Thestrality

      POV SILINA       Смерть — это в принципе то основное, что я ненавидела в даре предвидения. Если бы не она, относилась ли бы я к нему иначе? Скорее да, чем нет. Может спокойнее, а может порой и с упованием. Однако именно смерть оказалось той с которой я научилась, как-то вальсировать. Вынуждено осознать, что под всплеском эмоций предвидеть смерть получалось лучше всего. Быть или не быть? Вот в чем вопрос? Конечно же не быть. Этому дару, не стоило быть.       На самом деле именно «она» была долькой. Под эгидой всех негативных видений с детства, апогеем которых и становилась сама смерть, заставляли меня съедать, что-то отвлекающее, отрезвляющее. И так как юность явление безгрешное, то мне повезло пристраститься заедать всё лимоном, а не огневиски. Хотя сомневаюсь, что после совершеннолетия буду также верна своим привычкам. Кислым, пробирающим и приводящим в чувства.       Помогало…       Время от времени правда. И это при том, что я никогда не видела в целом мертвого человека или животное, ни видела тела или затухающей жизни в глазах. Только опосредованную новость об этом из чьих либо уст. От тех кто утратил любимых.       Ни одна смерть не мельтешила в моих глазах прямым «текстом». Как именно это происходило? Поняла я это не сразу, но со временем стало ясно. Оно приходило от соприкосновения под эмоциями, любыми. Видения приходили на их пределе в юности, иногда через вещи, а иногда через соприкосновения с людьми. И предвидения про смерть были редкостью настолько, что я помнила их поименно. И почти каждая «смерть» была сопряжена с прикосновением к вещам. К какому-то предмету и пока что никогда от прикосновения к человеку.        Так я и контролировала свои эксперименты с самого детства. Нет видений — не о чем беспокоиться. В общем-то именно поэтому я спокойно портачила с магловскими приборами. Работа над всякой ерундой держали меня на том уровне вибраций, когда ты счастливо одержим тем, что делаешь. Безудержно вдохновлен. И этого достаточно, чтобы увидеть в случае чего неблагоприятный исход.       Но первый лимонный перекус я ощутила в самые нежные годы. С чужой подачи. Когда понятие, что такое смерть всё еще расплывчаты и утрированы в три раза. Случилось это в тот день, когда Отто решился поэкспериментировать над огнестрельным оружием, а до этого они с братом полчаса в красках обсуждали, что подобный магловский способ расправы до жути живодёрский, то ли дело Авада, которая не причиняя боли приносила мгновенную смерть. Но они не учли всерьёз маленькую живодерку. Прямо под носом у камина, пытавшуюся усадить котика на петляющую из стороны в сторону метлу, видимо подметавшую пыль. Поэтому подслушав подобное случайно, я уже была предельно напугана. Когда котик благополучно выкарабкался из моих потуг, а я побежала за ним, ноги верные любопытству привели меня в мастерскую Отто. В момент, что старший Бэгмен отлучился на перекур, моя наивная детская рука потянулась в захламленном ангаре туда, куда спрятали злосчастный предмет обсуждения. Может зарыть глубоко в землю, в заброшенной конюшне? Ведь я проводила с Отто больше времени, чем надо и понимала, какую именно вещицу братья поносили добрым словом. Вот тогда и увидела, что любые волшебные дела с этим оружием приведут к смерти моего будущего наставника. Увидела так, что потеряла сознание.       Между тем, поймите…       Друзья отца были для меня всем. И замещали заметное отсутствие матери. В магловской французской школе я быстро осознала этот пробел в моей жизни, так как ходила в l’école élémentaire, где часто дети смеялись с моей трехотцовщины, что забирали меня после занятий. Конечно тут была не в новинку двухотцовщина, но даже тем выпадало не мало. Что ж, а к моим трём недоотцам, уж общество было крайне не готово. Особенно расфантазированными среди школьников слухами, что они состоят в смутных отношениях между собой! Пара тройка склоков под вырывание очевидно лишних прядей волос были неизбежны и я рада, что старалась защитить без страха то, что мне дорого. В итоге больше ко мне никто не лез, ни врагом, ни в друзья, ни за словом, ни по интересам. И