Легендарный путь

      — На камне поставлена сильная печать, его не получится передвинуть, но есть хорошая идея, — сказал Какаши-сенсей, изучая огромный камень, приставленный к определённой пещере, где, возможно, находится логово всех акацуки.              Даже не терпится встретиться со всеми членами этой организации.              — Какая, Какаши-сенсей? — поинтересовалась Сакура у своего учителя, глядя на пещеру, закрытую большим камнем, с задумчивым выражением лица.              — Просто ударить по ней своими сильнейшими техниками, — ответил на вопрос девушки пепельноволосый, — Наруто?              — Хорошо, — сказал я, образуя в своей руке обычный расенган, подходя к стене.              Я ударил по нему техникой, созданной четвёртым хокаге, и полностью уничтожил этот камень, покрывая всю пещеру толстым слоем пыли, закрывающая нам обзор.              — Черт, Наруто, ты хотя бы предупреждай, что будет так сильно! — крикнула грозная Темари.              — Извини, — ответил я, показывая извинительный жест.              — Будьте начеку! — предупредил всех строго-настрого наш учитель с серебристыми волосами.              Пыль начала медленно исчезать, пока не открыла нам обзор полностью.              Парень со светлыми длинными волосами, которые закрывали ему один глаз, с очень даже молодой внешностью, сидел на теле Гаары с довольной ухмылкой на лице.              Рядом с ним находился сгорбленный лысый старик с длинным металлическим хвостом позади.              Оба были одеты в чёрные плащи с красными облаками, что точно указывали на то, что эти двое из акацуки.              Остальные члены из этой организации не присутствовали в этой пещере, видимо, успели сбежать, а жаль, что у нас не получится увидеть всех людей из акацуки.              Глядя на лежащего без сознания и вообще каких-либо признаков жизни Гаару, на котором сидел этот блондинистый парень, я начал понемногу терять контроль над собой и своими эмоциями.              — Вы поглядите, кто тут у нас, это же шиноби Конохагакуре, откуда сам Итачи, — усмехнувшись, сказал парень со светлыми волосами, всё ещё находясь в сидячем положении на теле неподвижного Гаары, используя того, как сидение, что меня больше и больше выводило из себя.              — Что вы сделали с Гаарой, ублюдки?! — оскалившись появившимися большими и острыми клыками, сверкая своим шаринганом, громко и гневно крикнул я, собираясь разорвать в клочья этих двоих, а этого блондина в первую очередь.              — Какой у нас злой мальчик, ну ничего себе, это же шаринган, — немного напрягаясь, пригляделся к моим красным глазам этот человек из организации акацуки, — так ты ещё и, как я понимаю, джинчурики. Итачи в точности описал этого парня, только вот, про шаринган он не упоминал.              — Дейдара, хватит уже болтать, нам нужно поскорее уматывать, не думаю, что мы проиграем им, но не хочется связываться с копирующим ниндзя Листа и джинчурики Девятихвостого, — проговорил грубым и низким голосом мужчина, находящийся поблизости от блондина. Как я понял, они являются напарниками, что-то вроде Итачи и Кисаме. Возможно, Акацуки действуют в паре.              — Ладно, ладно, но мне так хочется им показать своё истинное искусство! — воскликнул гордо Дейдара, прикладывая свои руки по бокам, вставая в уверенную позу, — а истинное искусство — это взрыв!              — Бред! — возразил мужчина. — Твои взрывы не впечатляют, в них нет изысканности и изящности, настоящее искусство заключается в истинной красоте.              — Сасори-сама, не хочу с вами спорить и ругаться, но насчёт искусства я не потерплю оскорбления в адрес взрывов!              Они, честно говоря, ведут себя сейчас как дети, споря о том, что такое истинное искусство.              Это немного странно.              Правда, меня подобное нечто забавное и нелепое только выводило из себя.              В другой любой ситуации можно было бы посмеяться, но в подобной точно нет. Я не собираюсь их жалеть за своего друга Гаару.              Но даже так, я смог вернуть самообладание и начать вновь действовать спокойно, на холодную голову.              