Право на девочку

Пока Лида ждала лифт, успела искусать нижнюю губу едва ли не до крови. Или до крови? Во рту появился характерный привкус. Лифт не ехал – полз. Лида вышла из подъезда и сразу направилась к машине Юнги, плотнее запахнув полы пальто. То, что она вышла из тепла, на организме сказалось мгновенно. Девушка поежилась, но путь продолжила. Подошла к машине и, не дожидаясь реакции Мина, если она, конечно, была бы, постучала по водительскому окну. Дверь открылась задняя. – Красивая… Лида не поняла, позвали её или обратились с вопросом. Вмиг захлестнули эмоции. Эти плечи… Почему-то на них шел акцент. И захотелось от души по ним врезать. Так, чтобы у самой ладонь загорелась. Лида дышала тяжело, точно прошла не от подъезда до машины, а как минимум бежала за убегающим автобусом. Но девушка попыталась взять эмоции под контроль. Вот она стоит напротив Юнги. Тот спал. На лице застыла некая растерянность, сонная, настолько непривычная для Лиды, что на мгновение у той полыхнула нежность в груди. – Ты… Какого черта ты тут делаешь? На морозе и без шапки? Надо отдать должное Мину. Тот быстро пришел в себя, собрался. Даже, гад, нахмуриться успел! – А ты… Что тут делаешь? – не смогла задать вопрос без паузы, за что мысленно отвесила себе подзатыльник. – Сплю, – фыркнул Юнги, кривя губы. Он был в костюме. Брюки и серый клубный пиджак. В рубашке, без галстука, правда. Конечно, в галстуке спать неудобно! Это… это что же получалось… Юнги к ней ехал после работы?.. В висках у Лиды запульсировало. – Тогда, может, стоит подняться ко мне? Лида могла поклясться, что после её предложения мужчина задышал чаще. Глубже. Лида развернулась и направилась в сторону подъезда. Но не успела сделать и двух шагов, как Юнги поймал её за руку. Тепло его ладони завораживало. Он сжал её руку сильно. Не вырвешься. Девушка в целом и не планировала. Лишь близость Юнги и его реакция немного откинули Лиду назад, в прошлое. За прошедшие дни она успела позабыть, каким стремительным и решительным может быть этот мужчина. Мужчина ничего не говорил. Смотрел на Лиду, прищурившись, явно пытаясь рассмотреть на её лице нечто важное. Что на нем рассматривать? Помятое и ненакрашенное лицо, растрепанные волосы? – Холодно, Юнги, – выдохнула Лида, а у самой в груди усиливалась тахикардия. Мин медленно кивнул. – Подожди меня. Сказано – сделано. Лида сунула руки в карманы пальто. Она не ставила цель наблюдать за ним, так получилось. Он вернулся к машине, достал кожаную куртку с утепленным воротом, быстро надел её, взял сумку и поставил машину на сигнализацию. В лифт они вошли молча. Юнги смотрел на Лиду, практически не моргая. Как только дверцы лифта сомкнули, и он плавно тронулся вверх, он сделал шаг вперед, замыкая Лиду на себе. Лифт был небольшой, и мужчина сразу же оказался в опасной близости от девушки. Он расставил руки по обе стороны от лица Лиды, окуная ту в терпкий аромат парфюма и запаха собственной кожи. Лида ожидала нечто подобное. Направляясь за Юнги, она не могла знать, что и как будет. Странно другое. Он рядом, очень близко. А она не чувствует себя загнанной в ловушку. Её не смущает его крупное тело, оно не давит на неё. Наоборот. Мужчина словно укрыл своим телом Лиду от невзгод, от тревог, от непогоды. Легкое дыхание Юнги касалось её. Лба, щек, ниже. Лида не смотрела ему в лицо. Струсила. Мужчины снова было много. Он по-прежнему ничего не говорил. Стоял и смотрел, а у неё заходилось сердце, и Лида ругалась на лифт, который поднимался слишком медленно. Даже когда створки распахнулись, давая понять, что пора на выход, Юнги не спешил отходить от неё. – Мы приехали, – зачем-то уточнила девушка. Молчать больше не было сил. Юнги медленно убрал руку с одной стороны, давая Лиде возможность для маневра. Что она и сделала. Хорошо, что рука не дрогнула, когда открывала дверь – девушка сгорела бы от стыда. Пригласила мужика, а сама трясется, как лист осиновый на ветру. Юнги подождал, пока она разденется. Чувство