Давай вместе встретим рассвет?

Голова шла кругом. Ноги дрожали. И если бы не рука Джексона, так крепко прижимавшая тело Майи к себе, она давно бы упала на пол. Поцелуй с человеком, которого любишь, приносил в жизнь новые краски. Напоминал, каково счастье на вкус. В случае Майи — мятное, с чуть уловимой ванилью. Губы Джексона, со стороны казавшиеся жесткими, оказались удивительно мягкими. Он целовал её плавно и медленно, Майя отвечала робко и неуверенно — так, как умела после первого и единственного поцелуй на вечеринке в честь Хэллоуина. Перестав цепляться за его плечи, Майя медленно обвила его шею руками и встала на мыски. Ближе. Настолько, насколько возможно в данный момент.     Исполняя мечту, целуя его губы, Майя вдруг ощутила нечто среднее между желанием расплакаться и рассмеяться. Щемящая чувство тоски сжало её сердце.     Как же она скучала. Как маленький зверь, потерявшийся в большом мире, Майя цеплялась за возможность вновь быть нужной. Ему. Даже если всего несколько минут. Всего несколько минут Джексон наждался в ней так же сильно, как она нуждалась в нем на протяжении тех пяти лет. Всегда. Он всегда был ей нужен, начиная с той самой первой встречи.     Она любила долго и сильно. И теперь, пусть в совсем маленьких количествах, но она получала то, что заслужила. Его губы, целующие нежно. Его руки, прижимающие крепко. Его время, посвященное только лишь ей одной. Воздуха в лёгких не хватало, и Майе пришлось отстраниться, учащённо дыша. Но лишь на пару мгновений, чтобы потом его губы снова встретились с её, целуя с новой силой, с большим желанием. Джексон вдруг потянул её в сторону, а Майя, не отрываясь его губ, последовала за ним. Тихо выдохнула, когда уперлась ягодицами в стол. Рука молодого человека, обхватив её, приподняла и ловко усадила на деревянную поверхность. Да, так было лучше. Гораздо лучше. Склонившись, Джексон уперся руками в стол, углубив поцелуй. Майя хваталась за его плечи, как будто вот-вот упадёт, пусть и знала — этого не случится.     Он не даст. Притянет поближе, обнимет покрепче, не отрываясь от её уже покрасневших губ.     Неужели это всегда ощущается так... прекрасно?     Майя готова была целоваться с Джексоном часами напролом, если только эйфория вперемешку с сжимающей сердце нежностью не будут её отпускать. — Ого! — Незнакомый голос раздался где-то слева. — Дженн, Холт? Неугомонные! Дернувшись от неожиданности, Майя и Джексон отстранилась друг от друга так быстро, словно и не целовались вовсе. Майя спрятала свое лицо, Джексон прикрыл её своим плечом. Ничего не сказал, но те, кто прервал их, тут же поспешил уйти. Взгляда хватило. Наваждение пропало. Бабочки перестали размахивать крыльями, сложив их и усевшись где-то на дне живота. Реальность навалилась на Майю, как снежная лавина, спустившаяся с гор. Она целовалась с Джексоном. У которого есть девушка. Стервозная. Неуравновешенная. С кучей друзей. С океаном яда внутри. Та, которой ничего не стоило превратить жизнь Майи в ад. И Майя целовалась с её парнем. Реальность была удручающей. А шар проблем, прерывающихся в катастрофу, с каждым днём становился всё больше. Интересно, как скоро он лопнет и расплескается всюду?     На место радости, плескавшейся в душе, нежности и, Майя была готова признать, счастью пришли совершенно другие чувства.     Растерянность. Стыд. И сосущее чувство в животе — страх. Если Дженнифер узнает... — М-мне, — выговорила Майя, заикаясь, — мне надо идти. Она слезла со стола, чуть не скинув те стопки, отложенные Джексоном. Подхватила рюкзак и куртку, выбегая из зоны истории США так быстро, что со стороны могло показаться, словно за ней кто-то бежит. Майя снова бросила свою работу в библиотеке, но находиться рядом с Джексоном сейчас — было слишком... слишком. Одновременно. Неловко. Очень. И стыдно тоже. Чем она вообще думала?     Джексон не останавливал её. И в своей привычной манере, которую Майя терпеть не могла, молчал. Вновь позволил ей окунуться в море сомнений. Позволял утонуть в них. Не пытался объясниться.     Но, справедливости ради, Майя не делала этого тоже.     