ловил себя на том, что улыбается, ощущая тепло солнечных лучей или дуновение ветерка, что наслаждается тем, как травинки щекочут его ступни. И всё потому, что этот удивительный одарённый был рядом и привносил в его жизнь искру. Бесконечную и несравненно яркую.       Тэхён находил утешение в том, что почти всё прекрасное в жизни напоминало ему о его возлюбленном: луна, запах цветов, фиолетовый цвет и бабочки. Водяной мечтал стать художником, лишь бы навеки запечатлеть природную красоту Чонгука и его стихии. —Ты сводишь меня с ума. – Ким склонился над молниеносцем, разглядывая его покрасневшие щеки и слегка влажные глаза. Чонгук игриво улыбнулся, приподнимаясь на локтях, чтобы получить очередную порцию мягких поцелуев.       Но Тэхён правда не лгал, его рассудок медленно, но верно уплывал, стоило коснуться этой фарфоровой кожи или заглянуть в большие глаза. Ох, эти глаза, они когда-нибудь погубят его, они были такими невероятно красивыми, что водяной мог потеряться в них на всю оставшуюся жизнь и был бы счастлив. Всё в Чонгуке было произведением искусства и Тэхён был без ума от каждой его чëрточки.       Водяной провёл языком по любимым шрамам на руках, слегка прихватывая кожу губами. В Чонгуке удивительно сочетались сила и изящество. Тэхён обожал это в нём. Каким строгим и спокойным он мог быть с другими и каким мягким и нежным с ним. —Ах, – молниеносец резко вздохнул, когда водяной оставил засос на шее, чуть ниже кадыка. Тэхён любовно провёл пальцами по шрамам на боках, вновь и вновь доказывая Чонгуку, как он обожал их. Шрамы на теле одарённого, были словно линиями на небе, образованными падающими звёздами. Его чудесная искорка, его пылающая звезда. —Ты можешь прекратить дразниться, у меня стоит с тех пор, как мы вернулись. – Еле-еле прошептал молниеносец, сгорая от желания. Его не смущало говорить о своих истинных желаниях, с Тэхёном всё становилось правильным. Будто Чонгук ждал его всю свою жизнь. Хотя так оно и было, луна и звезды тому свидетели. —Ты бьешь меня током с тех самых пор, что мы тут и я чувствую себя извращенцем, раз мне чертовски нравится. Твои молнии полностью меня обволакивают. А эти бабочки. – Тэхён поднял голову, всё ещё не веря своим глазам. Изящные насекомые летали по комнате, будто охраняя их близость и уязвимость. Водяной чувствовал, как наполняется чужой энергией и будто всё становилось на свои места. – Просто безумие. Я всё ещё не до конца осознаю, что ты сделал. Ты просто невероятен, Чон Чонгук. Ценнее любых драгоценностей и богатств. Даже природа перед тобой не устоит. —Ну, я же молниеносец. Этим многое сказано. – Гук провёл пальчиками по груди водяного, вынуждая его поторопиться. Тэхён хмыкнул, не смея больше противиться напряжению, повисшему в комнате. Ему хотелось сделать одарённому приятно, до звезд перед глазами. —Ты такой не потому что молниеносец, а потому что Чон Чонгук. – Гук ошеломлëнно вздохнул от чужих слов. Его глаза по-настоящему заискрились.       Избавив их обоих от оставшейся одежды, Ким прижался к молниеносцу, обнимая и крепко целуя. Ему нравилось мучить Чонгука, заставлять умолять о большем, буквально терять рассудок от желания. Гук хныкал от перевозбуждения, член тёрся о живот Тэхёна, но всё ещё недостаточно, чтобы довести одарённого до оргазма. Обнажённая спина извивалась на кровати, прогибаясь в груди, истерзанные губы в отчаянии тянулись вверх, требуя ещё, ещё и ещё. Водяной же вцепился пальцами в любимое тело, желая потрогать, приласкать, погладить, растянуть удовольствие. Ему было мало. Ему всегда будет мало. —Не могу терпеть. —Знаю. – Тэхён сжал мягкие ягодицы молниеносца, притягивая теснее к себе. Его пальцы проникли в Гука и тот прикусил губу от будоражащей заполненности. Ему было очень горячо, мысли совсем покинули голову. Он видел только Тэхёна, Тэхёна, Тэхёна. Он будто родился с этим именем на губах.       Ким торопливо зацеловывал личико Гука, чтобы по-максимуму расслабить его. Он следил за каждым изменением на лице одарённого, но тот лишь тихо постанывал и шептал слова любви. Тэхён языком вырисовывал всякие узоры на шее Чонгука, свободной рукой прижимая молниеносца к постели и не позволяя касаться себя, чтобы продолжать сладостную пытку. Молниеносец жмурился, не зная куда деться, не зная хочет ли он остановиться или продолжить. Тэхён вынул пальцы, достаточно растянув одарённого, и вошёл аккуратно и глубоко. Чонгук старался ещё крепче обнять его и едва дышал от сумасшедших ощущений. Водяной провёл носом по вспотевшей шее Гука, собирая языком умопомрачительный вкус молниеносца. —Я тебя обожаю, моя искра. – Шептал, будто в бреду, водяной, ускоряясь внутри тёплого тела Чонгука. Он брал его глубоко и быстро, ощущая, как молнии пронзали его насквозь. Это было великой благодатью, что чужая стихия не просто подпустила Тэхёна, но ещё и отдалась ему, как и её хозяин. Истинное слияние душ.       Чонгук хватался за водяного, уже не в силах стонать, подавался навстречу, прикрывая глаза и полностью отдаваясь ощущениям. Молниеносец и помыслить не мог, что может чувствовать себя так хорошо. Так пóлно. Что ему позволено быть счастливым без оглядки на прошлое. Он так долго находился в замкнутом круге выживания и просто доживал день за днём, но теперь ему наконец позволили жить, и Тэхён вернул его к жизни. Возможно, если бы не водяной одарённый и не его объятия много-много лет назад, Чонгук так и не узнал бы какая сила в нём скрывается. Удивительное сплетение судеб.       Чонгука накрыло через несколько мгновений, от ожидания и перевозбуждения, словно мощной волной. Он сжался вокруг члена Тэхёна, обнимая его за шею, и это длилось словно маленькую вечность. Маленькую, яркую вечность. Каждую клетку тела потряхивало от электричества и разрядки. Тэхён кончил следом, уткнувшись лбом в плечо молниеносца. Струи воды потекли по рукам Чонгука, передаваясь ему от водяного одарённого. Гук устало, но счастливо улыбнулся, обожая ощущение стихии Тэхёна на своём теле. Ким взглянул на Чонгука, чьи ресницы блестели от влаги. Словно травинки в утренней росе. —Я уже, кажется, говорил, но твои молнии чертовски меня любят. – Тэхён лёг рядом, расплываясь в весëлой улыбке и прижимая размякшего Гука к себе. —Как и их обладатель. – Хихикнул молниеносец, целуя водяного в щеку. Он не хотел прощаться с этим чувством счастья и безопасности. Но уже меньше, чем через две недели им предстояло побороться за свою свободу. Чонгук нахмурился, когда Тэхён встал, чтобы обтереть их мокрым полотенцем. —"Я не могу позволить, чтобы что-то случилось. Проиграть – значит погибнуть. Я обязан позаботиться о них всех, о Тэхëне", – молниеносец вздрогнул от шёпота водяного: —О чëм ты так задумался? Выкладывай, я тебя знаю. —Иди сюда. – Чонгук привстал, но Тэхён тут же повалил его обратно кровать, глубоко целуя. Такие поцелуи сразу заставляли молниеносца забыть обо всех проблемах. – Я постараюсь ради нас, ты же знаешь это? —Мы вместе постараемся, Гук. – Тэхён ободряюще улыбнулся. – Мне тоже страшно. Чертовски, на самом деле. Но смотрю на тебя и становится спокойнее. —У меня также. С тобой всё легче. – Чонгук обнял водяного, вдыхая ни с чем не сравнимый запах моря, что почти всегда исходил от Тэхёна, но сильнее всего после секса. – Поэтому меня так беспокоит то, что мы не будем рядом в начале битвы. Неизвестно, как там всё будет. Это и пугает. Неизвестность. —Мы долго думали над планом и даже продумали несколько запасных в разных случаях. – Тэхён клюнул Гука в нос, прекрасно понимая опасения молниеносца. На поле боя ничто не может быть предопределено. Слишком много переменных, слишком много стихий, слишком много врагов. Но Тэхён почему-то знал, что всё получится. Он не знал с какими потерями, но верил в счастливое будущее. – Нужно просто верить друг в друга. Бояться нормально, мы же живые. Но мы уже почти у цели, Гук. А потом, когда всё закончится, мы съездим на море и я научу тебя плавать. —Очень этого жду. – Молниеносец улыбнулся краешком губ, потянув водяного за собой. – Идём, нам нужно искупаться. Слишком липкие.       Тэхён хихикнул и позволил Чонгуку увести себя из комнаты. Он тоже собирался выложиться на полную. Больше нет места сомнениям, страху или нерешительности. Им нужно спасти сотню людей и постараться в процессе не помереть самим. Задачка со звёздочкой. Хорошо, что Тэхён был отличником в школе.

