Последний враг: Темные метки // The Last Enemy: Dark Marks

      Сириусу Блэку было скучно.       С тех пор, как Джеймс начал встречаться с Флоренс Фоули, это стало раздражающе обыденным явлением. Да, конечно, Сириус поощрял идеи Джеймса ухаживать за Флоренс, но, честно говоря, не верил, что их отношения продлятся до Дня Святого Валентина. Дни, предшествующие уик-энду Джеймс паниковал из-за важного свидания, которое еще не продумал. Наконец, он рассказал Сириусу подробности «блестящего плана»: он убедил владельца магазина «Круголётки» (который, видимо, был давним приятелем его отца) устроить им закрытый показ новой метлы «Кометы 220», которая прибыла только на прошлых выходных, но из-за высокого спроса хранилась под замком. Сириус ожидал катастрофы. Показ новой модели метлы трудно назвать верхом романтики, но, видимо, Флоренс понравилось. Сириус подозревал, что она просто притворилась довольной, но кто знает? Квиддоманы – странный народ.       Однако недели шли, а Флоренс оставалась рядом. Не то чтобы Сириус её недолюбливая. Она была… нормальной. Она была милой. И попадалась на глаза не слишком часто, потому что училась на другом факультете и на другом курсе. И, похоже, с ней Джеймс был счастлив, а после Рождества это дорогого стоило. Так что Сириус вел себя хорошо, держал рот на замке и не жаловался.       Но, блядь, как же ему было скучно.       Не помогло и начало сезона квиддича, ведь когда Джеймс был не со своей девушкой, он был на поле. Сириус предполагал, он и сейчас там.       Другие его друзья были такими же скучными. Ремус спал на диване, а Питер с головой ушел в сочинение по Заклинаниям, которое Сириус закончил несколько дней назад.       Скучно, скучно, пиздец как скучно. − С картой проблема.       Сириус резко поднял голову и увидел, что Джеймс, наконец, вернулся. − Что? – Питер оторвался от домашки по Заклинаниям, пальцы у него были в чернилах, а вид усталый. − Карта, − повторил Джеймс, плюхнувшись на диван рядом с Ремусом – тот даже не шевельнулся. – Она не работает. − В каком смысле «не работает»? – спросил Сириус. – Конечно, работает. – Они уже почти месяц тестировали карту вокруг замка, и она прекрасно работала.       Но Джеймс покачал головой. − Наверное, координаты сбились, поскольку, согласно ей, − он ткнул пальцем в карту, − Эванс только что прошла прямо сквозь стену.       Сириус застонал. − Ты воспользовался картой, чтобы выследить Эванс?       Питер издал смешок. − Нет! – Джеймс являл собой воплощенное негодование. – Нет, конечно. Я просто сверился с картой по пути с поля, взглянул случайно на седьмой этаж, увидел, как она ушла с каким-то парнем по имени Грэм Гаррет, и хотел убедиться… − … что они не целуются взасос в каком-нибудь укромном уголке? – Сириус бросил скорбный взгляд на Ремуса – тот проснулся и неуверенно прислушивался к разговору. – Мы сами виноваты. Вручили мальчику ящик Пандоры. − Ой, заткнись, − фыркнул Джеймс. – Я вовсе не преследовал Эванс. Но даже если бы преследовал – хотя я не преследовал, − этот твой ящик сломан, поскольку теперь её на карте вообще нет. − Что? – Ремус сел, вдруг заинтересовавшись гораздо сильнее, чем минуту назад. − Я же тебе говорил. Она врезалась в стену и исчезла. − Это невозможно, − Ремус, подавшись вперед, выхватил карту у Джеймса. − Вот здесь, дружище, − Джеймс указал на место, где предположительно исчезла Лили Эванс, и Сириус тоже наклонился, присматриваясь. − Может, мы пропустили тамбур или что-то такое, когда карту составляли? – предположил Питер. − Нет, − не согласился Джеймс. – На обратном пути я сходил и проверил. Там только глухая стена. Мы там были сотни раз. Бродяга, ты же помнишь. − Да, − медленно произнес Сириус − он действительно помнил. – Дай-ка взглянуть. Ремус протянул ему карту, разочарованно нахмурившись. Сириус и сам ощутил разочарование, разложив карту на кофейном столике и впившись взглядом в творение, на которое он потратил столько времени, доводя его до совершенства. – Хорошо, давай подробности. Где именно была Эванс, когда исчезла в стене? Джеймс ткнул пальцем в карту. − Здесь. − А сколько ты её преследовал до того? – поинтересовался Питер. − Ради Мерлина, − Джеймс раздраженно провел рукой по лицу. – Я её не преследовал, ясно? Я просто… хотел убедиться, что на неё не нападет кучка слизеринцев, понятно? В последнее время было множество случаев.       К сожалению, это была правда. С тех пор, как в прошлом месяце появился этот мерзкий «список», определенная часть населения Хогвартса, облаченная в зеленые мантии, объявила открытым сезон охоты на магглорожденных студентов. Следовательно, школьное руководство пресекало любую незаконную магию в коридорах – Сириуса наказали на неделю за обычный сглаз, но в замке с таким количеством потайных углов, трещин и коридоров за всем не уследишь. Сириус подумал, что Джеймс прав, что воспользовался картой, чтобы следить за происходящим. И почувствовал легкий укол вины из-за того, что эта мысль не пришла ему в голову. − Эй! – воскликнул Питер, прервав мысли Сириуса. Все трое обернулись, и он указал на пергамент. – Она снова на карте.       