Седатив

— И он берёт, наливает из тюбика полную руку сгущёнки и сует мне в рот, и я уже просто весь липкий, лежу, это всё изо рта течёт, и вся подушка липкая, бля, и у меня волосы прямо прилипли к наволочке... — Валентин оживлённо делал сомнительные заявления посреди рассказа о том, как прошли его выходные. — Фу! Блин, сначала было прикольно, теперь это уже, кажется, даже негигиенично, — негодовала от мерзости Рита. — А это и было, Риточка! Он потом трогает меня ещё этой рукой, вся сгущёнка размазывается по моей простыне, по чистой, сука, простыне. И вот прикиньте, типа, я там так и спал: нагой, дурной и в засохшей сгущёнке. Это же как надо было напиться... — Ew, sticky! А что такое сгущёнка, я забыл? А, да, я вспомнил! Молочная жижа... Ну, слушай, это даже не так плохо, как я себе представлял, — Исси докуривал свою сигарету возле окна, как вдруг обернулся на знакомый смех из соседней комнаты, — О, Стася здесь? Я пойду поздороваюсь, — он потушил окурок в какой-то старой чашке, которая служила пепельницей, и лениво двинулся навстречу подруге. — Так, вот сейчас, внимательно! — прошептала Рита, лукаво оголяя немного кривые зубки и указывая на Исси и Стасю, затерявшихся в толпе, — Смотри, Дейнерис и Дрого вайб, скажи? — Не понимаю, почему она не тусуется с нами? Эльфийка бы ахуенно вписалась в сегодняшний сейшн у меня дома… — Николай допил свою виски-колу и громко звякнул стаканом об подоконник. Рита глупо смеялась, постукивая каблуками по батарее. — Так, тихо! Если хочешь шутить, замолчи и не очерняй её невинный образ…

***

— Эй? Привет? — Ой, Исаак, привет! — Стася подбежала к нему, протягивая объятия. — Веселишься? — О, да! Смотри, тот парень пригласил меня поболтать. Выглядел он абсолютно неопрятно. На его жирно-блестящем лице постоянно сползали исцарапанные и залапанные очки. Он был стильно одет, но все его вещи были сильно изношены. Давно бритая налысо голова неаккуратно обрастала волосами. Глядя на него непременно создавалось ощущение, что у него потные ладошки. — Смешной какой-то… — косился на него Исси. — Ага! — Нет, не в том смысле… Короче, развлекайся. Я там с ребятами стою, курю. Они будут рады тебя увидеть, — он указал на подоконник, где сидела Рита в своём вульгарном пиджаке и болтала широкими каблуками, выслушивая очередную крышесносную историю.

***

— Ну и вот, в общем, лежим мы утром, уже курим, и тут ему приходит смс-ка от мамы… — Валентин продолжал драматическое повествование о своём новом опыте. — Кхм… — поперхнулась напитком Рита. — Знаешь, что? Оказалось, пока мы ебались, он случайно ей позвонил, и она слышала всё. Вообще всё! — Ебать… — она прикрыла рукой сухие, красные губки. Исси шагал обратно к друзьям, игриво щёлкая зажигалкой: — Что я пропустил? — Да ты всё пропустил, там такой плот-твист… — потянулась Рита за сигаретами, такие подробности стоило перекурить.

***

— Чем ты занимаешься? — спросил неопрятный парень, падая рядом со Стасей на тесный диванчик в углу тусклой комнаты. — Я учусь, уже на третьем курсе. Выбираю, по какой теме буду писать диплом. — А специальность какая у тебя? — Кельтская филология. — Ого, такая узкая? — Ну, да, просто я люблю конкретные вещи. — Какие? Кельтов, что ли? — Мне очень близка их мифология. — Я заметил… Ушки себе ещё такие купила, модные. — Хи-хи, да… Эльфийские. А ты чем занимаешься? — Ну я работаю сейчас… — Ух ты, а кем? — Ну это долго объяснять, там сложная специализация… — Мне интересно! — Да нет, поверь, не интересно. — Хм… — Стася смутилась от его странной закрытости. Она уже выдала о себе всё самое главное, а из парня и слова не вытянешь. — Пить будем? — он повернулся и достал из-за дивана две разных бутылки, уже без крышек. — Да уж, тебе это нужно! А то совсем мне ничего не рассказываешь… — она не задумываясь приняла предложенный ей напиток.