***

      Михаэль беспокойно мерил шагами комнату, нервируя при этом Давон. —Может, ты прекратишь? – Девушка устало взглянула на него. —Его нет уже так долго. – Возбужденно прошептал Эль, теребя косу, что ему заплели две маленькие девочки, живущие в замке. —Он прекрасно справится, мой брат занимается этим уже Боги знают сколько лет. – Давон тоже переживала, но была уверена в Хосоке. Чон хоть и был раздолбаем, но мог быть осторожным, если того требует ситуация. —Да, но он никогда не делал чего-то такого в настолько большом замке. – Михаэль подошёл к окну, тут же нахмурившись. Королева Моргана стояла во дворе и о чëм-то говорила со Странницей. Эль презрительно фыркнул. —Так боишься Моргану? —Было бы глупо её не бояться. – Одарённый повернулся к девушке, выставив указательный палец перед собой. – Никогда не недооценивай противников, особенно женщин. Особенно мать, потерявшую своё дитя. Ей плевать, даже если небо содрогнется и упадёт на землю, ей важно помучить Эриду, довести её до сумасшествия и убить Сону на её глазах. Чтобы ей было так же больно, как когда-то самой Моргане. – Михаэль устало вздохнул, массируя виски. – Я с ней дольше, чем многие, она серьёзный противник. Одни её призрачные слуги чего стоят. На время битвы, я думаю, она возьмёт их с собой, так как защищать замок нет необходимости. В душе не ебу, как Чонгук поймёт где настоящая Моргана, а не очередной клон, но ему, очевидно, видно больше, чем нам. Он был в её иллюзиях и даже смог выбраться. —Не без чужой помощи. – Давон вздрогнула, когда вспомнила, как Чонгук кричал по ночам от кошмаров, навеянных Морганой и её безжалостными методами тренировок. – А как ты думаешь, – осторожно спросила одарённая, – она и нас может погрузить в такого рода иллюзии? —Если знает твоё слабое место, то может. – Михаэль сжал губы в тонкую линию. Он сам думал о такой перспективе. Что если с кем-то случится то же, что с Чонгуком, прямо посреди битвы. Одарённый молился, чтобы их избежала такая участь, потому что не знал, как помочь человеку в такой ситуации. Иллюзия может захлестнуть настолько, что одарённый сойдёт с ума. – Поэтому мы втроём в начале битвы будем сражаться за неё, доказывая свою преданность и силу, а как только она уйдёт, чтобы найти Эриду или куда-то ещё, я покажу им всем, что такое настоящий одарённый.       Давон закатила глаза на слова одарённого, усмехаясь. —А то, что ты сам теряешь силы очень быстро, мы не станем как-то обсуждать? Ты хорош для быстрых и жестоких драк, но битва может затянуться на пару дней, что тогда делать? – Давон развела руки в стороны, с вопросом глядя на одарённого. —У меня всё схвачено, дорогая, не беспокойся. – Михаэль отмахнулся. – Я введу себя в сон перед битвой на несколько дней с помощью своих же усыпляющих цветов. Так я смогу продержаться дольше.       Давон хотела сказать что-то ещё, как дверь открылась и вошёл Хосок, ярко улыбаясь. —Ну слава Богам, ты не мог ещё дольше, идиотина? – Михаэль дал ему подзатыльник, хмурясь. Хосок лишь посмеялся, потирая ушибленное место. —Ну и как, Хо? – Давон быстро оказалась рядом с братом, внимательно оглядывая его. —Да чего вы тут развели, всё прекрасно. За обедом и ужином люди будут слышать шёпот. Я там и о Чонгуке сказал обрывками, и об истинной цели Морганы, о том, что свободы нам не видать и всё такое. – Ветреный одарённый пожал плечами, мол легче лёгкого. —Тебя точно никто не видел? Ты был осторожен? – Эль не мог не нервничать. Он собирался не просто предать Моргану, но и пойти против неё в битве. Рано или поздно она узнает, что её предали и, конечно, быстро догадается кто. Он не боялся смерти, Михаэль боялся, что не успеет сделать что-то значимое и важное для общего дела. Тогда всё будет напрасно. —Да, Эль, не волнуйся, я был осторожен. —Да кто о тебе волнуется. Я боюсь, что дело пойдёт коту под хвост. – Михаэль снова отмахнулся и отошёл к окну, с волнением осознавая, что ни Морганы, ни Странницы нет на их месте. —И я сразу же передал Юнги, что всё сделал. Чуть позже мы... —Помните, что я вам говорил? – Эль резко развернулся, его шёпот был строгим и осторожным. Брат с сестрой переглянулись и Давон кивнула, сказав: —Говорить только при дневном свете. Ночью небезопасно. —Правильно. Ночью тут у всех стен уши. Даже с полностью освещённой комнатой не стоит обсуждать важные вопросы. Странница об этом заботиться. Я боюсь, как бы её сила не стала ещё более могущественной. – Михаэль покачал головой. Его буквально разрывало от ненависти к этой одарённой. Они с Морганой шикарно спелись, потому что обеих интересовала месть. Странница не остановится, пока не перебьëт всех важных господ из замка. Свиту Эриды. Почти все они были виновны в том, что девушка была продана в рабство ещё в детстве. Кроме как убийством молниеносцев, крысы королевства занимались и другими отвратительными вещами. – Хосок, позже передашь Юнги моё послание о ней и её силе. Вы можете не осознавать, но она так же сильна, как Моргана. Единственная её слабость – это свет. —В темноте от неё нет спасения? —Только если ты не огненный одарённый. – Прошептал Эль, хмурясь. Он задумался о Чонгуке и о природе его сил. Вероятно, он тоже мог противостоять Страннице. Главное, не оставаться в темноте.       Тьма была сильным противником. Но Михаэль помнил, что молниеносец обещал ему. Они обратят её против них. И одарённый постарается, чтобы так и случилось.

