Полюби меня за год

— Привет, а мы только что о вас говорили. — Да? Надеемся, что только хорошее.        — Конечно. Проходите.        Мы с Лисой убежали на кухню, где я ей налила чай, а Чонгук с Остином остались стоять в проходе часто поглядывая на нас, а после я заметила, что Остин передал что-то Чонгуку, но не придала этому особого значения. Когда подруга выпила свой напиток, её парень повёл на второй этаж, оставляя нас с Чонгуком и океаном наедине. Я медленно поворачиваюсь и вижу, что мой любимый стоит на одном колене, держа коробочку с кольцом в руках. — Т/И… когда, я впервые увидел тебя, я понял, что ты моя судьба. С каждым днём, с каждым часом наших встреч, я влюблялся в тебя всё больше, и больше. И каждый раз я боялся сделать что-то не так и потерять связь с тобой. Но в один прекрасный день я отважился забрать тебя и теперь стою перед тобой на одном колене. Малышка… Весь мой мир — ничто без тебя, поэтому я хочу слышать твой голос утром и не отпускать ни на минуту… Из чего бы ни были сотворены наши души, моя душа едина с твоей. И я сделаю всё, чтобы это единство продлилось как можно дольше… Ты тот лучик, который зажёг в моём сердце огонь даже без своей магии. Я принёс тебе много боли, маленькая. И я прошу у тебя за неё прощения. Малышка, я обещаю всегда быть только твоим, любить только тебя и быть для тебя поддержкой во всём. День за днём я буду дарить тебе свою любовь, до последнего вздоха. И если вдруг смерть придёт за тобой, я отдам свою жизнь вместо твоей. — Чонгук на мгновение опустил глаза, отчего я перестала видеть свет своих любимых глаз. — Т/И, хочешь ли ты стать моей женой, опорой и вечной любовью? —Глупенький, я уже твоя, — произношу я полушепотом, потому что всё моё состояние не может позволить сказать громче. — И мне совсем не важно: есть на мне от тебя кольцо или его нет — главное, что ты есть в моём сердце.        Наконец Гуки встаёт рядом со мной, одевает на палец кольцо, стирает с моих глаз слёзы и затягивает в нежный поцелуй. Разорвав его, я прислоняюсь к тёплой груди Чонгука, кладя руки на его плечи.        — Спасибо, что научила любить, — также шёпотом отвечает мне он, не нарушая той романтичной обстановки, которая повисла в комнате. Но нашу романтику прерывают радостный визг и аплодисменты подруги, которые вырывают из тёплых объятий Чонгука, заключая в свои.        — Т/И, я так рада за тебя! Когда свадьба?        — Лиса, рано ещё думать.        Пока подруга продолжала мне говорить поздравления, я смотрела на счастливого Чонгука, которого тоже поздравлял Остин.        — Слушай, Лиса, может, завтра сходим в кино, а после него можем пройтись по магазинам?        — В кино? Правда? — Подруга стала прыгать на месте от счастья, чуть не взлётая в небо. — Ура! —А сейчас мы идём плавать!        И, забрав подругу на второй этаж, мы переоделись в купальники и вышли на веранду, где сразу же прыгнули в тёплый океан прекрасного бирюзового цвета. Наконец через пару минут к нам присоединились наши парни, и мы все стали наслаждаться тёплой погодой и чудесным видом Тихого океана.        Чонгук и Остин иногда приносили фрукты и охлаждающие напитки, играла музыка, ну и, конечно, без романтики не обошлось. Когда наступил вечер и начало холодать, нам пришлось зайти в дом, где нас уже ждал горящий камин и мягкие пледы. И, взяв один из таких пледов, Чонгук аккуратно завернул меня в него и усадил к себе на колени, приобнимая за талию. Остин повторил за ним и проделал то же самое с Лисой. Но долго так нам сидеть не пришлось… Пламя, которое горело в камине, окрасилось в розовый цвет, и из него с шелестом выпал конверт с красной печатью. Кинув взгляд на Остина и пересадив меня на диван, Чонгук подобрал письмо и, осмотрев, открыл. С первых строк письма его лицо изменило очертания, взгляд стал беглым, а в глазах на мгновение появился страх. В комнате повисла нагнетающая тишина, которая окутала всех нас. Никто не хотел вызвать шум обсуждением своих мыслей, поэтому мы с замиранием сердца ждали, что скажет Чонгук. Но моё терпение закончилось, я попросту встала и подошла к нему, дотронувшись до его торса, заглядывая в свои любимые глаза, надеясь, что в них я найду ответы на свои вопросы, которые возникли с появлением этого письма. И вот Чонгук перестал читать, но не стал убирать письмо. Его глаза ещё были прикованы к листу бумаги, переваривая прочитанное.        — Гуки, от кого это письмо и… что в нём?        — От отца, — сухо ответил Остин.        Моё внимание было приковано обратно к Чонгуку, но он его не замечал. И в этот момент мне показалось, что вновь появился тот холодный парень, который украл меня, заставив влюбиться, а мой любимый пропал.        —Остин, подойди, — будто отдавая приказ, сказал Чонгук.        Он передал ему письмо и начал следить за его выражением лица, которое выдавало какой-то страх и сосредоточенность. Мне было жутко интересно, что было написано в том письме, но взять его я не осмелилась. Они переглянулись и начали молчаливый диалог, который не продлился меньше минуты, потому что Чонгук предложил Остину зайти в другую комнату. —Чонгук, объясни, что происходит! — с жалостью в голосе сказала я, но меня никто не услышал.        