по инерции не лезла и я в ответ, даже после поступления в академию Шармбатона. По привычке. И грозившее в юности отчисление, казалось пустяком. Ведь всё становилось неважным, когда мои недоотцы восполняли всё своим вниманием, все пробелы и все душевные переживания. И благодаря им я знала, что впереди меня ждёт школа волшебства и магии. Любовь и благодарность к ним была самая теплая. А к летнему провождению времени в их кирпичном старом доме в зеленой пустоши я относилась с особым трепетом. Всё было окутано магией, которая в Лионе среди простецов была для нас под запретом, а для меня уж тем более. Отец с роду к моему ужасу учил меня всё делать по магловски: готовить, стирать, убирать, а чему не мог научить, то отправлял учиться дополнительно. Антимагическая порка! Вот как я это называла. Поэтому Бэгмены были для меня глотком свежего волшебного воздуха, к которым я привязалась всем сердцем! И выдыхать не собиралась.       И именно поэтому подобный исход в виде нависшей смерти меня привёл в истерику, а не просто слёзы. Когда я очнулась от увиденного.       В выделенной для меня комнате в доме бывшего загонщика и сумасшедшего маги-ученого, стоял в тусклом вечернем освещении еще один странный и старый, но точно, клянусь бородой Мерлина, по виду волшебник! Длинная бархатная мантия и задорно поспевающая за ней борода, а то и колпак на голове, просто умоляли назвать себя чудаком. Пока они перешептывались у входа в мою обитель, я не могла перестать реветь после резкого пробуждения. Как только старик понял, что уговоры Отто успокоиться не работают, то присел напротив меня у моей кровати на маленький стульчик. Теперь он был на уровне моих глаз и вглядывался в меня из под своих очков половинок. А потом резко, щелчком пальцев из воздуха призвал блюдце с дольками лимона и горсткой сахара вблизи.       — Возьми кусочек, — мягким тоном вымолвил волшебник. Отто отошел на пару шагов, скрестив руки и наблюдая, как мой плач перешел в легкие всхлипывания. Я не знаю почему, но резко схватила лимонные дольки и с первым прикусом поняла, какая это жуткая кислятина. Бэгмен откровенно улыбался с моей немедленной эвакуации содержимого изо рта. А подозрительный волшебник - добавил.       — Не спеши, ты забыла посмотреть внимательно. Может стоило обмакнуть дольку в сахар и вкус заиграл бы иными красками?       С тех пор я никогда не забывала этих слов. Из-за всей этой странной ситуации. Зачем предлагать было ребенку вместо конфет лимон с сахаром? Интуитивно я понимала, что в этом есть подтекст, но будучи совсем юной не понимала о чем речь. Благо Отто вовремя осознал, что стоит объяснить мне: «Он хотел, чтобы ты была внимательнее к деталям и сказать, что вовсе ты не странная. И лишь твой выбор определяет вкус даже самого кислого лимона». Только с тех пор я приноровилась есть цитрусы без сахара, чтобы уйти от страшных и неудобных размышлений. Лимон приводил в чувство в детстве. И умолял помнить, жизни Фламеля ради, что «он» всё еще самое кислое, что случалось со мной на данный момент. Больше, чем неизведанная и неизвестная смерть из будущего. И даже более безобидные видения уступали физическому вкусу во рту. Убаюкивая мои страхи.        Что насчет отца? Его в тот момент рядом не было. И он никогда так и не узнал о моем даре от меня. Может братья Бэгмены и сказали. Но я… увольте. Как рассказать человеку такое, когда он не воспринимал адекватно даже магию во мне? Поэтому под детские всхлипывания и объятия, Отто оказался первым, кому я рассказала, что вижу будущее. И видела его смерть. Стряхнув пальцами мои слёзы с щек долой и растрепав макушку рукой, он убедил меня, что никуда не денется. И обещал не притрагиваться к оружию никогда. Эта была единственная «предотвращенная» смерть.       С годами я начинала думать о том видении всё больше. И не понимала до конца. Мы обошли смерть? Или это видение было намного древнее, чем казалось? Возможно Отто погиб от экспериментов в преклонном возрасте? Память о том «будущем» меня подводила. И в целом, я запуталась и перестала, что либо понимать. Чем глубже копалась и пыталась разобраться, тем больше находила вопросов без ответа.              