Прямо там, куда указал Джеймс, на фоне сплошной стены, вновь появилась маленькая точка с надписью «Лили Эванс», на сей раз рядом возникли два новых имени: Валмай Морган и Роуз Питерс. − Валмай Морган, − задумчиво произнес Сириус. – Где я недавно слышал это имя? − Может, ты с ней целовался? – предположил Питер. − Она магглорожденная, − сказал Джеймс. – И вторая тоже, смотри, − он вынул сильно помятый лист пергамента, кое-как разгладил его на кресле и протянул Сириусу.       Это был список магглорожденных студентов, который в прошлом месяце распространили по школе. Сириус обратил внимание, что Джеймс яростно зачеркнул заголовок.       Сириус приподнял бровь. − Ты носишь его с собой? − Просто слежу за картой, вот и все. Как я уже говорил, случаев было много. Но смотри, они обе там. Валмай Морган и Роуз Питерс. − Интересно, − согласился Сириус, возвращая Джеймсу список, − но это не объясняет, как они прошли сквозь сплошную каменную стену. − И не только они! – Питер так взволнованно ткнул пальцем в карту, что чуть её не продырявил.       Сириус уже открыл рот, чтобы его отчитать, но тут заметил скопление точек аккурат там, где пару мгновений назад находились Лили, Валмай и Роуз. Грэм Гарретт, Сесил Стеббинс, Дирк Крэссуэлл… − Ну… − сказал Питер, − если они трахались, то оргия была адская. − Все из списка, − пробормотал Джеймс.       Сириус оторвал взгляд от карты и столкнулся с недоуменными взглядами друзей. − Что за хуйня? – торжественно вопросил он. ***       Делать было нечего: он должен был выследить Лили Эванс.       Видимо, ей известен был какой-то секрет замка, неизвестный ему, Сириусу Блэку, и это было невыносимо. Если за фрагментом стены скрывался потайной ход или комната, она туда вернется. Не могла же компания студентов его обнаружить во время послеобеденной прогулки. Она вернется, Сириус посмотрит на карту и поймает Лили на месте преступления.       Ремусу эта идея не понравилась. − Почему бы тебе её просто не расспросить? − Гениально, − саркастично отозвался Сириус. – Потрясающая мысль, Лунатик. «Привет, Эванс, мы с друзьями на нашей нарушающей-все-правила карте засекли, как ты проходишь сквозь стену, не поделишься секретиком? А, да, мы не хотим, чтобы ты, как префект, попыталась отобрать карту».       Ремус пробормотал нечто неразборчивое. − Что? – обычно, когда Ремус начинал бубнить, это значило, что Сириус выиграл спор. − Я сказал: я просто не хочу, чтобы ты её тревожил, − чуть громче повторил Ремус. − А кто сказал, что я буду тревожить? Ничего такого. Я лишь хочу выяснить, куда она ходит и как. Это не причинение беспокойства, это… − Слежка.       Сириус хотел высказать очень вескую мысль, он был уверен в собственной правоте, но запнулся под тяжестью раздражающе верной логики Ремуса. − Ладно. В некотором смысле слежка, − признал он. – Но… это слежка ради благой цели, Лунатик! − Вряд ли за составление нарушающей-все-правила карты замка тебя номинируют на премию мира. − Не с таким отношением. Слушай, я не собираюсь ей докучать, но мы же должны выяснить, что находится за той стеной. И мы оба понимаем, что нельзя это доверить Сохатому. Он тут же отвлечется на блеск её волос на солнце и завалит все дело нахер. − Эй, я здесь вообще-то, − пожаловался Джеймс, оторвавшись от газеты, которую читал, пока Сириус и Ремус спорили. – И, если что, я встречаюсь с Флоренс, чему очень рад. – Он отбросил газету и встал с дивана. – Кстати, у меня сейчас как раз свидание, но я согласен с Лунатиком. Сами разберемся. Не выслеживай Эванс.       Сириус, выждав, пока Джеймс уйдет и отверстие за портретом закроется, вновь обернулся к Ремусу и Питеру. − Да, − произнес он. – Я собираюсь выследить Эванс. ***       Задача оказалась не очень сложной. Во-первых, почти все занятия у них были общими, это облегчало наблюдение. Ему приходилось быть настороже лишь во время Маггловедения, когда у неё было свободное окно, но держать карту на коленях во время лекции и иногда поглядывать на маленькую точку тоже было нетрудно. Играло на руку и то, что искомый коридор находился неподалеку от гостиной Гриффиндора, так что, оставаясь там, он был поблизости от места действия.       А вот перерывы между занятиями доставляли неудобства, ведь она, казалось, постоянно носилась то в библиотеку, то в Большой зал, чтобы перекусить на ходу и снова убежать. Он смутно гадал, связаны ли эти предполагаемые исследования с тайной седьмого этажа, но, к сожалению, на этот вопрос карта ответа дать не могла.       Однажды вечером Сириус уселся ужинать с друзьями. Неделя бесплодного разглядывания карты ничего не дала, кроме чувства безнадежности. С тех пор, как они впервые заметили Лили в том коридоре, она больше туда не ходила, и Сириусу порядком надоело ходить за ней по замку. И все же, пока Джеймс и Флоренс оживленно обсуждали перспективы «Паддлмира» или какую другую нудную квиддичную хероту, Сириус улучил минутку и глянул на карту. Лили несколькими этажами выше шагала в противоположном направлении, наверх…       Сириус запихнул карту в карман и вскочил. − Э-э… − он не успел придумать предлог и замялся, когда остальные выжидающе уставились на него. – Мне надо бежать. Наслаждайтесь пастушьим пирогом. − Ты куда? – осведомился Джеймс, но Сириус просто показал ему два больших пальца и ушел, не обращая внимания на пристальный взгляд Ремуса.       