По мере того, как надвигается прилив

Стид крепко зажмурил глаза, ожидая последнего удара, который, как он знал, в любом случае будет нанесен, и почувствовал внезапное трезвое осознание сквозь ром, гнев и боль. Ни один из его обычных трюков для контратаки не произвел никакого эффекта. Конечно, не произвёл. Он не был настоящим пиратом. Он был идиотом. Всё, что ему удавалось происходило только из-за глупой удачи. Победить Иззи? Тупая удача. Бадминтоны? Нэд Лоу? Всё это было глупой удачей. Никто не способен попасть в цель, бросая скрипку. И самой счастливой, самой дурацкой удачей был Эд. Как они нашли друг друга, даже не один раз, а дважды? Как они - он - умудрились оба раза всё испортить? Неужели всего две ночи назад они целовались на палубе - Эд всё это время держал эту дурацкую красивую рыбу, а пальцы Стида перебирали его серебряные кудри. Только вчера вечером они впервые занялись любовью, пока команда веселилась на палубе, потому что Стид отчаянно нуждался в том, чтобы почувствовать что-то хорошее после того кошмара, который произошёл с ним. Несмотря на то, что он не хотел, чтобы всё было именно так. Буквально сегодня утром они вместе нежились за завтраком, когда Эд рассказывал ему о своем золотистом русалочьем видении в лучах раннего солнца, а Стид не понял всего этого. И буквально несколько часов назад Стид прогнал его прочь. Боже, какой же он был дурак. А теперь будет мёртвым дураком и никогда больше не увидит Эда. У него никогда не будет возможности снова сказать ему, что он сожалеет. А Эду будет лучше. Ему действительно будет лучше без этого абсолютного идиота в качестве возлюбленного. Он собирался умереть здесь и сейчас, от рук Королевы Пиратов. И он это заслужил. Он плотно зажмурил глаза, желая, чтобы слёзы каким-то образом вернулись обратно под веки, и приготовился. Когда удар пришёл, он не был похож ни на что, что Стид когда-либо чувствовал раньше. Как будто земля под ним вздыбилась, выбивая воздух из лёгких, а над головой раскалился воздух, и огромная сила толкнула его назад, навстречу поднимающейся земле. В ушах звенело от боли, и казалось, что весь мир кричит. Вот что значит умирать. Непроизвольно он сделал болезненный вдох. Что? Он рискнул открыть глаза, с удивлением обнаружив, что ещё не совсем мёртв. Мир вокруг него горел. Над ним стояла Чжэн, её лицо было искажено яростью и горем. Она забыла об этом жалком подобии пирата, так как за её спиной пылала Пиратская Республика. И в этот момент Стид всё понял. Нападение из ниоткуда. Такого даже Чжэн не ожидала. То, что одним ударом подожгло всю республику. Это означало, что кем бы ни были нападавшие, им удалось обойти корабли в бухте и все защитные сооружения. Ох чёрт возьми. Эд. Он услышал свой крик, бессвязный в своих мучениях, звучащий потерянно и далеко в его собственной голове. Он оттолкнулся от Чжэн и остатков её команды, которые уже преодолели первоначальный шок и пытались потушить пламя, охватившее бар "Испанки Джеки". Ползком, не в силах встать, он подтащил себя к самой высокой точке, которую смог найти, и уперся в деревянные опоры. Залив тоже горел. Сколько там было кораблей? Десять? Сотня? Он не волновался о том, чтобы считать их. Они все горели, все сразу. В затылке голос прошептал: "Все эти экипажи - все эти люди, всё горит. – Эд. ЭД! – его собственный голос звучал для него словно чужой. Глубокий от горя, хриплый от жара пожаров. Нетнетнетнетнет Оторвав взгляд от сцены в заливе, он направил его вдоль береговой линии на восток. Как раз в пределах видимости - был виден белый парус, над которым развевался английский флаг. На песке стояла вёсельная лодка. Ещё больше лодок было позади. Раскаленная докрасна ярость пылала жарче пламени, заполняя тело Стида его от носа до кормы. Он побежал.

