Легендарный путь

      Вдруг, из-под земли вырвался живой Сасори, попадая своим сильным апперкотом мне прямо в челюсть, от чего я отлетел, но успел сгруппироваться и приземлился на ноги, немного проскользнув по земле.              Его травмы и ранения были точно несовместимы с жизнью: оторванные руки, ноги, пробит живот и половина головы. Но тогда, как он остаётся живым и способен даже продолжать бой?              — Что это значит?! Почему ты ещё жив, в твоём состоянии любой, даже самый сильный человек, был бы мёртв, — внимательно и с некоторой растерянностью на лице спросил я, с подозрением глядя на этого человека.              — Хочешь узнать, как? — ухмыльнувшись, проговорил этот парень, как будто бы ему не оторвало половину лица.              Внезапно, его конечности и другие части тела, которые тот потерял из-за точного попадания моим вихревым сюрикеном, зашевелились и будто бы магнитом притянулись к нему, на моё удивление, присоединяясь к нему обратно, будто бы как к роботу или кукле.              Он стал прямо-таки прежним, как ранее.              — Как?!              — Сейчас узнаешь, давно я не сражался в таком виде и так не показывался кому-нибудь.              Этот парень стянул с себя уже практически полностью изорванный плащ, показывая мне свой голый торс.              — Это же…              Он точно не был похож на человека. Его тело полностью состояло, как будто, из конструктора, деталей, прямо как кукла.              — Ты прав, чтобы достичь бессмертия и вечной молодости, а также и просто увеличить свою силу, я не только сделал из третьего казекаге марионетку, но и себя превратил в куклу, полностью заменив своё тело на это.              — Ты сумасшедший, честно говоря, — с ужасом на лице произнёс я, всё глядя на Сасори.              Я пригляделся к нему получше и заметил у основания груди, где должно было находиться сердце, какую-то странную деталь с надписью: «Жизнь».              Видимо, это и есть его сердце, благодаря чему тот существует и свободно управляет своим телом.              Пусть этот уже не человек сумасшедший, он оттого становится куда более опасным противником, ведь я больше не знаю никого, кто бы мог выжить после прямого попадания моим расенсюрикеном.              — По-твоему, отступники могут быть нормальными? Люди, которые убили своих союзников и стали дезертирами своей деревни точно не могут называться нормальными. Я лишь просто развивал своё искусство, я жил этим, вот к чему оно привело. Наш бывший член этой организации — Орочимару — всё пытается достичь бессмертия и за всю свою жизнь пока не смог этого сделать, а я же легко достиг подобного.              — И это не есть нормально. Уверен, что ты пожалеешь о своём бессмертии и потеряешь свой смысл жизни. Ты нарушаешь законы жизни, делая её вечной, это очень плохо и приведёт лишь к плохому результату.              — У тебя своё мнение, у меня же своё. Признаю, что ты очень хорош. Как я понимаю, ты специально атаковал третьего казекаге той сильной техникой, чтобы создать пыль и закрыть наш обзор, создавая своего двойника, посылая его вверх, подловив нас и уничтожив третьего казекаге, а после и меня, почти убив тоже, если бы я не оказался куклой. Давно я не показывался в таком виде, очень давно, ты, можно сказать, единственный за время того, как я стал отступником и превратил себя в куклу, заставил показаться в таком виде. Теперь-то ты точно не выберешься отсюда. Постараюсь уж не убивать тебя, но ничего не обещаю.               По правде, он точно мог бы меня убить, так как, если судить по Канкуро и тому, что этот человек полностью превратил себя в куклу, всё его оружие должно было быть отравленным.              К тому же, он использовал неполный потенциал третьего казекаге и его железный песок.              Ну, в принципе, мне это на руку, Акацуки не убивают джинчурики, за которыми охотятся, ведь иначе тогда погибнет и биджу внутри, которого они должны извлечь.              — А теперь, продолжим бой. Эту технику я использовал для того, чтобы захватить целое государство!              Он раскрыл очередную большую печать и выпустил более сотни своих марионеток, открывая что-то вроде окошка на своём теле, находящееся поблизости его так называемого сердца, выпуская оттуда много нитей чакры, что у меня получилось заметить благодаря своему шарингану, прикрепляя их ко всем своим куклам.              — Поразительно!              Действительно, мастерство кукольного мастера определяется также и его умением управлять как можно большим количеством своих марионеток.              Если он и вправду управляет на отличном уровне сотней куклами, то точно можно признать, что это невероятно сильный и умелый кукольный мастер.              