Море воспоминаний

Я держу подаренный тобой букет роз, пап, но ребёнок внутри меня держит букет психологических заболеваний и страхов, полученных от тебя, пап.... Спасибо.

©️

      — В общем, идите уже на кассу, до посадки осталось минут десять, — развернувшись, Суён уже хотела направиться обратно к парням в зону ожидания, но на одной из полок заметила упаковку аппетитно выглядящих мармеладок. Она не сдержалась от их вида и, взяв три пачки, направилась на кассу, элегантно обогнав парней, чтобы влезть в очередь перед ними под их недовольное бурчание.       Оплатив мармеладки своей картой, она поспешила поделиться находкой с братом и парнем. Вернувшись к ним, она передала им по одной пачке мармеладок и уселась на своё место, с наслаждением уплетая свою порцию вкусности.              Парни, вернувшись с достаточно внушительным пакетом вкусностей, уселись прямо на пол в круг и стали уплетать их, не выражая желания поделиться с остальными.

Спустя пятнадцать часов

Двадцать седьмое мая

19:55

      Только открыв дверь в общагу, компания радостно воскликнула. Пятнадцать часов в дороге дали о себе знать, и никто уже не мог нормально стоять на ногах. Еле передвигаясь, каждый направился в свою комнату. Так как вопрос с ночлежкой не был решён до сих пор, Суён предложила ему переночевать в её комнате, на диване. Никто из парней не стал возражать, ведь диван в небольшой гостиной был слишком жёсткий даже для такого человека, как Хван Хёнджин.       Добравшись с другом до своей комнаты, она с последними силами расстелила парню диван и свалилась на свою кровать без лишних слов. Однако сон никак не шёл, кажется, не только к девушке, но и к её другу, лежащему в паре метров от неё.       — Спишь? — услышав отрицательное мычание, парень продолжил говорить: — Я признаюсь, мне страшно. Я устал притворяться сильным.       — О чём ты? — совсем не ожидав признания, Суён приподнялась на локтях, чтобы взглянуть на друга.              — Я боюсь, что твой папаша доберётся до тебя, — парень сжал ладони в кулак, пытаясь побороть страх и нарастающую слабость. — Что ты мы не сможем тебя уберечь от него.       — Посмотри на меня, — она попыталась вызвать к его мудрости через штуку. — Во мне есть страх. Но я не боюсь его. И если встречу, то врежу в челюсть, заеду в ноги.       Усмехнувшись, парню, кажется, удалось немного успокоиться.       — Пообещай, что будешь осторожна.       — Обещаю: вы так просто от меня не избавитесь, — улыбнувшись, она опустилась головой на мягкую подушку и почти сразу провалилась в сон.       Проснувшись рано утром, она сразу схватилась за голову от сильной боли. Глубоко задышав, медленно и тихо поднялась на ноги и направилась на кухню за аптечкой. Она не сразу поняла, что все ещё спят.       Найдя аптечку, она набрала стакан воды и залпом выпила три обезболивающего, после чего уселась на один из барных стульев, опустила голову на руки, сложенные на столе и стала размышлять о том, что ждёт её в ближайшем будущем. Всё ещё покоилась надежда, что отец оставит её в покое, но после недавних событий эта надежда угасала всё сильнее и сильнее.       