В тоже время, на протяжении моей короткой жизни ведуньи, я уже видела ряд смертей: матери, отца, Отто и Людо и даже кота Бэгменов — Дымка. И все под всплеском эмоций. И каждый из них не безразличен мне. И все смерти были в основном естественные, в преклонном возрасте. Пока я не столкнулась с Колином Криви.       А ведь до этого всё было хорошо…       Всё было почти идеально. Я даже особо не огорчилась от того, что Фред пригласил меня на бал раньше Джорджа. Сделав этот «жест» под первый снег на улице, на публику наших студентов из Шармбатона. К тому же отказать ему в тот момент было сложно. Почему не могу сказать наверняка. И я приняла и поняла, что это к лучшему. Ведь, если я узнаю, что такое первый поцелуй с его братом, то не смогу в конце года улететь без сожалений и разбитого сердца. Хотя всей душой мечтала именно о нём. Признаться честно, я наивно надеялась, что он как минимум будет расстроен, а в идеале против. И отобьет меня! А потом случится самый романтичный первый поцелуй на балу о котором можно мечтать… Вот наивняк в моменте то а! Именно поэтому, такое беспристрастное принятие Джорджем, того что я иду с его же братом на бал, также позволило четко осознать свое место. Па-па-пааам, розовый занавес пал. Флирт флиртом, а нравилась видимо – недостаточно.       В тоже время мысли о поцелуе с Фредом меня не беспокоили. Это не серьезно. Это невозможно. Это неправильно. В конце концов, я, относилась к нему несерьезно. А как вообще к нему относиться? Шутливо наверное. С ним всё переходило в смех. Ведь он весь такой крутой и выбивал мое внимание забавы ради. Я верила в это искренне. И мы наверное из-за отсутствия общего языка переулыбали друг друга до глупых переглядок, ужимок, тычков пальцами в бок с запросом идти быстрее и даже нарочитого вдоха, когда он слишком близко подходил. Появились жесты, что понимали без слов. Я шутливо гримасничала, что он дурно пахнет, чтобы выдержать между нами дистанцию, но эта сволочь подарила в ответ свой одеколон. Со словами, чтобы я наслаждалась именно им до каждой капли даже в его отсутствие. И неважно, что слов казалось между нами не было. Руки, прикосновения, улыбки, всё это прекрасно говорило само за себя и без лишних слов. В итоге его упёртость не оставила мне выбора кроме, как принять, что он далеко не шутит.       Наверное нет?       Не вижу смысла в происходящем без реального интереса с его стороны. Ничего страшного в том, что весьма симпатичный парень уделяет тебе внимания, нет. Но очень страшно, когда ты его обманываешь, а он к тебе кажется питает серьёзные чувства? Даже не знаю. И видений нет, чтобы что-то понять для себя. Я просто, как и всегда буду выкручиваться от его излишнего внимания. С симпатией не целуются. С чего я вообще решила, что он намерен меня целовать? Мои мечты о первом поцелуе с его аля младшим братом, не делают автоматически всех желающими это повторить со мной.              К тому же во время танца, любое его желание отпадет намертво. Ведь это будет момент моего признания, и это скорее всего обидит его самолюбие. Моя совесть просто корчилась словно ее подвергали круцио. Есть же круцио души? Вот это то, что я чувствовала. Уверена это выглядит так. Подобным образом, так долго обманывать никого не приходилось. И это было сложно на самом деле. Я обязательно придумаю, как выпросить прощение без всяких там унижений и поцелуев. В голове сразу появился ненужный образ наклонившегося Фреда ко мне и страшный стук моего сердца от неприятия. Мне же он не нравится? Просто какое никакое, а сходство между братьями тоже есть. К черту мои фантазии! Уфф! Просто предложу некоторые из свох разработок с техникой маглов. Бесплатно. Великодушно. Безвозмездно.       За это время слушая их разговоры, я осознала насколько они влюблены в то, что создают. И завораживало в этом то, насколько серьезно они относятся к этому. Это была маленькая деталь, которая очень нас связывала, только у нас было весьма разное направление. Я ничего не придумывала с нуля в отличии от братьев. И вряд ли даже таким горе шутникам, нужен тостер с поющими тостами на вылете.       