Разговор тёк, как прилив, перетекая из одного в другое, и с каждым словом Кай всё больше чувствовал, что между ними возникала связь. Ёнджун задавал вопросы о том, какие запечатлённые моменты Кай особенно ценит, и сам рассказывал о своих увлечениях — о том, как любит рисовать и танцевать.

В новогоднюю ночь, полную надежд и волшебства, юный Кай с нетерпением ждёт праздника, не подозревая, что его мир вскоре рухнет. В то время как семья собирается в гостиной, непрошеный гость — друг отца — нарушает границы детской невинности, погружая его в глубины страха и стыда. Это событие, навсегда оставившее боль в душе, прячется в тёмных уголках сознания, поджидая момента, чтобы вновь всплыть на поверхность. Как справиться с призраками прошлого, когда мрак, казалось бы, охватил всю жизнь?

— Вы так похожи! — весело, сквозь отдышку проговорил Бомгю, когда они спрятались под навесом. Раскаты грома не прекращались, быстро превратив солнечное утро в тёмный пасмурный вечер. — Ты о чём? — устало уточнил Субин, держа кофту на плечах Бомгю. — Ну вон! Дождевой червь — вылитый ты! Улыбка Бомгю стала шире, и он наконец захихикал, глядя на серьёзное выражение лица своего любимого друга. — Дурак. Единственное, что оставалось Субину, — это закатить глаза. — Но ты меня любишь.

— Ким Сынмин, — пробубнил он дрожащим голосом, смотря прямо в глаза незнакомцу. — Ли Минхо, — весело ответил ему его спаситель. Ли Минхо — сильнейший из сыновей самого Сатаны правителя ада и близь находящихся территорий.

Он дождался своего зелёного сигнала светофора и накрыл его губы своими. Прикосновение было лёгким, словно шёпот листьев на ветру. Постепенно Хёнджин углубил поцелуй; его руки заскользили по телу Феликса, исследуя и отвлекая от достаточно чувственного поцелуя. Он становился всё глубже и требовательнее. Но слишком скоро воздуха стало не хватать, и им пришлось отстраниться друг от друга.