Итак, Джеймсу он не рассказал, что операция по выслеживанию мисс Эванс движется (хотя даже если бы и рассказал, не мог же Сириус об этом заикнуться за ужином в присутствии Флоренс). Он не то чтобы врал – Джеймс знал, что он поглядывает на карту, чтобы разобраться в происходящем на седьмом этаже, но про слежку за Эванс Сириус не рассказывал. Джеймс бы не обрадовался. Обычно Сириусу мешали угрызения совести Ремуса, но, когда дело касалось девушек, особенно Эванс, Джеймс становился до безобразия галантен.       Конечно, угрызения совести Ремуса все еще настойчиво тормозили Сириуса при каждом удобном случае, но сейчас Сириус был практически уверен, что сможет рассчитывать на поддержку Лунатика – тот будет держать рот на замке в присутствии Джеймса. Сириус заметил, что Ремус почему-то в последнее время замыкается в себе, когда речь заходит об Эванс. Он предположил, что Питер мог бы проболтаться, но Питера сейчас волновало другое. Он вроде снова сошелся с той девчонкой, с которой встречался в прошлом семестре… Как там её? О, точно, Винни Боунс. Сириус знал об этом лишь потому, что Питер рассказал обо всем сам, весьма многозначительно на него поглядывая.       Добравшись до вестибюля, Сириус вновь вытащил карту и после недолгих поисков нашел Лили. Сейчас она находилась на седьмом этаже и, похоже, приближалась к тому самому коридору.       Сириус Блэк знал множество секретов по всему замку. Ему были известны тайные гобелены и туннели, которые вели за пределы Хогвартса. Он знал, на какую ступеньку нужно наступить на лестнице, какую дверную ручку дважды повернуть, какая дверь фальшивая. Он знал, как проникнуть на кухню, как сбежать с занятий и как спуститься с пятого этажа на второй, не попавшись на глаза преподавателям. Но эти маленькие хитрости и тайны не помогали разгадать загадку: как миновать семь лестниц за время, необходимое девочке-подростку, чтобы миновать коридор.       Но он все равно попытался. Перепрыгивая через две ступеньки, он поднялся на второй этаж, на третий… Наконец, он остановился, чтобы свериться с картой, и в этот момент точка Лили исчезла на фрагменте пустой стены. − Блядь! – воскликнул он, ни к кому не обращаясь. − Следи за языком! – упрекнула картина маслом, изображавшая шокированного монаха.       Сириус лишь отмахнулся и продолжил восхождение, но уже не так спешно. Пофиг. Она же выйдет, так что он будет просто наблюдать и ждать.       Он нашел пустой постамент в дальнем углу коридора (чья бы статуя тут ни стояла, она давно исчезла). Внутри аж все свело от волнения – он подобрался близко, так близко, − но это мог быть и элементарный голод. Он пожалел, что не сообразил захватить немного пирога, ведь никто не знал, когда появится Лили.       За неимением лучшего занятия он снова вытащил карту и принялся внимательно её изучать. Нельзя было смотреть на неё и не чувствовать распирающую гордость. Это и впрямь было произведение искусства – невзирая на крошечную заминку со стеной, но он совсем скоро это исправит. С минуты на минуту…       Прошла четверть часа, еще одна. Сириусу стало скучно. Он вновь взглянул на карту – вдруг что-то пропустил?, − но Лили Эванс все еще не было. Взгляд скользнул вниз, где Джеймс, Питер, Ремус и Флоренс все еще ели пастуший пирог, который Сириус бы тоже отведал, не будь он таким преданным картографом. Увы.       Он недолго забавлялся, глядя, кто с кем сидит, пока не взглянул на стол Слизерина и не увидел маленькую точку с надписью «Регулус Блэк». Регулус сидел в одиночестве в дальнем конце стола. Сириус легко представил его: с прямой спиной, опущенной головой, наверное, читает книгу. Ни с кем не общается, чтобы не выдать своего заикания… А потом приблизилась еще одна точка и заняла место рядом с братом Сириуса. Точка с надписью «Бартемиус Крауч».       Сириус мгновение озадаченно смотрел на карту, а потом вспомнил, что у авторитарного политика есть сын. Странный альянс для брата. Сириус не испытывал уважения к мистеру Краучу, но этот человек был яростным противником Темной магии. А последнее, что знал Сириус о брате – он стал самым большим фанатом Пожирателей Смерти. Во что играл Рег? − Блэк, − произнес резкий голос, выдернув Сириуса из Большого зала обратно в коридор на седьмом этаже.       Обернувшись, он увидел стремительно приближающегося профессора Картер-Майлза. Сириус тут же напряг память: не разыгрывал ли его сегодня, вроде нет. Но, похоже, Картер-Майлзу не нужна была особенная причина, чтобы злиться. Благодаря кропотливым стараниям Сириуса и его друзей-Мародеров, у дорогого профессора разнообразных причин было превеликое множество. − Шалость удалась, − пробормотал Сириус, глядя на карту, когда Картер-Майлз подошел ближе. − Что это у вас там? – потребовал ответа профессор. − Это? – переспросил Сириус, невинно размахивая теперь уже пустым пергаментом. – Любовное письмо. Мне впервые по-настоящему разбили сердце. – Он преувеличенно надулся. – Я в отчаянии. − Почему вы не на ужине? − Потому что… − Тон Сириуса в полной мере отражал его мнение об умственных способностях профессора. – Я в отчаянии.       Картер-Майлз сощурился. − На ужин, − рявкнул он. – Сейчас же. − Я не хочу заедать сердечную рану, спасибо.       