дежавю преследовало Лиду. По спине от волнения рассыпались острые иголки. Сна не было ни в одном глазу. Лида прошла дальше по коридору, давая мужчине возможность раздеться. На этот раз он скинул куртку, повесив её рядом с вещами Лиды. И потом снова посмотрел на девушку. Его неразговорчивость выбешивала. Нервировала. Почему он молчит? Почему ничего не скажет? Нацепил на себя маску бирюка и доволен? Так, получается? Вся её решимость улетучилась, стоило Юнги сделать шаг вперед. Лида не хотела отступать, наоборот, у неё имелось, что сказать. Все слова застряли в горле, когда он снова подошел близко. Узкий коридор не оставлял места для маневров. Несколько неосторожных движений, и можно задеть полку или настенное бра. – Значит, спать мне лучше тут? – хрипло, растягивая слова, почти лениво поинтересовался он. А у Лиды всё рухнуло вниз, тягучая волна хлынула по телу и устремилась к низу живота. – Почему не поднялся? Ты же… ты же не первый раз приехал сегодня… Да? Уголок его рта дернулся в усмешке. И Лида не выдержала. Подняла руку и толкнула его в плечо. На что она рассчитывала – непонятно. Причинить ему ущерб не могла. Боль – тоже вряд ли. Краем сознания успела отметить, что Шуга снова схуднул. По крайней мере, от того, каким она его помнила. От её толчка он даже не шелохнулся. Ни один мускул не дрогнул на лице мужчины. Юнги стоял спиной к бра, свет падал ему за спину, глаза оставались в тени. А ей хотелось в них заглянуть! Увидеть его чертей! Вспомнить какие они! Без них её жизнь внезапно потускнела, исчезла яркость, острота. Что-то важное. – Надо было? – ещё тише спросил Мин и подался вперед. У Лиды взгляд метнулся к его губам. Он же её сейчас поцелует? Правда? Черт… В кого она превратилась за эти дни? Что с ней случилось? За какие нити тянет Мин, так что душа переворачивается от его темного взгляда? И тело становится точно не её. Лида не считала себя холодной женщиной, бывали дни, когда и ей требовался секс. Яростный, жгучий или, наоборот, страстно-трепетный, неспешный. Но тут все иначе. Стоило Юнги появиться, и она хотела к нему. В его руки. Он подошёл близко. Если Лида вдохнет поглубже, то её грудь скользнет по его груди… Юнги нагнулся, их глаза оказались на одном уровне. И мир замер. В прямом смысле. Лида позабыла, как дышать, все мысли исчезли из головы. Остался только этот мужчина и его прожигающий взгляд. Он не прикасался к ней. – Тебе, красивая… – пауза, от которой по телу Лиды побежали мурашки. От тембра голоса Юнги, от его интонации, ослабли ноги. – Можно все. Тебе стоит только попросить… Попросить, понимаешь? Никогда никто не говорил ей ничего подобного. А главное у Лиды даже не возникло ни йоты сомнения в правдивости его слов. В горле у девушки запершило, Лида моргнула, умоляя себя не плакать. Это все гормоны. Сто процентов! И не важно, что срок беременности очень маленький и они ещё не начали бунтовать. Проще же свалить всё на них, правда? – Тогда… – она тоже не смогла сразу сформулировать мысль полностью. – Раздевайся, – сглотнула и продолжила, – и иди спать. Ей показалось, или Юнги на несколько секунд тоже перестал дышать? И его глаза, они точно ещё сильнее потемнели, став почти черными? Мужчина медленно кивнул и, сделав шаг назад, развернулся и молча вошел в ванную. Он не прикрыл дверь, Лида могла видеть, что он делает. Это хорошо… Потому что иначе она не справилась бы с одиночеством, которое внезапно обрушилось на неё, стоило мужчине отойти. Лида обхватила плечи руками. Юнги открыл кран с холодной водой и несколько раз плеснул в лицо, не обращая внимания, что капли летят на костюм. Потом вымыл руки с мылом. – Где спальня? – лаконично поинтересовался Шуга, снова возвращаясь в Лиде. – Там. Диалог у них получался шикарным, чего уж тут. Они прошли в комнату. Присутствие Юнги делало и без того небольшую комнату совсем маленькой, учитывая, что она была почти полностью обставлена мебелью. – Мне на диване располагаться? – Зачем? На кровати, – по инерции ответила