Мёртвый голубь

Чонгук не особо жалует традицию узаконивания предстоящего брака. Все его старшие братья и сёстры пережили свой год, охраняя в руках сердце супруга или супруги. Буквально сам орган. В их мире считается вполне нормальным установить так прочную связь. Один из пары жертвует другому своё сердце, вырезая из груди. Опытные маги заменяют пустоту нужным механизмом. В день бракосочетания супруг возвращает сердце обратно в грудь. Символично. Красиво. Эстетично. Однако страшно. Вырезанное сердце не умирает и не перестаёт биться. Оно до сих пор будет связано с телом хозяина, продолжая ритм. Темп не замедляется. Он иногда скачет, когда человек пугается чего-то или волнуется. Чонгук в числе последних сыновей своей богатой семьи. Он должен выйти за рыцаря Тэхёна. С женихом Чонгук никогда не говорил. Он и внимания-то не обращал, пока не наступило время установления. Своё сердце вызвался дать Тэхён. Чонгук лишь кивнул. Красный орган бьётся в руках Чонгука. Он теперь по утрам открывает шкатулку с сердцем, проверяя, всё ли с ним в порядке. Бьётся. Чонгуку приходится поднимать на руки, чтобы прислушаться. Биение на ладони ощущается, как тающий снег. Некрасивое зрелище голого органа, но... Чонгук остаётся удовлетворённым тем, что может знать о том, жив жених там или нет. Тэхён холодно относится к его присутствию. Он смотрит на Чонгука отрешённо, отворачивается и вздыхает. Взрослый совсем. Чонгука не понимает. Делает свои рыцарские дела, не обращая внимания на внезапно посетившего его будущего супруга. Чонгук хмыкает, гордо поднимая подбородок. Но при этом нижняя губа дрожит. Ему не нравится, что к нему так холодны. Сердце с собой Чонгук не носит. Он проверяет по утрам и вечерам. Встречает иногда Тэхёна, кланяясь. Тот кланяется в ответ. Они расходятся в давящем молчании. И никто не говорит, что надо как-то менять ситуацию. Наверное, привычно быть такими до брака. Чонгук про себя думает: похоже, что так. Так проходит полгода. В доме наступают изменения. Рыцарский состав меняется. К Чонгуку, взрослеющему и пока что беззащитному, приставляют Тэхёна в телохранители, тонко намекнув, что так и сблизиться можно. Чонгук на это лишь закатил глаза. Тэхён отреагировал суровым взглядом и коротким кивком. Ситуация меняется, когда расстояние между ними сокращается. Слов становится больше. Невольно приходится взаимодействовать. И Чонгук начинает замечать, что сердце Тэхёна беспокойно. Оно бьётся странно. Быстро. Резко. На ладонях чувствуется тепло. Тэхён при этом сам стоит за дверью комнаты. Чонгук однажды приближается, обняв сердце, к двери. Он прислушивается к биению. Из-за его шагов ритм становится быстрее. Будто дыхание спирает. Чонгук резко выдыхает, подбегая к шкатулке, чтобы запихнуть сердце туда. Тэхён волнуется. Тэхён нервничает. Тэхён явно не безэмоционален. Чонгук теперь везде с собой носит шкатулку. Он держит сердце в руках, когда читает, и Тэхён встаёт над ним. Чонгук чувствует, как убыстряется темп. Сердце начинает биться интенсивнее, когда Чонгук поднимает на Тэхёна взгляд. — Тебе нравится, когда я смотрю? — спрашивает Чонгук. Тэхён молчит. Сердце при этом сумасшедше бьётся в руках Чонгука. Рыцарь на это никак не реагирует. Про себя Чонгук тогда думает: ох, ну, и ладно. Он дал шанс высказаться. Тэхён не стал говорить. Чонгук чувствует себя обиженным. Он гладит сердце, прижимая орган к груди. Тэхён неочевиден, но из-за этого установления сомнительной связи Чонгук его и понимает. Похоже, он нравится своему рыцарю. Похоже, Тэхён не против мысли о браке. Наверное, поэтому именно он отдал сердце. Чонгук улыбается, смотря на невозмутимого Тэхёна. Они находятся в покоях Чонгука. Тэхён стоит у стены, ожидая указаний. Чонгук