Последствия стресса

В снятом номере отеля повисла приятная тишина. Один из парней сидел с включенным ночником и быстро печатал на ноутбуке, изредка сверяясь с фрагментами записей с камеры, статьями в интернете и своими записями в блокноте. Выглядел он довольно уставшим, особенно учитывая что кое-где тональный крем смылся не до конца, отчего особой красоты он измученному лицу не доставлял. После возвращения с дела Егор лишь заскочил в душ и тут же рухнул за ноутбук, который верно терпел все несчастья судьбы и переживал все свои неожиданные приключения. Но в теории призрак был упокоен, точнее, был устранен его интерес к возвращению в мир живых, а значит, если тут не наклевывается еще один пиздец, то здесь они в безопасности. Со второй кровати раздалось ворчание. Джон медленно сел, сгорбившись, чем привлек внимание друга, однако его все же не спросили. И так ясно что после бессонной ночи, дня и ещё одной беготни по дому и городу нормальное состояние было бы чудом, не иначе. — Линч, как ты смотришь на секс по дружбе? — невнятно и явно на одном дыхании выдохнул Джон, закрыв лицо руками. Егор вздрогнул, но отложил ноутбук. Даже если он ослышался это не повод игнорировать друга. Выглядел тот крайне хреново. — В каком смысле? — более аккуратно и мягко уточнил он, подбирая выражение. Джон медленно повернул голову и просто уставился на парня. Линч вцепился руками в одеяло и отвел взгляд. Да, он знает этот вид. Когда страх становится настолько удушающим, что даже шевелиться практически невозможно. Кровь отливает от головы, не позволяя думать рационально и добавляя лицу смертельной бледности, а глаза то нервно бегают по округе, то замирают в одном месте, не теряя своего шока и расширенности. Вот только он давно не видел этого выражения где-то не мельком. Раньше он часто замечал его в зеркале, на своем отражении, потом на людях, с которыми встречался, но со временем перестал обращать внимание. Его организм стал более стрессоустойчивым, а заботе о людях стал противоречить здравый смысл. И ему казалось что с Джоном произошло то же самое, что времена, когда он успокаивал дрожащего друга остались в прошлом. Но вот он Джон, сидит словно кем-то неловко устроенный манекен и смотрит не отрываясь. Так, словно Линч его последняя надежда. И да, секс действительно может помочь. В подобной ситуации, когда вокруг уже безопасно, но мозг все еще трясет от пережитого это неплохой выход. Поэтому Егор откинул одеяло и прошел к чужой кровати, сев напротив. Раскинув руки в молчаливом приглашении, он дождался пока Джон деревянными движениями приблизится и самостоятельно уткнется в плечо. Как обычно, не прижимаясь из-за неловкости. — Все в порядке, приятель. Мы уже в безопасности. Я тебе помогу, ладно? Не знаю правда что ты там вообразил, но руку помощи могу и протянуть, — вздохнув с нервным смешком, Линч погладил чужое плечо, отчего парень сжался ещё сильнее, жадно дыша в самообмане что ему не хватает кислорода. Подавшись вперед, Егор начал с простого. Он уже через это проходил, нужно всего лишь провести через подобное и Джона. По его виду ясно что конкретно подобным он занимался вряд ли. Что, в целом, неплохо, секс на эмоциях ведет к таким себе последствиям. Проверено на практике. Поэтому первым делом нужно просто показать безопасность. Приучить к рукам, показать что от них нет вреда. И Линч начал с простого — задрал чужую футболку и аккуратно погладил по спине. Влажная кожа чувствовалась неприятно, но можно и потерпеть. Он трогал вещи и похуже. Затем был живот. Плавный переход по боку и до открытой зоны спереди, не скрытой ребрами. Джон вздрогнул, но промолчал, вжавшись лицом в плечо ещё сильнее. Одной рукой приходилось держать его футболку, но отстраниться и снять ее принесет больше вреда, чем пользы. Когда холодная кожа потеплела под разминающими движения, Линч все же запустил ладонь в чужие трусы. Он не мог видеть, пространство между их телами оставалось скрытыми от них двоих, но видеть было и не обязательно. Он кожей чувствовал судорожный вдох и отпустил футболку, чтобы сжать подрагивающую ладонь. Джон в целом весь задрожал, но самостоятельно не двигался. На пробу проведя по полувставшему члену, Егор незаметно поморщился. Со смазкой было бы легче, но с дрочкой можно справиться и без нее. Обхватив член в кольцо из пальцев и медленно повел рукой вниз, оттягивая крайнюю плоть и так же медленно возвращая на место. Плоть постепенно твердела и вместе с этим Линч ускорял движение. Когда ему поддались на встречу, он посчитал это хорошим знаком. Джон дышал уже прерывисто, но больше не в полнейшей панике. Даже слегка ерзал по кровати, отчего было желание завалить его и прижать, чтобы не мешался. Сам себе ведь конец оттягивает. — Черт, ты потише… — с трудом выдохнул Егор, когда ощутил что ему едва не сломали вторую руку. То, что его услышали, вполне неплохо. Джон возможно услышал даже слишком хорошо и окончательно отпустил его ладонь, вернув руку на спину. Легче не стало, в предоргазме он сжимал кожу все еще сильно, но по крайней мере плечи повредятся меньше. Максимум останутся синяки. Выдохнув, Линч поддался мелкому желанию