***

      В замке-призраке всё шло своим чередом. Каждый день был напряжённее предыдущего. Обитатели дворца чувствовали надвигающуюся опасность, дни утекали, словно песок сквозь пальцы. Юнги получал послания от Хосока о том, что во дворце уже говорят о Чонгуке и Моргане, о скорой битве, волнение поднималось медленно, но верно. Большего ледяной одарённый и не просил. К тому же даже в казармах золотоармейцев вспыхнул бунт за эти несколько дней. Были люди, которые лично знали Чимина и Джина и, очевидно, верили в содержимое написанных ими писем. Дезертиров было всё больше и больше, но Эрида ничего не делала, будто даже не замечала этих незначительных изменений. Это Юнги тоже предвидел. Она никогда не уступит и не признает поражение. Пока клинок не будет торчать из её собственного сердца.       И всё же у них было преимущество. Никто не знал о том, что Чонгук жив и здоров. А когда узнают, это приведёт к всеобщему хаосу, но именно этого Юнги и добивался. Чтобы королевы испугались. Чтобы сошли с ума от того, как им страшно, что девятнадцатилетний ребёнок может прийти по их душу. И он придёт. Юнги продумал всё до мельчайших деталей, даже самые худшие сценарии. Даже если большая часть из них умрёт, Чонгук должен будет довести дело до разумного конца. Одарённые помогут ему, как смогут, но убить Моргану должен он. Другие попросту не осилят её, как бы это ни звучало.       Джин сидел с братом и Намджуном за столом, поздно завтракая. Утром они вдвоём бегали по лесу, а ворон летал сверху, маневрирую между деревьями и стараясь не упускать братьев из виду. В столице будет творится настоящий хаос, когда люди поймут, что происходит и Намджуну будет сложно следить за одарёнными, поэтому последние пару дней они занимались в лесу. Ворон менял несколько разных обликов, решая какие именно животные будут наиболее эффективны в тех или иных ситуациях. Тренировки шли полным ходом. Джун задумчиво завтракал, как услышал разговор одарённых. —Каролина бы помогла нам. Смышлёная девочка. – Джин улыбнулся своим мыслям, вспоминая соседскую девочку с чëрным забавным котом. —Не забывай, кто её учитель. – Ухмыльнулся Тэхён, тут же нахмурившись. – Надеюсь, они живы и в безопасности. —Вы о той девочке говорите? Которая по соседству жила? – Намджун улыбнулся, привлекая внимание братьев. —Видел её? – Сокджин повернулся к нему, запихивая в рот булочку. —Конечно, я же следил за вашим домом. Это было очень запарно. – Ворон усмехнулся, вспоминая свои ночные вылазки к дому Кимов. – Её кот чертовски умный, приходилось каждый раз принимать облик разных животных, чтобы он ничего не понял. —Она такая же, как ты. У неё большой потенциал. – Задумчиво проговорил водяной. – Когда в последний раз ты видел её и её семью? —Они больше не живут в том доме. Это всё, что я знаю. Полагаю, они уехали из города, как только началась война. После того, как ваш дом взорвали. —Не напоминай. – Джин поëжился, тяжело вздыхая. Это был последний раз, когда он видел мать и сестёр. Да, они все решили, что лучше никак не контактировать с ними и даже не знать где они, чтобы враги не смогли ничего разузнать. Но это было тяжело. Его сестры были причиной почему он держался в тюрьме, он мечтал подарить им спокойную жизнь, которую заслуживал каждый ребёнок. Он так хотел их увидеть, безумно скучая. Поскорее бы этот ад закончился, чтобы Джин с Тэхёном могли разыскать их и больше никогда не отпускать. —Каролина очень продвинулась в понимании своих способностей. Превращаться, конечно, она не умела, но со зверушками могла поболтать. – Тэхён встал из-за стола, просто бросая мысли вслух. Намджун поднял на него взгляд и проговорил: —Она бы, наверное, помогла нам, но мы тут как раз ради того, чтобы дети больше никогда не участвовали в войнах. Ей здесь нечего делать.       Тэхён кивнул, полностью соглашаясь со словами ворона. По-хорошему, Намджун считал, что и Тэхёну с Чонгуком тут делать нечего. Они были сильны, но лишь из-за своих стихий, а опыта у них было мало. Такие молодые одарённые не должны проливать реки крови, но судьба всё решила за них. Судьба и кровожадность королей и королев.       Ворон положил руку поверх руки Джина, привлекая его внимание. Одарённый сразу же взглянул на него, вопросительно приподняв бровь. —Я беспокоюсь. – Честно прошептал Намджун. Огненный одарённый взял его руки в свои, улыбнулся и сказал: —Как и все мы, дорогой. Осталось меньше недели и мы все, как на иголках. Просто надо постараться изо всех сил. А там всё решится так, как должно. – Джин поцеловал тыльную сторону ладони ворона, нежно ему улыбаясь. Шрам на его щеке делал Намджуну физически больно. Он осознавал, что кто-то может погибнуть и простым шрамом уже не отделаешься. Это было невыносимое ожидание. Жуткое. Будто тебя ведут на виселицу, а ты не знаешь за что. Как скоро решится их судьба? И решится ли вообще? —Хорошо. Главное, будь рядом. Не давай ни себе, ни брату встревать в неприятности. Я буду сверху наблюдать за вами.       Джин кивнул, сжав губы в тонкую линию. Нервы накалялись до предела. Он прекрасно понимал опасения ворона. Сокджин не мог спать, думая о том, как улучшить свои показатели, размышляя о плане, прокручивая в голове тысячу ужасных сценариев. Это выматывало, но он был не один, Джин смотрел в глаза Юнги и видел ту же волнительную сосредоточенность, Чимин же злился и ругался по поводу и без, не в силах удержать всё внутри себя, Чонгук чаще гулял, стараясь устаканить напряжение внутри себя, Тэхён постоянно искал компании брата, как в детстве, чтобы почувствовать стабильность и защиту. Все пытались найти друг в друге покой. Это помогало. То, что ты варишься в этом дерьме не один. И не один будешь из него выбираться.