же до сих пор не собрался для охоты, продолжая нежиться на кровати. Рыцарь прокашливается, напоминая о скором выходе. — Вам надо одеться, — говорит Тэхён. — Сейчас, — Чонгук лениво поднимается, снимая с себя ночную рубашку. Он выгибается дугой, открывая шкатулку. Сердце Тэхёна оттуда чуть ли не выпрыгивает. Чонгук успевает схватить, прежде чем оно прыжками из-за интенсивного биения не дошло до края стола. Сердце очень сильно бьётся. Настолько сильно, что, зажимая его, Чонгук чувствует, как биение чувствуется даже на поясе. Вибрациями. Чонгук поворачивает голову к наблюдающему за ним Тэхёну. Он хмурится, опускаясь обратно на кровать, держа его сердце. Рыцарь молчит. Чонгук щурится. Сердце продолжает биться. Чонгук проводит рукой по торсу, чувствуя, как биение становится резче. Тэхён неотрывно наблюдает за ним. — Нравится? — спрашивает, касаясь сердца. Тэхён молчит. Он отворачивается. Затем и вовсе поворачивается лицом к стене. — Нет же, смотри. — Одевайтесь. — Я сказал, смотри, — приказным тоном. Рыцарь поднимает плечи, чтобы глубоко вдохнуть. Он выдыхает, возвращая исходное положение. Чонгук довольно улыбается, когда сердце продолжает сильно биться в руках. Тэхён внимательно смотрит на него. Рыцарю требуется огромная сила воли, когда Чонгук начинает проводить ладонью по телу, осторожно и медленно снимая нижнюю часть ночной одежды. Сердце на груди Чонгука продолжает биться. Каждый толчок отзывается подсчётом секунд. Времени. На сколько его хватит? Чонгук не знает, но хочет узнать. Тэхён наблюдает за тем, как Чонгук, целуя его сердце, поднимается, сев так, чтобы упасть потом лицом на кровать, встав на колени. Рыцарь выдыхает. Сердце отпрыгивает из рук, словно пытается убежать. Чонгук держит орган, улыбаясь. Он подносит сердце к лицу. Другой рукой касается себя, сжимая член. — Тэхён. И сколько реакции! Сердце тут же начинает биться интенсивнее. Ещё быстрее. Чонгук стонет, пробираясь пальцами к заднице, касаясь себя там. Осторожно так. Невесомо. Тэхён сглатывает. Он не двигается с места. Сердце продолжает толкаться в шею. Чонгук целует его, отворачиваясь от Тэхёна. Он проникает в себя пальцами, продолжая гладить орган, даже высовывая язык, чтобы коснуться кончиком горячей плоти. Толчки. Маленькие. Но такие чувствуемые. Слышимые. Ощущаемые импульсами. Непрекращающееся волнение. Чонгук прижимается губами к клапану, добавляя в себя третий палец. Он стонет, слушая сердцебиение. Снова учащается. — Тэхён, — шепчет Чонгук. Рыцарь не дергаётся. Он так невозмутим там, у стены, где его держат правила. Но его сердце так открыто. Оно так неконтролируемо бьётся. Ощущается, как живой вид любви. Из плоти и крови. Как же это романтично. Чонгук начинает засовывать пальцы глубже и быстрее. Он дёргается, то выгибаясь, то выпрямляясь. Глаза закатываются от удовольствия. Он слышит биение сердца Тэхёна. Лёгкие толчки у лица. Это интенсивное биение вызывает такую слабость. И Чонгук считает таким несправедливым то, что есть что-то настолько очевидное, заставившее его по-новому взглянуть на жениха. Ему же хочется чего-то большего теперь. Хотя бы отсутствия столь железного терпения. — Тэхён, — Чонгук кончает с его именем на губах, прижимаясь лбом к сердцу, что продолжает биться. Столько силы в этих толчках. Казалось бы, соития между ними не было. Тэхён просто наблюдал. Чонгук просто перед ним помастурбировал. Ничего такого. Но откровенный секрет между ними так сильно подкашивает Тэхёна. Чонгук обнимает его сердце, не выпуская из рук во время охоты. Он-то прекрасно знает: этот орган — его главная добыча. Ещё полгода до брака. Чонгук облизывает клапан сердца, взглянув на рядом стоящего рыцаря. На сколько же очень влюблённого Тэхёна хватит?