Все мы не без греха

— А вы с Тэ-Тэ любите друг друга? — Спрашивает Еджон за ужином. Мальчик такой прямолинейный. Иногда это сбивает с толку. — Не знаю. Вроде бы да. — Неуверенно говорит Чонгук. — Ты мне скажи, почему ты так хорошо подружился с Тэхеном? Вы знакомы буквально минут двадцать. — Меняет тему Гук. — Я не знаю... у него такой запах красивый! Я как его почувствовал, сразу мне стало лучше! Ты не представляешь, как мне понравился его запах! И было бы так круто, если бы вы любили друг друга. Тэ-Тэ правда такой хороший! Чонгуку хотелось потупить после его слов несколько минут — подумать, поразмыслить, поискать смысл жизни, переварить услышанное. Слова его ребенка, сказанные без задней мысли, поразили его. Возможно, он сказал словами то, что Чонгук чувствовал, но в себе подавлял. — Ох, поверь, представляю. Кушай, малыш. — Па, па! Гук кивает ему, тем самым показывая, что готов слушать. — А мы же увидимся еще с Тэ-Тэ? — Мальчик сказал это как-то грустно. И Гук призадумался. Увидятся ли они с «Тэ-Тэ» еще раз, ну правда? Наверное, им придется. Им уже деваться некуда. *** Поэтому новая прогулка ждать не заставила — Тэхен, Чонгук и Ёджон пошли погулять в парк. Было прохладно, но погода все равно радовала, они хорошо провели время. На следующих выходных они ходили в кафе, а на неделе после этой встречи устроили посиделку дома у омеги. Тэхен сказал, что до него готовить ничего не надо, они все будут делать вместе, и готовить тоже. Ёджон был очень и очень рад, он на седьмом небе от счастья был. Тэхен был таким же, как он, но Чон его не видел. На кухне при деле были все — даже Ёджону нашлось занятие. Они включили по ноутбуку Тэхена какой-то телевизионный канал для фона, а сами начали готовить. Ёджон представлял себя поваром ему дали важное задание — перемешивание салата, и мальчик гордился тем, что делает. Гук и Тэ мило беседовали обо всем и ни о чем. Чонгук расслаблялся в уюте дома, в феромонах Тэхена. И ничего не предвещало беды, все было хорошо. Вдруг на включенном канале начался фильм — все это было лишь для фона, и Гук, незамечающий играющих тихо звуков до этого момента, при заставке кино внезапно вздрогнул. Нож в руках Гука подскочил тоже, и Чонгук, испугавшийся реакции, почти заплакал. Фильм на ноутбуке своим сюжетом уже набирал обороты, и Гук, бросил нож, бросился выключать фильм. По руке с места пореза текла кровь, но этого Гук не замечал - главное - выключить фильм. — Гука! Ты же порезался! Что ты делаешь? — Тэхен, взволнованный, идет ближе к омеге. Ёджон тем временем просто стоял рядом, не смея вмешиваться. Чонгук не отвечает, потому что не хочет, чтобы голос при ответе дрожал. Он почти плачет, еще немного, и у него будет истерика. — Котенок, любимый. Давай ранку обработаем? Очень болит? — Ласково спрашивает Тэ, приобнимая омегу. Чонгук сдерживает слезы, отворачивается. Омега проклинает себя сейчас, ведь из колеи его выбил какой-то фильм с чертовыми флэшбеками. Да еще и рана болит! Гуку становится еще хуже. — Я сейчас приду. — Только и говорит парень, оставляя Тэхена в непонимании стоять посреди комнаты. Тэхен растерянно смотрит вслед. Что случилось? Это из-за фильма? Из-за пореза? Что за черт. Из раздумий его вырывает Еджон, подобравшийся тихо и незаметно. Он осторожно дергает за штанину, чтобы обратить на себя внимание. — Что такое, мм? — Тэхен сразу опускает взгляд и смотрит на мальчика. — Я кажется знаю, что с папой. — И что же? — Мягко спрашивает Ким и садится на корточки рядом с Ёджоном. — Это просто у папы было в прошлом... плохое.. — Шепчет сын. — А что, если не секрет? — Интересуется Тэхен. Сын взвешивает «за» и «против», а потом зовет Тэ к себе, чтобы поделиться секретом. Тэхен наклоняется еще ближе, чтобы Еджон начал шептать ему на ушко. — Я не знаю всего, но... у папы был... ну... мужчина, и он его предал... как я знаю, оставил нас одних. А фильм как воспоминание, мы никогда этот фильм с ним не смотрим! Только пожалуйста, не говори, что я тебе говорил! — Чего там мне не должны говорить? — Вновь в веселой улыбкой на губах спрашивает Гук. Вот только что ему было грустно! Тэхен, поддерживая игру, что они начали с Ёджоном, подмигивает мальчику и идет к Гуку, чтобы прошептать на ушко: «красная машина за окном напоминает ему о маках и карамели», а потом с важным видом стоит, сдерживая смешок. Чонгук в непонимании пялится на хихикающего Тэ, на сына, который идет спрашивать у дяди Тэ-Тэ, что же он такого сказал. — Вот вы же еще не семья, а уже секреты общие имеете. — Дует губки Чонгук, делая это специально. Тэ продолжает смеяться, а сам думает, пока берет ребенка на руки: «это пока мы не семья, котенок» А еще он думает о том, что рану нужно обработать нормально, а не куском туалетной бумаги и водой.