и все же толкнул парня на спину, нависнув сверху и не прекращая движений. Джон всхлипнул, кажется, и откинул голову назад, беспокойно суча ногами по кровати, но не сопротивлялся. И все еще крепко сжимал чужие плечи. Больше они не говорили. Егор все еще не смотрел вниз, больше вглядываясь то в чужую шею, то в напряжённое лицо, которое при оргазме мило нахмурилось, мешая в себе облегчение, удивление и кучу других эмоций, наверняка нахлынувших комом. Медленно убрав перепачканную в сперме ладонь, Линч все же не спешил отстраняться. Джон также медленно, но уже больше словно нехотя, а не прошлыми деревянными движениями, расцепил руки и раскинул их в позе звездочки, прикрыв глаза. Видно было что он медленно приходил в себя и осознавал произошедшей. И Егор знал что сейчас правильно будет отойти к раковине и помыть руки. Но все, на что его хватило, это сесть обратно и выдохнуть. Подняв одно из колен, он устроил на него чистую ладонь, все еще смотря на друга. Джон нехотя разлепил глаза. И от этого нельзя было улыбнуться. Сейчас его умиротворённое обычное лицо было бальзамом на душу после прошлого ужаса. Испуганный Джон это не страшно. Он громко кричит, матерится и тащит за собой, убегая от угрозы. Испуганный Джон это затихшее тепло у бока, не издающее ни звука, пока опасность не пропадет. Это не страшно, это естественно. Но Джон, пытающийся выбраться из оков ужаса это плохо. Это до леденящий до сердца страх за его состояние. И сейчас видеть как он потянулся и снова прикрыл глаза было спокойно. Как будто ничего страшного не было. — Линч, какого хрена у тебя стоит то? — буркнул парень, не открывая глаз. — Слушай, приятель, я понимаю твое стремление скрыть стыд, но ты будешь последним дерьмом, если начнешь меня оскорблять, — фыркнул Егор, заранее предупреждая. Ноги слегка затекли, руки тоже медленно возвращали чувствительность, одна от усталости, а вторая от необходимости держать его вес все это время. Так что теперь оставалось отлепить себя от кровати лишь морально. — Да, прости. Я не буду спрашивать, — неожиданно ответил Джон, отведя взгляд. Непривычное для него поведение, которое Линч благородно решил проигнорировать, уйдя в ванную. Потому что как верно заметил его чертовски сексуальный друг — у него стояло. И с этим нужно было что-то делать, причем как можно скорее. *** — Что вообще с тобой произошло? — спросил Егор, вытирая руки. Он старался закончить как можно скорее, потому что ему казалось что разговор будет важным, — это не первое наше дело, не первая опасность. Да, было страшно, до ужаса, но не хуже, чем обычно. Так в чем дело? Джон недовольно замычал и отложил телефон, сев в кровати. Смотреть он старался на стены, на окна, но не на друга. Да и выглядел в целом смущенно и взволнованно. Его стоит успокоить, но сначала узнать причину. — Я просто… Впервые задумался что мы правда можем умереть. Потому что обычно было страшно, опасно, мы получали ранения, тебя вообще чуть не убили. Но все всегда заканчивалось хорошо. И я как-то… Успокоился. Но мы все ещё рискуем жизнью, Линч. Да, твой дядя вроде бы как прилетел спасти тебя от смертельной угрозы, ему вроде бы как хочется чтобы ты жил, он умеет телепортироваться во времени, у него крутое все и… — Джон замер, нервно вцепившись пальцами себе в шорты и теперь смотря только вниз, — но мы все еще смертны, Линч. Ты ведь понимаешь? Егор вздохнул. Чувствовалось что это не вся правда. Ведь если бы Джон задумался об этом сразу после зимней истории, то ладно. Но прошел почти год, они не сказать что ссорились и на делах всегда спали рядом. И подобное происходит впервые. Причина в чем-то более близком, но уже ясно, что Джон не признает в чем именно. — Приятель, ты ведь знаешь, что тебе не обязательно со мной ездить, правда? Если кажется что не справишься — это нормально. Это я решил рисковать собой, а не ты. Так что… — Ну да, блять, а если я не поеду, то что-то случится с тобой! Я напомню что до того, как я начал стабильно ездить на эти дела мне приходилось вычислять твое местоположение чуть ли не по фигурам в кофейной гуще, чтобы вытащить из дерьма, — огрызнулся Джон. — Но так я помогаю людям. И все со мной будет хорошо. Ты ведь сам сказал, что Болтон подтвердил то, что в будущем мы все еще помогаем людям. И с нами все хорошо. Раньше было раньше, а сейчас мы стали опытнее. Поэтому и опасности меньше. Еще бы ты своей колы пил поменьше… — последнюю фразу Линч оставил намеренно. Он видел как от его слов все сильнее мрачнеет чужое лицо, и что шорты уже скомкались максимально, ткань была крепко сжата в кулаке. — Ээ! Колу то не трогай! Она то тебе чем не угодила?! — Джон тут же поддержал возможность сменить тему, агрессивно встав на защиту любимого напитка. — Так ты из-за нее теряешься постоянно! — искренне, но с натяжкой воскликнул Егор. Ему пришлось мысленно вернуться в моменты когда он терял этот дурачка, чтобы звучать не фальшиво. — Ничего подобного. Сам-то ты где бродишь постоянно? — обиженно заворчал Джон и отвернулся. И пусть его плечи оставались напряженными, но ему было легче. Линч на это надеялся. Поэтому решил закончить разговор и просто закатил глаза.