Все мы не без греха

Чонгук не знал, зачем он дал свой номер, сказал имя, а после и согласился на свидание. Он не знал, и знать особо не хотел. Ум говорил ему, что все это сделает ему больно, просто нужно немного подождать. Сердце же говорило, что... оно ничего не говорило, потому что ум затыкал его. Тэхен сказал, что хочет Гуку заплатить за одно свидание, как за четыре сессии. Чонгук долго отговаривал его тем вечером, пока Ёджон спал. Разговор был долгим - Чон просил не платить ему так много и СМС-ками, и словами, но Тэхен был неумолим. Тем самым Чонгук отменил свои заказы в борделе, променяв их на свидание с Тэхеном. Свидание с Тэ будет правда приятнее, чем ебля с потными незнакомцами. — Здравствуйте. Хочу предупредить, что у нас только час сегодня. — Говорит Чонгук, присаживаясь за стол рядом с Тэхеном. — Давай "на ты", Гука. А что будет потом? — То, что заставит тебя прекратить добиваться меня. — Отвечает Чонгук даже с капелькой флирта. — Если ты говоришь о своей работе проститутом, то сразу скажу, что нет, это не заставит меня прекратить добиваться тебя. Чонгук опускает вниз глаза, а потом как-то тяжело и устало вздыхает. Да что с этим альфой не так. — Нет, Тэ. Это немного не это. — Отвечает Чонгук мрачно и холодно. — Тогда что? - спрашивает Тэ, готовясь буквально ко всему. Чон употребляет вещества, убивает людей, гоняет на мотоцикле от копов... — Мне нужно в садик за сыном. Забрать его домой. — Отвечает чонгук, и заставляет Тэхена в непонимании посмотреть на него. "Вот и все. Прекрасный альфа отстанет от него, они не будут видеться, серьезные намерения превратятся в никакие, и мужчина уже априори не сможет сделать ему больно, потому что Гук уже разочарован им и видел худшее" Спустя паузу молчания, в которой Тэ просто хлопал глазами, Тэхен ошарашил своего собеседника окончательно. — Это... это так здорово! У тебя есть сын... сколько ему? Как его зовут? — Восхищенно спрашивает Тэхен у Чонгука, который в неверии поднимает на него глаза. Тэхен сияет, он рад, улыбается искренне, и запах его еще добрее становится. Чонгук выпадает от его реакции. — Да...да нет же! Ты должен был разочароваться и уйти. Я омега с прицепом, работающая в борделе, и ты все еще имеешь серьезные намерения на меня? — Возмущается Чонгук. Тэхен мягко улыбается. — Знаешь, все мы не без греха. — Говорит он, усмехаясь. К ним подходит официант в это время, Тэхен заказывает какой-то салат, чонгук хочет заказать воды, но в итоге под строгим взглядом Тэ сдается и заказывает то же, что и альфа. Запах Тэхена на ужине вызывал в Чонгуке прекрасные ощущения, которые пугали внутреннюю омегу, забывшую наслаждение на уровне вторичного пола. — Так что там о сыне? Мне все еще очень интересно. — А, это. Его зовут Ёджон, ему три года. — Отвечает Чонгук неохотно. — Я бы так хотел с ним познакомиться. — Делится желанием Тэ, на что Чонгук искренне удивляется, но виду не подает. Они едят и разговаривают на отвлеченные темы. Запах Тэ пьянит, и язык Чонгука развязывается. Наконец-то Тэхен слышит подробности о его жизни — о бедности, о том, как им с сыном тяжело, как мальчик грустит, когда отец уходит на работу, как Гука и сына оставили одних без помощи буквально на дороге. В основном информация подана намеками, но Тэ все итак прекрасно понял. — Ты сытый? Понравился салат? — Да, да, спасибо за вечер, Тэ. Но мне стоит идти. — Не спеши, котенок. Может быть, я помогу забрать Ёджона из садика? Заодно мы с ним познакомимся. — Да зачем тебе это надо? — Чонгук мысленно капризно топает ножкой. Не по его плану все идет, не так все должно быть! Тэхен вновь мягко улыбается, а потом подходит к стоящему неподалеку Чонгуку. — У меня серьезные намерения, помнишь? — Почти мурлычет Тэхен и помогает Гуку надеть куртку. — И я хочу заботиться о тебе. Теперь и о твоем сыне, хоть я его и не знаю. Помни — Ты всегда можешь мне отказать, но я не думаю, что я делаю что-то плохое или не нравлюсь тебе. Я прав? — Тэхен встает напротив Гука, завязывая тому красиво шарф, а затем смотрит игриво на него. Омега сдается — кивает согласно. Тэхен улыбается, а потом одевается сам. *** — Папа!! Ты пришел! - Ёджон радостно подбегает к своему папе и обнимает его. Чонгук так редко приходит за ним раньше шести часов вечера, а сегодня даже половины пятого нет. — Привет, малыш. Как у тебя дела? — Чон поднимает ребенка на руки и идет с ним в раздевалку группы. — Все хорошо. Мы с Сольхи и Йеном играли в больницу, и я был врачом! — Вау, какие молодцы! Ты всех вылечил? — Спрашивает Гук, опуская мальчика на пол, чтобы тот переоделся. — Да, всех. А потом Сольхи тоже стала врачом и тоже