Воспользовавшись их расслабленностью и распрями друг с другом, я за мгновение ока добежал до обоих, намереваясь проткнуть своим клинком в первую очередь, как и собирался, этого наглого, самоуверенного и сильно раздражающего меня светловолосого молодого парня.              — Быстро! — воскликнул немного удивлённый Дейдара, но, по правде говоря, этот человек сумел среагировал и успешно увернуться от моего быстрого и неожиданного для них обоих рывка.              Должен отметить, что он всё же неплох, обладает поразительной реакцией. Само собой, преступник S ранга не будет каким-то слабаком, который за секунды боя умрёт нелепой смертью.              Ожидая того, что этот отступник сумеет уклониться, я быстро сложил ручные печати, что тот даже не успел приземлиться на землю, всё ещё находясь в воздухе, и выдул большой огненный шар в его сторону.              — Черт, а ты неплох!              Дейдара, к его счастью, смог и вновь спастись от моего огня, ответив на него большим взрывом, бросив в пламя свою глину.              Теперь можно уже понять, что его основным оружием является эта глина, и по известной информации, и по увиденному прямо сейчас.              Он только приземлился на ноги, так я уже был тут как тут, атакуя его прямым ударом в лицо сбоку, в основание его скулы, идеально точно попадая по нему, от чего парень отлетел назад на пять метров, прокатываясь ещё некоторое расстояние по земле.              — Парень неплох, он заставил тебя выглядеть достаточно жалко, Дейдара, не думал, что шиноби из Конохи даже дотронутся до тебя, тем более, этот парень, — произнёс Сасори красного Песка.              — Эй, хватит надо мной издеваться, сразились бы лучше сами с ним! — прокричал недовольный и разозлённый Дейдара, сразу же поднимаясь на ноги.              Мой теневой клон уже схватил Гаару, появляясь рядом с моими товарищами, чтобы охранять его тело.              Никаких признаков жизни не чувствовалось.              — Что вы сделали с Гаарой, я ещё раз повторяю?!              — А что, не видно? — улыбнувшись, вытирая со своего лица свою кровь, появившуюся после моего сильного и точного удара, ответил мне с насмешкой на лице Дейдара. — Мы извлекли биджу у него. Он теперь точно не жилец, никто после извлечения хвостатого из себя не выживал.              — Твари! — крикнул я, вновь теряя контроль. — Стихия ветра, вихревой сюрикен!              Создавая в своей руке мощную технику ветра, я бросил её прямо в этих двоих.              — Он бросил такое большое количество чакры?!              Произошёл огромный взрыв радиусом свыше сорока метров, полностью уничтожив всю деревню, нанеся повреждения и мне, и моим друзьям, правда, мы смогли спастись, это радует.              — Этот джинчурики будет даже посильнее казекаге, это становится большой проблемой, учитывая то, что с ним ещё и его напарники. Особую угрозу составляет для нас копирующий ниндзя Листа и этот парнишка, — анализируя нас, спокойно произнёс Сасори.              Мы поглядели вверх и заметили над собой огромную глиняную птицу, парившая высоко, на которой находились двое отступников.              Они оказались полностью невредимыми и успешно спаслись от гигантского взрыва моей техники, находясь в его эпицентре, так как я бросил её прямо в них ранее.              — Да ничего страшного, мы без труда расправимся с ними. Стоит забрать с собой казекаге, — ответил светловолосый.              Но ведь они извлекли биджу из Гаары, зачем им он сам понадобился? Кажется я понял.              Поглядев на мою реакцию, увидев своего друга в таком состоянии, они поняли, что если забрать с собой красноволосого, я последую за ними, тем самым те приманят и меня, попытав удачу захватить сразу двух джинчурики.              Но мой теневой клон точно не позволит им схватить моего товарища, учитывая то, что и я — оригинал — буду атаковать их обоих.              — Только не убей джинчурики, Дейдара, — проговорил Сасори.              — Ну что вы, Сасори-сама, я буду осторожен. Но не думаю, что с бешеной регенерации джинчурики он так легко умрёт от моих взрывов, как все его товарищи, — сказал, махнув рукой, блондин, взяв в руки большое количество своей глины, доставая её из сумки, висевшей на его плече.              