#4

Ради такого Сонхва встал в пять утра. Он долго и тщательно готовился, всё было абсолютно точно рассчитано. В этот раз он знал буквально поминутно, кто из мемберов и во сколько может проснуться, и что каждый из них делал вчера вечером. Хва специально разузнал все в мельчайших подробностях, чтобы ничто не смогло испортить его план. Это было самым сложным этапом - уточнить всё заранее. Но даже зная все до мелочей, нельзя быть до конца уверенным в том, что все пройдет по плану. Эта крохотная толика риска... Морально он давно был готов - Хва буквально постоянно перевозбуждался лишь при одной только мысли об этом. Быть застуканным. Кем угодно. Лишь бы это произошло. Лишь бы всё пошло не по плану. Он все еще стоял в своей комнате, закусывая губы и кидая предвкушающие взгляды на дверь, и лишь мысли об этом заставили его тело приятно содрогнуться. У старшего было два фаворита - Минги и Хонджун, их непредсказуемый рэп-лайн. Невозможно было знать наверняка, что придет им в голову в ту или иную секунду - поудобнее устроиться в кровати, поглубже зарываясь в одеяло, или же сорваться посреди ночи в погоне за очередным шедевром. Это описание, конечно же, больше подходило их капитану. Но Минги последнее время тоже усердно работал над чем-то, и пока, временно, подходил для Хва в эту категорию. Остальные мемберы занимали примерно одно и то же положение в этой своеобразной "иерархии" старшего. Дольше ждать было нельзя. Совершенно спокойно, уверенным, но тихим шагом он пробрался на кухню. Пак был абсолютно обнажён, если не считать легкого полупрозрачного халатика молочного цвета. Он обошёл комнату по периметру, почему-то ласково касаясь кухонных тумб - выбирал удобное место. Выбор пал на столешницу рядом с холодильником. Лёгкая ткань, плавно соскользнув с его плеч, с шорохом упала на пол. Пак опёрся ладонями на холодную поверхность тумбы и слегка прогнулся в спине, потягиваясь словно кот, перенося вес на руки и выставляя задницу вверх. Этого оказалось мало. Он вновь выпрямился и нежно провел по своему телу руками, от плеч и до бёдер, оттуда ладони скользнули на ягодицы, мягко сжимая их. Слегка повиляв задницей, красуясь непонятно перед кем, Сонхва, всхлипнув, несколько раз быстро провел ладонью между ног. Его буквально затрясло. Он резко обернулся, ягодицами упираясь в столешницу. Два пальца левой руки за секунду оказались глубоко в его киске, а правой он коснулся соска, сжимая его, и сдавленно застонал. Хва знал, что так его маленькая шалость закончится уж слишком быстро, поэтому, мягко оттолкнувшись от тумбы, аккуратно вынул из себя пальцы и сделал пару вдохов, стараясь прийти в себя. Сонхва снова, но в этот раз чуть быстрее, любовно огладил ладонями своё тело, после чего ладонь вновь скользнула вниз живота и он, на пробу, несколько раз быстрыми движениями коснулся пальцами клитора. Да, это то, что нужно. Чуть приподнявшись на носочки, он слегка присел на столешницу и, для большего удобства и устойчивости, правой рукой оперся о стенку холодильника. Идеально. Он слегка расставил ноги, после чего его пальцы снова легли на клитор, возобновляя ласкающие движения. Закатив глаза, Сонхва откинул голову назад и слегка ускорил движения пальцами. Прямо сейчас хотелось чей-нибудь язык. А лучше сразу член. Желательно срочно. Тело непроизвольно подавалось навстречу движениям пальцев, бедра дрожали, а Пак лишь кусал губы и продолжал ласкать себя. Он то касался клитора лишь кончиками пальцев, то полностью проводил ими сверху-вниз и обратно, иногда, все же не решившись отказать себе, проникая пальцами неглубоко внутрь киски. Время застыло для старшего, он не слышал и тем более не видел абсолютно ничего. Пак просто ловил свой кайф. Тихо пискнуть и замереть его заставила чужая мягкая ладонь на глазах и горячая головка члена, упирающаяся в его пальцы. Губы кого-то из мемберов коснулись губ Хва в несдержанном поцелуе. Отвечая, он пытался угадать, кто же поймал его, но разгадку