***

Эд сидел на корме рыбацкой лодки, наполовину свесив удочку за борт. Ему было хорошо известно, что остальные члены экипажа суетятся вокруг такелажа и общих дел по управлению судном. Они обходили его стороной, понимал он. В конце концов, вчера он был Чёрной Бородой. А сегодня..,сегодня он был просто Эдом. Или, может быть, Джеффом. Он ещё не решил. Это было хорошее решение. Начать новую жизнь. Спокойную жизнь. Менее запутанную. Он сможет найти своё признание и быть тем, кем он был на самом деле под слоем кожаной одежды, гневом и репутацией. И если его взгляд устремлялся в сторону берега, то это было просто совпадением. Он ни в коем случае не пытался определить, видна ли ещё копна золотистых волос или мелькнула синяя хлопковая рубашка. Нет. Он так не делал. Он вздохнул. Никакой рыбы, Эд. Или Джефф. Неважно. Он пытался. Он действительно пытался не торопиться, но оказалось, что со Стидом это невозможно. Эда слишком сильно тянуло к нему, и он до сих пор не знал, почему. Он знал, что прошлая ночь была не тем, чего они оба хотели. Если бы их оставили в покое и они не были мишенью для какого-нибудь музыкального маньяка, то, может быть, вместо этого они бы танцевали. Эду бы это понравилось. Может быть, он позволил бы Стиду снова поцеловать себя под луной, пока Иззи исполнял серенаду (и это, безусловно, была мысль для другого раза). Может быть, он притянул бы его поближе и позволил бы ему снова провести этими изящными пальцами по своим волосам. Может быть, они бы не спали всю ночь, разговаривая и понимая друг друга чуть лучше. Но после того как Нэд Лоу оказался в воде, он увидел лишь отчаянные слёзы в глазах Стида, и всё, чего он хотел, - это чтобы их не было. И Стида. Он хотел Стида. Он ничего не мог с этим поделать. Всё сразу, этот человек был мягким и жёстким, уязвимым и твёрдым, золотистым и красивым, всем тем, о чем Эд и не подозревал, что хочет этого. Это стоило того, чтобы увидеть, как улыбка его возлюбленного озаряет утро, ярче солнца, и он действительно думал, что всё будет хорошо. Чёртовы пираты и их чёртов фан-клуб Стида. Эд просто хотел уйти из пиратства, но для Стида всё только начиналось. Он действительно был искренне рад за него, но что всё это внимание сделало со Стидом? Это было отвратительно. Он правильно сделал, что ушёл. Действительно правильно. Ему показалось, что он увидел какое-то движение возле бара Джеки - насколько он мог судить с такого расстояния. Какая-то суматоха, может быть, крик, раздавшийся над заливом. Если бы у него была подзорная труба, он мог бы видеть лучше. Но её не было. И ему было наплевать, напомнил он себе. Наверное, это просто чайки. А потом мир расцвёл оранжевым, белым и ярко-красным цветом. Снова и снова - корабль за кораблем, в одно мгновение охваченные пламенем. А потом Республика взорвалась, как фейерверк. Взрыв уничтожил верхний этаж дома Джеки, как спичку. Джеки. Стид. Нет. Не успел он сообразить, что делает, как оказался на ногах, снимая старую, инкрустированную птичьим пометом куртку Баттонса, удочка разлетелась на две части у его ног. – СТИД! А потом прогремел взрыв, обдав жаром и шумом, каких он никогда в жизни не слышал, и он снова упал в лодку, держась за край, чтобы не перевернуться от набегающих со всех сторон волн, которые раскачивали лодку. Он поднялся на ноги и одним движением прыгнул в воду.