***

      Положение в королевской армии не было идеальным, но так было всегда, солдаты часто были чем-то недовольны. Эриду не волновали какие-то слухи, что ходили в кругах золотоармейцев. Она думала лишь о том, как спасти единственного сына от Морганы и обеспечить его абсолютную безопасность. Одарённые близняшки, конечно, заставляли её чувствовать себя спокойнее. Игрид показывала беспощадные результаты, девушка убивала одними касаниями и могла сама решать, как именно умрёт тот или иной человек. Главным условием был контакт кожа к коже. Вторую же сестру, Вию, королева больше не видела, она её спрятала, как того и просила Игрид. О месте нахождения Вии никто не знал кроме них двоих и Николаса, которому Эрида втайне всё рассказала. Будь королева не так занята войной и безопасностью сына, она бы почувствовала подвох в близняшках, но этого не случилось.       Эрида сидела на троне, слушая доклад Николаса – её глаза и уши во всём королевстве и даже за его пределами. Этот одарённый был феноменальной силой её армии, почти половина всех солдат шла именно за ним, как за главным военачальником и генералом. Возможно, кроме десницы, Николас был единственным, кому Эрида могла доверять. —Семейство Ким я так и не смог найти. Женщину и девочек кто-то точно прячет. – Николас закачал головой, хмурясь. Мужчина явно постарел за последние месяцы. Потеря сына на поле боя сильно сказалась на нём. —То есть ты уверен, что этот паршивец Ким Тэхён не с ними? —В столице был всплеск его силы. Он был здесь, когда стены лагеря обрушились. – Николас подошёл ближе к королеве, прошептав: —Ким Тэхён мог спасти Сокджина и Чимина, ваших подопечных, которые находились в лагере, за стенами, на тот момент. Если это так, то они попытаются помешать нам. —Нам? Хах, ты смеёшься? – Эрида рассмеялась, глядя на удивлëнного одарённого. – Дорогой мой, если этой шайке действительно был важен молниеносец, то они придут за сестрицей Морганой, которая прихлопнула его, когда не смогла удержать парня в своих лапах. Излишняя самоуверенность всегда была её слабостью.       Королева закачала головой, сжимая кулаки. В её памяти ярко стоял образ молниеносца. Она видела его лишь раз. И не хотела бы больше никогда видеть снова. Страх, сковавший всё тело, перед нереальной мощью, хранящейся в хрупком теле, сковывал одарённую против её воли. Осознание, что молниеносец дорос до таких лет, ужасало её. Значит, их система была несовершенной. Возможно, кроме этого Чон Чонгука в их стране есть ещё взрослые дети-молниеносцы. О таком не хотелось даже заикаться. —Я видела его, Ник. Ты видел. Твой сын пал от его руки. Этот ребёнок настоящее исчадие тьмы. Нам же лучше, что он канул в лету.       Николас скривился, услышав о своём сыне. Картинки ужасной расправы стояли перед глазами. Он испарился в одно мгновение, лишь коснувшись молний этого демона. Одарённый кашлянул, сказав: —А также не забывайте о Мин Юнги, который скрылся от нас. И скорее всего, жив. —Как о нём забудешь. – Фыркнула одарённая, массируя виски. – Он будто провалился сквозь землю. Надо было сразу убить паршивца. Нет же, мне захотелось самоутвердиться, сделать ему больно. Как глупо. Просто, – женщина замолчала, думая, стоит ли произносить следующие слова, – он был чертовски прекрасен. Истинный одарённый. Думаю, я просто хотела лишить его природной красоты. Таких людей хочется либо к себе под крыло, либо никогда никому не отдавать.       Эрида прикусила губу, задумавшись. Если Юнги жив, он захочет отомстить Моргане за мальчика. Но и её он не оставит так просто, не поквитавшись. Хотя королеве было плевать на это. Эрида уже знала, что умрëт, но это мало волновало одарённую. Сейчас собственная жизнь не была важна. Власть ослепила её, заставила забыть, зачем она здесь. И лишь смерть дочери напомнила Эриде о начальном плане. Королева делала всё это ради своих детей. И только ради них. Жаль, что одному из них пришлось поплатиться жизнью, чтобы одарённая снова встала на верный путь. —"Мой сын будет жить. Далеко-далеко отсюда, но он будет жить. И пусть Моргана подавится этим. Победа будет за мной, даже если я умру", – Эрида задумчиво улыбнулась, но улыбка скорее была безумной, чем какой-либо другой. —Возможно, они сейчас все вместе. Юнги и остальные предатели. Они могут быть очень опасны. И, моя госпожа, – аккуратно начал Николас, заглядывая женщине в глаза, – если слухи правдивы, то кроме Морганы, нам придётся встретиться ещё и с этими одарёнными. В армии сейчас неспокойно. Если вы хотите спасти сына, то вам необходимо уже сейчас доставить его за стены. —Он отмахнулся от моего предложения. Глупый ребёнок. Хочет сражаться вместе с народом. – Эрида тяжело вздохнула. – Я посадила его в золотую клетку. И не важно, что клетка – дворец. —И что же будете делать? Моргана нападёт совсем скоро. Я каждый день наблюдаю за замком издали, но когда её войска выйдут, у нас будет не так много времени, чтобы вывезти вашего сына и вас. Мы уже решили, что не станем нападать сами, а будем защищать столицу, где мы в большей безопасности. —Нет, нет, дорогой Николас, я точно решила, что остаюсь. – Королева покачала головой, выставив руку перед собой, не желая слушать возражений генерала. – Сону уплывëт уже через пару дней. Хочет он или нет, мне плевать. Я подготовила корабль, который заберёт его. Десница поплывёт с ним, чтобы позаботиться о Сону первое время. А ты останешься здесь со мной. Завершим вместе эту симфонию. —Но, моя госпожа, здесь будет небезопасно для вас. – Одарённый встал на одно колено перед королевой, надеясь образумить Эриду. Королева лишь хмыкнула, проводя рукой по седеющим волосам своего подчинённого. —Я знаю, Николас. Но я не ищу безопасности, я ищу мести. А знаешь, когда я по-настоящему одержу победу? Когда Моргана придёт, а мой сын будет уже далеко отсюда и все её надежды сделать мне больно разобьются о стены моего дворца. – Эрида широко улыбнулась, поднимая Николаса за подбородок и заглядывая в чистые глаза мужчины. – Моргана поплатится за то, что сотворила с моим королевством. Хочет править? Хорошо, пусть. Только править будет некем, если не горсткой пепла и реками крови.       Глаза генерала расширились и мужчина ужаснулся. Осознание приходило к нему слишком медленно. —Госпожа, вы же не собираетесь... —Ш-ш-ш, – Эрида приложила палец к чужим губам, закачав головой. – Даже умерев, я ничего не отдам ей. —Зачем тогда вам нужны близняшки? —Зачем? – Эрида развернулась и села обратно на трон, поправляя серебристое платье. Одарённую забавлял детский ужас на лице мужчины. Ей нравилось знать, что даже такой человек, как Николас, был в шоке от её неоглашенного решения. Но он прекрасно знал, что Эрида не шутит. Если она собиралась умереть, то это будет смертью и для всего народа. – А кто позаботится о том, чтобы Моргана и та сучка, что убила мою дочь, были мертвы? Или о том, чтобы уничтожить Юнги и его шайку. Игрид отлично повеселится, я думаю. Она же сумасшедшая, ты её видел. Она намного более кровожадная, чем может показаться. —Она мне не нравится. – Твёрдо отрезал Николас. Эрида лишь скучающе поглядела на одарённого, спрашивая: —И что же ты предлагаешь? —Дайте мне кое-что сделать. У меня есть идея. – Николас нахмурился, вспоминая близняшек. Если Вия, безобидная сестра, ещё не вызывала у него подозрений, но Игрид была странной. Энергия, что исходила от неё, была особенной. Не совсем человеческой. —Валяй. Ты знаешь, я доверяю тебе, как себе. —Спасибо, госпожа. – Николас поклонился, но кое-что вспомнив, сказал слегка виновато: —Ваша свита, моя госпожа, кажется, многие из них хотят бросить столицу и уехать. За стены. Пока никто этого не сделал, они всё ещё боятся вас. Но думаю, что скоро страх перед Морганой станет выше, чем страх перед вами. —Уу, ты меня обижаешь. – Эрида состроила притворно расстроенное личико, но потом отмахнулась: —Их тоже прикончим, если потребуется. Если я спасаю сына, это не значит, что Эрида стала вмиг великодушной. Я всё ещё занимаю важное место на шахматной доске. —Безусловно, моя госпожа. —Мне будет жутко весело увидеть, как стихийное бедствие обрушится на эти земли. – Королева хлопнула в ладоши, улыбаясь. – И я буду счастлива знать, что мой сын будет далеко отсюда. В безопасности. Потому что он этого заслуживает. А мы с тобой заслуживаем немного повеселиться напоследок.       Николас кивнул и покинул тронный зал. Эрида расслабленно вздохнула, оглядывая огромный тронный зал. Здесь прошла её свадьба, все лучшие семейные праздники, приëмы и всё в этом духе. Здесь она и будет ждать Моргану. —"Я обещала, что залью сады кровью, значит так оно и будет. Если не я, то никто не будет править. Это я ей обещаю", – королева улыбнулась своим мыслям, ощущая, как нервная радость наполняет тело.