Столовая была битком набита студентами, отчего девочки не сразу нашли места. Они караулили столики, готовясь тут же их занять. Поставив поднос на гладкую поверхность, Майя села на стул и вздохнула.     На предыдущей паре была контрольная по химии, которая была решающей в этом семестре. Тот, кто хорошо её напишет, может на экзамен не приходить. И на протяжении нескольких дней Майя зубрила нелюбимый и непонятный предмет, попутно созванивалась с девочками. Они терпеливо объясняли ей решения задач со сложными химическими цепочками и аккуратно поправляли её, если в очередной раз она путала молекулярную и атомную массы.     Конечно, глупо было рассчитывать на хорошую оценку и освобождение от экзамена по химии, но Майя всё равно верила до последнего. — Майя, успокойся, — мягко сказала Мадлен, сев рядом и похлопав подругу по плечу, — контрольная уже позади, теперь осталось просто дождаться результатов. — Да, знаю, — вздохнула Майя, поправив растрепавшиеся волосы. — Немного переживаю просто. Сидя на контрольной, она чувствовала, как по лбу стекают капельки пота, а волосы неприятно липнут к щекам, словно Майя пробежала несколько километров. Сейчас же — отпускало, но нервная дрожь все равно пробегала по телу, а живот стянуло из-за неприятного и давящего чувства голода. — А вот и мы! — Тереза и Гвен протиснулись сквозь беснующихся и таких же голодных студентов, неся два подноса с несколькими порциями еды. : — Очередь просто жуть! — Да уж, все как с цепи сорвались, — пробубнила Агнес, открывая свой сэндвич с курицей, — вот что делают с людьми контрольные. — А ведь это только начало, — усмехнулась Тереза и аккуратно поставила перед Майей тарелку с горячим супом. — Держи, Майя. Тебе нужно поесть, ты бледная. — Химия высосала из неё всю душу. — Химия — это дементор в учебном мире, — буркнула Майя, беря в руки ложку под звонкий смех своих подруг. Телефон Терезы, лежавший экраном вниз, завибрировал. Взяв его и прочитав сообщение, девушка показала остальным содержание. — Экзи написал, что смог купить билеты, так что сегодня мы с вами пойдем на закрытое выступление группы Келль! Майя радостно постучала ладонью по столу, забыв на пару секунд о беспощадной контрольной работе. После того, как она сходила на концерт группы, плейлист в её телефоне пополнился их альбомами, а в подписках на YouTube появился новый канал, видео с которого она пересмотрела по несколько раз. И, конечно, Майя не могла не рассказать о группе своим одногруппницам. Те начинали слушать их песни с толикой скептицизма, но очень быстро спрятали свои сомнения, — и вот сегодня они собирались сходить на их концерт. Майя понимала, что могла встретиться там с Эллиотом, которого продолжала игнорировать, но лишь отчасти из-за обиды. Всё свободное время посвящая учёбе и подготовке к экзаменам, Майя не успевала даже переживать из-за поцелуя с Джексоном. Она помнила о нем, прокручивая перед сном каждый божий день. Помнила, как его руки прикасались к ней. Помнила, как его губы плавно целовали её. Помнила, как хорошо ей было в тот момент. И как страшно было после. Первое столкновение с Дженнифер получилось смазанным и неожиданным, но за ним не последовало ничего, кроме странного взгляда, коим награждают сумасшедших. Может, и Майя сошла с ума, просто незаметила этого? На большее времени и сил не хватало. Голова забита формулами и датами, попытками догнать остальных и избавиться от долгов, успевших накопиться за несколько месяцев обучения в новом университете. — Экзи пойдет с нами? — Спросила Майя, проглатывая горячий суп, приятно обжигавший пересохшее горло. Она вспомнила высокого темнокожего парня Терезы, о котором Майя узнала совсем недавно. Он учился в другом университете, а познакомились они, случайно столкнувшись в универмаге. Терезе было неловко рассказывать о том, что они решили начать встречаться, но девочки, включая Майю, поддержали её. Экзи был добрым и веселым, заряжал улыбками всех вокруг, и Майя искренне радовалась за Терезу. — Да, — подмигнула Тереза, — ещё там будут Харсон и Логанс, и, насколько