Режиссёры

      Хёнджин и Сынмин поспешили выйти из уборной, дабы продолжить дела приятные в другом месте, более романтичном, спокойном и предрасполагающем к получению удовольствия. Сынмин светился, как новогодняя елка, то и дело напрягая мышцы, чтобы убрать довольную улыбку с лица, но отчего-то сделать этого не получалось. Когда парни вышли в зал, то заметили свору обеспокоенных официантов, то и дело бросающих взгляды на их столик.  -Что-то произошло? - поинтересовался Хёнджин. Обслуживающий их с Сынмином столик молодой человек облегченно выдохнул, схватившись за грудь.  -Мы вас потеряли. Вы вернулись! - ответил он радостно, и парни переглянулись. Ах, вот оно что. Официанты забеспокоились, что парочка слиняла из ресторана и не оплатила свой ужин. -Да, мы отошли на минуту в уборную. Моему другу стало нехорошо. Надеюсь, не от вашего супа, - ответил Сынмин, и Хенджин, улыбаясь, поднял брови, переглядываясь с Кимом. Молодой человек в белой рубашке и бежевом фартуке, чуть не потерял равновесие, покачиваясь на ослабших ногах, открыв рот и хлопая глазками. Новенький, наверное - подумали парни, - боится жалоб, как огня.  -Мы, пожалуй, пойдём, - сказал Хван. - Можно нам счет? Только без супа, пожалуйста.       Официант утвердительно кивнул и убежал за чеком.  -Эх, я думал, прогнем его и вообще платить не будем. Как раз, на гостиницу деньги найдутся..       Хенджин посмеялся, пнув локтем Сынмина в бок.  -Ну ты сильно не борзей. Любой труд должен оплачиваться. Тем более, мы вкусно поели, и этот парнишка нам ничего плохого, как посетителям, не сделал.        Расплатившись за свой ужин, парни двинулись в сторону ближайшего отеля, коим оказался «Гранд Пэрис». Хенджин уверенно прошел на ресепшен, где попросил у приветливой девушки в черном строгом костюме двуспальный номер. Сынмин, пусть и не являлся тем, у кого были проблемы с деньгами, все же тупо уставился на холл, в котором оказался: блестящая мраморная плитка, бежевые ковры вдоль коридоров, золотые вывески, фотографии знаменитостей, которые посетили данный отель. Все здесь указывало на роскошь и комфорт, которую не мог себе позволить обычный человек. Пройдя все процедуры с документами, Хёнджин повернулся к своему спутнику и торжественно понял вверх руку, в которой меж пальцев лежала ключ-карта от их номера.  -Ты представляешь, предпоследний урвал, - хохотнул Хёнджин и повел Сынмина за руку к лифту. Тот, хлопая глазами, с открытым ртом, осматривал огромные зеркала в коридорах и мраморные столбы с вылепленными на них фигурами. Оказавшись, у номера триста семьдесят пять, Хван поднес ключ к механизму, и послышался громкий щелчок в створке отрывающейся двери. Светловолосый по-джентельменски выставил руку в бок, приглашая Сынмина войти первым. Ким тихо хмыкнул. Чувствовал он себя странно. Это ведь он сегодня должен был ухаживать, а не наоборот..       Войдя внутрь, Сынмин испуганно замер, осматривая огромный номер с ванной, спальней и даже рабочим кабинетом. В нос бил запах новой свежей мебели, глаза любовно оглядывали огромную кровать, а приглушенный свет комнаты, вид из панорамного окна и теплота помещения дарили уют.  -Ну что, ты доволен? - промурлыкал Хван на ухо Сынмина, от чего тот покрылся мурашками.  -Доволен. Но.. для чего нам такой большой номер? Мы же пришли только потрахаться..        Хенджин хмыкнул, снимая с себя пальто. Тоже сделал и Сынмин. Он проследил по слегка напряженному лицу Хвана.  -Если трахаться, то в комфорте, - пожал плечами светловолосый. Сынмин, заметив его настроение, поспешил исправиться, заключая парня в объятия и втягивая во влажный поцелуй. -Мы как-то быстро поменялись ролями..  - прошептал он в чужие губы. - Это я должен был устроить тебе вечер, нет?  -Вот и устраивай, - улыбнулся Хван, обхватывая парня в ответ за талию. - Я надеюсь, ты меня не подведешь, мистер «На мне трусы горят». -Хмм… - довольно хмыкнул Сынмин, обхватывая холодными руками лицо Хенджина. - Сейчас посмотрим, у кого они будут гореть больше. - Зарываясь пальцами в копну светлых волос, Ким притянул музыканта к себе, оставляя на его губах новые горячие поцелуи, бессовестно проникая в чужой рот своим языком. Сынмин жадно изучал губы парня напротив, которые казались такими мягкими, такими сладкими, такими манящими, что у самого начинала кружиться голова, а язык неметь от усердной работы с чужим языком.  Алкоголь тоже помогал довести себя до предела и сбросить все рамки приличия. Сынмин, прижав парня к ближайшей стене, принялся потираться своим возбуждением о бедро парня. Хёнджин же, не желая стоять на месте, как вкопанный, прижался к танцору поближе, давая возможность ощутить тепло его тела, мягкость белого свитера и проворность его сильных и быстрых рук, которые бегали по чужим рукам, прессу, груди, спине.  -Мы просто займемся сексом? - спросил Хван, откидывая голову назад и давая доступ к своей шее.  -А ты хочешь как-то по особенному? С ролевыми? В нарядах? Или какие-нибудь извращения? - поинтересовался Сынмин, покусывая бледную кожу и тут же зализывая укус.        Хёнджин посмеялся, погладив ладошкой щеку Сынмина и заглядывая тому прямо в глаза своим восхищенным, но в тоже время сдержанным взглядом. Последний находил в нем что-то лукавое, что-то фантазийное. Хван что-то задумал, и Киму до безумия хотелось узнать, что именно.  -Нет, с извращениями и переодеваниями не хочу, хотя.. - он опустил ладонь на тонкую шею Кима, - мой ошейник тебе бы подошел… Ким обвел Хвана похотливым взглядом, притягивая к себе еще ближе, шепча ему прямо в губы.  -Тогда что же ты хочешь?  Хван секунду подумал, прежде чем озвучить свою мысль.  -Станцуй для меня.  Ким выгнул бровь.  -Типа стриптиз? -Нет. Покажи одну из своих балетных штучек. Прыжки, пируэты, арабески, батманы. Комната у нас большая, места будет предостаточно..       Сынмин удивлённо отставил вбок подбородок и еще внимательнее стал изучать Хёнджина. Мало того, что он знал эти термины (хотя почему это должно удивлять, он же учился в музыкальной Аккдемии и знал тонкости балетного искусства), но .. Просить Сынмина ему станцевать? Это же не эротично. Это глупо делать перед тем, как вы собирались заняться сексом.  -Зачем это тебе?  -Меня это возбуждает.. - Хёнджин аккуратно оттолкнул Сынмина в центр комнаты, а сам присел на край кровати и принялся осматривать парня перед собой. Ким посмеялся, а затем, поняв, что он и правда стоит перед Хенджином, который ожидает его выступления, слегка сконфузился.  -Простых прелюдий тебе будет мало? - на всякий случай решил уточнить Сынмин, и светловолосый утвердительно кивнул. Выдохнув, танцор сделал пробное плие, дабы проверить, насколько его джинсы готовы выдержать пируэты и арабески, о которых говорил Хван. Ким отошел в угол комнаты.  -Поверить не могу, - прошептал он себе под нос и исполнил самую простую связку, которую позволяли выполнить размеры комнаты. Прыгнув и выполнив несколько вращений в воздухе, он приземлился на одно колено прямо перед Хенджином, и тот жадно облизнулся.  -Мне нравится. Очень. А теперь разденься и исполни что-нибудь еще. Хочу увидеть тебя без одежды..       Сынмин начинал чувствовать себя глупо и неловко. Над ним прикалываются? Это часть игры? Или Хёнджин реально повернутый на всех этих «па»?  -Ты издеваешься, да? - спросил Сынмин, поднимаясь с колен. - Ты хочешь, чтобы я тут попрыгал, а потом ты передумаешь и пошлешь меня на три веселые буквы? Это твой план? - Танцор недоверчиво посмотрел на Хенджина, который оттянул край свитера и показал взглядом на район своего паха, который выглядел твердым крупным бугорком под тканью серых клетчатых брюк.  -Я не издеваюсь, Сынмин, я возбуждаюсь. Мне правда нравится, как ты танцуешь. Мне нравится, какой ты в этот момент сосредоточенный, как подтянуто твое тело, как напряжены твои ягодицы. Раздвинешь их сегодня для меня? - Хван опустил свою руку прямо на бугорок, мягко массируя ладонью. Он пристально смотрел на Сынмина, и тот, прыснув себе под нос, решил, что слова Хенджина и правда неплохо сойдут за объяснение его странной  просьбы. Ким, не отрывая взгляда, принялся стягивать свою рубашку - поло, оказываясь по пояс голый. Хван тихо зашипел себе под нос, оглядывая подтянутое, в меру накаченное тело, закусывая губу. Танцор двинулся дальше, медленно снимая ремень со своих джинс и отбрасывая его куда-то в сторону. То же самое повторил и Хёнджин, бросая кожаную змею на пол рядом с ремнем танцора. Сынмин, ехидно улыбаясь, принялся не спеша оттягивать собачку молнии вниз, разрезая тишину комнаты звуком расстегивающейся ширинки. Он удивлённо следил за Хваном, который съедал его своим похотливым взглядом в ответ, фантазируя в своей голове, в каких позах он возьмет Сынмина сегодня ночью. Последний ликовал. Все складывалось так, как он и хотел. И даже лучше. Хенджин запустил руку за резинку нижнего белья и, обхватив налитой кровью, горячий, пульсирующий член, принялся легонько себе надрачивать, смотря за тем, как танцор перед ним избавляется от своих брюк. Сынмин не стал снимать черные новенькие боксеры, элегантно облегающие его ягодицы, и исполнил новые «па», все еще удивляясь тому, почему Хёнджин так заводится. Движения рук светловолосого становились все резче, быстрее, дыхание громче, а губы, как и член, влажнее. На минуту Ким подумал о том, что Хван кончит прямо вот так, даже не прикоснувшись к нему, и потому остановился, приводя в норму свое дыхание. Светловолосый достал руку из штанов и громко похлопал, блаженно закатывая глаза.  -Только не говори, что ты кончил.. Я рассчитывал на продолжение, - буркнул Сынмин, сведя брови на переносице. Хван встал с кровати и прошел в сторону танцора, оказываясь у него за спиной.  -Еще нет.. - выдохнул он на ухо брюнету и уперся в его ягодицы эрогированным пульсирующим возбуждением. - Чувствуешь? Так я люблю балет..       Сынмин, конечно же, почувствовал. Сквозь расстегнутые штаны и двойную ткань белья в него упиралось твердое горячее желание Хвана. Миллиард мурашек разбежались по его телу, заставив соски напрячься, как и собственный член. Он громко сглотнул вязкую слюну.  -Ты любишь балет? - переспросил удивленный Ким. Он повернул голову вбок и встретился с тяжелым дыханием Хвана, который тут же втянул его в слегка кислый от частого дыхания, но такой мокрый и желанный поцелуй.  -Люблю, - ответил Хёнджин, когда они оторвались друг от друга. - А знаешь мою любимую часть всего действия? Когда прима и премьер исполняют свое «па-де-де», рассказывая о своих чувствах зрителям. Когда он обхватывает её у талии.. - Хван опустил руку на левый бок Сынмина, а второй обхватил правую кисть танцора, отводя её в сторону и немного вверх. - И когда они начинают танцевать в унисон, когда помогают друг другу. - Хван сделал батман вправо, сразу уходя в глубокое плие. Сынмин, повернувший голову теперь вправо и чуть вниз, встал на носки и поднял левую ногу на девяносто градусов, отводя её назад. Они стояли так секунд пятнадцать, а после, выпрямившись, Ким исполнил пируэт на месте, придерживаемый Хёнджином за талию. Когда голова у Сынмина встала на место, он отошел от Хвана, осматривая его удивленным взглядом. Он вообще за этот вечер не мог от него оторваться и не восхищаться новым талантам.  -Подожди.. - танцор выставил руку вперед. - Я сейчас немного в шоке. Ты любишь балет? -Мне еще раз повторить? - Хенджин улыбнулся. - Да, люблю. Вообще-то я даже подавал документы на поступление в Академию. Но меня не взяли. Оказался не достаточно вынослив и пластичен.  Сынмин уронил нижнюю челюсть и для предотвращения и падения своего тела, присел на кровать.  -Да ну? Не верю.        Хенджин, ожидавший такой реакции, исполнил ассамбле, заставив Сынмина тяжело выдохнуть.  -Но ты же всегда смеялся надо мной и Джисоном. Обзывался. Так не ведут себя те, кто любят балет.. -Надо же было как-то привлечь твое внимание, - подмигнул Хёнджин и забрался на кровать рядом с Сынмином. Он запустил свою ладонь в ладонь парня рядом с собой и сцепил их руки в замочек. - Продолжим? Ты кажется уже заждался.       