***

      Михаэль оглядел кровать, готовясь ко сну. Он не стал прощаться или что-то говорить Хосоку и Давон, так как знал, что через пару дней, перед самым началом битвы, они увидятся. В конце концов, он не умирать шёл, а всего лишь погружался в сон на эти дни, чтобы накопить сил на битву. На самом деле, Эль был счастлив, что собирается проспать это время, потому что нервы уже были на пределе. В замке все чувствовали себя некомфортно и тревожно, слухи о том, что Моргана лжëт им, быстро распространялись. Михаэль был удивлён, что королева так и не пришла к нему, чтобы об этом поговорить. Возможно, это было к лучшему.       Неожиданно в дверь громко постучались и Давон открыла её, отчаянно зовя: —Михаэль! Михаэль! Эль тут же оказался рядом, беря девушку за плечи и торопливо спрашивая: —Что случилось? Чего ты орëшь? —Моргана вызвала Хосока для разговора. – Прошептала одарённая, бледнея на глазах. – А до этого кто-то из замка подошёл к ней и спросил о Чонгуке. Мне страшно. Вдруг, она всё поняла или как-то узнала. —Успокойся. Сиди тут, я разберусь. – Одарённый вышел из комнаты, спокойным шагом направляясь в зал Малого совета. – Хотел, называется, пойти спать. – Гневно прошептал себе под нос одарённый.       Когда он оказался перед дверями, двое мужчин не пустили его, сказав, что королева хотела наедине поговорить с Хосоком. Михаэль приподнял бровь, оглядывая двух одарённых, но кивнул, отходя от дверей. Нельзя было выдать страха, Эль просто пришёл, чтобы доложить о том, что его не будет тут все следующие дни. —"Я просто для доклада здесь. К тому же, цветы в моей комнате могут доказать правдивость моих слов", – Михаэль нервно прикусил губу, когда двери открылись и Хосок вышел из зала. Он выглядел спокойно, хоть и явно не в духе. —Вас ожидает королева. – Десница указал внутрь комнаты, а Михаэль только и успел, что встретиться с Хосоком глазами. Но ветреный одарённый спокойно кивнул, стараясь улыбнуться. Он был жив и, по первому впечатлению, не ранен да ещё и улыбался, так что Эль был уверен, что Моргана ни черта не знала. Во-первых, она вообще в принципе не знала, что Хосок обладает шёпотом листьев. Во-вторых, она была слишком самоуверенной в себе, чтобы заподозрить брата и сестру в предательстве. По крайней мере, так считал Михаэль. —Ваше Величество, вы хотели видеть меня? Я как раз ждал за дверями. Я ухожу спать на последние дни перед битвой. —Это хорошее решение, Михаэль. – Моргана поднялась из-за стола. В комнате было темно, факелы не горели, лишь свет из окна освещал зал, и то только половину. В таком помещении Моргана в своих извечно траурных одеждах выглядела ещё бледнее обычного. Словно живой труп. Она подошла к окну, подзывая одарённого к себе. – Значит, это наш последний разговор.              Михаэль кивнул, слегка хмурясь. Апрельский ветер из окна развивал его распущенные шелковистые волосы. —Не хочешь узнать, почему я говорила с Хосоком? Он же твой подопечный. —Ну, думаю, вы обсуждали детали битвы. Как вы и сказали, он всего лишь мой подопечный. Но он прекрасный воин, да, немного своевольный, но все ветреные одарённые такие. – Михаэль пожал плечами, чувствуя, как потеет. Моргана перевела взгляд своих чёрных глаз на него и вдруг улыбнулась. Так странно и непонятно, что сердце Эля забилось быстрее. —Ты всё ещё мой самый преданный человек? Не заставляй меня разочаровываться в тебе, Михаэль.       Эль приподнял бровь с вызовом, как всегда делал. Одним Богам было известно, как страшно ему было. Глаза королевы блуждали по его лицу, стараясь выцепить хоть щепотку лжи. Но Михаэль был искусным актёром. —К чему такие слова, госпожа? Вы знаете о моей преданности. Это Странница опять вам что-то наговорила про меня? – Одарённый закатил глаза от недовольства. – Ваше Величество, не верьте ей, эта сиротка ничего не понимает. —А ты, значит, понимаешь? – Женщина удовлетворëнно хмыкнула, отводя взгляд. Михаэль хотел что-то ответить, как Моргана мягко прервала его: —Знай, Эль, я не стану трогать тебя, но одна твоя ошибка и детки поплатятся. Я не подозреваю тебя в чëм-то, лишь предупреждаю. Иногда это важно. Правда? —Предупреждён, значит, вооружён. – Тяжело прошептал Михаэль, кивая королева. —Правильно. Ты умный мальчик, Эль. Ты не станешь делать глупостей. – Моргана хитро прищурилась и махнула рукой. – Иди, увидимся через пару дней. —Хорошо, Ваше Величество. – Михаэль поспешил ретироваться.       В комнате его уже ждали брат с сестрой. —Ну и что? Она что-то говорила? – Давон мёртвой хваткой вцепилась в брата, готовая драться прямо сейчас, если понадобится. Хосок же выглядел практически нормально. А Михаэлю хотелось выть от отчаяния и страха. Моргана убьёт этих детей, если заподозрит что-то неладное. Она уже подозревает. Эль злобно фыркнул, в сердце кипела злость. Ни они, ни Чонгук, ни даже этот Тэхён, не должны были участвовать в этой кровавой бойне. У Эриды будут взрослые золотоармейцы, бомбы и адские псы и Михаэль не знал, как они собирались противостоять им всем сразу. Он не знал, как защитить этих детей. Это было страшнее, чем собственная боль или смерть. Эта пара глаз смотрела на него с такой надеждой и верой, что его тошнило. —"Боги, если вы существуете, не дайте им умереть", – Михаэль подошёл к ребятам, положив руки им на плечи. —Вы оба, идите отдыхать. Никаких дел эти дни. Просто чëртов отдых. Ждите, пока я не очнусь. И всё будет хорошо, не переживайте. Что она тебе сказала, Хо? —Я сначала испугался, что она всё узнала, но разговор был совершенно о другом. –Чон пожал плечами. – В битве я буду отдельно от вас. Вы с юга, я с запада. Разделила нас. Я не стал возражать. —Правильно, что не стал. – Михаэль с трудом смог вдохнуть такой необходимый сейчас воздух. Разделила. Это им даже на руку. Моргана не сможет следить за всеми, кого-то оставит без присмотра и тогда начнётся веселье. Но Михаэля не покидало чувство тошноты, ужасное ощущение, что ей что-то известно. – Отправь Юнги послание об этом и скажи, что больше ничего отправлять не станешь. Мы уже совсем скоро снова с ними увидимся. И не бойся, что нас разделили. И ты, Давон, утри сопли, всё будет прекрасно, это я вам обещаю. —Хорошо. Всё сделаю. – Хосок кивнул и они с сестрой собрались уходить, как Михаэль схватил ветреного одарённого за локоть, останавливая его. —Прости меня. – Глаза Хосока расширились, он посмотрел на сестру, потом снова на Эля. – За маму, за всё, что говорил и делал. Вы молодцы. Оба. А теперь валите нахрен, я хочу спать.       Давон ярко улыбнулась, а Хосок серьёзно кивнул и они вышли из комнаты. Михаэль устало повалился на кровать, закрывая лицо руками. Это будут долгие и желанные часы сна.