Оставляя за собой горечь разбитых мечтаний о суровую реальность, которая и без того была сурова к шатенке, не сделавшей толком ничего плохого, кроме того как родилась в Северной Корее, в семье киллера, который ходил и продолжает ходить под защитой самого Ким Ченына...       Долго мучиться от мыслей ей не пришлось, ведь она уснула в этом же положении, не заботясь, что будет с её спиной после пробуждения. А оно наступило аж спустя почти четыре часа. Приоткрыв глаза от невнятных криков и споров, она, наконец, поняла, что не стоило засыпать в этом положении. Пытаясь разогнуться, она зашипела от боли в сердце затёкших суставов, чем привлекла внимание некоторых парней, находящихся на кухне.       — Я что, так громко храпел, что ты сбежала, и стул показался тебе привлекательным для сна на нём? — усмехнулся брюнет, не сводя со сковородки, стоящей на плите, глаз.              — Отвали, Джинни, не сдержавшись, Суён зевнула, так, словно проснулся медведь из зимней спячки.       С ноющей болью в теле она поднялась на ноги и попыталась выпрямить спину, но передумала это делать из-за сильной боли. Оглядев кухню, она, наконец, обратила внимание, что в ней находятся Тэхён, Бомгю, Ёнджун, Кай и собственной персоной Хёнджин, который на пару с Тэхёном жарил оладушки, а остальные понемногу их подъедали.       Суён прежде, чем спросить, куда подевался её парень, подошла к Ёнджуну и, оттолкнув его от священной тарелки, пробралась ближе к ней и схватила два оладушка снизу. Откусив, направилась в гостиную, чтобы прилечь на диване. Но выйдя из кухни, она заметила, что диван был занят Субином и его ноутбуком. Приблизившись с другого края, она упала на него лицом, но прежде проглотила оладушек.       Свалившись лицом вниз, она повернула голову чуть в бок, чтобы можно было дышать, и прикрыла глаза прежде, чем услышала мужской голос.              — Напугала, блин, — резко отозвался Субин, наконец, отвлёкшись от ноутбука.              — Чем занимаешься? — поинтересовалась шатенка, глядя на парня снизу вверх, на его обворожительную улыбку, тоже расплываясь в слабой.       — Осталось ведь чуть больше недели до конца семестра. Нужно догонять программу, иначе я не закончу юридический, — устало пробубнил он, продолжая улыбаться, но уже глядя на экран ноутбука. — Тебе повезло больше, ты только заканчиваешь третий курс.       — Да-а-а, не представляю, что бы было, если бы мне пришлось в таком состоянии писать дипломную работу, — честно призналась шатенка. Зевая, она чуть тряхнула головой, отгоняя сонливость.       — Кстати, а почему ты спала на кухне? — он метнул на неё мимолётный взгляд, после чего вновь увлёкся курсовой. Девушке было сложно понять эмоции парня, ведь ей самой было плохо.       — Когда я проснулась, у меня так болела голова, что я выпила таблетки. И пока ждала, когда они подействуют, уснула, — вздохнув, она подложила себе под голову свою руку, чтобы было помягче.

