Самые родные

Сэм простонал, уткнувшись в столешницу. Опять это жуткое тянущее чувство в члене, словно его взяли в тиски и сдали так сильно, что искры из глаз. В этот раз клетка без катетера, но она плоская и стискивает омежий маленький член так, что кажется, будто его вовсе нет. Но из дырочки течёт, из обеих. В глазах какая-то пелена, муть, голова еле соображает. Кажется, его родители, его любимые родители имели на эти счёт определённый порядок действий. Они заботились о нём хорошо. Справится ли новая няня? — Оливер, — Сэм поднялся со стула и тихо зашагал к нему, тот попятился. Оливер хоть и был бетой и запахов не различал, однако только вид текущего омеги заставил его член встать. — Оливер, мне нужен твой член. Мне нужен член. Сэмюэль смотрел на него своими щенячьими глазками, будто гипнотизировал. Параллельно он тянулся к его паху, и бету это не на шутку напугало. Он знал, что омегу нельзя трахать. Ни под каким предлогом. Даже если это помощь. На него хотели напасть, его хотели оседлать. Именно поэтому Сэм оказался на диване лёжа на животе с небрежно, но прочно связанными между собой запястьями и щиколотками. Он был похож на свинку, которую осталось только положить в духовку под высокой температурой на часик, и можно подавать к столу. Он хныкал, когда Оливер снял с него юбку. Чтобы не испачкать диван, он додумался надеть на него подгузник. Брюнет остался в одной свободной футболке и подгузнике, извивающийся, как гусеничка. Оливер сидел рядом и игнорировал его попытки выпросить его член. Один раз Сэм покусился на него, пытаясь зубами оттянуть штаны, за что получил кляп с членом в рот, имеющий целую сетку из ремешком, которые обхватывали голову и фиксировали кляп надёжно между губ. Это блокировало любые его просьбы и не давало больше попыток добраться до члена беты. А ещё это надоумило Оливера на мысль — Сэм ведь хочет члена. Нужно дать его ему. А ещё он вспомнил, как его «родители» говорили что-то о дойке омеги. Но клетку не открыть, как он будет кончать? Прям вот так? Боде, что за звездец. Из арсенала игрушек он выудил что-то, напоминающее член, но изогнутый, короткий, силиконовый. Рядом с ним пульт. Нажав на кнопку, он чуть дернулся — кончик игрушки завибрировал. Довольно мощно. Подойдёт. Сэмюэль благодарно промычал, когда увидел, что было в руках у его заботливой няни. Подгузник на время сняли, вставили член без какой-либо смазки, одели обратно. Оливер присел обратно на диван, позволил положить голову Сэма себе на бёдра и включил телевизор. После пульта от телека щёлкнул другой пульт, и омега вскрикнул, сжавшись. Похоже, стимулировалось то, что ему нужно. — Ладно, всё не так плохо, правда, Сэмми? Им придётся какое-то время побыть здесь, пока Сэм не вернётся с своё обычное состояние. А пока омега тёрся лицом он его пах и извивался, находясь на болезненной грани оргазма. Обычно в течку родители снимают с него клетку, но в этот раз всё по-другому. Его будут доить в этот период и это будет болезненно. Пусть и с облегчением. Тем не менее сейчас ему было очень хорошо, он не боялся описаться. Его полные яички так или иначе опустошатся. Сэм особенно громко кричит и хнычет, когда извергается спермой. Оливер делает мощность тише на некоторое время, чтобы потом возобновить стимуляцию. Вроде бы, он должен кончить минимум дважды. Пока омега находился в таком полубессознательном состоянии, Оливер не забывал думать, что будет, когда они сбегут отсюда. Чтобы это не выглядело как похищение, нужно было вдобавок забрать ещё и документы Сэма. Когда ему показывали дом, он видел краем глаза сейф, скорей всего они там. Это проблема. Омега плохо ел во время течки, приходилось кормить его с ложки, много обнимать и позволять сидеть у себя на коленках. В ванной Сэм удовлетворял себя дилдо на присоске как только мог, а на ночь (Оливер не думал, что будет делать это всерьёз) пришлось воспользоваться манжетами в кроватке Сэма, чтобы он не сбежал и не полез к Оливеру в постель. Это был сущий ад. Он закончился примерно через неделю, и в тот момент, когда Сэм одним прекрасным утром проснулся в своём уме, в дверь сначала постучали. А затем она открылась сама. Значит, у этих людей был ключ. — А вот и мы! — Сюрприз! — протянул весело Райан, вторя за Кристофером приветствие. Оливер был в замешательстве от такого поворота событий, а Сэм так подавно — он не скрыл исчезающую с лица улыбку, на секунду сник, но успел снова улыбнуться, замаскировав свои эмоции под шоком. Приятным шоком. — Ну же, иди к папочке обниматься, — Кристофер подошёл к омеге и поднял его с пола, крепко обнял. — Вы так быстро вернулись… — Оливер почесал затылок, а Райан объяснил, что появилась срочная работа, пришлось урезать поездку. Бета не знал, что ему теперь делать. Он видел в глазах Сэмюэля отчаяние, больше шанса у них не будет, разве что Сэм поедет в университет… — Мне, наверное, нужно уже идти, — стушевался Оливер, решая не мешать «семейке», но его словесно остановили. — Может, останешься на ужин? Мы тебе так благодарны, Оливер. — Да, ты хорошо позаботился о нашем малыше, я прекрасно готовлю, Сэмми подтвердит. — Соглашайся, Оливер, это невежливо. И Оливеру пришлось согласиться. Всего один ужин. Вкусно пахнущий, в компании отбитых на голову, но заботливых людей. Интересно, когда он вытащит Сэма отсюда, сколько ещё всего тот расскажет о них. Они сели за стол, Сэма усадили за детский стульчик по его размеру. Разговор был спокойный, непринуждённый. Даже не верилось, что они какие-то извращенцы. Доев свою порцию, репетитор попытался встать из-за стола, но тут же сел обратно — голова кружилась. Вскоре сознание стремительно куда-то улетало, в глазах мутнело. Последнее, что Оливер заметил, предюжде чем отключиться на стуле, — такой же бессоз нательный Сэм, по щеке которого покатилась слеза.