Всё было чудесно, пока Фред не попросил зачем-то отправить письмо Бэгмену. Это было очень неожиданно и чертовски сложно воспринять. Как они связаны? Что им надо? Я бы спросила сама, но Флёр итак меня опередила. Также сильно удивленная, настороженная этим во время «подработки» переводчицей. Оказалось ребята его фанаты, а их письма не доходят до него.       Чего, простите?       Что-то екнуло внутри меня, легкий звонок беспокойства. От нажитого опыта через мой дар. Неужели это, та причина по которой они со мной проводили время? Да нееет, хахах, не может быть... Или может? Нет, конечно! Точно нет! Столько возиться из-за этого, настоящая чушь! Людо тебе не Виктор Крам! Так что это просто глупости в моей голове. Близнецы, как выяснилось позже были загонщиками, что немного больше убеждало меня, что они также в действительности могут быть фанатами бывшего загонщика.       Всё было безобидно и я действительно намеревалась признаться, на бале. Держа его за руку, сжимая неловко плечо во время медленного танца. В более располагающей к пониманию обстановке, где не захочется ругаться. И наименьшего желания к побегу. Поэтому я и согласилась бездумно на просьбу. Компенсация? Да, конечно. И мы отправили с помощью моей совы конверт, который я даже не читала. Какая глупая совесть, но что с нее возьмешь? Я понимала откуда они узнали о моей связи с Бэгманами. Ведь мы часто с ним говорили в общих залах, перекидывались фразами, а потом и вовсе сидела с ним в трех метлах за одним столом. Не понимаю почему они не подошли? В итоге раздумывала от чего тогда братья не осознали, как именно я с ним говорю? Даже издали лишь наблюдая. Ведь по Людо так и не скажешь, что он владел французским языком.       Просто свезло, не иначе.       Всё было мило, пока языковой барьер в конце концов не выявил их натуру. Я слишком рано решила, что тест на вшивость эти двое прошли. Мои способности намертво пали в любых прикосновениях к ним. Поэтому я сильно расслабилась и не ожидала подвоха. Думала может мой «талант» дал сбой, ибо не о чем беспокоится? Также, как и с приборами. Но подвох случился. Подвохище, сказала бы. Фредерик, черт его побери, Уизли на моих глазах за столом в главном зале позвал на бал еще одну даму — темнокожая, красивая, высокая и капитан их команды. Та самая девчонка, которая ни раз и другой «случайно» толкалась, в чем-то колко умничала, пыталась видимо заявить о себе, но я упорно ту игнорировала. Ненамеренно. Видимо моё легкое отношение ко всему не позволило задержаться размышлениями об этом. Анджелина Джонсон, не была из робкого десятка. Ее новоиспеченный ухожер подмигнул ей с наглой улыбкой, а потом через стол, как ни в чем не бывало улыбнулся и мне. Ведь я, глупышка, ничего не понимаю по его мнению. Можно и втереть улыбочку другую. Да и Джонсон отлично все проанализировав, обернувшись также натянуто улыбнулась в мою сторону. Просто сучка.       Моя душа отлетела в пятки. Я даже позабыла взглянуть на Джорджа и понять какое выражение лица у того было. Он тоже улыбался? Настолько я застопорилась. Стыд окатил ливнем без шанса на спасение. Вилка шумно выпала из рук отстукивая смехотворным звоном о тарелку. Это похоже на то, как если бы вы могли насквозь промокнуть тыквенным соком изнутри. Меня вяжет. Меня одурачили. Надо мной смеялись. И кажется каждый второй смотрел на меня с проблесками моей глупости, наивности. Смеялись даже позвякивающие бокалы, а чавканье соседей казались насмешкой, которую едва ли прикрывали едой.       В этот раз я обедала одна. Хорошо, что Флёр тренировалась, она бы не сдержалась. В момент очнувшись я умчалась настолько быстро насколько это было возможно. Стараясь не привлекать к себе внимания, без резких движений. Винила себя. Я обманывала и была справедливо обманутой. Встать и выяснять, какого черта он пригласил другую? Глупо, мерзко, низко. Не говоря о том, что и сама виноватая. Надо было признаться раньше. Нельзя было обманываться. Не стоило так очаровываться.       Пошел ты нахер, Уизли.       Мудак.       Два гребанных мудака!       