Ким, тряхнув головой, очнулся будто от собственного сна, в котором он пребывал. Узнавать Хёнджина было так необычно.. Сынмин, притянул лицо Хвана к себе и снова поцеловал. На этот раз нежно, чувственно, трепетно, переводя парня в горизонтальное положение и оказываясь сверху. Он помог ему избавиться от одежды, и уже через пять минут они полностью были голыми, лаская друг друга руками. Сынмин оставлял тысячу поцелуев на голой коже Хенджина, проходясь по ней языком и влажными губами, кусая и нежно посасывая. Он спускался ниже и ниже, позволяя Хвану запустить руку в копну его мягких волос и выгибаться от горячего дыхания, подставляясь телом ближе, плотнее.  -Сынминушка, неужели ты хочешь мне отсосать? - прошептал Хёнджин, блаженно закатывая глаза.  -Ты не хочешь?  -Хочу-хочу, конечно. Давай поработай, - припечатав парня к своему лобку, бедрами светловолосый подался ему на встречу. Сынмин же, оценив призыв к действию, нежно вобрал  в себя чужой возбужденный член, сочащийся обильным предъякулятом. Ким приятно удивился размерам Хенджина, отмечая для себя, что такого большого члена он еще ни у кого не видел. И оттого ему было сложно принять его полностью, Ким помогал себе рукой, то и дело косясь на Хвана и наблюдая за его реакцией. Нравится ли ему? Так же он возбужден, как и сам Сынмин?         О, да. Хёнджин был возбужден до такой степени, что все тело его содрогалось от мелкой дрожи и покалывания кожи. Пальцы на ногах приятно сжимались, а позвоночник выгибался дугой. Накрывшее наслаждение ударило по голове, заставив разум затуманиться, отключиться. Светловолосый сильнее сжимал волосы Кима, забываясь, что может причинить ему боль. Хенджин бессовестно облизывал губы, которые просили ласки не меньше, чем собственный член, которые просили прикосновений, тепла.  -Колготочник, иди сюда, - парень оторвал Кима от своей работы и указал, чтобы тот повернулся к нему своей пятой точкой. Сынмин, взяв свои чувства и эмоции под контроль, переборол момент смущения, что его сейчас будут растягивать. Не впервой же.. Он послушно встал перед светловолосым в коленно - локтевую, предоставляя прекрасный обзор на свои ягодицы. Оперевшись руками о матрас, он послушно ждал чужих пальцев в своем нутре. Однако Хван не спешил этого делать, он спустился по кровати чуть ниже, припав губами к вставшему члену брюнета, вылизывая его от основания головки до ануса. Ким, не ожидавший таких прикосновений, громко выдохнул.  -Хёнджин…       Тот не ответил, принявшись работать языком и губами. Поняв, в каком положении они оказались, Сынмин и сам вернулся к минету, доставляя удовольствие не только Хенджину, но и самому себе, потому что поза шестьдесят девять была одной из самых его любимых. Влажные причмокивающие звуки заполнили комнату, в которой становилось жарче, душнее, влажнее. А ведь они даже не перешли к процессу.  -Надо сходить за смазкой.. она у меня в пальто.. - с трудом проговорил Ким, отрываясь от чужой сладкой плоти. -Что, уже не терпится почувствовать меня? - спросил в низу Сынмина (у изголовья кровати) Хёнджин.  -Вообще-то я планировал, что это ты будешь подо мной громко стонать, но я не против побыть и принимающим.. так что да, мне не терпится. Тем более, у тебя тут такой .. - Сынмин покачал головой, думая как бы ему сказать, - .. большой микрофон.  -Извини, но я не могу упустить шанс раздвинуть твои ножки. И я уже говорил, я не даю никому взять меня сзади. - Хван послушно похлопал Сынмина по ягодице, и тот поменял положение, оказавшись на коленях перед Хенджином.  -На самом деле, ты многое упускаешь. В следующий раз я покажу тебе, как это может быть очень приятно. Хотя ты и сам сейчас увидишь. На моем примере.. - брюнет встал с кровати, проходя в сторону вешалки, на котором висело пальто, чтобы достать из внутреннего кармана смазку и презервативы. -В следующий раз? - переспросил, фыркнув, Хенджин. - А ты самонадеян. Но лучше не тешь себя зря надеждами. Я не дам тебе лишить меня анальной девственности. -Но почему? - поинтересовался Сынмин, быстро вернувшийся к кровати и вываливший необходимые средства на постель. Хенджин безразлично обвел их взглядом.  -Потому что я собираюсь сделать это со своей второй половинкой и запомнить это как особенный момент в моей жизни, - пояснил светловолосый. Он схватил бутылочку смазки и принялся читать, с каким она ароматизатором. - Не клубника. Отлично. Ненавижу клубнику.  -Наш секс сейчас не особенный момент в твоей жизни? - зачем-то спросил Сынмин, хотя и так знал ответ на этот вопрос. - Точнее, я не выгляжу особенным, которому можно доверить этот ответственный момент, не так ли?  Хёнджин утвердительно кивнул.  -Нет. Не выглядишь, хотя я не сомневаюсь, что ты можешь сделать всё в лучшем виде. Но сегодня я не хочу. Это просто секс. Без чувств, без любви, без смысла.        Слова Хенджина отдавали холодом, и Сынмину от чего-то стало обидно, но он постарался тут же отбросить ненужные чувства, потому как сам обозначил Хенджину, что хочет получить удовольствие и ничего кроме. Становиться особенным он не собирался. Он хотел уложить Хвана на лопатки, и он это сделал. Точнее, медленно к этому подбирался. Сынмин прилег на спину рядом Хенджином и широко развел ноги, предоставляя возможность Хвану его растянуть. Последний же, громко откупорив крышечку бутылочки смазки, широко улыбнулся и приступил к своему делу.

****

      Пальцы Хенджина были первым испытанием для Сынмина, которое проходить было довольно-таки сложно. Большие фаланги медленно, но настойчиво растягивали чужие стеночки, которые растягиваться не желали. Даже тогда, когда Хван задевал подушечками чудесный комочек, Сынмин до конца не мог расслабиться. Даже нежные поцелуи внутренней стороны бедра не помогали отпустить мысли в далекое плавание.  -Минни, что такое? О чем ты сейчас думаешь? - спросил внимательный Хёнджин, уже двадцать минут ласкающий тугое колечко мышц Кима.  -Я пытаюсь сконцентрироваться на ощущениях, - процедил Сынмин, краснея.  -И этим ты делаешь только хуже. У тебя давно не было? Если не хочешь так, мы просто подрочим друг другу.  -Нет, нет, я хочу, - Сынмин перехватил руку Хенджина, который уже откладывал смазку в сторону, и попросил продолжить. - Да, у меня давно не было «таким образом», но я сейчас настроюсь, все будет нормально..        Хван грустно выдохнул и, склонившись, снова припал губами уже к упавшему члену парня. Лаская языком чужую головку, а пальцами простату, светловолосый пытался двойной стимуляцией вызвать расслабление Сынмина, но чем больше он старался, тем меньше Ким возбуждался, задаваясь вопросом «А что не так-то блин?»  -Какая твоя любимая постановка? - спросил Хёнджин, отвлекая брюнета от переживаний по поводу неудачи. Сынмин задумался.  -«Бахчисарайский фонтан», наверное. - Хёнджин удивлённо поднял брови, но продолжил свое дело. - Это постановка..  -Русского балейтместера, я знаю. Смотрел. И правда красиво.  Сынмин, смеясь, выдохнул. Хван оставил последнюю попытку и лег рядом с Кимом.  -А у тебя? -«Щелкунчик». Когда смотрю его, то кажется, что погружаюсь в другой мир..       Брюнет приподнялся на локтях, заглядывая в мечтательные глаза Хенджина.  -Я все еще не понимаю.. ты подавал документы в нашу Академию. Как так получилось?  -Я с детства занимался танцами, сначала в садике, а потом ходил в любительский кружок в школе, но это было дополнительным моим хобби. Основное время занимала музыка. Родители отдали меня на скрипку. Я выпустился из музыкальной школы с дипломом об окончании, а вот кружок мой распался, когда я был в седьмом классе. Все, что от него осталось, так это фотографии, видео и грамоты участника или победителя. Когда по окончании школы встал выбор, куда подавать документы и идти дальше, то я, конечно же, подал документы в обе Академии, и в балетной меня не оценили. Да я и не рассчитывал. Я же не совершенствовался в этом деле. Хотя порой  мне так нравится постоять у станка, сделать растяжку, включить музыку и просто танцевать..  Сынмин присвистнул. -Я не ожидал, правда. Не подумал бы.. просто ты выглядишь иначе..       