Этот парень бросил в нас огромное количество небольших шариков из глины, намереваясь, как мне уже понятно, взорвать тут всё, так как они покрывали большую территорию. Это можно назвать глиняным дождём, скорее всего.              — Какаши-сенсей, скорее хватайте своих и убегайте, за меня можете переживать, вы и так отлично знаете, на что я способен, — воскликнул я.              — Ага, — кивнул пепельноволосый, не собираясь вступать со мной в спор, тем более, в такую опасную ситуацию, где каждая секунда будет стоить жизни.              Учитель тут же исчез вместе с остальными, уйдя, наверняка, подальше отсюда, оставляя меня по моей просьбе наедине против них.              Честно говоря, остальные бы только мешали нам, лучше, чтобы на подобное задание пошли только я и мой учитель.              — Взрыв! — сложив единственную печать контроля чакры, крикнул Дейдара, активируя свою глину, когда та упала на землю, создавая взрыв, коснувшийся площадь не менее пятидесяти квадратных метров.              Но меня коснулся не весь взрыв, а лишь его часть, где находился я, так как это был не единственный, а состоящий из множества глиняных бомб.              Я закрылся своим крылом, активировав сразу же вторую стадию проклятой метки, благодаря чему смог спастись от его взрыва, правда, пришлось пожертвовать этой своей частью, которая могла бы позволить мне взлететь в воздух.              Но ничего страшного, ещё успеет отрасти.              — Кажется, его нее так легко победить, — проговорил Дейдара, наблюдая вместе с Сасори за мной, — но мне остаётся просто обстреливать его взрывами из воздуха, тот ничего против нас не сможет сделать, как он достанет нас?              — Так уверен в себе? — сказал напоследок я, сложив одну печать контроля перед собой.              В мгновение ока, на невероятно высокой скорости, которую никто не мог заметить, я оказался вмиг на птице рядом с Сасори и Дейдарой, преодолевая столь огромное расстояние за долю секунды.              — Как ты тут оказался?! — прокричали поражённые члены акацуки.              — Чидори, — сложив ручные печати, я создал в руке технику тысячи птиц и ударил ею по птице этого парня, уничтожая попросту её.              Та стала падать вниз.              Я же просто бросил необычный — трехлепестковый — кунай к свободному участку этого поля, оказавшись вмиг около него.              Мои противники просто спрыгнули с птицы, приземляясь не особо мягкой посадкой на землю.              — Он застал нас врасплох, — сказал Сасори, — но, правда, он остался один. Какая удача, что все остальные оставили нас наедине, мы без труда можем схватить и джинчурики Девятихвостого, как же нам везёт.              — И не говорите, Сасори-сама, — улыбнулся Дейдара. Но его ухмылка быстро пропала, выражение лица сменилось с весёлого и расслабленного на серьёзное и напряжённое, — но, даже так, мы уже убедились, что он очень силён. Сначала та техника, которой он чуть не убил нас и уничтожил всю пещеру, также его высокая скорость, а теперь ещё более невероятная нечеловеческая скорость.              — Это очень мне напоминает жёлтую молнию из Конохи.              — Да ладно, кстати, и вправду, он очень похож на того легендарного шиноби из его деревни, да и внешностью тоже, — пригляделся ко мне Дейдара.              — Ещё и шаринган — великое додзюцу клана Учиха — с ним нужно быть серьёзнее и практически даже не жалеть, как Гаару.              — Ну хорошо, я покажу ему истинное искусство.              — Вы наговорились? — спокойно и холодно проговорил я, доставая свой клинок из-за спины, чтобы вновь атаковать их.              — Черт, он не только глазами похож на Учиха, но и таким пафосом и спокойствием, так бесит! — нахмурился гневный светловолосый, приготавливаясь к продолжению нашего сражения.              Я вновь с нечеловеческой скоростью появился прямо перед Дейдарой, пронзая того своим клинком.              — Черт! — выплевывая много крови из своего рта, проговорил блондин, падая на землю.              — Только не говори, что это великая техника Бога Грома, которую использовал четвёртый хокаге, отчего он и получил популярность? — поражённый Сасори не мог поверить своим глазам.              