***

      Ребята сидели возле камина, который уже догорал. Эта ночь была последней. Уже через несколько часов каждый из них отправится в путь и у каждого он будет разным. Чимин лежал на Юнги, играясь с огненной птичкой в руках. Джин разлил им всем ещё чая, приговария: —Допиваем и спать. Знаю, нервно, но хотя бы немного поспать надо. —Ну маааам, я не хочу. Прошу, я точно не усну. – Чимин обиженно глянул на Джина, но тот лишь по-доброму усмехнулся. Чонгук задумчиво глядел в камин, пока Тэхён перебирал его мягкие локоны. Молниеносец переплёл их пальцы, пока перед глазами играли разные не самые приятные картинки. В теле бурлил огонь, ожидание убивало. —Да ладно, я и сам вряд ли смогу, но полежать и отдохнуть можно. – Сокджин пожал плечами, отпивая немного из своей кружки. —Просто из головы никак не выходят события предстоящего дня. – Прошептал вдруг Чонгук. Все обернулись на него. Молниеносец сжал губы в тонкую линию. – Страшные картинки лезут в голову. —Это нормально, Гукич, – Чимин поднялся и потрепал одарённого по голове, – у меня вообще воображение жуткое, так что в башке творится чёрти что.       Чонгук улыбнулся огненному одарённому, крепче прижимаясь к Тэхëну. Ощущение рук в волосах помогало отвлечься и расслабиться. Они просидели так последние несколько часов, просто болтая и попивая чай. Вместе было спокойнее. Уже совсем скоро они не будут рядом и увидятся, возможно, не скоро. Это осознание делало больно, почти душило, но так было нужно. Чонгук это понимал. —Все помним последние правки? Хосок будет отдельно, так ещё и эта Странница, про которую рассказал Михаэль. Очень неприятная особа. – Юнги скривился при упоминании этой женщины. Они знали, что она убила девочку Эриды и, вероятно, не самым лёгким и быстрым способом. —Да там, если честно, вообще нет кого-то приятного, дорогой. – Чимин поцеловал Юнги и макушку, продолжая расхаживать по комнате. Ему было легче именно так. Движение успокаивало нервы. – Но, честно, эту сучку я сам был бы рад грохнуть. —Мы с Тэхёном начинаем действовать ночью, в надежде что к утру выведем большую часть людей с запада, пока Намджун отвезёт Чонгука на самый край столицы, ближе к стенам. Он знает, что делать. – Джин взглянул на молниеносца, тот кивнул, мол, всё помню. —Кстати, где твой суженый? – Пак легонько толкнул Джина, играя бровями. – Вроде должен был вернуться уже.        Сокджин взглянул на настенные часы, облизывая губы. Только одарённый хотел что-то сказать, как в комнату влетел ворон, тут же меняя облик. —Опа! А мы как раз тебя вспоминали, пташка ты недоделанная! – Чимин развёл руками, веселясь, когда как Джин подорвался с пола, буквально подлетая к Намджуну. Он слишком сильно беспокоился, когда долго упускал его из виду. Ворон сразу обнял его, что-то прошептав на ухо.       Чимин изобразил рвотные позывы, прошептав: —Правда, они мерзкие? Миловаться будете, когда мы победим!        Чонгук с Тэхёном рассмеялись, когда Намджун подошёл к ним, тяжело осматривая всех. Юнги встал с пола, с вопросом глядя на друга. —Времени не так много, как мы думали. Пора собираться. Лучше уже начинать. Пока отвезу Гука, потом вас, пройдёт час и уже будет три часа ночи. Тем более, в начале дело будет идти очень медленно. Многие люди не захотят покидать дома и будут отпираться. —Мы это предвидели. – Юнги пожал плечами, осматривая всех присутствующих. – Тогда собираемся, ребята. Чонгук, ты первый.       Молниеносец кивнул, поднимаясь с пола. У каждого из них было своё задание. Ворон должен был быть связующим звеном, чтобы одарённые знали, что происходит у остальных. Чимин сначала должен был быть вместе с Юнги на западе, в самом пекле, но раз Хосока отделили и бросили в другое место, Пак будет там с ним.        Чонгук был уже одет и готов, так что он быстро взял Тэхёна за руку, слегка улыбаясь, хотя и не хотелось. Хотелось кричать и выть, как, он был уверен, и им всем. Но Чонгук хорошо держался, крепко обнимая водяного. Тэхён вцепился в него, практически перекрывая кислород. —Если всё будет хорошо, то уже вечером мы увидимся. – Ким зажмурился, надеясь, что ему никогда не придётся отпускать Чонгука. —Угу. Совсем не заметишь, как мы уже встретимся. – Молниеносец взглянул на одарённого и вдруг щелкнул пальцами. Рядом с Тэхёном и остальными одарёнными появились искрящиеся бабочки. —Вау. – Чимин коснулся крыльев насекомого и бабочка напитала его энергией. —Они – это часть меня. Они останутся с вами и защитят, если случится что-то непредвиденное. Но их хватит на раз или два. – Чонгук неловко улыбнулся, глядя на ребят. —Спасибо. – Джин обнял Чонгука, чувствуя, как сердце готово протаранить грудную клетку. Не хотелось прощаться, не хотелось действовать поодиночке. —Помнишь, что я говорил? – Прошептал молниеносец Сокджину. – Дерись так, будто обезумел от жажды крови.       Чонгук отстранился, заглядывая в глаза Джина. Тот кивнул, всё понимая. —Давай, малой, без слезливых прощаний! Увидимся. – Чимин всполошил волосы одарённого, что он стал похож на домового. Гук лишь рассмеялся. —Увидимся.       Они вышли во двор и Намджун обернулся огромным грифоном. Птица стала ещё больше, чем в прошлые разы. Ворон много тренировался, чтобы достичь лучших результатов. Юнги подошёл к птице вместе с Чонгуком и помог ему сесть на грифона. —Я тобой горжусь, ты же знаешь. – Ледяной одарённый сжал руку молниеносца. Чонгук нахмурился, глаза наполнились слезами. Он знал, что они не прощаются навсегда, но в груди билась тревога. Будто ему не нужно было улетать. Всё равно его сердце раздробилось на восемь частей, оставаясь с одарёнными из этого и другого замка. Пока всё не закончится, он не будет полным и цельным. Значит, надо постараться закончить всё, как можно скорее. – Ты мой ребёнок. Я всегда рядом. Ничего не бойся, хорошо? И обо мне не волнуйся, твои бабочки защитят, если что. —Я...мы...мы будем свободны. – Чонгук прикусил губу, быстро смахивая слëзы с щёк. Юнги мягко улыбнулся, целуя одарённого в лоб. —Конечно. Конечно, будем. А как же иначе? До встречи, Гуки. – Юнги отошёл, обнимая себя от пронзившего его холода. – Лети, Джун, и скорее возвращайся. Мы будем ждать.       Грифон кивнул и сразу взмыл в воздух. Уже через пару мгновений они скрылись из виду. —Всё, Юнги, пошли, нам самим надо собираться. – Чимин сжал руку любимого, сразу же её согревая. Мин вздрогнул, но слабо кивнул. – Намджун быстро его отвезёт и тогда наступит наша очередь. Столица не ждёт. Идем. —Да, ты прав, пора.       Юнги в последний раз взглянул в чёрное небо, усыпанное яркими звёздами, и вернулся в замок. Сердце подсказывало, что предстоящий день будет стоить ему всего.