К сожалению, Картер-Майлз отказа не принял и настоял на том, чтобы отвести Сириуса обратно в Большой зал. Без сомнения, он подозревал, что, если Сириуса Блэка оставить слоняться по замку без присмотра, в кабинете некоего профессора могут произойти неприятные события. Логика была вполне жизнеспособная, но она серьезно препятствовала планам Сириуса здесь и сейчас.       Ему удалось ускользнуть от старого ублюдка на третьем этаже, когда профессор Кеттлберн вышел из своего кабинета, чтобы расспросить Картер-Майлза о хинкипанках. Сириус воспользовался моментом, взбежал обратно по лестнице и достал карту. Точка Лили Эванс появилась вновь, спускаясь по лестнице на шестой этаж. Он громко застонал и коротко выругался, ненавидя Картер-Майлза сильнее, чем когда-либо прежде, а это говорило о многом.       Он вновь перевел взгляд на проклятущий коридор и увидел, как из пустого фрагмента стены время от времени выходят другие студенты. Надежда оставалась. Хоть Лили Эванс и ушла, но, если поспешить, Сириус мог застать на месте преступления другого студента и увидеть все своими глазами… Но тут его внимание привлекло кое-что еще: когда Лили спустилась на пятый этаж и свернула в боковой коридор, наверное, чтобы срезать путь, Сириус заметил неподалеку притаившуюся точку Эвана Розье. Он с растущим беспокойством смотрел, как Лили прошла мимо и несколько мгновений спустя Розье последовал за ней.       Это не предвещало ничего хорошего. Сириус предположил, что это лишь случайное совпадение, но Джеймс был прав: в последнее время случаи нападений участились, а Сириус знал, каково это, когда слизеринцы хотят устроить показательный случай. Метнув последний разочарованный взгляд на коридор на седьмом этаже на карте, Сириус развернулся и направился к наиболее часто используемому кратчайшему пути – узкой маленькой лестнице за гобеленом. Он очутился в коридоре, по которому шла Лили, аккурат когда в другом углу появился Розье. Сириус целеустремленно подошел к Лили и положил руку ей на плечо. − Привет, Эванс.       Краем глаза он заметил, что Розье свернул в другой коридор, и его подозрения почти подтвердились. Скользкий ублюдок.       Но Лили, похоже, не замечала никаких гнусных заговоров или попыток колдовства, могущих или не могущих разразиться всего в паре шагов. − Что тебе? – требовательно спросила она, сбросив его руку. − Разве парень не может поздороваться без скрытого мотива? − Нет, если этот парень – ты. − Твое недоверие прямо ранит. − Уж и не знаю, откуда оно взялось? − Но ты права. У меня и правда был скрытый мотив. Я хотел тебя кое о чем расспросить. − Расспрашивай. − Я хотел расспросить тебя о… − Он заколебался. В голову пришла идея Ремуса прямо задать Лили вопрос о стене в коридоре на седьмом этаже и её удивительном таланте проходить сквозь неё, но, взглянув на её поджатые губы, он отказался от такого хода. Если он выложит все карты на стол, а она не захочет делиться, потом будет еще труднее её расколоть. – О мотоциклах, − наконец, определился он.       Лили скептически взглянула на него. − О мотоциклах? − Да. Железные штуки, на которых летают магглы. − Я знаю, что такое мотоциклы. Зачем тебе мотоциклы? − Они клевые, − пожал плечами Сириус. – Нахер метлы, вот на байке я бы полетал. − Ты же понимаешь, что они вообще-то не летают? − Не летают? − Нет. Колеса, как правило, прочно стоят на асфальте, иначе у тебя будут серьезные проблемы. − Ага. Незначительный нюанс. В общем, как мне его построить?       Выражение её лица стало недоверчивым. − Почему ты спрашиваешь меня? Я же не механик. − Да, но ты магглорожденная, ты разбираешься в маггловских штуках.       Похоже, это было ошибкой, судя по её помрачневшему лицу. − Ты знаешь, как приготовить противоядие, имея лишь основные ингредиенты? − Эм… нет. − Но ты волшебник. − … Согласен. − А теперь вали, − сладко посоветовала она.       Сириус огляделся: они достигли более людного коридора, а Розье поблизости видно не было. Он хотел вернуться на седьмой этаж, но те, кто пользовался тайной стеной, наверняка уже ушли.       Он вздохнул, смирившись с поражением, которое смягчит пастуший пирог. − С радостью, Пенни Префект. ***       Следующие несколько дней ему не слишком везло, ситуация еще больше осложнилась, когда Джеймс забрал карту, чтобы использовать в своих целях. Без сомнения, романтических. Сириус хотел попросить Джеймса одолжить ему Мантию-Невидимку, но, глядя, как всякий раз дергается Ремус, решил, что не стоит так испытывать удачу. Однако его решимость это не уменьшило. Сириус твердо намеревался узнать, что происходит за той стеной, и, насколько он понимал, ключом к разгадке была Лили Эванс. Просто придется воспользоваться не волшебными методами.       И скучным воскресным вечером он обнаружил себя слоняющимся по общей гостиной. Джеймс ушел с Флоренс (бесит) и взял с собой карту (вдвойне бесит), у Питера где-то происходила свиданка с Винни, а Ремус, как обычно, пытался сделать перед полнолунием как можно больше домашки и к разговору был не пригоден.       Единственной подругой Сириуса оказалась гитара. Обычно он предпочитал играть в спальне, но Лили была в общей гостиной, а, поскольку карту забрал Джеймс, Сириусу приходилось присматривать за Лили по старинке. Глазами. Но это было скучно, ведь её внимание, похоже, было полностью поглощено домашкой.       