Трудно. Вытирая слёзы осознавать, что Отто был прав. Может у него тоже есть дар предвидения и он так предостерегал меня? Глупости. Но лучше бы и отдали меня на растерзание оборотням, чем топтали душу. Глупые выходки парней, к которым я привыкла еще с Шармбатона. Чертов пубертат гормональный. С которым я была строга. Какого дракла я расслабилась? Я сотню раз видела подобные сценарии в своей голове. Как оказалось смотреть и прочувствовать довольно разное явление. Последнее гораздо больнее. Нервы сдали в коридоре от выхода из школы, где я и столкнулась с Криви лоб в локоть.        Минуту назад жалевшая саму себя и собственную глупость. Злившаяся на себя безапелляционно. Я на минуточку опешила. И поняла насколько ничтожны мои переживания. От столкновения его камера чуть было не рухнула и в попытке поймать ее, я вспышками увидела, что бедный славный белокурый парень погибнет через несколько лет. Очень быстрыми кадрами я видела его брата плачущим над его могилой с датой смерти: 2 мая 1998 года. Мурашки прошлись волной по моему телу, а руки задрожали, едва пойманная камера в тотчас вывалилась из рук вдребезги разбившись. Я хаотично разглядывала кусочки тут и там. Его раздосадованное лицо, мои неуклюжие попытки собрать и извинения. Тягучие, неясные. Всё, как в тумане. Почему я вообще увидела его кончину? Я никогда не видела тех, кто мне безразличен. Просто абсолютно чужой человек. Неужели день моего рождения может так повлиять на подобное? Это что-то новое и загадочное. Вот, что действительно грустно. Смерть молодого парня. От чего только? Кольнуло в груди от сильнейшего сочувствия. Колин не винил меня и более того попросил об этом не беспокоиться жестами. Мы разминулись, а я дошла до кареты благодаря нему вполне уравновешенная и принимавшая случившееся с насмешкой.       Эта неделя до бала была странной. Сначала конечно хотелось в бешенстве устроить близнецами словесную взбучку. Справедливости ради. Но потом я чувствовала, что это лишь итог за что боролась, на то и напоролась. И только после тщательного обсуждения с Флёр, мы осознали, что наша ложь с ними различалась. Я мучалась от своей лжи. А они ею наслаждались. Уизли ею так долго наслаждались, что продумали ее детально. Поэтому было недостаточно просто всё высказать в лицо. Проще отнестись посильно, но оставить безнаказанным – нет. Однако и перегибать палку не тянуло. Я наивно верила, что не перегну. Ведь смерть, такая вещь, что даже чужая заставляет тебя смотреть на случившееся с тобой в более спокойной форме. В какой-то момент стало по странному смешно со всего произошедшего. Может я так успокаивала себя? Хотелось проучить, но не от злости, а ради удовольствия в свою очередь. А идеи, как назло так и не шли в наши светлые умы. Пока я не решилась подарить Криви заколдованный мной полароид. Он был в восторге и удивлённо в шоке разглядывал подарок. Сначала не хотел принимать, но я ведь и правда была виновата. Поэтому убедила, а потом его резко переклинило.       — А ты разве говоришь на английском?       — Да, с детства. Ведь я родом из западного Мидленда, — не думала, что отсутствие знания языка в этой школе так заметно всем и его удивленные глаза заставили меня продолжить, конкретизируя, — Ээ, если быть более точной из Бирмингема. Так понятнее? Что такое? Почему ты так смотришь на меня?              — Прошу прощения! — и он согнулся в чрезмерном поклоне, — Я не могу принять этот подарок, тем более учитывая, что натворил.       — И что именно ты натворил?       С этого момента я выудила из этого милого на вид парня рассказать мне всё до последнего. Удивительно, даже их мотивы были весьма прозаичны. Ничего нового в мире бренном. Ради выигрыша? Не верю, что Людо так с ними обошелся. Мисье Би и мухи не обидит! Хотя неосознанно вполне, но разве есть в ставках недоговоренность какая-то? Я склонна доверять тому, кого знаю с детства. Но в бешенство меня привело то насколько искусно парни наслаждались ложью. Зарабатывали на мне. Устроили целое радио по которому смеялись надо мной. И куча совместных фотографий, которые я перебирала с каким-то остервенением. Настолько продуманной лжи, конечно я не ожидала. Боль и ком в горле волнами накатывали на меня в перемешку со злостью. Криви был оправдан. И даже видение о его смерти, что казалось вначале притупило злость уже не возымело того эффекта. Что-то внутри требовало расплаты. Какая-то нить сдержанности сорвалась.       