***

Ноги Стида утонули в песке, что едва не вывело его из равновесия. Английские солдаты продвигались по берегу. Уже двадцать или тридцать человек, и ещё больше были на подходе. К первым кораблям присоединились ещё два и сколько их ещё будет, он не знал. Он убьёт их всех. А какая разница? Он всё равно был мёртв. Возможно, ему были даны эти последние мгновения жизни, чтобы он смог отомстить за Эда. Он поднял меч в руке. Он понятия не имел, откуда он у него взялся. Его собственный так и лежал в пыли возле дома Джеки. Придерживая меч, он начал бежать по песку, хриплый крик вырывался из его легких. Первый солдат быстро упал под его клинком. Он подавил тошноту, грозившую захлестнуть его, и сделал ещё один вдох. Вытащив из кобуры пистолет солдата, он проверил ствол. Один патрон заряжен и готов. Лучше уж один, чем ни одного. Он поднял голову и увидел, что английский солдат направил свой мушкет ему в голову. Он успел вовремя увернуться в сторону и услышал, как пуля пролетела мимо его уха. Солдат выхватил саблю и двинулся вперед. Стид поднялся на ноги, еле удерживая равновесие. Кровь расплылась по мундиру англичанина, растекаясь от секиры, которая внезапно вонзилась ему в грудь. Неземной крик эхом разнесся по полю боя, а затем показался силуэт Роуча. Откуда он взялся? Хотя кого это волнует? Стид поймал его взгляд, и Роуч кивнул. Затем появился Клык, вступающий в бой впереди Роуча, и одновременно с этим раздался ревущий крик позади. Оглянувшись через плечо, Стид увидел, что вся его команда - с Иззи во главе - возглавляет отряд пиратов Республики. Испанка Джеки и несколько её мужей - да, включая Шведа, - с ужасающим оружием наперевес неслись в атаку. Чжэн и остатки её команды выстроились на вершинах скал, стреляя в англичан. Закричала одинокая чайка. Стид, не обращая на них внимания, усмехнулся. Ещё один мушкетный снаряд просвистел мимо, слишком близко для успокоения. Он повернулся и присоединился к боевому кличу, когда команда подошла сзади. Впереди Роуч и Клык расправлялись с парой солдат, поэтому он посмотрел в сторону моря. И тут его мир опустился на дно. Может быть, он всё-таки умер? Ведь то, что он видел, не могло быть реальностью.

***

Где же он? Эд поднялся на поверхность в третий раз, отчаянно пытаясь понять, где он находится. Он был рядом, несомненно. Времени на поиски у него не было, но он никак не мог выжить в бою полуголым и безоружным. Он услышал крик чайки, и мягкий взмах птичьего крыла возле его уха вернул его в реальный мир. Чайка сделала несколько кругов, как будто звала его. Его? – Баттонс? Чайка снова прокричала и улетела куда-то в сторону. Эд пожал плечами. В конце концов, что ему терять? Он быстро поплыл в том направлении, куда вела птица. Посмотрите на меня - я же парень-птица. Мысль была нелепой. Через несколько метров птица снова начала кружить. Эд нырнул под воду, и, конечно, увидел его. Это был сверток с кожаными вещами, который он выросил, за борт. Каковы были шансы? Лучше не думать об этом слишком много.