***

— И вот, значит, вчера он мне пишет. Тоси-боси, давай общаться больше не будем, меня такой расклад не устраивает… — Тебя что, бросили по переписке? — возмущалась разбитому сердцу Рита. — Ну получается, что так, Риточка! Получается, что так… — Лмао, один вопрос: нахрена ты вообще это начал? — прокомментировал концовку истории друга Исси, пытаясь зажечь сигарету выдохшейся зажигалкой. — Да просто драмы в жизни не хватает, понимаешь? С вами-то нет никакой драмы, сплошная свободная любовь… От каждого по возможностям, каждому по потребностям, придумали, тоже мне… А страдать я когда буду? — О-о, бедняга… — Исси обнял Валентина за плечо и по-дружески его растряс, — Уеду через 9 месяцев, будешь себе страдать, на здоровье, — промямлил он, придерживая зубами всё ещё целую сигарету, — Да что ж такое… — Забери меня в Америку, а? Я классный, правда. Нет, лучше нас, втроём, и вот с ней ещё… — Валентин ткнул пальцем на эльфийку, отдавшую всё свое внимание новому собеседнику. — Стасю? Да, это точно, — задумался Исси, и только в этот момент зажигалка вдруг выдала нужное пламя. — А что ты мне минуту назад говорил? Двойные стандарты! — А я в отношения не лезу, Коля. Я приглядываю, — Исси обернулся проверить, не убежала ли Стася куда-то. — Ну что она, кошка на передержке, что ли? — Да всё, чего доебался… — он отвёл взгляд в поисках чашки с окурками. — Вообще, если отвлечься от всей нашей ситуации… Видел бы ты себя со стороны, просто жесть, прям сыпешься рядом с ней. Так красиво смотритесь вместе… — Рита наклонила голову вбок и замечталась о чём-то своём, — Ей бы просто немного раскрепоститься, а то застенчивая. Ну, может, ещё шмотки другие подобрать. Хотя, классика не устаревает… — М-да, Риточка, ты у нас эксперт, и по раскрепощению, и по нарядам, — и Валентин получил шутливый пинок глянцевым сапогом.

***

Положение Стаси на диване плавно сменялось на всё более горизонтальное. Она слушала томную болтовню, зевала и дёргала тяжёлой, заваливающейся от сонливости головой. Вот, она уронила голову последний раз, выдала что-то неловкое и медленно, еле переставляя ноги, зашагала в сторону туалета, чтобы умыться холодной водой и взбодриться. Только она оторвалась от дивана, как случайный взгляд Исаака из другой комнаты поймал пугающее зрелище: тот неопрятный Стасин собеседник схватил с покинутого ею места пустой зип-пакетик и постарался незаметно спрятать его в кармане своей джинсовки. — Бля, это очень подозрительный чел. Типа, может, мне показалось, но он сейчас сделал какую-то херню… — обратился Исси к своим друзьям. — Он не подозрительный, а просто какой-то жалкий. Не в обиду Стасе, конечно, но вкус у неё так себе… — Валентин опустил голову, — Тут же стоим мы, такие красивые, такие интересные… — и когда он говорил «мы», то имел в виду, конечно же, себя. — Ей друзья нужны, а не любовники, — он уже листал в телефоне список приглашённых на вечеринку, чтобы найти контакт того парня. — Ха-ха! А у нас одно другому не мешает! — коварная рука Валентина хлопнула Исси по пояснице, рассмешив его несколько неловко. Он почесал нос и толкнул Николая боком о бок в ответ.