А другая часть моей души была глубоко ранена. И выплакала в одну из ночей всякое сожаление. Чтобы осталась одна лишь неприязнь. Подумать только! Ведь я чуть было не решила, что нашла родственные души. Конечно я девочка хорошая, но плохой при удобных обстоятельствах умею быть гораздо лучше. Просто повода не было. И я надеялась расплатиться той же монетой. Пусть почувствуют насмешку над собой равноценных масштабов.       А за палароид Криви виновато достал мне тот самый аппарат для радио и кое что еще интересное я приметила сама. После чего попросила выйти его из комнаты…       Благо его совесть помогла мне, я же в свою очередь клянусь жизнью Фламеля, что не сдам, кто растрепал про их ложь.       POV GEORGE WEASLEY       — Какого ежика? — с едва ли скрываемым негодованием спросил я с брата.       — Расслабь веснушки, Анджелина этого приглашения ждала до последнего. Да и я подумал…       — Ух ты, неужели ты способен на это? На минуточку я засомневался, ибо ты уже пригласил другую. Кажется зелье старения намертво оккупировали твою голову.       — Чего? Сил нет на тебя. Короче, глупая твоя братская голова, — Фред неожиданно совершил захват моей головы между подмышкой и предплечьем, знатно трепля мне голову, — Я вообще не понимаю, как наши лица настолько идентичны, а по сообразительности разнятся, как пятка и глаз.       — Не тычь мне в глаз! Ауч!       — Такого удивленного лица от тебя я не ожидал. В глаза долбишься? Нет? Я помогу долбиться. Перестань ерничать и пораскинь мозгами. Разве не ты говорил, что ты жилетка? Письмо мы отправили и предупредили Бэгмена с угрозой о жалобе в суд Визенгамота о нарушении прав волшебника. В министерстве найдутся те, кому будут интересны его делишки. А большего с батона не взять, не дать. Мы отбили в ставках, как минимум то, что ставили летом и кажется даже больше. Поэтому расстроенная Силли и опечаленная увидев меня с Джонсон просто невероятно на руку тебе. Ты станешь ее спасением!       — Очаровательный, провальный план. Ты знаешь, что осколки склеить невозможно? — еле вырвавшись я толкнул его в сторону, так что он свалил чайный сервиз со стола в кабинете Трелони. Что удивительно — мы объявились пораньше, чтобы разлежаться, где поудобнее.       — Возможно, и я обалденно владею репаро. Но почему-то по сути вместо благодарности, ловлю твою кислую мину.       — Тебе стоило обсудить всё со мной, — аргументировал я, а он репарировал.       — А тебе не стоило играть против меня на пару с Ли.       — Один один?              — Да, но домашка все равно на тебе.       — С хера ли? Мечтай, моя ебобо версия.       — Жаль. В кое-том веке мы начали учиться, хах.       Слегка подурачившись, я расслабился. Оставалась неделя до бала. Совершенно не собирался ждать, чтобы стать ее жилеткой. Хотел найти и пере-пригласить, извинится и признаться, что испытываю к ней интерес без всяких шуток. Очень жаль, что она не разговоривала на английском. Но что-то пошло не так, вездесущая сладкая булочка, внезапно пропала из виду. Девушка, которая незаметно присутствовала всегда где-то поблизости последние полтора месяца – исчезла.       В итоге, я так и никого не пригласил. Ожидав момента, выжидая случай. Пришел на бал пораньше, надеялся где-то встретить. Но тщетно, а потом по дороге обратно в крыло Гриффиндора, в самом начале бала осознал. Скорее всего она узнала? И просто решила не приходить? Я хотел было развернуться и пойти к карете Шармбатона на опушке запретного леса. Только она шла с другого направления прямо в мою сторону.       Я болтался там и сям лишь в ожидании того, что встречу француженку. И встретил…       Девушка была ослепительная в прямом смысле слова. Может она тоже вейла? Крупные пряди в строгом порядке. Аккуратное украшение на шее. В золотистом платье, каблуки, точеная фигура и яркая, как канарейка. Кажется они с Флёр выбрали противоположные тона. На бале, Делакур сейчас танцевала в серебряном. Такие вещи замечаешь, когда у тебя есть также дополняющий тебя человек. Удивительно было лишь одно - рюкзак за ее спиной.       