***

Это было видение. Восставший из глубин в чёрной кожаной одежде и морской воде, с оружием наизготовку, с горящими глазами. У Стида перехватило дыхание. Морская пена клубилась вокруг фигуры, свет, тени и расстояния образовывали фигуры на поверхности. Но это был не кракен, а нечто совсем иное, нечто более свирепое и прекрасное. Он бросился бежать, снова обгоняя команду, проносясь мимо Клыка и Роуча, словно их там и не было. Не обращая внимания на драку вокруг, пока кто-то не встал на его пути и не получил удар в колено. Он перепрыгнул через падающее тело, бросил пистолет и побежал дальше. Его лёгкие готовы были разорваться, но он не останавливался, ни за что. Его взгляд всё время был прикован к фигуре, выбирающейся из моря. Эд! Несмотря на то, что он не успел крикнуть, Эд, казалось, услышал его. Он поднял голову, разинув рот, и, казалось, хотел позвать в ответ, но звук затерялся среди ветра. Затем он начал бежать, неся с собой океан в облаке брызг, и Стид подумал, что его сердце сейчас остановится, потому что оно так старательно пыталось подползти к горлу. Эд, казалось, растаял среди солдат, изображая изящество, и свалил по меньшей мере троих из них, прежде чем Стид успел сделать столько же шагов. И вдруг они столкнулись ртами, морская соль, слёзы, порох и дым смешались в воздухе, когда они прижались друг к другу. Стид позволил себе раствориться в поцелуе, когда рука Эда переместилась на его шею, прижимая к себе с небольшим отчаянным всхлипом. – О, Эд, мне так жаль. – Я думал, ты погиб. – Я думал, что это ТЫ погиб. Эд покачал головой, захлёбываясь слезами. Стид снова нежно поцеловал его. – Я опять всё испортил, не так ли? С губ Эда сорвался придушенный смешок. – Без шуток. Не привыкай к этому. Стид улыбнулся, отстраняясь, чтобы посмотреть Эду в глаза. – Эй, кстати. Гляньте-ка, кто на этот раз русалка. – Русаловек. – сказал Эд, приподняв бровь. Позади них раздался крик, прозвучавший очень далеко. Эд вскинул голову. – Эй, это не твоя подруга? Стид неохотно обернулся и вздохнул. – Да. – Может, нам лучше, ну знаешь, пойти и помочь? Стид сделал вид, что действительно думает об этом, пока Эд с издевкой не толкнул его в нужном направлении. – Пошли уже. У тебя оружие есть? Он поднял меч с того места, где он упал на песок, и начал бежать, когда звуки битвы вновь ожили. Эд ухмылялся, водоросли всё ещё путались в его волосах, как у какого-то морского демона, но по мнению Стида, самого прекрасного демона, из всех, что он когда-либо видел. – Я нашёл твои письма, – крикнул Эд, вытаскивая саблю из английского солдата с порезанной ногой. – Что? – Твои письма. В бутылках. – Как?! – Ты, кажется, стоял вон на тех камнях? Да, все они просто вернулись обратно во время последующих приливов. Я нашёл их в заливе. – Чёрт. Стид ударил солдата рукояткой сабли, уклоняясь, когда тот упал. Эд рассмеялся. – Да, ты идиот. И я люблю тебя за это. Стид остановился на месте, из его легких внезапно пропал весь воздух. В нескольких шагах впереди Эд ударом головы сбил парня со своего пути, понял, что Стида с ним нет, и обернулся. – Что? – закричал он. – Ты правда это имел в виду? – Перед ним из ниоткуда появился солдат. Стид пронзил его насквозь саблей - естественно, с левой стороны. – Кажется, да, – улыбнулся Эд. Когда англичанин упал, он потащил за собой саблю. Стид с минуту боролся с саблей, потом сдался и, спотыкаясь, пошёл вперед, навстречу Эду, который поймал его за локоть, поддерживая. Эд подмигнул, протянул ему кинжал как раз вовремя, чтобы Стид успел протянуть руку солдата, и взял Эда за руку. Команда была чуть впереди, до неё оставалось всего несколько футов, и они подозрительно оглядывались, как будто им удалось справиться с солдатами без посторонней помощи. Оба капитана, рука об руку, остановились перед ними. Эд слегка помахал рукой, ухмыляясь. Глаза Джима расширились, а Пит и Олу стали бешено жестикулировать, чтобы Стид был оглянулся. Одновременно Стид и Эд ударили локтями в живот двух солдат, которые подкрадывались к ним, и команда зааплодировала. Эд наклонился к Стиду и прошептал. – Это одна из многих вещей, которые я в тебе люблю. Стид поднял бровь и положил свободную руку на плечо Эда, когда рука Эда скользнула на его талию. – Оу? –Остальное я расскажу тебе позже. Они снова были вместе, крики и вопли команды заглушали стоны многочисленных раненых англичан, разбросанных по берегу. А над головой кружила и торжествующе кричала одинокая чайка.