Но, всё же, меня это не должно испугать, так как армия есть и у меня, даже превышающая его.              — Техника теневого клонирования, — сложив одну единственную печать, которую уже использовал очень-очень много раз, я создал двести пятьдесят своих двойников, которые построились в шеренгу по бокам от меня.              — О, я вижу, у тебя тоже есть своя армия, не думал, что ты сможешь создать такое огромное количество своих двойников, интересно, сколько козырей ты ещё припрятал.              — Может быть, ты и узнаешь, если не проиграешь так быстро. Но, должен признать, у тебя наверняка тоже ещё много разных своих козырей. Ну что ж, начнём?              — Давай!              Его армия марионеток и моя теневых клонов ринулись друг напротив друга в ожесточённый бой, пока я пробежал через всех, надвигаясь прямо в сторону своего врага.              Он вытянул в мою сторону свои руки, из которых вылезли небольшие чёрные трубки, которые выпустили большое количество горячего огня в мою сторону.              — Стихия воды, водная стена, — защитился я от его ниндзюцу превосходящей стихией, продолжая бежать в его сторону, доставая свой клинок, чтобы пронзить прямо сердце этого человека.              — Значит, ты уже догадался, что это моё сердце и моя самая важная деталь? Молодец.              Кукольный мастер отлично среагировал на мой резкий и быстрый рывок и успешно уклонился, выпуская на меня острую иглу из своего тела на проволоке.              Я быстро прыгнул в сторону, чтобы увернуться, и бросил кунай со взрывной печатью в красноволосого, которая создала большой и мощный взрыв.              Правда, он не нанёс никакого урона Сасори, тот даже не уклонился, хотя, уверен, мог бы.              — Я теперь понимаю, почему не мог тебя тогда погрузить в иллюзию своего шарингана, — сказал я, — естественно, это потому, что ты — кукла, неживое существо, так сказать.              — Конечно же, видишь, как много плюсов в том, чтобы превратить своё тело в куклу? Я, кстати, ещё сильнее хочу тебя заполучить. После извлечения биджу и твоей смерти я сделаю из тебя свою марионетку, и тогда уж точно буду непобедимым.              — Для начала, одолей меня, а потом уже говори нечто подобное, — ответил я, оказываясь рядом с ним на своей высокой естественной скорости без всяких дзюцу и прочего, атакуя его своим клинком, чтобы разрезать его туловище.              Мужчина, который выглядел невероятно молодо для своих лет благодаря своему нечеловеческому телу, успешно увернулся, прыгнув назад, делая изящное сальто, бросая в мою сторону отравленные иглы.              Я уклонился.              — Разве ты не собираешься поймать меня живым? Странно, что только сейчас начал использовать яд.              — Не переживай, этот яд не смертельный, он просто обездвижит тебя, — ответил с улыбкой на лице этот человек.              — Понятно, но не думай, что у тебя так легко получится отравить меня, — сказал я, готовясь к новому резкому рывку в его сторону, стараясь двигаться гораздо быстрее, нежели раньше.              Я оказался над ним и в прыжке попытался проткнуть того своим клинком, но Сасори успешно вновь уклонился, обхватывая моё тело своей проволокой.              — Ну что ж, ты проиграл, — улыбнувшись в предвкушении своей победы, проговорил уверенный в моём поражении ниндзя-отступник, собираясь нанести мне слабый неопасный порез с ядом, чтобы обездвижить моё тело.              — Я бы не был так уверен на твоём месте, — ответил я, используя чидори всем телом, сжигая его проволоку и выбираясь оттуда, отпрыгивая назад.              — Очень даже неплохо.              Красноволосый медленно похлопал мне в ладоши.              — Но не думай, что это тебе чем-то помогло, ты лишь отсрочил своё поражение, — проговорил мужчина, идя в мою сторону, — а теперь…              Он не успел договорить, получая мощным ударом прямым правой рукой от моего воздушного двойника, которого я успел незаметно создать, сложив ручные печати.              — Что это? — вставая на ноги, задался таким вопросом мой оппонент.              Конечно же, я ничего не ответил, не собираясь объяснять ему секрет своей техники.              Мой воздушный клон начал избивать Сасори серией из ударов, отправляя его вновь далеко назад.              Тот много раз перевернулся на земле.              — Ах ты!              Отступник вновь выпустил огонь из своих рук, правда, у него не получилось поймать в пламя моего невидимого клона, который уже зашёл за спину красноволосого, намереваясь вновь атаковать его.              — Здесь!              На моё удивление, парень уклонился и отпрыгнул назад, будто бы увидел моего двойника из воздуха.              — Теперь понятно. Эта какая-то странная твоя техника, что бьёт меня. Но тут есть и свои минусы. Я услышал шаги позади и атаку, вот поэтому и смог уклониться.              Понятно теперь. Он так быстро смог адаптироваться к невидимому врагу. Поражает его боевой опыт и умения.              — Ты вот здесь!              Сасори выпустил огонь из своей правой руки, попав прямо по моему воздушному клону, тем самым уничтожая его.              Дело плохо, раз против него уже не работает моя одна из самых полезных техник.              На многих она может работать, но не на опытных шиноби или обладателей додзюцу, отличной сенсорикой и нечто подобное.              Только вот, пока он отвлёкся на моего воздушного клона, я уже подобрался к Сасори и ударил того своим расенганом прямо в спину, уничтожая все его части, открепляя конечности, туловище, даже его так называемое сердце отлетело.              — Я победил, — проговорил я, у которого появилась лёгкая отдышка. Как никак, с ним было очень трудно сражаться, тем более, что мои теневые клоны также старались, сражаясь с армией его марионеток, и, благо, победили, — ты был сильным и опасным противником.              Я отвернулся и начал шагать в сторону, чтобы выйти отсюда и найти своих товарищей.              Но я остановился, услышав звук прикрепляющихся вновь частей тела Сасори, и резко обернулся назад, глядя уже на невредимого и живого соперника.              — Даже это на тебя не подействовало, а ведь я полностью уничтожил твоё тело.              — Я же сказал, что сделаю из тебя свою куклу, не думай, что мои слова ничего не значат.              — Может, и значат, но с другими противниками. Я тебе не проиграю.              — Посмотрим.              — Ну, а что ты мне сможешь сделать? — ухмыльнулся я. — Пусть и твоё тело — кукла, но это не поможет тебя. Ты — кукольный мастер — тебе нужна нормальная кукла, которой ты сможешь управлять. Но у тебя уже ничего нет. Что ты сделаешь против моей армии теневых клонов в одиночку?              Поинтересовался я, глядя на своих оставшихся в живых пятидесяти двойников, победивших сотню марионеток этого парня.              — Черт! — нахмурился и оскалился этот парень, с ненавистью во взгляде посмотрел на меня. — Ты заставил меня использовать своё сильнейшее творение, а ведь я до последнего не хотел это использовать. Если бы этот человек, которого я превратил в куклу, был бы в живых, у меня бы ничего не получилось против него и я бы не смог сделать из того свою куклу, как третьего казекаге, которого было труднее всего достать.              — О чем это ты? Значит, у тебя остался ещё какой-то опасный козырь? Тогда, мне стоит быть бдительнее.              Сказал я, развеивая своего второго двойника, находящегося в позе лотоса подальше от нашего поля сражения, входя вновь в режим жабьего отшельника.              Если это будет самым сильным и последним козырем Сасори, мне стоит получше подготовиться, учитывая то, что многие мои уловки уже не получится использовать, так как мой противник увидел многое, на что я способен, и теперь отлично понимает, как сражаться против меня.              Уверен, так же легко, как и третьего казекаге, не получится победить, что у меня удалось в тот раз благодаря своей уловке.              — Приготовься, Узумаки Наруто, ты теперь точно проиграешь, и никакой режим тебе не поможет, тем более, что ты и так выдохся, а это творение сильнее в десятки раз третьего казекаге, — проговорил Сасори.              Честно сказать, мне трудно поверить в его слова и, кажется, что тот пытается просто запугать меня.              Но, даже так, я более напрягся, ведь осторожность и бдительность никогда не стоит терять, особенно, во время настоящего сражения, где на кону твоя жизнь, учитывая то, что при проигрыше ещё из тебя могут сделать марионетку, которая будет творить зло.              Правда, у меня тоже есть ещё козыри в рукаве, но, даже так, если это будет что-то в десятки раз сильнее третьего казекаге, которого использовал Сасори, будет очень трудно, практически невозможно победить, если учитывать и то, что сейчас этому кукольному мастеру известно про большинство моих способностей и моей стратегии.              Можно использовать и те уловки, которые тот не видел, но, даже так, красноволосый теперь будет очень-очень-очень осторожным и внимательным, нежели раньше, осознавая, что я могу выкинуть самые различные, непредсказуемые и эффективные, можно даже сказать, фокусы и обманки.              — Постарайся не умереть, если я случайно не сдержусь, — сказал напоследок уже нахмуренный и серьёзный Сасори, в то же время, немного ухмыляясь, доставая большой свиток и медленно раскрывая его.