Он догадался.              — А ты хорошо проинформирован. Не думал, что кто-то ещё будет знать насчёт этой техники.              — Работая в Акацуки, я имею доступ к огромному количеству информации, к тому же, мне много рассказывали про него те, кто сами вживую встречались с четвёртым, когда тот ещё даже не был хокаге, правда, уже был известным на весь мир. Те, кто встречались с четвёртым, сразу же бежали по приказу главнокомандующих и лидеров деревень, осознавая, что против него ничего не выйдет. Как никак, четвертый хокаге в одиночку расправился с армией из тысячи шиноби ранга джонин и АНБУ. Но откуда ты владеешь подобной техникой?              — Какаши-сенсей, как тебе известно, скопировал более тысячи дзюцу. Ты ведь понимаешь, что особенность шарингана — копирование техник, да?              — Естественно, к чему ты клонишь?              — Дело в том, что Какаши-сенсей являлся учеником самой Жёлтой Молнии Конохагакуре. Естественно, что он скопирует большое количество его техник, в особенности, естественно, и его любимой. Благодаря этому он и смог переместить себя и своих товарищей подальше отсюда. А я — его ученик, тем более, что владею шаринганом гораздо лучше, а по запасам чакры, ты, кажется, и так должен понимать, раз я джинчурики.              Да и, к тому же, я — представитель клана Узумаки, даже без биджу не был бы слабым и вялым.              — Вот как, поразительно, мы действительно даже не ожидали, что кто-то из джинчурики будет настолько сильным противником. Ты очень силён, но, уверен, опыта тебе недостаёт, в том числе, и в использовании Бога Грома. Тебе не хватает умений и опыта использовать данную технику также эффективно, как и Жёлтая Молния, к тому же, ты показал свою очень важную способность на Дейдаре. Пусть ты и поймал его, но я не поведусь уже на это. Но, честно сказать, ты молодец, во время своего попадания по Гааре успел ещё и поставить на его рукаве плаще свою печать. Но я тебе не позволю этого сделать, ты не сможешь коснуться меня.              — Ты уверен?              — Полностью, — ответил этот мужчина, приготавливаясь к сражению.              — Ну что ж, посмотрим.              Я сделал паузу в две секунды, глядя на своего оппонента. Тот даже не собирался ничего предпринимать и без страха тоже глядел на меня.              У меня была идеальная возможность и я поймал того в гендзюцу шарингана, оказавшись около него, воспользовавшись иллюзией, намереваясь проткнуть его своим клинком.              Но меня немного удивило то, что ничего не вышло и моя атака была заблокирована его хвостом, а я отпрыгнул назад.              — Но как ты смог выбраться? Я ведь использовал на тебе гендзюцу своего шарингана, — подозрительно посмотрел я на противника, пытаясь понять, как у него удалось избавиться от моей иллюзии, тем более, что тот даже ничего не делал и не складывал какие-либо печати.              Такое ощущение, будто бы на него вообще не действует гендзюцу и тот даже ничего не заметил, но как такое возможно?              — Стихия огня, огненный шар.              Я атаковал шаром из пламени радиусом десять метров, который надвигался прямо на моего оппонента.              Он отпрыгнул, но тут уже в него летел большой сюрикен, чего тот явно не ожидал.              Но он, всё же, успел спастись и защитился своим хвостом, отбивая оружие.              Но это оказался мой перевоплощенный теневой клон, держащий в руке уже вихревой сюрикен, бросая тут же прямо в Сасори.              — Черт!              Мужчина вновь успел спаслись и быстро начал убегать от площади поражения техникой стихии ветра.              Вместо вихревого сюрикена появился мой другой теневой клон, который просто перевоплотился в это ниндзюцу, чтобы запутать противника.              Я создал в руке большой расенган.              Вражеский шиноби собирался проткнуть своим хвостом моего двойника, но я тут же поменялся с ним местами.              Благодаря шарингану у меня получилось без труда увернуться от его хвоста и он тут же отхватил от меня ударом спирального опасного шара, быстро крутящегося в разные стороны.              Эта моя техника образовала большой кратер радиусом в двадцать пять метров, естественно, создавая большие разрушения, уничтожив всё на своём пути в местах поражения.              