***

Стася зашла в туалет и заперла дверцу. Она умылась ледяной водой из крана, но в глазах по прежнему всё плыло, а ноги слабели и становились мягкими, как две макаронины. В зеркале она рассмотрела, насколько широкими стали её зрачки: ещё никогда она не видела у себя таких огромных, как два прострела, тёмных глаз. Она потёрла их руками, это не помогло. Она снова умылась ледяной водой. И это не помогло. Раздался стук в дверь. — Занято! — Стася, ты тут? Это Исси. Всё норм? Она сняла щеколду и дверь отворилась. — Ой-х… Хи-хи, привет! Да, всё хорошо, просто меня чего-то клонит в сон… — даже сейчас глаза её были закрыты наполовину. — Я… — он прокручивал в голове варианты, что могло быть в том пакетике, — О, да, ты выглядишь очень уставшей. Пойдём, я тебя провожу. — Ой, ты чего? Нет, нет, развлекайся, я в порядке… У меня, вообще-то, тут тоже планы! Видишь вон того… Вон он… Ой, какой душка… Правда, я так позорно дремлю. Он мне там что-то всё рассказывает, рассказывает, а я сижу, засыпаю, как дурочка… — Стася, брось! Ты же совсем без сил, давай-ка домой. — Не-не! Он обещал сегодня показать мне какой-то райский уголок! — она выскользнула из дверного проёма, в котором Исси зажал её. — Стася! Упорхнула так быстро, что в миг уже сидела на том же тесном и тусклом месте. *** — Смотритель котёнка вернулся? — Ребят, там, кажется, какой-то пиздец. Езжайте без меня, — Исси забрал с подоконника свои мелочи. — Ты что, морду бить будешь? Тогда я остаюсь! — Рита спрыгнула с подоконника и поправила узкие брюки. — Нет, я таким не занимаюсь. — А… Ты ничего не забыл, дружище? — хитро заявил Валентин. — Да-да, секунду, — он торопливо зарылся в сумке, достал яркий конверт с несколькими джоинтами и незаметно передал его другу, — С прошедшим ещё раз! Только спрячь куда-нибудь… — Лучший мой подарочек — это ты… — Валентин обнял Исси по-дружески, но на последок эротично принюхался к его волосам. Так они с Ритой и покинули комнату, оборачиваясь на Исси. Он наблюдал и ждал, когда друзья точно уйдут, чтобы случайно не вовлечь их свидетелями в надвигающийся конфликт.

***

— Здравствуй, не помешаю? Стася уже не замечала присутствия Исси. Он взял с пола её бутылку, пустую на две трети. — Что пьёте? Пиво? Я допью, не против? — обратился он к её собеседнику. — Стой! Не… — Окей, я всё понял, — на лице Исаака расплылась угрожающая улыбка, — Стася, ты меня слышишь? — она тихо промычала в ответ на нежные похлопывания по щекам. Исси приподнял её веки и ужаснулся, какими огромными стали её зрачки. Наконец, он посмотрел сквозь бутылку на свет. На дне расплывался мутный осадок. — Ты что, совсем придурок? Ты ей нравился и так, мудила! Или у тебя на трезвых не стоит?! — он резко повышал голос, в висках загудел страх, что он привлекает слишком много внимания окружающих. — Спокойно! — Что сыпал? Что ты сыпал в бутылку?! — Это седатив… Чувак, а ты чего вскипятился? Пойди поищи себе другую девчонку, или как? Или за своей лучше приглядывай. Почему это она сейчас не с тобой, а? А села тут, значит… — Да упокойся ты нахуй своим порошком, ублюдок! — со всей силы Исаак вцепился рукой в его горло и вылил остатки пойла ему в рот, раскручивая бутылку воронкой. Как только он это произнёс, тело парня обмякло, как после удара током, куцые очки сползли на подбородок. Теперь он не решится тягаться с таким рослым и, тем более, трезвым соперником. Исаак небрежно схватил Стасины вещи, взял её на руки и выбежал с тусовки, собирая редкие, туманные и безразличные взгляды гостей. Он не бежал — летел вниз по ступенькам, легко удерживая равновесие в приливе адреналина. Он выбил дверь подъезда ногой, одолев сильный магнит домофона, и даже не думал о том, куда идти — ноги сами вели его в нужную сторону, по памяти, с того чаепития в марте.