Hot glass

      Уилл не помнил, как добрался домой. Когда Ганнибал с улыбкой змея-искусителя убрал руки и сел в машину, на улице будто стало на пару градусов холоднее. Уилл молча проводил глазами "Бентли" Лектера, что бесшумно отъехала и тут же встроилась в поток машин, большая, гладкая, мощная, похожая на черную акулу. Грэм свистнул собакам, и животные послушно потрусили за ним домой.       Дома Уилл насыпал им корма и налил свежей воды, себе достал из холодильника апельсиновый сок. Сделав глоток, он оперся руками на стол и долго смотрел в окно. Перед глазами проплывали сцены их взаимоотношений с Ганнибалом. Уилл до сих пор чувствовал на себе горящий взгляд и требовательные, теплые руки Лектера. Он тряхнул головой, чтобы отвлечься, затем решил почистить камин, чтобы занять себя чем-нибудь, потом пропылесосил все ковры и протер пыль на книжных полках. Вспотев после уборки, Уилл отправился в душ. Там, подставляя тело приятной теплой воде, он снова вспоминал прикосновения Ганнибала. Жадные, необузданные, они подавляли волю Уилла, заставляли терять разум, и он не хотел допускать этого снова. Но он не мог не представлять себе, что было бы, если бы Ганнибал касался его нежно, бережно. Если бы он был здесь прямо сейчас. Если бы коснулся его губ осторожным и легким поцелуем, погладил тыльной стороной ладони щеку и подбородок... Может быть, аккуратно обнял бы и прошептал, что-то вроде: "Это всё, чего я когда либо хотел"!       Тело Уилла начало отзываться на эти фантазии, и он заставил себя прекратить мечтать.       Переодеваясь, он взглянул на свои вещи, что висели в шкафу, сбоку от ящика с бельём. Взгляд его наткнулся на черную шёлковую рубашку. Уилл купил её в Нью-Йорке и пару раз надевал на встречи с друзьями. И Алана, и Беверли убеждали, что в ней он горяч, "как июльский полдень". Невольно подумалось, что она бы идеально подошла к черным боксерам, тем самым, которые Ганнибал собственноручно снял с него в их последнюю встречу в офисе, перед тем, как...       Выдохнув, Уилл прервал поток воспоминаний. Прежде всего им нужно было поговорить. И откладывать разговор смысла не было.       ***       Большой Джо не удивился, когда севший к нему в такси щегольского вида кудрявый молодой человек назвал адрес самого дорогого отеля города. "Явно приезжий", подумал он, "У Большого Джо на такие дела нюх. И наверняка из этих". Таксист, который любил говорить и думать о себе в третьем лице, не имел ничего против, лишь бы клиент платил. Чего большой Джо не ожидал, так это того, что парень попросит остановиться и подождать у секс-шопа, а потом выйдет оттуда с непрозрачным черным пакетом. Пока таксист несколько смущенно чесал затылок, клиент открыл дверь машины, уселся внутрь, кивнул, чуть улыбнулся, не разжимая губ. Он взглянул на таксиста скорее настойчиво, чем просто вежливо, и Большой Джо тронулся к конечному пункту поездки. По пути он косился на клиента и думал: "Смазливый, но чувствуется в нём характер", а также: "Точно из этих".       ***       Ганнибал открыл дверь сразу, будто ждал Уилла. Одетый в белую рубашку и однотонные брюки, он выглядел не как глава корпорации, а как обычный человек. Грэм чуть улыбнулся.       — Можно? — спросил он, наступая носком ботинка на порог.       — Конечно, — мягко ответил Ганнибал отступая в сторону и давая Уиллу пройти.       Грэм огляделся. Номер был помпезный, с бордовыми стенами, молочного цвета шторами с ламбрекенами и бахромой, пузатой мебелью и аксессуарами цвета темного золота. Уилл фыркнул:       — Местечковая роскошь? Тебе по нраву такая безвкусица?       Ганнибал улыбнулся, чуть склонив голову:       — Согласен, что дизайн здесь, скажем так, пренебрегает чувством меры. А у тебя проблемы со вкусом?       Глаза Лектера заискрились, зажглись азартом.       — Со вкусом нет, у меня проблемы с теми, кто слишком много себе позволяет...       Уилл немного досадовал. Они должны были поговорить серьезно, вместо этого опять начались игры. Он скинул пальто, подошел к столу, поставил на него пакет и, нервно потерев подбородок, бросил:       — Ганнибал, давай без этого. Если ты предлагаешь мне встречаться...       Он вопросительно и строго глянул на Ганнибала. Тот кивнул, светясь счастливой улыбкой, и Уилл продолжил:       — Я хочу четко определить свои границы.       — Я слушаю.       — Мне не нравится и никогда не нравился секс на одну ночь. Я не игрушка и хочу, чтобы ты относился ко мне, как к равному. И, если у нас будут отношения, я требую уважения.       Лектер вновь кивнул.       — Никаких выходов в свет с эскортницами или кто они там, — продолжил Уилл.       Ганнибал вздохнул. Похоже, Уилл всё-таки просматривал светскую хронику и видел его появление на нескольких мероприятиях в компании со знакомыми моделями. На самом деле Лектер приглашал их только для поддержания определённой репутации и каждый раз отвозил своих спутниц домой сразу по окончании события. Уезжая к себе, он пил вино и думал о Уилле. И сейчас ему было приятно, что Уилл, во-первых, просматривал новости о нем, во-вторых, ревновал.       — Уилл, у меня никого не было за всё это время, мне никто, кроме тебя и не нужен, — ответил Ганнибал, стараясь, чтобы его тон был как можно более искренним. — Я был слеп вначале, за что прошу прощения. Дело в том, что такое со мной впервые.       Ганнибал подошёл и сел на край стола. Он смотрел на Уилла снизу вверх, и в глазах его читалось обожание.       — Ты никогда раньше не влюблялся? — неверяще уточнил Уилл.       — Получается, что нет. Хотя в юности я был влюблён в свою тетю.       Уилл приподнял брови.       — Она была утончённой, изысканной женщиной. Но хватит о прошлом. Что ждёт нас в настоящем?       — Если ты принимаешь мои условия, то много чего интересного. Но сначала ты должен знать ещё кое-что. Ты, наверное, заметил, или тебе доложили, что за последние несколько месяцев акции "Лектер Меркантайл Америкэн" хорошо покупались.       Ганнибал кивнул. Он не понимал, к чему обсуждать дела сейчас, он хотел скорее обнять и долго целовать Уилла.       — Помимо частных лиц, акции в основном приобретали три компании: "Уайт Гейтс продакшн", "Глобал Уорд" и "Лаки Бонд", так? — спросил Уилл, и Ганнибал задумался. — Первая выкупила двадцать процентов акций, вторая семнадцать, а третья — четырнадцать. Если сложить доли этих трёх компаний, будет 51 процент.       — Но как ты...? Подожди, — Лектер был не на шутку встревожен. Его романтическое настроение испарилось без следа. — Я должен сделать звонок.       — Пожалуйста.       Уилл вальяжно откинулся на кресле, открыл мини-бар и взял оттуда бутылку виски. Налив напиток в широкий низкий стакан, он маленькими глотками пил виски и спокойно наблюдал за тем, как Ганнибал разговаривал по телефону.       — Это правда, — удивленно проговорил Ганнибал, медленно опуская руку с телефоном. Если этими компаниями владеет один человек, над его корпорацией нависла серьёзная угроза. Контрольный пакет акций давал его владельцу право почти единолично распоряжаться деятельностью компании. — Но кто посмел? — прорычал он, вспыхивая яростью.       — Тебе ничего не говорят названия этих компаний? Первые буквы по крайней мере двух из них? — иронично спросил Уилл, поигрывая бокалом.       — "У, Г"... "Г, У"... как Уилл Грэм, это твои инициалы! — Проговорил Ганнибал, осознавая. Уилл улыбался. Ганнибал молча рассматривал его, будто видел его впервые. Лектер был ошарашен, застигнут врасплох, но быстро взял себя в руки. Он подошел и уселся в кресло напротив Уилла.       Прищурившись, Ганнибал привычным светским тоном задал вопрос:       — Ну хорошо, а "Лаки Бонд"?       — Это в честь моих собак: Линды и Бастера, — невинно хлопнув ресницами, пожал плечами Уилл.       — Мило.       Ганнибал налил себе красного сухого вина, отпил.       — И что ты планируешь делать с этими акциями? — спросил Лектер. Голос его был спокойным, будто они говорили о каком-то отвлечённом вопросе, а не о деле всей его жизни.       — Да ничего. Продам, — беспечно пожал плечами Грэм. — Я не собираюсь отнимать твою корпорацию, Ганнибал. Я знаю, как она важна для тебя. Я просто хотел показать, с кем ты имеешь дело.       Ганнибал приподнял голову, разглядывая Уилла. Он был ошеломлён, раздавлен... восхищён. Все эти месяцы, что Ганнибал страдал и мучился, Уилл развил бурную деятельность, создал три подставные компании и потихоньку выкупал акции его корпорации, захватив контрольный пакет. Это было действительно потрясающе.       — Что ж, — сказал он, чуть склонив голову и улыбнувшись, — я впечатлён.       — И теперь, зная то, что я сделал, ты все еще хочешь со мной встречаться? — спросил Уилл, недоверчиво глядя на своего босса. Он старался казаться спокойным, но мелкие движения головы и пальцы, крепко сжимавшие бокал, выдавали его волнение.       Ганнибал ласково оглядел его с головы до ног. Его мальчик, его прекрасный, хитрый и коварный мальчик. Лектер поставил бокал на столик и, подойдя к Грэму, сел на подлокотник его кресла. Огладив лицо Уилла пальцами, он наклонился и, перед тем как поцеловать его, прошептал:       — Больше, чем когда-либо.       — Тогда... — Уилл отстранился и, оттолкнув Ганнибала, приказал:       — На колени.       Лектер шумно выдохнул, его окатило жаром. Он вопросительно взглянул на Уилла, но тот смотрел на него прямо и твёрдо, и Ганнибал понял, что он должен подчиниться.       ***       Ганнибал сосал умело и старательно, причмокивая губами, вылизывая член Уилла снизу, и лаская головку, рукой он то аккуратно сжимал яички, то оглаживал бедра. Лектер не жалел себя, насаживаясь ртом на член Грэма до конца, до тех пор, пока его точёный нос не упирался в живот Уилла и темные вьющиеся волосы на его лобке. Грэм одобрительно гладил голову Ганнибала, наслаждаясь его ласками, но вдруг потянул его за волосы, отстраняя:       — Стой, остановись.       Он на пару секунд задержал руку. Взлохмаченный, с раскрасневшимися влажными губами и пьяными от возбуждения глазами, Ганнибал выглядел чертовски соблазнительно. Уилл подавил в себе желание поцеловать его.       — Не так просто, Ганнибал. Ты должен понести наказание за свои поступки.       Лектер, который думал, что всё сюрпризы остались позади, приподнял брови, а Уилл потянулся к пакету, который принёс с собой, и молча достал из него упаковку. С ухмылкой глядя на Ганнибала, Грэм открыл её и извлек на свет черный кожаный ошейник с длинным поводком. Когда Лектер увидел, что принёс ему Уилл, глаза его загорелись. Он глубоко задышал, с изумлением и восторгом глядя на Грэма. Какие ещё секреты таились в этом скромном на вид парне? Обнаруживать каждый из них было восхитительно, и Ганнибал был готов делать это, наверное, всю оставшуюся жизнь.       Лектер прикрыл глаза и молча вытянул шею, давая надеть на себя ошейник. Уилл застегнул его на задней стороне шеи Ганнибала, потянул за поводок, крепившийся к ошейнику через круглое металлическое кольцо. Лектер вынужденно приподнял подбородок, взглянул на Грэма. Уилл наклонил голову вбок, пристально глядя на Ганнибала в ответ. В лице его проступило что-то властное, что-то жестокое. Ганнибал увидел его темную сторону и порочная красота её поразила Лектера. Теперь он был никем иным, как рабом Уилла.       — Раздевайся, — скомандовал Уилл.       Ганнибал стал молча расстегивать рубашку. Уилл молча наблюдал, не отпуская поводок. Сам он не делал никаких попыток избавиться от одежды. Лектер снял брюки, затем, помедлив и заметив кивок Уилла, снял и белье с носками. Оставшись перед Уиллом абсолютно обнажённым, он тяжело дышал, член его крепко стоял и истекал предэякулятом.       — Сними с меня обувь, — приказал Уилл.       Ганнибал опустился на колени, освободил стопы Уилла от обуви и носков, осмелился погладить высокий подъем кончиком пальцев, за что тут же получил легкий шлепок поводком. Как ни странно, это возбудило его еще сильнее. Он взглянул на Уилла. Тот расстегнул пару пуговиц на чёрной шёлковой рубашке, которая непозволительно ему шла, и выглядел теперь сногсшибательно роскошно и порочно.       — Возьми мой член в рот снова, — велел Уилл, и Ганнибал охотно подчинился. Он смаковал член Уилла до тех пор, пока тот не начал глубоко дышать. Сделав пару особенно интенсивных движений, Лектер почувствовал, как Уилл излился глубоко ему в горло. Его протяжный стон был прекрасен.       Ганнибал продолжал ласкать и вылизывать член Уилла до тех пор, пока тот не отстранил его.       — Я в душ, а ты ложись на кровать и жди.       Ганнибал охотно послушался и услышал, как в дверях Уилл добавил:       — Не смей трогать себя!       Пока в ванной шумела вода, Ганнибал лежал и ждал. Распалённый предвкушением, он судорожно пытался вспомнить себя двадцатипятилетнего и свой рефрактерный период. В те года он был довольно коротким и позволял Ганнибалу совершать несколько половых актов в сутки. Ему было интересно, как скоро сможет снова возбудиться Уилл. Лектер жаждал продолжить занятие любовью, пусть и в подчиняющейся роли. Он никогда не пробовал такое, но, как оказалось, с Уиллом ему это нравится.       Грэм вышел из душа в одном полотенце. Влажные тёмные волосы обрамляли прекрасное лицо, глаза властно мерили распростертого перед ним Ганнибала. Подойдя к кровати, Уилл взял одной рукой поводок, а другой скинул со своих бёдер полотенце. Член Уилла снова стоял и, увидев это, Ганнибал почувствовал такой огромный прилив восхищения и любви, что не смог сдержать широкой улыбки.       — Мой мальчик! — воскликнул он, протягивая к Уиллу руки.       — Тсс, — Уилл шикнул на него, как на расшалившегося питомца. — Руки на кровать!       Лектер послушался, а Уилл сел на него сверху и начал потираться членом об его живот, гладить плечи и грудь, пощипывать соски. Дыхание Уилла долетало до восторженно наблюдающего за ним Ганнибала, и Лектер пил его, как божественный нектар.       — Повернись! — скомандовал Уилл, и Лектер послушно лег на живот, положив подбородок на сложенные на кровати руки. Он ожидал массажа спины или чего-то подобного, но вдруг ощутил обжигающий шлепок по ягодице. Ганнибал вздрогнул скорее от шока, чем от боли. Это не укладывалось в голове — мальчишка, его подчинённый, которого он имел в своем кабинете, как хотел, решил отшлёпать его! Лектер обернулся, и они с Уиллом схлестнулись взглядами, как клинками. Взгляд Уилла был темным, властным, грешным. Ганнибал медленно выдохнул, закрыл глаза и вернул голову на сложенные руки. Следующий шлепок пришёлся на другую ягодицу. Третий туда же, и это уже было больно. Дальше Ганнибал перестал считать. Он лишь тяжело дышал, покорно принимая удары.       Через несколько минут Уилл велел ему снова лечь на спину и потянулся за пакетом и достал оттуда тюбик смазки. Ганнибал ощущал, как немного горит кожа на его ягодицах, что, впрочем, не влияло на его каменную эрекцию. Он с нетерпением ожидал, что же будет дальше. Обильно нанеся лубрикант на свои пальцы, Уилл коварно улыбнулся и, заведя руку назад, принялся растягивать себя на глазах у Ганнибала. При виде этого зрелища Лектер крепко стиснул зубы и сжал кулаки. Он сдерживался изо всех сил, чтобы не кончить в ту же секунду, когда Уилл громко и чувственно простонал, насаживаясь на свои пальцы, готовя себя для него.       