Лида и тотчас покраснела. Да что это такое! Откуда взялось смущение? Они с ним занимались сексом, трахались куда только можно и нельзя, а она сейчас стоит и что-то неразборчиво мямлит, зля саму себя! А иначе не выходило! Не получалось! Может, ещё раз ему врезать по плечам, чтобы она отмерла? – На кровати, говоришь. Хорошо. Покладистость Юнги тоже выбешивала и смущала. Лиде сразу начинало казаться, что она упускает нечто важное. Не видит то, что лежит на поверхности. Но все её размышления закончились разом, когда Юнги начал раздеваться. Он прошел к креслу, скинул пиджак, потом начал снимать рубашку. В горле Лиды пересохло. Она, как маньячка, впилась в обнаженную спину мужчины, прекрасно осознавая, что соскучилась по нему. Вот так. Внезапно. По этому крепкому жилистому телу – точно. За рубашкой пошли и брюки. Неужели и боксеры снимет? Нет, раздевание Юнги закончил носками. – Свет выключать? – лениво поинтересовался мужчина, делая вид, что раздеваться у неё в квартире – для него привычное дело. – Выключай, – выдохнула Лида и на негнущихся ногах направилась к кровати. Кровать у неё стояла в нише. Когда-то возникала мысль заменить её на диван, но они с Олегом эту затею отбросили. Хотелось полноценной кровати. Диван тоже имелся, небольшой, полутораметровый, при необходимости можно было бы разложить его. А кресло Лида покупала уже после смерти Олега. Выбирала модель на деревянных ножках, чтобы меньше места занимало. Тем временем Юнги выключил свет, прекрасно ориентируясь, что и где у неё подключено и как работает. Мужчина первым прошел к кровати и забрался под одеяло. Лида последовала за Мином. Нечего стоять и чего-то выжидать. Легко сказать, труднее сделать. Интересно, Лиду когда-нибудь перестанет захлестывать волнение от присутствия Юнги рядом? Было откровенно дико забираться к нему под одеяло. Чувствовать жар тела мужчины… Знать, что он первый мужчина после мужа, кто спит в её кровати. Лида даже зажмурилась. Она уже спала с Юнги. И не раз. Тогда что с ней происходит? – Что с лунатизмом, Лида? – Юнги задал вопрос негромко, едва размыкая губы. – Ничего. Каждое утро просыпаюсь в своей постели. – Хм… – Скорее всего, он был вызван стрессом, Юнги, – поспешила объяснить девушка, не подумав, как двояко звучат её слова. – Секс со мной – стресс? – а вот и жесткие нотки, на которые Лида невольно улыбнулась. А то пришел, лег и лежит себе бирюком! Высоченным, сильным, бревном! Ни эмоций, ничего! Злит! – Секс с незнакомым мужчиной, носящим тюремную робу – да. С тобой уже… нет. – Хм… Лиде снова захотелось ему треснуть. От души. И уже куда-то в голову, чтобы растормошить, привести в себя. Что он делает? Ей очень хотелось узнать его мысли. А не вот это «хм». – Тогда спи, красивая. У Лиды едва с губ не сорвалось: «И всё?!» Вовремя прикусила язык, закатив глаза. Может, демонстративно повернуться к Мину задницей? Даже не спиной! Лида поймала себя на том, что уже почти улыбается. По крайней мере, её немного отпускало. – Спокойной ночи, Юнги. Наверное, ему сейчас так надо. А ей?.. Она не знала, поэтому требовать чего-то непонятного от Мина не могла. Его близость рядом успокаивала. Лида прислушалась к себе. Ей, определенно, нравится, что она слышит дыхание Юнги где-то рядом. Кровать у неё была небольшой – метр сорок. В его квартире кровать намного больше. Поэтому если бы Лида или Юнги даже захотели откатиться подальше друг от друга, то у них ничего не получилось бы. В образовавшейся тишине отчетливо послышался шорох покрывала. А потом пальцы Юнги уверенно нашли ладонь Лиды и накрыли её, чуть сжав. Лида прикрыла глаза и улыбнулась открыто. Одно движение… одно пожатие, и всё изменилось вокруг. Заиграло другими красками. Лида негромко вздохнула и почти сразу же уснула. Проспала всю ночь, ни разу не проснувшись. Лишь иногда в полудреме ощущала, как ей тепло, надежно и хорошо. Утром девушка проснулась от того, что её уверенно укладывали на живот, одновременно проникая внутрь пижамных штанов.