он нашел вместе с прозвучавшим после поцелуя голосом: - Я не дам тебе то, чего ты так жаждешь. Это будет слишком просто для тебя, хён. Я возьму тебя стоя, без проникновения. И еще... Я не разрешаю тебе открывать глаза. - Сонхва задрожал и захныкал после этих слов, вплетая пальцы правой руки в чужие отросшие волосы: - Ёсан-а, пожалуйста, прошу тебя, помоги своему хёну... - зажмурив глаза, Пак уронил голову на чужое плечо, бегло покрывая его поцелуями. Не говоря ни слова в ответ, Кан убрал руку старшего с его киски и провел по ней головкой члена. - Ты так хотел, чтобы пальчики на твоем клиторе заменил горячий член, да, хён? - Ёсан словно специально издевался над старшим такими словами. - Вот так, хён? Я правильно делаю? Головка члена младшего точь в точь повторяла те действия, которые еще пару минут назад Сонхва самостоятельно делал пальцами. - Да, да, Ёсан-а, пожалуйста... - ныл Хва, уже не зная куда себя деть. Ёсан просто гладил членом киску Хва, видя как та требовательно сжимается вокруг пустоты, а сам хён непроизвольно подмахивает ему бедрами. - Или мне все же стоит трахнуть тебя, м, хён? Войти в тебя так глубоко, чтобы заполнить тебя до конца... Что скажешь? - Кан Ёсан, просто делай уже хоть что-то! - взвыл Пак, сильно прикусывая чужое плечо. Кан за это без предупреждения вошел в него до конца. - Твой член так идеально заполняет меня... - единственное, что смог прохрипеть старший, до того, как Ёсан начал медленно и грубо толкаться в него. - А если сейчас зайдет еще кто-то? Если проснется Чонхо? Или, может быть, Хонджун? Ты смог бы принять два члена в свою киску, хён? - Сонхва беспорядочно кивает, не разбирая чужих слов. Он лишь старается насадиться поглубже, получить еще больше. Ему хорошо, но точно можно лучше. - Ты такой ненасытный, хён. Если будешь и дальше так стонать, кто-нибудь точно услышит тебя. - Ещё, Ёсан-а, хён хочет ещё! - Пак почти плачет и слегка бьет младшего ладонями по спине. В ответ тот горячими губами касается мокрого от пота виска старшего и пальцами касается его клитора. Сонхва будто пробивает насквозь разряд электрического тока. - Ты уже близко, да, хён? Кончишь для меня? Или хочешь вместе со мной? - Хочу кончить от того, как ты кончаешь в меня. - парирует Пак и ставит на чужой шее засос. Ёсан обнимает его крепче, и толкается все так же сильно, но уже чуть быстрее. Сонхва может лишь стонать на одной ноте, а потом и вовсе срывается на хрипы, сжимая чужой член внутри себя, словно желая, чтобы он остался внутри него навечно. - Ёбаный порно мультик... - хрипло раздается из-за спины Ёсана. Он моментально замирает, а Сонхва, вздрогнув от неожиданности, резко распахивает глаза. Оперевшись на косяк, на входе в кухню стоит взъерошенный Юнхо и нагло пялится на то, что происходит на кухне. - Хён, а ты всегда был таким? Ёсан, успокаивающе целуя старшего в скулу, медленно выходит из него. - К-каким? - заикаясь переспрашивает Пак, когда Кан отстраняется и оборачивается. Старшему приходится вцепиться руками в столешницу позади себя, потому что ноги просто не держат вес его тела. - Ну, вот таким... Горячим, похотливым и ненасытным. Таким недотраханным. Обязательно нужно было устраивать игры? Неужели не мог просто попросить? Думаю, никто из нас не отказал бы тебе в помощи. - Я... - Сонхва хотел было ответить, но Юнхо как то слишком быстро оказался близко. - Не против, если я разделю с тобой это удовольствие? - обращаясь к младшему спросил Юнхо. - Я не стану занимать твоё место, могу просто взять его в рот. - Н-но... - попытался было Сонхва, но Юнхо лишь властно приложил палец к его губам. - Уступлю старшему самое вкусное. - с ехидной улыбкой отвечает Кан. - Ты должен опробовать его киску, это что-то невероятное. А я теперь хочу кончить на эти прекрасные, длинные ресницы и розовые губы. - А моего согласия, вы блять спросить не хотите?! - рявкнув спрашивает старший, увернувшись от пальца младшего. - Нет. - отвечают оба одновременно.