Лектеру пришлось опустить веки, чтобы не видеть это невероятно чувственное действо. Вскоре он почувствовал, как Уилл сжал основание его члена ладонью, направляя. Судя по небольшому давлению Уилл приставил головку его члена к своему анусу, но не спешил опускаться на него, и Ганнибалу снова пришлось нелегко. А Уилл, казалось, наслаждался тем, в каком напряжении был Ганнибал. Усмешка тронула губы падшего ангела, он потянул поводок на себя и, высокомерно подняв подбородок, спросил:       — Чей ты?       Ганнибал моргнул, не понимая. Он вынужденно тянул шею, чуть приподнимаясь на локтях.       — Кому ты принадлежишь? — с нажимом произнёс Уилл.       — Тебе, — выдохнул Ганнибал. И он был совершенно искренним.       — Ты мой! — подытожил Уилл и наконец опустился на изнывающий член Ганнибала.       — Да! — протяжно выдохнул тот. — Твой, я твой, Уилл, любовь моя!       Уилл улыбнулся. Он отпустил поводок, наконец позволяя Ганнибалу свободно откинуть голову и плечи на кровать, и жадно схватить его аппетитные бедра. Коротко коснувшись губ Ганнибала большим пальцем, Уилл начал двигаться, поднимаясь вверх и снова насаживаясь на готовый взорваться член Ганнибала. Уилл то скакал на Лектере, объезжая его, будто коня, то двигался издевательски медленно. Обнажённый, извивающийся, мокрый от пота Грэм был мучительно прекрасен, и Ганнибалу пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не прервать их невероятный секс раньше времени. В какой-то момент Уилл, до того активно порхавший на Ганнибале, остановился. Тяжело дыша, он упёрся ладонями в грудь Ганнибала, и тот увидел в его глазах ожидание. Собравшись, Лектер быстро схватил Уилла за плечи и, резко перевернувшись, повалил его на кровать, подминая под себя. Грэм закрыл веки, отдаваясь, но Ганнибал успел заметить в его глазах удовольствие. Об этом же говорили и чувственно приоткрытые губы Уилла. Закинув ноги Уилла себе на талию, Ганнибал припал ко рту Уилла долгим, жадным поцелуем. Он сосал и покусывал мягкие, нежные губы Уилла, глубоко трахая его рот языком, и одновременно брал его сладкую задницу. Это было необыкновенно сладко и горячо, и, измученный долгим ожиданием, Лектер с громким стоном излился в тёплое и тесное тело Уилла. Едва отдышавшись, он снова взял член Грэма в рот, двумя пальцами проникая в него, чтобы найти простату. Уилл выгибался и почти кричал от умелых действий его губ и рук. Через минуту он выгнулся и бурно кончил. Ганнибал снова тщательно выпил и вылизал всё, а затем рухнул рядом с Уиллом. Поводок больно врезался в его бок, и он отбросил его назад.       Прошло несколько минут необходимого отдыха, затем мужчины по очереди сходили в душ. Приближалось время ужина. Пока Уилл мылся, Ганнибал заказал еду в номер, рассудив, что этим вечером им нужна не компания, а уединённость.       Уилл был приятно удивлён, когда официант вкатил в номер столик с ароматными горячими ростбифами, овощами, хлебом, сырами и вином. На десерт полагались фрукты.       Обнаружив огромный аппетит, мужчины быстро расправились с ужином и снова легли на кровать. Вино и фрукты располагались на столике рядом. Уилл лежал на боку, и то и дело тянулся за очередной виноградиной, наслаждаясь сладкими ягодами, лопающимися на языке и тонким, лёгким вином.       — Мой прекрасный мальчик, — любовно произнёс Ганнибал, любуясь Уиллом.       — Забавно, — хмыкнул тот.       — Что?       — Ты считаешь меня красивым, а я помню, как увидел тебя впервые, твою фотографию.       Ганнибал вопросительно приподнял брови, а Уилл, чуть смутившись, продолжил:       — Это было в годы моего студенчества, я читал статью на сайте "Файненшнл Таймс". Там было фото, и я тогда подумал, что не видел человека успешнее, величественнее и прекраснее. — Поделился Уилл. — Потом я много читал о тебе, следил за твоими успехами. Я восхищался твоим характером, твоей твердостью, решительностью и деловой хваткой. Ты был моим кумиром в сфере бизнеса. И я очень обрадовался, когда мне пришло приглашение на собеседование из твоей корпорации.       