я поняла, кто-то ещё из друзей Экзи. Надеюсь, вы не против. — Нет, конечно, — ответила Мадлен за всех, — чем больше людей, тем веселее! — Майя? — Тереза внимательно посмотрела на неё. — В конце концов это была твоя идея. — Я только «за», — улыбнулась Майя. — Я влюбилась в Келль и, если кто-то хочет разделить со мной эту любовь, как я могу быть против? — Другого ответа я от тебя и не ожидала! Келль в массы! — Келль в массы! — В один голос сказали девочки и рассмеялись. Следующая пара была последней, и девушки поспешили в аудиторию, когда их перерыв подходил к концу. Они сели на свои места и приготовились к лекции, когда Майя услышала голос, от которого по спине побежали неприятные мурашки. — Не ожидала от тебя, Хармон, — громко произнесла она, заставляя всех присутствующих в аудитории взглянуть в сторону Майи.     Нервно сглотнув вязкую слюну, Майя обернулась. Столкнувшись с ехидным взглядом Дженнифер, Майя посмотрела чуть левее, туда, где сидел Джексон. Он как раз оторвал глаза от экрана телефона своей девушки и взглянул на Майю.     Холодно очень. Разочарованно даже. Злобно.     Реакция на его взгляд — упавшее сердце.     Почему он так посмотрел на неё? — Малышка, ты меня расстроила! — Рявкнул над ухом Лиам, плюхнувшись на их стол. — Я так надеялся, что мы станем с тобой ещё ближе! — О чем ты... — Майя запнулась, когда перед лицом вдруг возникла фотография, на которой был изображен Эллиот, целующий какую-то девушку.    Какая-то девушка — это была Майя. И она прекрасно помнила, что не целовалась с Эллиотом, но фотография была снята под таким углом, словно поцелуй действительно был. Так четко, что на долю секунды Майя засомневалась: точно ли они не целовались? — Мы... — Майя попыталась оправдаться, но, почувствовав на себе взгляды подруг, растерянно посмотрела на них. — Мы не целовались! — Но что тогда это, Майя? — Усмехнулась Дженнифер. — Тем более из вас двоих, извини, Майя, я верю Эллиоту больше. И своим глазам, кстати, тоже. — Но это правда! — Возмутилась Майя, пытаясь перекричать гул голосов. — А Эллиот утверждает, что правда в том, что вы целовались, — усмехнулась Лиам, — сказал, что твои губы по вкусу напоминают карамель. — Что?! Но... но... — Майя сжала вспотевшими пальцами лямку своей сумки — неудачная попытка успокоиться, — мы не целовались! Однако никто её не слушал, вливаясь в поток обсуждений. Майя взглянула через плечо — Дженнифер, гаденько усмехнувшись, помахала своим телефоном и пожала плечами. Злость неприятно резанула по горлу. И множество ругательств на разных языках закрутились в голове необузданным вихрем. Aftottari*, malakas**, gobshite***, schlampe****... Майя не могла остановиться перечислять их, продолжала сжимать потертый кожаный ремень. Лишь бы не расплакаться. — Майя, это прав... — Нет. — Прервала она вопрос Агнес. — Мы не целовались. Это неудачный ракурс, вот и всё. — Конечно же Майя не целовалась с Эллиотом, — хмыкнула Тереза, — если бы она с кем-то целовалась, то рассказала бы нам, правда, Майя? — Правда... — выдавила она из себя. Конечно, правда. Конечно, я расскажу вам всё. Открою душу, выложу всё. Конечно. Но только вы уже кое о чем не знаете. И не узнаете. Майя не смела рассказывать про поцелуй с бывшим лучшим другом не только из-за страха того, что об этом узнает Дженнифер. Главная причина заключалась в том, что это были лишь её воспоминания. Её. Делиться ими не было желания, и в этом Майя готова быть эгоисткой. Она слишком долго лелеяла в себе мечту, чтобы рассказывать о ней всем. Гул голосов набирал обороты. Неприятные шутки долетали до ушей, но Майя игнорировала их, смотря в одну точку. Она не понимала, почему Эллиот поступил так с ней. Зачем выдумал историю о том, что они целовались? Неужели не догадывался, что эти стервятники схватят эту новость, как упитанную добычу? Или как раз для этого он это и сделал? — Прошу прощение за опоздание, — в аудиторию резко вошел преподаватель, и студенты тут же расселись по своим местам, — давайте начнем лекцию. Очередная лекция прошла мимо Майи. Погруженная в свои мысли, она