***

       Эриду разбудил громкий стук в комнату. Королева не могла и помыслить, что что-то может случиться. Уже завтра она собиралась тайно отправить сына за границу, чтобы спокойно подготовиться к сражению с Морганой. Тайно даже от него самого. Конечно, он не будет рад, когда очнётся на корабле на пути к новой жизни. Но он будет жив. Так она думала. Однако стук в дверь и вошедший Николас изменили её планы. —Простите, Ваше Величество, что врываюсь посреди ночи, но я не мог ждать. Я уже поднял все подразделения. Через несколько часов они будут готовы защищать столицу. Почти шесть тысяч воинов. А к утру, если не раньше, Моргана будет здесь со своими людьми. —Как? Сейчас? Сегодня?! – Эрида села на кровати, сжимая руки в кулаки. Её тяжёлый взгляд приковал Николаса к полу. Несколько долгих минут в комнате царила устрашающая тишина, пока Эрида не проговорила: —Хорошо. Значит, сегодня всё решится.к обеду Сону уже не должно быть в столице. Делай, что должен, а я пойду к сыну. Попытаюсь поговорить с ним в последний раз.       Николас кивнул и тут же вышел из комнаты. Эрида позвала служанок и попросила: —Подготовь кроваво-красное платье. Мы начинаем.        Сону ходил по комнате взад-вперёд, когда мать пришла к нему. В комнате день и ночь горела сотня свечей, а молодого короля проверяли каждые полчаса, если не чаще. Было сделано всё, чтобы одарённого никто не тронул. —Мама! – Молодой король подбежал к женщине, беря её за руку. – Это правда? Моргана уже идёт сюда? —Да, дорогой. – Эрида оглядела сына, который ещё был в ночной пижаме, видимо, проснувшись среди ночи от шума в замке. —Значит, я должен одеть доспехи и подготовиться. – Сону отвернулся от матери, но одарённая схватила его за локоть. —Дорогой мой сын, послушай меня. – Эрида взяла лицо сына в свои руки, заглядывая в любимые глазки. – Я запрещаю тебе идти туда. Ты молод и неопытен. Ты должен уехать из столицы, как я уже говорила ранее. —Я король, я должен сражаться рядом с моим народом. Я приказываю тебе уступить. – Сону покачал головой, пытаясь отойти от Эриды. —А я твоя мать! И ты будешь слушать меня! – Королева с силой схватила сына за обе руки, поворачивая к себе лицом. – Эта женщина уничтожит тебя на зло мне и всё. Понимаешь ты это или нет?! Ей плевать на эти земли и этих людей. Я не дам тебе умереть. Хотя бы тебя, но я спасу. Ты начнёшь новую жизнь на другом континенте. Ради меня, ради твоей непутëвой матери. Ты слышишь меня?! – Эрида встряхнула сына, стараясь вразумить его. Его глаза застилали слëзы, одарённая покачала головой и обняла сына, крепко прижимая к себе. —Но...как же ты? Мам, я не могу один. Я не оставлю тебя. Мам, прошу. Не бросай меня. – Сону сильнее обнял мать, надеясь, что так она не отпустит его. Но Эрида уже отдала ему своё сердце, зная, что поехать с ним будет бóльшей трусостью, чем всё, что она когда-либо делала. Её золотая дочь погибла из-за неё. За это придётся поплатиться. —Я должна остаться, Сону. Иначе никак. Я отомщу Моргане за Лию. Слышишь? Твоя сестра упокоится с миром. А мать получит то, что заслужила. Я люблю тебя, мой цветочек. – Эрида приподнялась на носочки и поцеловала сына в лоб, резко ударив его по шее. Сону ослаб в её руках, одарённая поймала его, позвав десницу и Николаса. —Госпожа! Что с королём? – Десница нахмурился, подбегая к королеве и её сыну. —Без сознания. Готовьте всё, что нужно. Если проснётся и будет брыкаться, снова вырубите. Когда будете далеко в море, он уже ничего не сможет сделать. Скажите ему, что это было моим последним желанием. Чтобы он был счастлив. – Эрида мягко улыбнулась, гладя сына по волосам. – Оставляю его на вас. Будьте осторожны и действуйте по моим указаниям. —Хорошо, моя госпожа. Ваш сын будет в безопасности, это я вам обещаю. – Десница поклонился одарëнной и та передала сына нескольким слугам. Взглянув на дитя в последний раз, она вышла из его покоев вместе с Николасом.       

***

      Давон с Хосоком стояли у кровати Михаэля, наблюдая за тем, как безмятежно тот спал. Будто они не собираются целой армией нападать на столицу через некоторое время. Будто всё было хорошо и их не ждал полнейший хаос. Хосок завидовал тому, что одарённый проспал последние несколько дней. Они с сестрой практически не смыкали глаз. Моргана не отпускала их от себя, видимо, проверяя на верность. Но брат с сестрой вели себя совершенно обычно и даже не обсуждали ничего за эти дни. Просто морально готовились. Разделить армии королева вообще решила чуть ли не в последний момент. Моргане казалось это более эффективным нападением. Давон же считала её действия очень подозрительными, но они не могли сказать что-то против такого плана. —Я уйду первым. Попрощаться с ним уже не смогу. Мы выходим раньше. – Ветреный одарённый говорил еле слышимым шёпотом. В комнате горела одна одинокая свеча. Давон подошла к брату, взяв его за руку. Они смотрели друг на друга долгие молчаливые минуты. Сказать хотелось слишком многое, но они не могли, было слишком опасно. Михаэль запретил говорить ночью на некоторые темы. Давон прикусила нижнюю губу чуть ли не до крови, крепко обнимая брата. Её шёпот еле достиг ушей Хосока: —Если она не будет следить за тобой в столице, то ищи Чимина, как и договаривались. А мы с Элем разберёмся.       Хосок улыбнулся, в ответ обнимая сестру. —Не переживай, сестрёнка. Всё будет прекрасно. Совсем скоро увидимся. – Одарённый взглянул на сестру, ярко улыбаясь. – Не дай там Элю сдохнуть и сама будь осторожна. —Конечно. – Девушка усмехнулась, пытаясь унять дрожь в ногах. Хотелось запереться в комнате и больше никогда не выходить. Почему они должны это делать? Почему их, даров природы, вынуждают убивать друг друга? Одарённая не могла описать своего страха. В первую очередь, за брата. Ведь всё могло пойти под откос. Нет гарантий, что у Чонгука получится убить Моргану. Как и нет гарантий, что они все останутся живы.       Было трудно дышать. Словно ты тонешь. Словно они все вместе тонули и никто вокруг не мог им помочь, а лишь делал хуже. Из раздумий её вывел тёплый голос брата: —Я добьюсь свободы для нас. Я хочу знать, что она такое. Хотел бы знать. Почувствовать. Даже если на несколько мгновений. Я хочу доказать, что она существует. И в нас и вокруг нас. —И докажешь. Вместе докажем. – Давон закивала, сжимая руку одарённого в своей. —Но ты должна знать. – Вдруг резко проговорил Хосок. От смены тона его голоса девушка невольно напряглась. Ветреный одарённый отвёл взгляд, тихо продолжив: —Если выбор падёт между тобой и свободой, я выберу тебя. Принимай решения в соответствии с моими словами. Просто будь осторожна.       С этими словами Хосок потрепал сестру по волосам и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Давон осталась стоять в давящей тишине. Слова брата впились в её сердце, делая ещё больнее. Принимай решения в соответствии с моими словами. Значит, она должна выбрать себя и брата, если что-то пойдёт не так. Спасать себя. Сможет ли она, когда они зашли настолько далеко?       Давон оглянулась на Михаэля, который беспокойно заворочался, постепенно просыпаясь. Это было жутко эгоистично, но она надеялась, что ей не придётся выбирать. Пожалуйста, пускай кто-то другой поможет им. Пусть они оба будут живы. —Ну что, дорогой, с добрым утром. Или правильнее сказать с доброй ночью. – Одарённая нервно усмехнулась, глядя в сонные глаза Михаэля. – Мы начинаем.