Ганнибал улыбнулся.       — Значит, ты был заочно влюблён в меня?       — Не будь таким самодовольным! — Уилл легонько шлепнул его по плечу. — Но да, можно и так сказать.       — В любом случае, ты знал, к кому устраиваешься на работу. И все это время дразнил меня своими шарфиками, дерзкими взглядами, флиртом с коллегами?       — Ну, не всё время, — со смущённой улыбкой ответил Уилл, утыкаясь в волосы на груди Ганнибала. — Иногда я думал, что не стоит и пытаться и старался лишний раз не смотреть на тебя. А иногда мне казалось, что у меня есть шанс и выпендривался. Потому что иначе ты не обратил внимания на рядового сотрудника огромной корпорации.       — Слушай, а тот случай с обсуждением проекта "Ист Лэнд Фэмили"? Ты же провоцировал меня специально, чтобы соблазнить и исчезнуть?       Уилл иронично приподнял одну бровь.       — Но я ведь и так начал ухаживать за тобой, присылал цветы, еду... Или это было слишком мило для тебя? Слишком ванильно? Ты хотел, чтобы я взял тебя жёстко?       Уилл зарделся.       — Малыш, ты мог просто сказать, как тебе нравится. В этом нет ничего предосудительного или стыдного.       Ганнибал ласково гладил его спину.       — Дело было не только в этом. Ты вел себя, как озабоченный подросток.       — И ты решил поставить меня на место?       Грэм кивнул.       — Ах ты, маленький дьяволёнок! — восхищённо произнёс Ганнибал, выводя узоры на плече Уилла. — Я впечатлён. И тем, что касается Мэттью Брауна. Ловко ты от него избавился. Моими руками.       Уилл лукаво взглянул на него и улегся ему на грудь, подпирая подбородок кулаком и невинно глядя на Ганнибала. Тот встретил его влюбленным взглядом, запустил пальцы в растрепанные мягкие кудри.       — Что ж, теперь, ты всё знаешь. Ты пригрел на груди чудовище, — весело констатировал он.       — И я очень рад, — с улыбкой произнёс Лектер. — Я больше тебя не отпущу. Вернешься со мной в Нью-Йорк? В мою фирму?       Уилл кивнул, в глазах его плескалось счастье.       Ганнибал коснулся щеки Уилла, легко огладил её, коснулся большим пальцем нижней губы, затем задумчиво произнёс:       — Знаешь о чем я думаю? Мы же ни разу не были на свидании, на настоящем свидании, только ты и я. Могу я пригласить тебя?       Уилл кивнул, глядя на Ганнибала с сияющей улыбкой, а тот добавил:       — Завтра вечером, я сам выберу ресторан.       — Только ты и я? И никаких дурацких сюрпризов?       — Никаких, обещаю. А на выходные...       Ганнибал вспомнил коттедж на озёрах.       — Что?       — Пока ничего. Пусть это будет сюрпризом.       — Хорошо.       Они снова поцеловались, и это было очень нежно.       ***       Большой Джо сидел в своей машине на Ньюарк Брод стрит. Был перерыв между вызовами и Джо устроил себе обед. Он доедал второй чизбургер, запивая американо в большом стакане, когда увидел того кудрявого парня, которого подвозил на днях к отелю. Он вышел из дома, где были квартиры на сдачу, к шикарной черной машине. У автомобиля его встречал щегольски одетый русоволосый мужчина со смутно знакомым скуластым лицом. Парень широко улыбался, он передал спутнику переноску, в которой, очевидно, было какое-то домашнее животное. Джо удивился, когда увидел, что переносок оказалось две. Мужчины бережно разместили их на заднем сиденье тачки (как оказалось, это была "Бентли"), затем погрузили в багажник чемодан. Все это время они улыбались друг другу, и выглядели как счастливые влюблённые. Джо крякнул, покачав головой: "Ну, точно из этих. Большой Джо никогда не ошибается". Он допил кофе и кинул пустой стаканчик в пакет с коробками от бургеров. Черная "Бентли" в это время проехала мимо. Сверкнув на солнце тёмными тонированными окнами, она плавно свернула на дорогу, ведущую прочь из города.