Вдруг, оттуда выпрыгнул этот человек, хотя, кажется, я точно попал по нему, укутавшийся в чёрном плаще.              — Ясно, значит, это оказалась просто кукла, в принципе, понятно, почему у неё такой хвост, — говорил я, — да и шаринган позволял видеть нити чакры, которыми ты управлял своей марионеткой. Ну что ж, покажи своё настоящее лицо.              Этот человек медленно потянулся за своим плащом и резко стянул его с себя, показывая своё настоящее лицо.              — Поразительно, — восхищаясь подобным стечением обстоятельств, проговорил я, — разве тебе не более пятидесяти лет, Сасори?              — Ты прав, а что такое, что-то не так? — улыбаясь, спросил красноволосый.              — Ты же выглядишь очень молодо.              Действительно, для возраста более пятидесяти лет этот человек сохранил свою молодость, что его трудно назвать мужчиной и тем более дедушкой, парнем точно.              Подобное может быть даже лучше, чем Цунаде, которая тоже неплохо сохраняет свою молодость для своих лет.              Но она — Сенджу, тем более, что легендарный саннин и лучший в мире ниндзя-медик. Для такой особы это обычное явление, тут не к чему придраться.              А вот насчёт Сасори Красного Песка теперь у меня появляется много ещё новых вопросов.              — Ну, что поделать, мне просто повезло, — разводя руками, с усмешкой на лице ответил, чуть прикрыв для образа свои глаза, этот парень.              — Понятно.              — А вот теперь тебе точно не поздоровится. Ты уничтожил мою очень любимую куклу, которую я всегда использую вместо себя, как мой образ, а ты разрушил его. Не надейся на моё нежное отношение даже к такому, как ты — джинчурики.              — Нечего было нападать на моего лучшего друга и тем более убивать его, уроды! Я вас всех убью. Один уже сделал, не думаю, что ты составишь для меня труда.              — Ты тогда крупно ошибаешься, — ответил красноволосый, доставая и распечатывая огромный свиток.              Появился белый дым, из которого показалась кукла Сасори.              — Это же — третий казекаге, — приглядевшись, проговорил я, как никак, отлично знаю историю и других стран и деревень, — но откуда он у тебя? И почему это — твоя марионетка?              — Слишком много вопросов, парень, — зевнув, сказал член Акацуки, — но я не собираюсь тебе отвечать.              Он направил на меня третьего казекаге, являвшегося его куклой, который резко сорвался с места и полетел в мою сторону.              — Стихия земли, земляная стена.              Я сложил ручные печати и ударил о землю, создавая перед собой из неё стену, чтобы защититься от своего противника.              Но мне всё равно пришлось далеко в сторону и назад отпрыгнуть, потому как появился около третьего казекаге железный песок, который уничтожил мою стену, чуть не задев меня.              Я бросил в него три сюрикена, которые тот без всякого труда отбил.              Против третьего казекаге мне будет точно очень-очень трудно справиться, но не думаю, что я проиграю.              Я вновь вошёл во вторую стадию проклятой печати.              Третий казекаге создал большое количество железного песка, образуя из них гигантские и острые иглы, которые покрыли большую территорию, не позволяя мне уклониться.              Благо, я бросил трехлепестковый кунай далеко отсюда и телепортировался к нему, уходя от его атак.              — Разве вы не стараетесь не убивать джинчурики, за которыми охотитесь? — вопросительно поглядел я и задал данный вопрос Сасори.              — Ты прав, но не думаю, что нечто подобное тебя сможет убить. Я уже убедился, что тебя очень непросто одолеть, учитывая то, что ты так легко убил Дейдару. Так что, если буду жалеть тебя, только сам и проиграю.              Ясно, теперь он полностью понимает, что со мной нельзя играться.              До этого недооценка мне сыграла на руку, это позволило убить Дейдару, но теперь всё будет намного труднее.              Тем более, что Сасори очень сложный противник. Непонятно, откуда у него третий казекаге, но, как понятно, он превратил лидера деревни Песка в свою куклу.              