Хван утвердительно кивнул головой, слегка улыбаясь и поджимая губы.  -Мой образ, да? Это концепция группы, и я не могу от нее отступать. Это будет странно. Но это не мешает мне любить классическую музыку и балет.  -Ты жалеешь, что у тебя не получилось с танцами? Хотел бы вернуться назад, и все изменить?  -Думаю, нет. Я собираюсь стать композитором. Это основное направление моей деятельности. Думаю, мир балета всегда будет сопровождать меня. И может когда-нибудь я найду себе свою Плисецкую.        Хенджин посмеялся, Сынмин тоже. Повисла минутная тишина. Заняться сексом не удалось, и оба понимали, что еще одна попытка будет уже как-то неуместна. Разговор зашел не в то русло, ниточка возбуждения оборвалась, и парни думали о том, что же им теперь делать. Номер снят, за него отданы деньги.  -Ты напоминаешь мне Юци. Она балерина по факту, рокер в душе. Ты наоборот.  Хенджин согласился.  -Сестра Джисона. Да, она нам всем нравится.  Снова тишина.  -Хочешь, посмотрим что-нибудь? - предложил Сынмин, и Хенджин согласно кивнул. Ким принялся выбирать балет на своем телефоне. 

****

      Оставшийся вечер прошел за просмотром «Щелкунчика» - любимого балета Хенджина. Парни, надев на себя махровые халаты, лежали на кровати и обсуждали то или иное «па», вставляя свои комментарии.  Сынмин не заметил, как Хенджин провалился в сон, упав головой на его плечо. Ким ничего с этим делать не стал, только заправил за ушко растрепавшиеся волосы. Чувствовал танцор себя странно. Он так хотел секса с Хенджином, но у него ничего не вышло по собственной же вине, но при этом он не испытывал сильного разочарования от мысли, что вечер был потерян, нет. Наоборот, он как-то даже приободрился в компании Хвана, узнав его получше, а заодно рассказав и о себе то, что многие и не знали. Выключив огромную плазму, Сынмин переложил Хенджина в более удобное положение и накрыл одеялом, забираясь под него рядом. Он повернулся к музыканту спиной и медленно провалился в сон.       На утро же парни проснулись в объятиях друг друга и, когда обнаружили это, то тихо посмеялись себе под нос. Было неловко. Еще более неловко, чем брать чужой член себе в рот. Точнее, последнее не составляло никакого труда, а вот первое почему-то казалось таким интимным.. Оба встали с кровати и прошли в сторону душевой, мелко переступая на месте и давая друг другу проход для утренних процедур. В итоге, право первым почистить зубы досталось Хенджину, и он, не запирая ванну, принялся избавляться от утреннего запаха. Сынмин, наблюдая за тем, как тот полощет горло, присоединился, не спросив разрешения. Двое парней долго изучали отражения друг друга в зеркале, пока наконец не сошлись в чувственном поцелуе. Снимая с себя халаты и оставаясь полностью нагими, они прошли в душевую кабину, где под струями горячей воды высвободили свое желание, подрочив друг другу руками. Живот больше не ныл. Ни у первого, ни у второго. Яички сбросили лишнее семя, и в хорошем настроении, двое спустились вниз, покидая отель «Гранд Пэрис». Разойтись решили на переулке, потому что обоим было в разные стороны. Хенджин долго смотрел на черную, слегка подувядшую розу в своих руках и размышлял о своём, о важном. Сынмин, пряча руки в карманах пальто, думал, когда же они увидятся снова. Стоит ли вообще? За них двоих все решил музыкант. Он, улыбнувшись, потянулся к холодным губам Сынмина, оставляя на них горячий сладкий поцелуй.  -Спасибо. За вчерашний вечер, за сегодняшнее утро. Ты замечательный. Жаль правда, что у нас с тобой не получится.. - Хван тяжело вздохнул, опустив свой взгляд в пол.  -Я должен тебе еще одно свидание, - сказал Сынмин, кусая внутреннюю сторону щеки. - Или уже два.. -Не стоит, - отмахнулся Хёнджин, облизывая малиновые губы. - Удачи, Ким Сынмин!        Светловолосый махнул рукой и скрылся в неизвестном Сынмину направлении, а последний только и думал о том, что непременно позовет Хенджина куда-нибудь снова, на еще одно свидание, и в следующий раз у них всё получится.