***

      Игрид быстро шла по подземелью, прекрасно зная куда идти. Эрида уже отправила её на задание, но девушка не могла уйти, пока не попрощается с сестрой. Эрида держала её в подземелье, как можно дальше от замка. Убийство своей семьи, которая разрушила их с сестрой жизнь, воодушевило Игрид, зажигая её сердце. Она успела позабыть за годы в заточении, как обожала видеть страдания на лицах людей.       Вия сидела на кровати в какой-то пыльной комнате, пялясь в одну точку. —Сестрица, а чего это мы такие грустные? Обнять меня не хочешь? Я вообще-то ухожу на опасное задание. Надолго, думаю. – Игрид сложила руки на груди. Потом стала медленно подходить к девушке, мило улыбаясь. Странно было глядеть в глаза сестры, будто в зеркало. Но это было не совсем так. Они слишком отличались. Похожая внешность была будто просто бонусом для красоты. Вия была абсолютно другим человеком. Обычным человеком. Но её глаза пылали огнём злости, когда она взглянула на сестру. —Выметайся. Уходи. —Чего злые такие? – Игрид склонила голову к плечу, улыбка сошла с её лица. – Твоя сестра старается ради тебя. В игре за трон победит сильнейший одарённый. И это буду я. —Хах, ты не одарённая. – Вия рассмеялась, но сестра резко схватила её за волосы, притянув к себе. Лицо девушки исказилось от боли. —Повтори, давай. – Выплюнула Игрид, глядя на девушку со всей ненавистью, что имела в своём чёрном сердце. —И что? Убьёшь меня? – Вия рассмеялась, несмотря на боль. – Но ты же не можешь. Сила на меня не действует. Забыла? Жалкая копия. – Злобно выплюнула Вия. – Ты всегда делала это. Всегда решала за нас обеих, хотя я никогда не разрешала тебе убивать кого-то. Поэтому ты и спрятала меня, лишив возможности выбраться или прикончить себя, чтобы закончить эти муки. Я никогда не хотела смертей. И сейчас не хочу. Ты пугаешь меня. Я тебя ненавижу и ты знаешь это. Так что убирайся! Оставь меня!       Игрид отпустила девушку, брезгливо поморщившись. Она вытерла руки о свой кожаный жакет, будто испачкалась обо что-то. —Я спасла нас из лап нашей семьи. Ты бы валялась и дальше в луже крови, если бы не я. И ты это знаешь. До скорого, сестрёнка. Не делай глупостей.       Игрид хотела погладить сестру по голове, но та отшатнулась, закачав головой. Так было всегда. Этот человек спас её, но в то же время и уничтожил. Вия забилась в угол, трясясь всем телом. Она даже не могла помолиться, чтобы кто-то убил её сестру. Игрид всегда выходила победительницей из любой битвы. И когда она вернётся в эту комнату, к ней, Вия будет уже знать, что тысяча, если не больше, одарённых погибли от её руки.       Но через пару мгновений после того, как Игрид вышла из комнаты, дверь снова открылась. Николас стоял на пороге. Вия знала его, он был важным человеком в королевстве, но он не должен был знать, что она тут находится. —Вставай. Немного прогуляемся.

***

      Чонгук сидел в какой-то таверне на самой окраине столицы, попивая чай, который ему любезно налила хозяйка. Уже наступило утро и молниеносец мог лишь догадываться, какой хаос творится на западе и юге города. Тут всё было так тихо, будто война даже не касалась этих мест. Но так было только пока. Уже через некоторое время, ближе к обеду, битва дойдёт и до этих улиц, забегаловок, домов и парков. Люди, сидящие за столиками и встречающие дивное утро, даже не догадывались, что в эту самую секунду их жизни менялись навсегда.       Чонгук не должен был высовываться, пока не выполнит несколько важных поручений. Именно у стен недалеко от этого трактира был вырыт тайный проход, через который собиралась сбежать почти вся свита королевы. Молниеносец не мог позволить кому-то уйти безнаказанным. Нет монархии, значит, её не должно быть вообще. Ни в людях, ни в замках, ни в воздухе. Нигде.       Неожиданно в таверну вошла девушка. Она была красивой, длинные волосы были собраны в хвост, кожаные перчатки привлекли внимание одарённого. Он задумчиво оглядывал её, ощущая странную энергию от девушки. Она не обладала силами. Ауру легко можно было спутать с одарённой, но Чонгук был уверен, что здесь что-то другое. Было в ней что-то загадочное.       Девушка обернулась и удивлённо взглянула на Чонгука, будто узнала его. Она подошла к его столику, спросив: —Я могу сесть здесь? Молниеносец натянул капюшон посильнее и сказал: —Конечно. —Что вы делаете тут в такой ранний час? Выглядите довольно молодо. – Девушка попросила у хозяйки то же, что пил Чонгук и совсем скоро ей принесли такой же чай. —Просто отдыхаю. Или вы думаете, что мой вид не вписывается в общий антураж? —Просто привыкла видеть в таких местах лишь старых пьяниц. – Девушка пожала плечами. Её глаза не отрывались от лица Чонгука и его едва видневшихся из-под капюшона волос. Лицо, поначалу расслабленное, сейчас было максимально восторженным, будто она была очень счастлива видеть Чонгука здесь. Одарённый не понимал такой смены эмоций. – Вы не подходите под это описание. Точно не старый и не пьяница. —Ну, – Чонгук усмехнулся, – второе вам не проверить. А что вы тут делаете так рано? —Да так, я живу тут недалеко. Не спится с утра, тревожное чувство в груди. – Девушка коснулась жакета в районе сердца, хмурясь. – Знаете, когда кажется, что что-то скоро случится. Что-то плохое. —Понимаю. – Чонгук мог лишь похвалить интуицию девушки. – Но если правда случится что-то опасное, у вас есть план действий? —Мы живём в тяжёлое время, такой план должен быть у всех. Не беспокойтесь. – Девушка пожала плечами, отпивая чай из кружки. Кажется, её развеселила забота Чонгука. Перчатки она так и не сняла. —Думаю, тут вы правы. – Чонгук взглянул на время на часах, что ему отдал Намджун. – Знаете, как бы странно это не звучало, но я тоже не спал всю ночь. Возможно, мы с вами оба чувствуем какую-то опасность. —Невероятно. – Девушка смотрела молниеносцу в рот, улыбаясь. Чонгук прищурился, ощущая, как всё тело наэлектризовалось. Интуиция подсказывала, что пора уходить. – Если двое человек ощущают надвижение опасности, то это уже что-то странное. Не так ли? —Да, именно. Я думаю, мне пора. Спасибо за компанию. – Чонгук поднялся из-за стола, как девушка сказала: —Я забыла представиться, меня зовут Игрид. А вас?       Одарённый посмотрел на протянутую руку и нахмурился. Когда Игрид успела снять перчатку? Белоснежная ладонь выглядела как-то неестественно и отчуждённо. Сама девушка была мертвенно бледной. Но милая улыбка не сходила с её губ. —Томас. Было приятно познакомиться, но мне пора. Считаю, что вам тоже не стоит задерживаться. До свидания.       Чонгук кивнул девушке, проигнорировав протяную руку, и вышел из таверны. Игрид тихо рассмеялась, глядя на свою ладонь. Огонь пылал во всём её теле. Кто бы мог подумать? Молниеносец жив. Так она ещё и случайно встретила его. Случайно. Верите? Вот и она нет. Очевидно, что это сама судьба говорила с Игрид.       Узнать его было совсем не сложно. Это было волнительно и неожиданно. Будто встретить давно любимого кумира. Как только она вошла в трактир, сразу почувствовала, что комната переполнена энергией. А определив источник, ошибиться было трудно. Игрид убивала одарённых в детстве, убивала в тюрьме, она знала их запах, знала, как ощущается их энергия. И она знала, что он был не таким. Всё было иным, вплоть до взгляда. Непревзойденный. Таких ещё не было в коллекции Игрид. Поначалу она думала расправиться со всеми и тихо мирно завладеть всеми богатствами королевства, но правила игры кардинально поменялись. Больше не было ни сестры, ни королевы, никаких богатств. Ей нужен был он. Нужно было добраться до всего, что ему дорого. Чтобы пробудить настоящую бурю. Этот взгляд человека, который знал, что выше всех на три головы, но не использовал свои силы по назначению, раздражал Игрид до скрежета зубов и сжатых кулаков. Она хотела заставить всех увидеть какая у молниеносца сила. Природная стихийная мощь. Ни король, ни император, ничто из этого, ни один из этих лживых статусов не подходил для описания такого человека. Игрид мечтала увидеть собственными глазами, кто он на самом деле и какова сила, что он прячет. Она должна была помочь ему раскрыться. И игру можно считать завершëнной.       Игрид усмехнулась, меняя планы и выходя из таверны, предварительно заплатив. До слуха донеслись крики и она посмотрела в сторону огромного замка королевы, который было видно с любой точки столицы. До него было далеко отсюда, но Игрид всё равно могла увидеть пожар в нескольких разных точках города. Люди начали ходить туда-сюда, уже получая вести из центра. Осознание приходило медленно, им не хотелось верить. Столица горела. А, значит, крики скоро дойдут и до этого тихого места. Одарённая широко улыбнулась, направившись к замку.