Само собой, сейчас стоит ещё больше напрячься, так как сейчас я сражаюсь против самого каге, тем более третьего казекаге.              Третьи лидеры деревни обычно очень сильные: третий казекаге, третий хокаге, третий райкаге и так далее.              Меня уже окружил железный песок одной из техник моего противника, пока я блуждал в своих мыслях.              Моё крыло уже восстановилось и это мне позволило выбраться из этой воронки, вылетая высоко вверх и приземляясь неподалёку.              Но я не заметил, как сзади меня оказался железный песок, который ударил меня прямо в спину, от чего я отлетел и упал на землю, несколько раз перевернувшись.              Всё же, он очень опасный, поэтому, стоит прибегать к крайним мерам.              Я сложил ручную печать и развеял своего теневого клона, который медитировал и находился неподвижно всё это время внутри леса, между деревьями, чтобы его не могли заметить, при этом сам отменил использование проклятой метки.              — Что это, ещё какой-то режим? — поинтересовался любопытный Сасори. — Но даже так, не думаю, что это тебе поможет справиться с третьим казекаге.              Вокруг моих глаз появилась оранжевая пигментация, зрачок глаз стал горизонтальным, как у жабы, при этом шаринган оставался, дополняя эти три томоэ и красный цвет своим.              Я вошёл в режим жабьего отшельника.              — Начнём! — ударил я своим кулаком по ладони, воскликнув это слово, приготавливаясь к дальнейшему продолжению боя.              Сзади меня уже был третий казекаге, собираясь атаковать меня в ближнем бою, но я без труда уклонился, отпрыгивая в сторону, даже не повернувшись в его сторону.              — Что? Как ты смог понять, что он атаковал тебя, ты даже не видел, и ещё успешно уклонился, — задумчиво произнёс член Акацуки, внимательно глядя на меня.              Режим жабьего отшельника позволяет в десятки раз увеличивать свои сенсорные способности. Теперь я могу, чувствовать всё живое в лесу поблизости, и вообще всё на расстоянии десятков и даже сотен километров.              Само собой, мне не составляло труда увернуться от атаки своего противника поблизости.              — Искусство отшельника, гигантский расенган.              Я создал в руке расенган, медленно начиная поднимать свою руку вверх, увеличивая в размерах свою технику, добавляя в неё природную чакру.              Наконец-то, у меня получилось достичь шара радиусом двенадцати метров, атакуя им своего соперника.              Третий лидер деревни, скрытой в песках, сложил ручные печати и создал перед собой большую стену из железного песка, чтобы защититься от моей техники, правда, у меня легко получилось уничтожить её.              Моя техника создала большой кратер свыше семидесяти метров в радиусе.              Сасори и его кукла, все-таки, успели убежать и находились за пределами образованного кратера.              Правда, если присмотреться к третьему, он был очень потрёпан.              — Какая сила! — восхитился красноволосый.              — Попался!              Мой теневой клон, который прыгнул высоко вверх, оказался над третьим казекаге и уничтожил эту опасную куклу благодаря нашей хитрости своими двумя расенганами в руках, попадая ему прямо в спину, отрывая тому руки и ноги, а также практически голову, которая кое-как держалась.              — Черт! — напуганный Сасори, не ожидавший подобного развития событий, быстро отпрыгнул назад, чтобы не получить и самому урон от моего двойника, опасаясь его.              Только вот, не этого ему стоило опасаться, а летящего прямо в него расенсюрикен, который я бросил, когда тот отвлёкся.              Вот и вихревой сюрикен разрушил всё радиусом шестидесяти метров и высотой до восьмидесяти семи.              Да уж, пришлось использовать такие техники и создать настолько большие разрушения, чтобы одолеть Акацуки, но оно стоило того, это точно.              Я отменил свой режим жабьего отшельника, переставая набирать природную энергию, понимая, что бой окончен, и подошёл к месту, где убил и второго врага.              Ничего не было, видимо, я переусердствовал, что моё ниндзюцу полностью стёрло его тело с лица земли.