Неудачно пытаясь наиграть однажды услышанную несколько лет назад маггловскую песню, Сириус краем наметанного глаза заметил рыжую вспышку. Эванс шевельнулась. Его пальцы замерли над струнами, и он бросил гитару на диван рядом с Ремусом. − Присмотри за ней, ладно?       Ремус оторвал измученный взгляд от стопки пергаментов. − Никакого преследования! − Конечно, дружище, − соврал Сириус.       Он дождался, пока Лили выйдет, затем как можно естественнее миновал портретное отверстие. Но едва он очутился в коридоре, и Полная Дама вернулась на место, на него в ярости набросилась маленькая рыжая староста. − Почему ты за мной следишь?       Сириус сунул руки в карманы и уклончиво пожал плечами. − Не льсти себе. Вовсе не слежу. − Да неужто? Куда ты собрался? − На… прогулку.       Лили презрительно закатила глаза. − Хочешь совет? Не иди в разведку, у тебя хреново получается. Ты всю неделю за мной следил. Зачем? Я не дура, ясное дело, не для того, чтобы расспросить о байках или еще о какой херне, которую ты придумаешь, когда опять попадешься. Это из-за того списка? Думаешь, я не могу о себе позаботиться? Напомню, когда мы дрались на дуэли, я тебя сделала. Или… Блэк, если ты попытаешься меня разыграть, я тебя заколдую. − Хочешь совет? – с кривой улыбкой отозвался Сириус. – Не веди допрос, у тебя хреново получается. Я не смогу ответить на твои вопросы, ты мне слова не даешь вставить.       Она сердито смотрела на него. − Ну?       Сириус обдумал ситуацию. Честно говоря, вся эта история со слежкой продвигалась так себе, и он от неё устал. Он полагал, что игра окончена. Сириус вздохнул. − У тебя есть нужная мне информация. − Что?       Он тщательно подбирал слова. Чтобы получилась не то чтобы ложь, но и не совсем правда… если он выскажется неверно, то все пропало. − Я хочу узнать, как попасть в тайную комнату в коридоре на седьмом этаже. Я видел, как ты вошла, но когда прошел мимо, двери не было. Осталась сплошная стена. − Дверь появляется лишь когда нужно, − ответила Лили, будто это было совершенно логичное утверждение, не нуждающееся в дополнительных пояснениях. − Значит, потайная комната! − Ты же сказал… − она осеклась и прищурилась. – Зачем это тебе? − Эванс, я невероятно любопытен. В каком смысле «лишь когда нужно»? Я ходил по этому коридору сотни раз, но никакой двери не было. − Значит, тогда она была тебе не нужна. − Хорошо, а тебе она зачем? − А вот это не твое дело, − и, довольно надменно развернувшись, она пошла прочь.       Сириус, не смутившись, легко зашагал за ней. − Брось, Эванс. Эта тайна меня убивает. − Тут нет большой тайны. Это просто место, где собираются люди. Средних размеров комната, несколько стульев, столов. Вот почему ты меня выслеживал? Пытаешься разузнать о клубе? − Значит, у тебя есть клуб? − Какое тебе дело? − Я же сказал – неуёмное любопытство. Итак, существует нечто вроде студенческого клуба магглорожденных?       Похоже, Лили разъярилась еще больше, и Сириус слишком поздно сообразил, что ему неоткуда это знать. Упс. − Может быть, но я все еще не понимаю, зачем это тебе. − Политический? − Нет… а если и да, то лишь потому, что само наше существование затрагивает политику. Это просто место, где люди могут поговорить, ясно? − Что-то типа группы поддержки? − Да, − в голосе Лили слышалось раздражение. – Именно так. Хочешь верь, хочешь нет, но быть магглорожденным в этой школе тяжело. И одиноко. Нам нужно было место, где мы могли бы встречаться наедине, не подвергаясь преследованиям, и замок нам его предоставил. Но люди… очень восприимчивы, и если ты всем об этом разболтаешь… − Я не собираюсь никому рассказывать, − перебил Сириус. Он нахмурился, обдумывая новое препятствие на пути к цели. Он должен был попасть в эту комнату – от этого зависела целостность карты! – но не знал, какую тактику выбрать. Ой, нахуй. – Могу я прийти на встречу? − Что? Нет! − Почему нет? − Ты не магглорожденный. − И что? − То, что не все на свете для тебя и твоих хотелок. − Не все, − согласился Сириус, − но, как ты и сказала: я не понимаю, каково это – быть магглорожденным в этой школе… Но, может, хочу узнать, понимаешь? Разве не от этого если не все, то многие беды? От непонимания? – Пауза. – Почему ты так на меня смотришь?       Лили остановилась и довольно сурово нахмурилась, глядя на него. Сириус заподозрил, что каким-то образом все испортил, но она сказала: − Я пытаюсь определиться, могу ли я тебе доверять. − И каков вердикт? − Я еще не решила. − Ладно, что ж, честно говоря, немного обидно, что это занимает так много времени.       Лили проигнорировала выпад. − Честно говоря, мне не противна эта идея. Я говорила Грэму, что стоит стать более открытыми и… не знаю, пропагандировать больше. Причем не только с магглорожденными студентами, но и со всеми, кто на нашей стороне… Но это не самое популярное мнение. В любом случае я не могу просто взять тебя с собой. Там только по приглашениям. − Так пригласи меня. − Это не так работает. Все должны быть согласны с твоим приходом… или хотя бы большинство… а я не уверена, что они согласятся. − Почему нет? − Потому, что большинство проблем магглорожденных исходит от чистокровных, а ты фактически король… − она осеклась, выглядя слегка смущенной, но он и так догадался, что она хотела сказать. − Ой. − Слушай, мне нужно сперва уточнить этот вопрос. Ты все же надевал тогда косуху. Люди её не забыли, она может сработать в твою пользу. – Она прикусила губу и пристально взглянула на него. – И я должна знать, что ты серьезно к этому отнесешься. Это не шутка и не игра. Для многих людей, включая меня… это правда важно. Итак?..       