Спустя полтора часа

      Суён находилась в состоянии полудрёма, когда в гостиную ворвались парни с тремя полными тарелками оладушек и радостными воплями, от чего Суён в страхе подскочила с дивана в попытках понять что происходит. Поняв, что это всего лишь её друзья, она вновь села на диван, протирая глаза тыльной стороной ладони. Вновь зевнув, она хотела спросить в чём дело, но, открыв рот, ей туда сразу засунули тёпленький оладушек, предотвращая недовольства.       — Ешь молча, — усмехнулся оказавшийся рядом братец, который втиснулся на диван между сестрой и её парнем.       Прожевав оладушек, она вновь была готова говорить, но заранее прикрыла рот рукой, чтобы её вновь не заткнули.       — Какие у нас планы?       — Ходим в университет. Я, Субин, Ёнджун — выпускники, нам вообще больше нельзя прогуливать. Ты, Кай и Бомгю заканчиваете третий курс, Мэй и Каори заканчивают второй курс, им думать не о чем, — отозвался Техён с набитым ртом и слабой улыбкой. — А Хёнджин учится дистанционно во французском университете, с ним не будет никаких проблем.       Вздохнув, Суён продолжила уплетать оладушки, отгоняя негативные мысли подальше.       Вечером того же дня компания вернулась, после недолгой прогулки разошлась по своим комнатам, чтобы отдохнуть перед учебным днём. Суён по просьбе Субина задержалась в его комнате, ведь он хотел о чём-то поговорить.       — Расскажи о своём прошлом, — уверенно потребовал парень спустя пару минут тишины.       — Сейчас? — неуверенно глянула Суён прямо в глаза парню.       — Мне иногда кажется, что ты ненастоящая, — честно признался шатен, глядя куда-то в сторону, словно боясь обидеть её своими словами, но больше не в силах делать вид, что всё в порядке. — Словно играешь давно заученную роль.       Молча слушая слова парня, Суён чувствовала себя такой никчёмной и униженной. Выслушивание всего этого причиняло ей боль, не сравнимую ни с чем... Она хотела возразить, сказать, что это не так. Но подсознание твердило, что он прав. Каждое его слово било точно в яблочко. Прикусив щеку с внутренней стороны, она держалась из последних сил, чтобы не расплакаться.       — Ты прав, — в кои-то веки призналась Суён в своей лжи. — Но ты влюбился в меня такую.       — Кто же ты тогда? — словно в прострации уточнил Субин, отвернувшись к окну. Он сжимал кулаки от смятения и боли от лжи.       — Чхан Херим, дочь Чхан Ёнми и Чхан Херина. Дочь прекрасной матери, которая так мной дорожила, что тайком увезла из Северной Кореи в Америку, где мы скрывались почти пять лет. Дочь ужасного отца, который решил, что ему не нужна дочь и меня следует убить. Чхан Херин был наёмным убийцей самого Ким Ченына. Его руки по локоть в крови. Но, что ужаснее, он убил мою мать и хочет убить меня. Ёнджун мой брат не по крови. До убийства моей матери мы дружили, и после случившегося его родители решили меня забрать и растили как собственную дочь, — на одном дыхании выпалила шатенка всю правду о себе, оставаясь уверенной, что ей не поверят. — Вот правда, которую ты так желал.       — Хватит врать, — неуверенно прикрикнул Субин, оставаясь внешне невозмутимым, но в то же время его била мелкая дрожь. — Гладко стелишь, да больно лежать.       По щеке Суён прокатилась одинокая слеза, которую она не успела смахнуть. Ей хотелось рвать и метать, но от боли не осталось сил.       — Хорошо, не буду.       Проглотив всю боль, она развернулась и вышла из комнаты, не оборачиваясь. Направилась к себе, чтобы позвонить родителям и узнать как у них дела.       Зайдя в комнату и прикрыв дверь, она, не обращая особого внимания на сидящего на её кровати Хёнджина, взяла телефон и, не уходя далеко, развалилась на свободно диване, дожидаясь, пока по ту сторону возьмут трубку.       — Здравствуйте, мама. Как у вас дела? У меня тоже хорошо. Вот думаю, может, в гости зайти. Да? А, я же вам говорила. Да, Хёнджин свободен сегодня. Хорошо, я привезу его с собой. Сейчас буду вызывать такси, — потянувшись, лёжа на мягеньком диване, шатенка с хитрой улыбкой повернулась к другу. — Собирайся Джинни, поедешь со мной к родителям.       — А без меня никак? — с мольбой во взгляде уточнил парень.       — Нет, мы с Субином поссорились. Тем более, ты сам сказал, что за мной нужен глаз да глаз, — усмехнулась шатенка, ощущая победу. Поднявшись с дивана, она направилась к выходу из комнаты, чтобы предупредить о поездке брата.       — Почему? — парень поднялся вслед за ней, но уже чтобы переодеться в выходной прикид.       — Собирайся, по дороге расскажу, — произнесла она прежде, чем выйти и прикрыть за собой дверь. Медленно ступая по коридору, она размышляла обо всём и ни о чём одновременно, пока не постучала в дверь комнаты брата.       Открыв дверь, парень встал в небольшой ступор, но быстро опомнился, пропуская её внутрь.       — Ты чего стучишься?       — Во мне проснулись правила этикета, — усмехнулась Суён, проходя в комнату. — Пришла предупредить, что мы с Хёнджином едем к родителям.       — О, мы с Бомгю тоже едем с вами, — потерев ладони друг об друга, он состроил хитрую гримасу. — Вы во сколько выезжаете?       — Сейчас пойду вызывать такси, так что поторопитесь.       Вернувшись в свою комнату, она заметила Хёнджина в своей футболке с динозаврами.       — У тебя всё хорошо? — улыбнулась она, когда парень в замешательстве обернулся в её сторону. — Ёнджун и Бомгю едут с нами.       Кивнув от услышанного, парень всё же решил остаться в её футболке. Собравшись, парень вышел из комнаты, чтобы и шатенка могла переодеться. Она подошла к шкафу и, открыв одну из дверц, вытащила фиолетовую футболку и чёрные свободные брюки. Переодевшись в них, Суён вышла из комнаты. Пойдя на голос Джинни и Тэхёна, оказавшись около гостиной, она решила не подслушивать, а просто подойти к ним со слабой улыбкой.       — Вы вернётесь сегодня или останетесь у родителей? — поинтересовался Тэхён, когда Суён подошла к ним.       — Я уж точно вернусь, они ведь не мои родители, — усмехнулся со слабой улыбкой Хёнджин, сидя на диване напротив парня.       Молча подойдя, она села на диван около Хёнджина.       — Думаю, мы все вернёмся. Кстати, Ёнджун и Бомгю едут с нами.       — Зачем? — поинтересовался Тэхён. Отвлёкшись от смартфона, он поднял взгляд.       — Чтобы представить его родителям, — с улыбкой ответила Суён, словно разъясняла что-то слишком логичное.       — А как они относятся к тому, что он гей? — чуть насторожено уточнил парень, заметив стоящих сзади парней, готовых уже ехать.       — Так же, как и к тому, что я гетеро. Им главное, чтобы мы были счастливы, — украдкой ответила она и прежде, чем подняться на ноги и потянуть за собой Хёнджина, указала махом головы на готовых к отъезду парней.       — Ладно, удачи, — успел лишь прикрикнуть Тэхён, перед тем как входная дверь захлопнулась, пройдясь по зданию громким грохотом, и последующей звонкой тишиной. Хмыкнув, Тэхён направился в свою комнату с большой кучкой оладий в тарелке.       Компания вышла из дома и направилась к уже ожидавшему их такси, тихо переговариваясь о всякой мелочи. Суён же шла молча, так как даже не знала о чём с ними говорить. В её мыслях звучала мёртвая тишина изредка прерываясь словами парня.             «Играешь роль».       То и дело в пустоте души всплывали слова парня, вновь и вновь нанося новые раны на сердце шатенки, которая слишком уж поздно осознала всю ужасную составляющую ситуации, в которую попала по своей же глупости.                                                       «Играешь роль».                                                                                                 «Ты играешь роль».       Сев в такси, ей резко захотелось выбежать из транспорта, вернуться в комнату к парню и раскаяться во всех своих обманах на протяжении всего их общения. Её взгляд обратился к окну в комнату возлюбленного, который, придерживая в руке штору, глядел на них сверху вниз. Заметив леденящий душу взгляд парня, у неё покатилась пара одиноких слезинок, которые она поспешила убрать тыльной стороной ладони. Кажется, заметив это, парень отпустил штору и отошёл от окна, чтобы даже его тень не была видна. Такси начало своё движение, но взгляд шатенки так и остался на ледяном выражении лица возлюбленного...