Кажется она знала правду. Ибо глаза сияли призрением. Выверенной дистанцией ко мне. И то, что она прошла мимо меня без единого слова, куда красноречивее любых слов.       — Стой! — я схватил ее за запястье и развернул легким порывом к себе. Она хмурилась и стреляла искрами. Я же попятился на шаг назад. И впервые сутулился, засунув руки в карманы брюк. Обезоруженно. В поисках слов. Жаль что она не споткнулась в иной раз, чтобы я мог в лишний прикоснуться, поймать. Мне наивно тоже начало казаться, что любое прикосновение может наладить контакт между нами. Позволить ей понять мою искреннюю симпатию.       — Джордж...       — Я просто должен признаться тебе, — приложил по инерции пальцы к ее губам, умоляя помолчать и позволить мне высказаться, но она их тут же смахнула. Я понимал, что она ни черта не поймёт из того, что я скажу. Только мой лимит был исчерпан и я не мог больше себя сдерживать. Возможно мне лишь хотелось эгоистично освободить себя и почувствовать облегчение. Но одновременно я был сказочно уверен, что она поймет меня по своему, как и до этого мы без лишних слов понимали друг друга, — Я обманывал тебя и правда очень виноват, — потупил свой взгляд на несколько секунд, — Мне жаль, что я вероятно тебя серьезно обидел. Надеюсь, что ты всё же простишь меня. А из всего нелестного о чем ты узнаешь обо мне… хочу, чтобы ты была уверена только в одной правде. Единственной за всё это время. Ты нравишься мне. Думаю… по настоящему. Без всяких шуток. Пойдешь со мной на бал? Еще не поздно? Пары у меня нет, а после пойти куда-то еще и еще, и не только сегодня. Понимаю, Фред и я слегка перегнули, заврались, то есть не слегка конечно, но это не было просто ради… — в итоге я не смог договорить, объяснится. И стоило ли вообще? Кажется она даже при всем понимании английского не поверила бы мне. Силина закатила глаза с тяжким выдохом, потянулась к рюкзаку за спиной, вытащила из кармашка несколько фотографий и просто кинула мне небольшую стопку прямо в грудь, что разлетелись у моих ног. Посмотрел озадачено вниз. Не успел поднять голову, что та молниеносно зашагала мимо меня. Видимо прямиком на бал.       Это были фотографии с ней. С нами. Сделанные тайно и не очень. Фотографии в которых обыгрывали ставки. Позади каждой из них были сделаны пометки о том, какая ставка играла и сколько приобрели с этого. Я застыл, но потом все таки все собрал и положил во внутренний карман пиджака.       Откуда у нее целый «альбом» колдографий? Эти фото были лишь в одном экземпляре и находились они в нашей комнате.       Я решил проверить те, что лежали у нас прежде, чем нагнать наш батон. И то что я увидел оказавшись у порога нашей спальни, не передать словами. Как вообще она проникла? Полнейший «восторг». Вся комната была разгромлена по кусочкам. Вот каким должен быть эффект от «Набора начинающего негодяя», который мы разрабатывали бессонными ночами. Ничего не было обделено вниманием. Но если все можно было восстановить с помощью репаро, то наши разработки с Фредом канули в небытие. Все расписанные тетради с заказами и разными рецептами были отправлены из записки на стене — нашей матери.       — Охренеть…. Я ожидал обиды, но такой расплаты. Силина, ты ли это? Это далеко не сладкая булочка, а выпечка с перцем чили.       Я ее понимал с одной стороны. И осознавал всю свою вину. Но такой вандализм, а особенно в отношении того во что мы с братом вкладывали душу целыми днями, неадекватен…       Стоп…       Так вот, что она чувствовала?       Подождите, а на бал зачем? После такого разгрома? Пора спешить обратно. Оглядел комнату в последний раз прежде чем отпал звонко старинный канделябр со стены. П-ре-крас-но, после такого, Фред в жизнь не забудет и не отпустит такую мадмуазель с заскоком. Так он и скажет. Преследуя ответочкой. Забавы ради. Вытравит до последнего.       Надеюсь в этот раз обойдется без приступов его агрессии.