Притаившийся в сознании Сириуса Ремус Люпин нанес метафорический, но болезненный удар ногой в голень. Сириус его проигнорировал. − Да, − заверил он. – Я настроен серьезно. *** − Это новый уровень даже для тебя, − заявил Ремус, его взгляды были острее, чем когда-либо. − Почему? − Решил притвориться, что тебя заботят проблемы магглорожденных? − Я не притворяюсь! − Мы же договорились не впутывать Эванс в это дело, − напомнил Джеймс.       Они ужинали, Сириус только что рассказал друзьям о разговоре с Лили о Тайной комнате. Ремус и Джеймс предсказуемо не обрадовались. Джеймс то и дело оглядывался через плечо, без сомнения, проверяя, нет ли поблизости Флоренс. Она еще не пришла, но, черт возьми, она всегда присоединялась к ним за ужином, так что разговор скоро придется сворачивать. Возможно, именно поэтому Сириус выбрал это время для рассказа. − Я никогда ни на что не подписывался, − заявил он, аккуратно накалывая на вилку брюссельскую капусту. − Дружище… − Ты делаешь это не потому, что тебя волнуют проблемы магглорожденных, − произнес Ремус. – Ты просто хочешь попасть в ту комнату, чтобы выяснить, как добавить её на карту. − Почему не может быть и того, и другого? − Я в этом не участвую, − проворчал Ремус. − Ну хорошо, тебя и не звали.       Выражение лица Джеймса стало задумчивым. − А я хочу прийти. На какое время назначена встреча? − Ну, строго говоря, меня еще тоже не пригласили, − смущенно признался Сириус, − так что я не знаю. Все это держится в строжайшей тайне. Эванс рассказала, что обсудит с остальными и скажет, согласились ли они. Видимо, надо просто подождать. ***       Ждать пришлось аж до полудня четверга – Лили догнала его после Маггловедения. − Ну, решение не было единогласным, − сказала она, − но большинство согласились. Грэм посчитал, что идея хорошая. − Отлично! Кто такой Грэм? − Президент С.К.М. – Студенческой Коалиции Магглорожденных. Он основал клуб. Он считает, нам нужно больше чистокровных, готовых открыто говорить о проблемах магглорожденных, и школа – лучшее время для начала. Ну, точнее, я сказала, и он согласился. – Она скептически взглянула на Сириуса, будто не уверенная, что он подходит на эту роль. – Слушай, я ради тебя пошла до конца. Не позорь меня. − С чего ты взяла, что я тебя опозорю? − С того, что это твое любимое развлечение.       Сириус лишь фыркнул. − Я буду паинькой, Эванс. Обещаю.       Еще один долгий, недоверчивый взгляд, а потом она сказала: − Ладно, хорошо. Наша следующая встреча состоится в субботу в семь часов. Встретимся у лестницы на седьмой этаж, и я покажу тебе, как попасть внутрь. − Шикарно, − Сириус до сих пор не мог поверить, что все так здорово сработало. – Итак, мне надеть кожаную косуху или?.. − Блэк! − Шучу. Буду паинькой. *** − Итак… чем конкретно они занимаются на этих сборищах? – спросил Джеймс.       Был субботний вечер, они подошли к лестнице, ведущей на седьмой этаж, но Лили еще не пришла. − Понятия не имею, − признался Сириус. – Эванс сказала, там нечто вроде… группы поддержки. − Вот как. − Еще она сказала, что комната появляется лишь когда нужна. Будь она там все время, мы бы её не проморгали, но мы смогли справиться с движущимися лестницами, так что…       Джеймс моргнул, явно сбитый с толку. − Что?.. О. Карта. − Карта, − согласился Сириус. – Но… ты же здесь не за этим?       Ответить Джеймс не успел: появилась Лили… и вид у неё был недовольный. − Что ты здесь делаешь? – не слишком приветливо осведомилась она у Джеймса. Потом переключилась на Сириуса. – Я спрашивала только насчет тебя. Я не говорила, что ты можешь привести гостя! − Прости, Эванс, − пожал плечами Сириус. – Где я, там и он. Я думал, это очевидно. − По сути, мы один человек, − доброжелательно улыбнулся Джеймс.       Лили выглядела несчастной. − Просто… пожалуйста, не заставьте меня еще больше пожалеть об этом.       Они заверили, что будут образцами воспитанных гостей и последовали за Лили к глухой стене, терзавшей Сириуса несколько недель. Он был глупо взволнован, когда они подошли. − Итак, как работает дверь? – спросил он. − Замолчи, − велела Лили. − Я лишь… − Мне нужно сосредоточиться.       