улавливала лишь отрывки происходящего, пусть и знала, что в дальнейшем будет об этом жалеть. Сейчас нужно было быть внимательной, как никогда. Однако вместо этого Майя думала об Эллиоте, о том, насколько быстро слухи выйдут за пределы аудитории, если уже не вышли, о том, откуда у Дженнифер была фотография и кто её сделал. Знакомых в баре Майя в тот вечер не увидела. Никого, кроме Джексона. Но это ведь не мог быть он, верно? — Майя, не обращай на них внимание, — проговорила Гвен, когда они выходили из аудитории, слыша за своими спинами глумливые смешки, — они поговорят об этом пару дней и забудут. — Согласна с Гвен, — Мадлен взяла Майю за локоть, — забей на них. Мы вот-вот поедем на концерт группы Келль, так что не позволяй им испортить себе настроение!     Майя знала, что они были правы, но навязчивые мысли никак не покидали её голову. Пришлось натянуто улыбнуться, чтобы девочки перестали волноваться. Очередное скрытия истинных эмоций, но они сейчас были ни к чему — концерт группы Келль действительно мог поднять Майе настроение и заставить позабыть о неприятном инциденте. — Эй, Хармон! — Позади раздался звонкий голос Денни — одногруппника, который, как было известно Майе, довольно часто проводил время на мероприятиях от их университета, да и в целом вёл активную жизнь здесь, — мистер Хьюз хочет видеть тебя в своем кабинете! — Зачем? — удивилась она. — Он передо мной не отчитывается, так что я без понятия! Майя сдержалась, чтобы не закатить глаза, лишь чуть раздраженно вздохнула. Сегодня явно был не её день. — Девочки, подождете меня на улице? Я быстро. — Хорошо, — кивнула Мадлен, — но не забывай, что нам через полчаса нужно встречаться с остальными. — Помню! — На ходу крикнула Майя, пробираясь сквозь других студентов, спешащих к выходу. Ни малейшего желания не было подниматься в кабинет к мистеру Хьюзу, одному из самых требовательных преподавателей в их университете. Он нещадно валил на экзаменах и не прощал прогулы, поэтому Майя из кожи вон лезла, чтобы получить автомат, который обошелся ей очень дорого. Слишком дорого и муторно, чтобы сейчас неожиданно получить отказ. Остановившись напротив нужной двери, Майя перевела дыхание и пару раз постучала. Услышав приглушенное «войдите», отворила дверь и зашла в аудиторию. За столом, перебирая стопки бумаг, оказавшиеся их контрольными работами, сидел мистер Хьюз. Вязанный свитер обтянул худое тело, а вечно сальные волосы были зачесаны назад. Характер у него был таким же неприятным и отталкивающим, как и внешний вид. — Вы, кажется, хотели меня видеть? — Осторожно поинтересовалась Майя. — Мисс Хармон, — начал он, а внутри девушки всё сжалось от его голоса, —  как Вы думаете, что это? — спросил Хьюз, кивнув на листы в своих руках. — Наши работы, — ответила Майя, не понимая, к чему тот клонил. — Верно, — кивнул он, — а как Вы считаете, почему я их Вам показываю? — С моей работой что-то не так? — Догадалась Майя. — С Вашей работой что-то не так, — протянул мистер Хьюз. — Её просто нет. Я знаю, что Вы посещали в этот день мои занятия, но факт остается фактом — Вашей проверочной нет. — Но... — Майя запнулась, — я писала её. И сдавала вместе с остальными! — Я в этом не сомневаюсь, мисс Хармон, но её нет. — Он вздохнул, отложив бумаги в сторону. — Нет смысла спорить. Однако не расстраивайтесь. Я видел, как Вы работали. Хорошо отвечали на семинарах, и в Ваших знаниях я вполне уверен. Поэтому предлагаю Вам заново написать эту работу. — Что? Заново? — Вырвалось у Майи от досады. — Прямо сейчас я не могу, мне... — Прямо сейчас, — перебил её мистер Хьюз. — Иначе я вынужден буду отправить Вас на экзамен. Майя замолчала. Взглянула на зеленую доску, вымытую мокрой тряпкой. Незаметно сжала руки в кулаки, ощущая неимоверную обиду. И ещё большую несправедливость. Она писала эту работу в поте лица. Она сдавала эту работу вместе с остальными. Но это никого не волновало. Снова приходилось проглатывать слова отрицания, попытки возразить и отстоять. Снова. — Ваш ответ, мисс Хармон. — Я напишу работу заново, — ответила она, мысленно прощаясь с