Павлин и сова

      Андреальфус медленно повернулся к сестре. Нужно было быть слепым, чтобы не заметить её ехидного выражения лица, и в край тупым, чтобы не понять, что она замешана здесь. Прикрыв лицо с одной стороны, Андре тихо прошипел: — Какого хуя это было, Стелла?       Она же развернулась к нему, поджав губы, делая улыбку ещё более глупой. — Не здесь. Давай к тебе?

***

      Не верится. Он буквально исчез на его глазах. Почему он ничего не сделал? — Итак… Значит, убийца. Твоих рук дело. — Виновата-а-а~ Да, я.       Она захихикала, поднося к клюву чашку. Андре же чувствовал, как его нутро медленно немеет. — И по каким же причинам?       Она запнулась на секунду, чуть не закашлявшись, и тут же затараторила, будучи явно недовольной. — Ты не представляешь! Я узнала, что этот гандон мне изменяет. Ты можешь себе представить?! Не понимаю, как кто-то вообще захотел выебать этого урода. Нет, ты представляешь?!       Веко дёрнулось. Когда он узнает тварь, пустившую слух… Вырвет ей язык. — Неужели?.. И ты так уверена в правдивости этого? — Говорю же, он такой уродец, каких поискать. Я просто ненавижу его. Мне нужен был повод, чтобы избавиться. А если это правда… Что ж, он знает, за что. Да и он хотел развода. Чем не доказательство?       До треска в пальцах сжал ткань подола под столом. Нужно успокоиться. Принять невозмутимый вид… И как-то остановить этот кошмар. Так, чтобы убедить Стеллу. — Какая ты хитрая негодяйка.       Криво улыбнулся, засмеявшись, и положил руки обратно на стол. — Но, ты знаешь… Если твой муж умрёт… Это не будет хорошо для тебя. — Он же сдохнет! Почему нет? — Потому что, дорогая сестра, у вас уже есть наследник. Когда он умрёт, все его титулы, всё имущество, легионы, всё останется… Вие. И, получается… Ты останешься ни с чем, дорогуша. Разве такого исхода для себя ты хочешь? — Да разница? Он мне и так ничего бы не оставил. — В самом деле… До чего уникальная ситуация, — он поднялся с места и подошёл к сестре ближе. Ему стоило стараться больше. Приложить больше своих навыков сладкоречия, но он чувствовал, что времени осталось экстремально мало. — Но если он будет жив… У нас будут варианты. Возможности… Вечность — это долгое время, моя дорогая, — перебив её возмущённый возглас, Андре подставил к её клюву телефонную трубку. — А теперь отзови своего вшивого бродягу.

***

      Снова до боли сжал пальцы, теперь на одеяле. Такого раньше не происходило. Он не проецировал магию на окружение, но иней сам сходил с пальцев. Насколько большим идиотом он был? Почему он ничего не сделал? Почему не потрудился защитить его ещё во время похищения? Почему он просто сидел на месте? От последствий собственного бездействия болело в груди. Череп будто раскалывается, дышать тяжело. Андре не хотел, но сделал это. Поднял глаза к его лицу, чтобы ещё раз узреть последствия. Множественные переломы по всему телу, вырванные с кожей перья, гематомы, ножевые… И четыре пустые глазницы.

      «Эта идиотка… Этот сумасшедший деревенщина… Саморучно разорву на части… Черепа им, блять, раскрошу… »

      Он в сознании сейчас? Понять было невозможно. Дышит ровно. Его жизни ничего не угрожает… Но она уже достаточно сломана. Его работа, его увлечения, его безопасность… Всё оказалось разрушено. Он не заслуживал подобного. Тогда почему? Почему ты дал этому произойти?       Андре передвинул руку, касаясь его пальцев. Осторожно взял в свою. — Они к тебе не подойдут.       Не отвечает. Конечно, тяжело что-то ответить на это… И ответить в принципе. По сути… Он же и виноват. Сам. Во всём. -…Прости меня.       Ответом стал вялый шёпот. Невнятный и слабый. Прокрутив этот звук несколько раз в голове, Андре смог его понять. «Извиняешься?» — Да, я виноват. Я должен был сделать больше. Я… У меня душа разрывается. — У тебя есть?.. — Чёрт подери, да. Я извиняюсь, мне жаль и я никогда бы не хотел, чтобы это произошло. И я злюсь. На себя и на неё. Я просто…       Нет, на этом откровение оборвалось. Он не может продолжить. — Я… Постараюсь это исправить. Я надеюсь, что это возможно. Ты знаешь… Они и не на такое способны. Не привыкай к вечной темноте, слышишь меня?       Рефлекторно сжал пальцы, но тут же расслабил, чтобы не причинить боли. Хватит её с него. — Если такого способа нет, я изобрету. Ты будешь в порядке… Клянусь. — Ты попросил её?..       Поднял брови, явно удивляясь. Это о?.. — Прекратить? Убедил. Не думай благодарить за это. Я должен был сделать больше.       Что ж, раз попросил — не будет. Сил всё равно мало. Когда вообще было иначе? Когда он чувствовал себя по-настоящему живым? Как Октавия на это отреагирует?.. Бедная девочка. Её отец снова её подвёл. Подвёл всех. Ничтожество и разочарование. Может, этот инцидент поможет ему… Прозреть? Неведомым образом стать лучше? Звучит так по-идиотски. Слишком отчаянно. — Не уходи.       Последняя просьба, прежде чем вырубиться. На самом деле это состояние мало чем отличалось. Всё ещё темно, всё ещё больно, всё ещё без сил… Всё ещё с ощущением сухой руки под своей. Это… Хотя бы приятно.