Она в самом деле принялась расхаживать туда-сюда с выражением предельной сосредоточенности. Сириус уже решил, что она их разыграла, но тут появилась дверь с тяжелой медной ручкой. − Потрясающе, − пробормотал он. Сириусу стоило больших трудов удержаться и не задать слишком много вопросов, но один он все же выпалил, когда они вошли за Лили в невероятную дверь. – Она всегда появляется на одном и том же месте? − Да, − рассеянно ответила Лили, оглядывая переполненную комнату. Она выглядела так, как описывала Лили: средних размеров, несколько стульев, несколько столов. Внутри ничего интересного. Комната была небольшой, из-за студентов было тесновато. Он заметил, что большинство магглорожденных отказались от школьной формы и были одеты в маггловскую одежду. − Пойду скажу Грэму, что вы пришли, − сказала Лили. – И что вас теперь двое… Ну, угощайтесь, что ли. – И ушла. − Теплый прием, − заметил Сириус. − Наверное, мне не стоило приходить, − произнес Джеймс, хмуро глядя вслед Лили. − Дичь, да? – Сириус оглядел комнату. – Здесь не так много интересного, но заставляет задуматься, сколько еще мы всего пропустили на карте… − Ты не можешь забыть о карте на минуту? − Что? − А, вы, должно быть, друзья Лили? – произнес незнакомый голос с сильным северным акцентом. (Друзья? Сириус про себя ухмыльнулся. «Похоже, я получил повышение»). Семикурсник с каштановыми волосами говорил с бирмингемским акцентом и улыбался c такой искренностью, что Сириус счел ее подозрительной. – Я Грэм. − Точно. Наслышан о тебе, − сказал Сириус. − Да? − Ну… я слышал твое имя. Я Сириус, а это… − Джеймс Поттер, − представился Джеймс. Очень серьезно. Сегодня все были чертовски серьезны. – Слушай, прости, что вломился. Я не подумал, что это может стать проблемой. − Это не проблема, − ответил Грэм. – Действительно, чем больше, тем веселее. Мы вам рады. В конце концов, для этого все и затевается. Очень важно наводить мосты между различными сообществами. − Я пришел, чтобы узнать как, − сказал Сириус, оглядывая комнату.       А Джеймс выглядел слегка озадаченным. − Я не отдавал себе отчета в том, что мы, по сути, принадлежим к разным сообществам. − Вы будете удивлены, − пообещал Грэм с еще одной слишком искренней улыбкой. – Слушайте, мы через пару минут начнем, так что угощайтесь и присаживайтесь.       Изучая пестрый выбор еды, Сириус обратил внимание, что на него пялятся, но отводят взгляд всякий раз, когда он оборачивается. − Тебе когда-нибудь казалось, что за тобой наблюдают? – пробормотал он Джеймсу, накладывая на тарелку картошку.       Они нашли свободные места напротив Лили. Она им нервно улыбнулась. Хотя, если взглянуть внимательно, это была чересчур щедрая интерпретация. «Улыбка» скорее походила на гримаску. − Мне понравилась твоя косуха, − сказала девушка, проходя мимо Сириуса.       Она показалась ему смутно знакомой, но он не мог вспомнить её имя. Сириус ломал голову над тем, как же её зовут, девушка тем временем села рядом с парнем из Рейвенкло, который бросал на них злые взгляды. Ремусу было бы чему у него поучиться. − Ладно, − Грэм занял свободное место рядом с Лили. – Приветствую всех. Как вы знаете, сегодня у нас двое гостей, я помню, вы неоднозначно встретили эту новость. Но на прошлой неделе мы пришли к выводу, что важно выйти за пределы нашего пузыря и начать общаться с… − Простите, но это бред, − перебил сердитый парень из Рейвенкло. – Нет, кто-то должен это сказать. Вы хотите распространять весть о правах магглорожденных, бороться за правое дело, ладно. Но Блэк и Поттер? Все знают, что они главные чистокровные франты в этой школе. − Эй! – обиженно подал голос Сириус. − Хватит, Дирк, − сказал Грэм. – Мы на прошлой неделе это обсуждали…       Но парень его проигнорировал и агрессивно обернулся к Джеймсу. − Ты даже не знаешь, кто я такой, да? − Ну… по словам этого приятного парня, тебя зовут Дирк, − ответил тот. − Дирк Крэссуэлл, придурок. Ты заколдовал меня в прошлом году в коридоре, на глазах у всех. Потребовалось две недели, чтобы восстановить кожу. − Эм… − Джеймс неловко потер шею, видимо, изо всех сил пытаясь вспомнить тот случай. – Ну… прости за это. Честно говоря, я больше этим не занимаюсь… − Правда? А как же Берта Джоркинс?       Несколько студентов зафыркали. − Ну, это было… − Однажды нацепив маггловские шмотки, ты, блядь, не станешь героем, − ощерился Дирк. − Могу я внести предложение? – перебила Лили, увидев, что Дирк и Джеймс открыли рты, явно настроенные продолжить разговор. − Пожалуйста, − сказал Грэм. − Блэк и Поттер пришли сюда слушать и учиться, так? – этот вопрос был адресован им. − Да, − немедленно согласился Джеймс. − Тогда, думаю, им следует остаться, но при условии, что они будут только слушать. Никаких разговоров. Без обид.       Наступила пауза, все присутствующие перевели взгляды на Сириуса и Джеймса. − Меня это устраивает, − легко произнес Сириус. – Как я уже говорил, я и пришел, чтобы учиться. − Да, − согласился Джеймс, все еще чувствовавший себя не в своей тарелке из-за вспышки Дирка. – Конечно.       Решив этот вопрос, по крайней мере, временно, Грэм принялся разъяснять, что каждая встреча начинается с «кругового выхода», как он это называл. Каждый мог поделиться тем, что тревожило его прошедшую неделю. − Итак, кто хочет начать?       Желающих не нашлось. В кругу воцарилась тишина. Видимо, двое чистокровных гостей всех смутили. Пауза становилась все более неловкой, пока, наконец, Лили не сказала без особой охоты: − Давайте я. – Она немного поерзала, разгладив юбку на коленях. – Ну… Нового ничего, хотя в среду я столкнулась с Изольдой Гринграсс, и она назвала меня «бесстыжей грязнокровной шлюхой». − Она что? – возмущенно воскликнул Джеймс. Лили метнула на него уничтожающий взгляд, и он провел рукой по волосам. – Да, извини, − пробормотал он. – Просто слушаю. − Мне было все равно, − бесстрастно продолжила Лили, − но рядом стояла маленькая первокурсница… магглорожденная… она растерялась. И я понятия не имела, что ей сказать. − А что ты сказала Изольде? – подала голос веснушчатая третьекурсница. − Чтобы она сделала нам всем одолжение и пошла на хуй.       