Они зашли на кухню, оставив нас с Лисой в полном непонимании, что происходит.        — Мне не по себе и немного жутковато, — накрываясь одеялом, произнесла подруга. — Никогда ещё не видела Чонгука и Остина в таком состоянии.        — Мне тоже, а главное, что он своим молчанием причиняет мне боль. Так трудно было ответить? Я стояла перед ним, а он меня просто не заметил, будто меня вовсе не было.        В этот момент на кухне, где находились парни, раздался удар об стену, и сразу после него они вышли. Чонгук нервный и напряжённый, такой, каким я его ещё никогда не видела, пошёл наверх, тем временем как Остин подошёл к Лисе. Я не могла усидеть на месте и решила пойти за Чонгуком. —Не ходи пока, дай ему время, — выдыхая, сказал Остин.        — Я не могу спокойно стоять, пока он там весь изводиться. — И я бросилась наверх искать своего возлюбленного.        Зайдя в спальню, я увидела его, стоявшего возле окна… Всё ещё напряжённого и немного уставшего. Я тихо прошла в комнату, не решаясь к нему подойти. Мы ничего не говорили, но по молчанию я чувствовала, что дело обстоит не лучшим образом. Его плечи при дыхании поднимались быстрее, чем обычно, что означало, что его что-то волнует. —Малышка, выйди. Я сейчас на нервах, поэтому не могу контролировать себя.        — Я никуда не уйду. — Медленно стала подходить к нему, не нарушая напряжения. — И в горе, и в радости, помнишь? — Этими словами я хотела донести до него то, что я не уйду, даже когда он такой. Я знала, что он может разрушить всё, но меня он не тронет. — Что было в том письме, отчего ты сейчас такой?        Он развернулся и сократил между нами расстояние.        — Отшельники стали появляться намного чаще. Их с каждым днём всё больше и больше и прислуживают они только одному существу — Юнги.        — Но он же заточен! —Ящик нашли открытым. А это значит одно — будет война. Юнги придёт за отцом и попытается убить его.        — Но почему ему просто нельзя вернуть отца?        — Дело в том, что он умер от мук. Юнги этого не знает, но когда всё прояснится, его будет не остановить.        — Ну солдаты сильны, они точно его одолеют. Почему ты тогда вне себя? — Чонгук прикрыл глаза, набирая в лёгкие больше воздуха.        — Мне завтра надо будет вернуться в Корею для подготовки к войне. Остин тоже должен будет вернуться на днях, а вы останетесь здесь, так как тут вам ничего не угрожает.        — Чонгук, нет! Я пойду с тобой. —Я не хочу подвергать тебя опасности, после того как только обрёл тебя! — Ты не сможешь себя защитить, когда перед тобой враг! Моя обязанность как будущего правителя защищать Корею, потому я буду присутствовать на поле боя! — Его слова причиняли мне боль. Я не хотела отпускать своего любимого туда, где есть вероятность погибнуть. — Почему я вне себя? Да потому, что только у нас всё наладилось, как появилась угроза, из-за которой мы даже вместе побыть не можем. — Я видела, как ярость затуманивает ему разум, и я, обхватив его лицо руками, стала немного поглаживать, успокаивая.        — Гуки … Мы всё сможем, ты всё сможешь. Защитишь Корею, оставшись живым, а я буду учиться использовать голубой огонь, чтобы тебя подстраховать. А после, когда всё закончиться, вернёмся сюда, только ты и я. Всё будет хорошо. — И после этого, притянув к себе ближе, я накрыла его губы в нежном поцелуе, запоминая каждое соприкосновение. — Давай ляжем пораньше? Тебе надо выспаться и успокоиться. Хорошо, малышка. — И, взяв меня на руки, Чонгук уложил меня на кровать, накрывая мягким одеялом. — Что бы я без тебя делал.        — Я люблю тебя! — Прошептала, зарываясь в его объятия.        Настал новый день, и Чонгук был с самого утра на ногах. Лиса с Остином ещё спали, поэтому мы тихо сидели на кухне.        — Т/И, тебе нужно остаться здесь!        — Нет! Мы ещё вчера всё обсудили и решили, что я иду с тобой.        — Да как ты не понимаешь? Отец сказал, чтобы вы остались здесь. И я с ним полностью согласен. Мы не знаем, на что пойдёт Юнги, поэтому здесь вам находиться безопасней. Чонгук медленно направился к входной двери.        — Гуки, пожалуйста! Я не хочу тебя отпускать в руки к смерти! — на глазах начали появляться слёзы. — Пожалуйста! — Я схватила его за руку, не желая отпускать. — Услышь меня, если я тебе не безразлична!        Он повернулся ко мне, стоя у двери, посмотрел в мои глаза, полные слёз, и, обхватив лицо, притянул к своим губам, оставив на лбу нежный, тёплый поцелуй.        — Я не хочу тебя потерять, Малышка, поэтому и оставляю здесь. Со мной ничего не произойдёт, обещаю. Когда я убью это чудовище, я вернусь за тобой, обещаю.        — Нет, прошу тебя, не уходи! — Слёзы тихо падали на пол, в то время как рука любимого пропадала из моей руки. — Прошу! Умоляю! — Но этот шёпот уже никто не услышал.