концертом группы Келль, — сейчас. — Хорошо, — мистер Хьюз протянул ей пустой лист и лист с заданиями, — пожалуйста, присаживайтесь рядом с мистером Холтом и приступайте к работе. У Вас на всё девяносто минут. — Присаживаться с мистером Холтом?... — повторила Майя, поворачиваясь. И тогда она увидела его. Джексон сидел на среднем ряду, недалеко от окна. Лучи закатного солнца падали на него, но ему, лениво отмечавшему что-то у себя в листе, кажется, было на это абсолютно плевать. Он не взглянул на неё, пока она поднималась. И не сделал этого даже тогда, когда Майя села рядом. Злился. Умело скрывал, но Майя видела даже сквозь опущенную маску равнодушия. Из-за фотографии с Эллиотом? Или из-за того, что случилось между ними в библиотеке? Или из-за того и из-за другого сразу? Майя быстро достала телефон и незаметно написала Мадлен сообщение: «Не ждите меня, я тут надолго. Потом всё объясню». Отправлять его не хотелось, ведь тогда это окажется окончательной точкой в походе на концерт, но выбора не было. Идти наэкзамен к мистеру Хьюзу было сродни казни. — Я её точно писала... — пробубнила Майя, погружаясь в работу. Минуты бежали быстрее, чем обычно, заставляя девушку постоянно поглядывать на часы. Остался час. Осталось сорок минут. Осталось двадцать. Десять. Мистер Хьюз вышел из аудитории, ответив на громко зазвонивший телефон. Так и не вернулся. Майя воспользовалась моментом и аккуратно подглядела ответы на те вопросы, в которых сомневалась. Списывать — не её конек, но проигнорировать такую возможность было бы просто кощунством. Джексон сидел неподвижно. Больше не писал, не спешил сдать работу и уйти. Просто сидел рядом. Словно ждал чего-то. Разговора? Действий Что ж. Получай, Джексон Холт. — Я не целовалась с Эллиотом. — Произнесла вдруг Майя, положив на стол ручку. Она закончила. Но самое сложное было впереди. — С чего ты взяла, что меня это волнует? — Холодно спросил Джексон. Его тон давал под дых. Чересчур острый, как ледяное лезвие. — Разве... — Майя сглотнула, — причина твоей злости не в этом? Джексон не ответил, сжав карандаш пальцами так сильно, что тот чуть не треснул. Терял контроль. — На той фотографии... — Майя не знала, зачем оправдывается и что-то объясняет, но сейчас это казалось важным. — Эллиот действительно пытался меня поцеловать, но я его оттолкнула. Я не позволила ему сделать это, тогда он обиделся и ушел, сказав, что пойдет в уборную. — Тогда откуда он знает, — глухо заговорил Джексон, медленно повернувшись к ней, — что твои губы вкуса карамели? Вопрос смутил. Заставил задержать дыхание. Джексон точно знал, какими были на вкус губы когда-то лучшей подруги. — Я не знаю, — шепотом ответила Майя, чувствуя, как вспотели ладони. — Он выдумал это. Возможно, от обиды. — Она слабо всплеснула руками. — У меня нет никаких чувств к Эллиоту. Мне... мне нужен другой человек, понятно? Мне нужен... Майя могла бы признаться. Добавить всего лишь короткое «ты» на конце. Открыть то, что прятала так долго в глубине души своей. Показать. Поделиться. Отдать. Освободиться.     Но Майя не смогла. Столкнувшись с холодом в его глазах. — Не важно.     Вставсо стула, Майя взяла ручку и листок, когда неожиданно почувствовала на локте его сильные пальцы. Сжавшие надежно, но совсем не крепко. — Договори, — хрипло произнес Джексон. — Зачем? — Спросила Майя, обернувшись. — Зачем, Джексон? Если это ничего не изменит. Мы будем продолжать играть в этом театре абсурда. Ты — холодный и отчужденный парень главной стервы университета, а я — просто серая мышка. Наши роли расписаны. Ты сам их нам выдал. Майя отдернула руку, в очередной раз сокращая дистанцию. Между ними снова была пропасть, разраставшаяся с каждым новым шагом. Словно шарики в маятнике, они продолжали свой ход. *Aftottari (пер. с исландского) — "дедушкин сосун". **malakas (пер. с греческого) — слово "malakas" в греческом языке выражает презрение и отвращение к тупому и бесчестному человеку. ***gobshite (пер. с ирландо-английского) — это тот, кто ест фекалии либо несет чушь. ****schlampe (пер. с немецкого) — потаскуха.