Спустя тридцать семь минут

14:48

      Наконец, добравшись до дома родителей, они сначала миновали супермаркет, в котором закупились всякими вкусностями. Постучавшись, они затихли, а Хёнджин прикрыл пальцем дверной глазок шутки ради. Но сзади раздался грозный голос отца, и он, испугавшись, дёрнулся, убрав пальцы.       — Распоясались тут, — подойдя ближе, взрослый мужчина не сразу узнал своих детей. Но, наконец, заметив их, он со слабой улыбкой приблизился и приобнял за шеи под их негодование и улыбки друзей. Выпустив их из объятий, он открыл дверь и, позвав их внутрь, направился прямиком на кухню.       Сняв обувь, они направились следом под весёлое щебетание их матери, что они как-то слишком тепло одеты для лета: все в толстовках и брюках. Но они лишь отмахивались, переводя вновь и вновь тему, пока не приступили к вкусной еде. А после уже и к десерту под весёлые разговоры.       Пока речь не зашла об общем прошлом Суён, Хёнджина и Ёнджуна.       Но они говорили об этом, плавно обходя самую большую трагедию в жизни Суён. Они вспоминали о том, какими же они были непоседами в детстве, на что младшие усмехались, говоря о том, что это было так давно, и они очень изменились. На что Бомгю им напомнил событие двухнедельной давности во Франции, когда они поздно вечером всей компанией возвращались домой из гипермаркета и украли тележку, чтобы кататься на ней по ночному Марселю. Родители, конечно же, немного поругали их за это, но отнеслись с неким весельем к тому, что их детям почти двадцать два года и девятнадцать, а они до сих пор сохраняют в себе ребячество.       Плавно переходя из одной темы в другую, они дошли до того, что начали обсуждать, есть ли у Ёнджуна и Суён вторые половинки. Ёнджун, заметив резкую смену настроения сестры, быстро сместил всё внимание на него.       — Да, у меня есть вторая половинка, — прочистив горло, он продолжил говорить, не обращая внимание на неуверенность своего парня. Он сжал его ладонь под столом, что прекрасно подметила шатенка и слабо улыбнулась. — Это Бомгю. Он мой парень.       Резкий скачок непонимания отразился на лицах родителей, от чего Суён невольно сжалась, ожидая худшего. Но спустя несколько минут родители молча переглянулись и, кивнув друг другу, глянули на возлюбленных. Слабо улыбнувшись, мама произнесла:       — Ну, значит, внуков будем ждать от Суён, — хихикнув, под конец она добавила: — Главное, чтобы каждый из вас был счастлив в своём выборе.       «Счастлив в своём выборе... Моё счастье цвета его карих глаз, но пока оно в стеклянную в крапинку боли», — улыбкой скрыв свою боль, она налегла на фруктовое мороженое, в надежде, что сможет заморозить свои негативные эмоции. Но некоторые за этим столом-таки догадались, что с ней что-то не так. Хоть она всеми силами и делает вид, что всё нормально.       Облегчённо вздохнув, они продолжили милые разговоры о том, как давно они вместе и как поняли, что нравятся друг другу. С каждой минутой ей всё больше хотелось поспать и подумать в полной тишине, так что она стала чаще удаляться в уборную, чтобы умыться и придать себе немного сил.       Глубоко вздохнув, отец семейства решил-таки сменить тему.       — Ну, какие же вы трое у нас красавчики вымахали, — неоднозначно махнув в сторону Хёнджина, Ёнджуна и Суён, он улыбнулся. И Суён-таки подхватила шутку.       Направив искренне удивлённый взгляд на друга, она с театральным драматизмом воскликнула:       — Братец! Я уж подумывала, что ты приёмный, — искренне засмеявшись впервые за всё время, она улыбнулась попытке Хёнджина подыграть ей.       — Что ж ты, сестрица... Сходи и поешь жареных гвоздей! — усмехнувшись, он театрально взмахнул волосами и отвернулся, но так же быстро вернул взгляд на неё и улыбнулся так ярко, что шатенке захотелось прикрыть глаза, но она лишь улыбнулась в ответ на смех остальных и подмигивание брюнета.

Спустя несколько часов

17:28

      Собравшись уже уходить и стоя перед порогом, Ёнджун только заметил, что Суён не спешит выходить из дома. Обернувшись к ней, он кивнул ей, требуя объяснений.       — Завтра утром вызову такси и приеду. Не смотри так на меня, — нахмурившись, она сложила руки на груди, отрицательно покачав головой.       Парень, вздохнув, растрепал волосы на голове и открыл входную дверь, уводя за собой Бомгю, а после — уже Хёнджина, который успел-таки показать Суён рукой знак телефона, намекая, мол, спишемся. Развернувшись, поспешил за друзьями в такси. Шатенка прикрыла за ними дверь и вернулась в гостиную под удивлённое выражение лица матери, которая, сидя в одиночестве, смотрела какой-то сериал про медиков.       — Тебе на работе медицины не хватает? — усмехнувшись, она приземлилась на соседнее кресло, пытаясь поймать суть сериала.       — А ты чего с ними не уехала? — съязвила она со слабой улыбкой, не глядя на дочь.       — Хотела отдохнуть от мужского безумия, — соврала шатенка, сделав вид, что заинтересовалась сериалом. Но быстро поняла, что засыпает и, поднявшись спустя пару минут, направилась прямиком к себе в комнату.       Зайдя в комнату, она свалилась на кровать, не глядя по сторонам. Вскоре Суён уснула крепким сном, выпуская эмоции лишь в своих снах.