По комнате прокатилась волна одобрительного смеха. Даже угрюмый Дирк Крэссуэлл ухмыльнулся. − Конечно, − продолжила Лили, − мимо как раз проходил профессор Картер-Майлз и снял двадцать баллов с Гриффиндора «за сквернословие». Как я уже сказала, ничего нового.       Джеймс, казалось, хотел снова открыть рот, но Сириус пихнул его локтем в бок, и он с несчастным видом откинулся на спинку стула.       Заговорили и другие. Перечень мелких кошмаров и бесконечных унижений. У Сириуса сложилось отчетливое впечатление, что сегодня высказывалось меньше студентов, чем обычно. А кто все же высказывался, те еще и цензурили себя. Но все же нового было много. Мальчик из Хаффлпаффа получил отработку за то, что сопротивлялся, когда на него набросилась компания слизеринцев. Пятикурсница из Рейвенкло призналась, что ей начали сниться кошмары, в которых профессор Флитвик уводит её с занятий и сообщает, что её мать пропала. − Так же, как это было с Лоис Перкинс.       Другую девушку мутило всякий раз, когда приходила почта – она безумно боялась того, что напишут в газетах. Веснушчатой третьекурснице – Сириус узнал, что её зовут Валмай Морган – сказали в следующем году не утруждаться и не подавать заявку в сборную по квиддичу, ведь «все знают, что магглы не умеют летать»       Наконец, гриффиндорка, в которой Сириус, содрогнувшись, узнал бывшую девушку Питера, Веронику Сметли, заявила, что с появлением «списка» ей приходится постоянно оглядываться в коридорах, у неё ощущение, будто на спине клеймо, кстати, вы слышали, что случилось с Роуз Питерс на прошлой неделе?       Сириус не слышал прежде, но услышал сейчас и почувствовал себя так же хреново, как выглядел Джеймс. − Она до сих пор в Больничном крыле, − продолжила Вероника. – И, конечно, она не может доказать, что это дело рук Мальсибера, ведь ему все можно.       В группе повисло напряженное молчание. Грэм, сидевший рядом с Вероникой, наклонился и приобнял её за плечи. Кажется, он хотел что-то сказать, но тут заговорила девушка, отметившая косуху Сириуса. − Ладно, хватит депры. Время музыки!       Как по волшебству, все тут же повеселели. Студенты встали, отодвинули стулья, в дальнем углу обнаружился маггловский проигрыватель, на который Сириус прежде не обратил внимания. − Нет, Грэм, сегодня моя очередь выбирать альбом, ты обещал! – упрекнула девушка, предложившая слушать музыку. – Больше никакой грустной панковщины. Я хочу танцевать! − Ладно, Эйприл, но лучше не выбирай ABBA. Я больше не могу слушать «Dancing Queen». − Кто ж тебе виноват, что ты не любишь веселиться. Я выберу что-то на тему сегодняшнего вечера. Что-то… вдохновляющее.       Она принялась рыться в стопке пластинок, а Сириус завистливо пялился – он бы охотно прибрал их к рукам. Затем она поставила пластинку на проигрыватель, и раздался взрыв смеха, когда заиграла бодрая музыка. Сириус не понял шутки, пока голоса фальцетом не запели: − Feel the city breakin’ and everybody shakin’ and we’re stayin’ alive, stayin’ alive…       Он зачарованно смотрел, как почти все магглорожденные студенты принялись танцевать. Но не так, как умел Сириус, в бальном зале, под руку с какой-нибудь чопорной чистокровной девицей. Это было гораздо более спонтанно… сокровенно… дико. Нарциссу, блядь, удар бы хватил на месте. − Ah, ah, ah, ah…stayin’ alive… − Мы тут любим черный юмор, − к ним бочком протиснулась Лили. – Спасибо, что выдержали, и извините за Дирка. Он… честно говоря, еще тот хрен. Хотя, − добавила она, строго взглянув на Джеймса. – Ты его и правда заколдовал в прошлом году, так что это ты немного заслужил. − Да… извини, − ответил Джеймс.       Но Лили лишь рассмеялась. Похоже, музыка и ей подняла настроение.       Послышался скрежет и пауза, когда кто-то поменял пластинку, а потом: − YOU CAN DANCE! YOU CAN JIVE! HAVING THE TIME OF YOUR LIFE! − Блядь, Эйприл! − Где вы взяли проигрыватель? – полюбопытствовал Сириус. – Я думал, без магии они не работают. − Они и не работают. Во всех других местах. Не спрашивай как, я не знаю, но мы начали устраивать маленькие танцевальные вечеринки в конце каждой встречи, чтобы поднять всем настроение. А то становится немного тяжеловато, как вы наверняка заметили. В общем… хотите потанцевать? − Э-э… − промямлил Джеймс, глядя на кружащиеся пары. – Ты же знаешь, я еще тот танцор. Лучше я просто посмотрю. − Блэк?       Он был бы вовсе не прочь, но интуитивно почувствовал, что это было бы предательством по отношению к Джеймсу. − В другой раз, − ответил Сириус. − Ну, как хотите. Что ж, еще раз спасибо, что пришли. Простите, я… была на взводе. Но я это ценю. Это много значит.       Она с улыбкой скользнула обратно в компанию танцующих. Сириус и Джеймс смотрели, как она обняла Грэма, который, хоть и возражал против песни, все равно поднял Лили и с энтузиазмом закружил. − YOU ARE THE DANCING QUEEN! YOUNG AND SWEET! ONLY SEVENTEEN! − Кажется, мы тут больше не нужны, − сказал Джеймс.