вылечила всех! — Отвечает Ёджон с гордостью за себя и своих друзей. Чонгук улыбался, слыша эти слова. Какой же милый его сын. Потом Чонгук попрощался с Чимином, естественно, поблагодарив за работу, и они с Еджоном пошли к выходу из здания. Идя по коридору Гук мягко остановил сына и присел на корточки перед ним. Ему просто жизненно важно было спросить у сына, как он относится к тому, что будет происходить. Чонгук будет варваром, если насильно посадит ребенка в чужую машину с чужим альфой. — Малыш, что ты думаешь насчет того, что мы поедем домой с одним моим знакомым? — На машине, как полицейские? Чонгук, немного волнующийся при этом разговоре, осознавши слова, хихикает. — Нет, не как полицейские. Просто на машине. — Я согласен. А он хороший? — Да, родной. Он добрый и хотел с тобой познакомиться. — Тогда я тоже хочу с ним познакомиться! — Глазки сына загорелись. — Пошли скорей! И Чонгука потянули за руку к выходу из сада. *** Незнакомый мужчина в машине Ёджону сразу понравился. И запах в салоне — тоже. Мальчик, не чувствуя никакой опасности, сразу начинает вести себя расслабленно с Тэхеном, хотя обычно к людям привыкает долго. — Мне папа сказал, что ты добрый и хотел со мной познакомиться! — Восклицает Ёджон, а Чонгук, пристегивающийся на заднем сидении, краснеет и закрывает руками лицо. — Да, папа сказал тебе все правильно. Я Тэхен. — Альфа тянется к сыну омеги, чтобы пожать тому руку и улыбнуться своей самой искренней улыбкой. — Ооо, я Ёджон! А могу ли я называть тебя Тэ-Тэ, пожалуйста? — Ёжджон-и, малыш... — Хочет возразить было Чонгук, когда оправляется после волны смущения. — Конечно, можно. — Не дает сказать омеге Тэхен, и делает этого мальчика счастливым. — Спасибо, Тэ-Тэ! Тэхен улыбается смущенно, но счастливо — ребенок его омеги наимилейшее существо (как и сам омега, хих) — Ёджон-и, он же незнакомый. Почему ты сразу перешел на ты? — Но папа. Мы же познакомились! А еще я говорил «спасибо» и спросил, можно ли называть так Тэ-Тэ! Я же все правильно сделал! — Я тоже считаю, что Ёджон все правильно сделал. Он очень воспитан, и в свои три он ну просто умница. Так что зря ты так на него, Чонгук-и. — Заступается за младшего Тэ, а сам улыбается во все тридцать два. — И чего ты так лыбишься? — Сдерживая свою улыбку и дуя губки спрашивает Чонгук. — Да потому что милые вы очень. — Признается Тэхен, чем вызывает вторую волну смущения у омеги. Как же нравится альфе видеть, как тот умирает от стеснения, краснея щеками. — Ну что? Поехали домой. Я отвезу вас. — Говорит Тэ, и заводит машину. И всю дорогу Тэхен и Еджон о чем-то разговаривали. Еджон обо всем говорил - о детском саде, играх, друзьях, воспитателе, и Чонгук правда не понимал, как его ребенку так быстро и сильно развязали язык. Во время разговора сына и альфы Чонгук молчал, не особо понимая, куда вставлять свои пять копеек. Но его отлично занимали феромоны Тэхена, что пьянили, заставляли чувствовать себя в безопасности. И в итоге все в машине были при деле (кто-то болтал, а кто-то запахом напитывался) и никто не хотел выходить из салона, когда Тэ привез семью к дому. — Ну вот и все, рад был помочь, провести с вами время. — Говорит Тэхен. Ёджон же выбегает из машины, бежит к папе и зовет его наклониться к себе. Тот под заинтересованный взгляд Тэхена наклоняется, и мальчик шепчет ему на ушко: «можно обнять Тэ-Тэ? Пожалуйста» И Чонгук был тронут. — Попроси Тэ-Тэ об этом, зачем ты спрашиваешь меня? — Омега улыбается, почти смеется. Тэхен же в непонимании хлопает глазами. Альфа выглядит таким милым. Ёджон перебегает на другую сторону и встает рядом с Тэхеном. Он спрашивает нового знакомого, робко, но решительно: — Можно тебя обнять, пожалуйста? И отказать этому чуду было просто невозможно, да Тэхен и не собирался. Он берет ребенка на руки, обнимает его крепко, и очень сдерживает себя от того, чтобы не окутать чужого ребенка своим запахом. Нельзя пока. Пока нельзя. Мальчик вежливо поблагодарил и пошел к папе. Тэхен был счастлив. Еджона отправляют к подъезду, а Тэхен, переходя на флирт, спрашивает: — Что, уйдешь, и даже не поцелуешь? — Тэхен! — Чонгук театрально закатывает глаза. — Ну что «Тэхен»? Чмок в щечку? Ммм? Пожалуйста? — Вы такие милые, я просто не могу уже больше. — Вздыхает Чон тяжело. — Все должно быть не так. — Наклоняясь к альфе он почти шепчет ему последнюю фразу, а затем и чмокает в щеку. — А вот и нет. Все должно быть хорошо и будет хорошо. — Тэхен не дает омеге отстраниться — целует одну щеку, а потом вторую. — и.. да. подумай о нас. На досуге. И только тогда омегу, окрыленного поцелуями и загруженного наказом, отпускают домой.